Решение № 2-41/2024 2-41/2024(2-550/2023;)~М-438/2023 2-550/2023 М-438/2023 от 8 февраля 2024 г. по делу № 2-41/2024

Дело № 2-41/2024 (2-550/2023)

УИД 44RS0023-01-2023-000548-31


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Кадый 09 февраля 2024 года

Макарьевский районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Виноградовой Н.А., при секретаре Жаровой Н.В., с участием прокурора Кадыйского района Костромской области Лапшина Л.Н., истца ФИО3, представителя ответчика ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Кадыйского района Костромской области в интересах ФИО15 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кадыйская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда в результате оказания некачественной медицинской помощи,

установил:

Прокурор Кадыйского района Костромской области обратился в суд в интересах ФИО2 с иском к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кадыйская районная больница» (далее ОГБУЗ «Кадыйская РБ») о взыскании в пользу ФИО14 компенсации морального вреда в размере 700 000 рублей, причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи ее супругу ФИО1

Требования мотивированы тем, что 14.01.2021 в 02 часа 50 минут ФИО1 был госпитализирован в ОГБУЗ «Кадыйская РБ» с диагнозом: «<...>». В 08 часов 30 минут врачом со слов дежурной медсестры составлена запись осмотра, пациент жалоб не предъявлял, назначено лечение. Только 15.01.2021 ФИО1 осмотрен врачом ФИО13, выявлены жалобы на головную боль, боли в сердце отсутствуют в связи с купированием препаратом кетарол, по результатам ЭКГ нельзя исключить наличие инфаркта миокарда в зоне рубца. Для дальнейшего обследования и лечения ФИО1 направлен в сосудистый центр. 15.01.2021 в 15 часов 40 минут ФИО1 поступил в кардиологическое отделение с палатой реанимации и интенсивной терапии регионального сосудистого центра ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. ФИО4», выявлена подострая стадия переднего инфаркта миокарда, в 17.15 проведена коронография, стенирование артерий сердца, отмечалась положительная динамика, в последующем вновь жалобы на чувство дискомфорта в области сердца, 17.01.2021 в 08.20 доставлен в палату интенсивной терапии, проводились реанимационные мероприятия, в 17.01.2021 в 11.10 констатирована смерть ФИО1 Смерть наступила от острого инфаркта миокарда в области передней стенки левого желудочка и межжелудочковой перегородки (давностью до семи суток), осложнившейся развитием кардиогенного шока, на фоне стенозирующего атеросклероза коронарных артерий на площади 50-70%. В результате смерти мужа ФИО2 причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу недооценки со стороны медицинских работников ОГБУЗ «Кадыйская РБ» тяжести состояния супруга, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которые она испытывает до настоящего времени, в связи с чем на ответчика должны быть возложены обязанности по возмещению ФИО2 причиненного морального вреда в связи со смертью ФИО1, при определении размера компенсации морального вреда, учитывая степень вины ответчика в ненадлежащем оказании медицинской помощи пациенту, исходя из установленных обстоятельств, а также требования разумности и справедливости, полагает необходимым взыскать в пользу истца 700 000 рублей.

Прокурор Кадыйского района Костромской области Лапшин Л.Н. в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме по изложенным в иске доводам, указав, что согласно заключению повторной экспертизы выявлены недостатки оказания медицинскими работниками ОГБУЗ «Кадыйская РБ» медицинской помощи ФИО1 Дополнительно пояснил, что моральный вред причинен истице в результате оказания медицинской помощи ненадлежащего качества ФИО1 должностными лицами ОГБУЗ «Кадыйская РБ», при поступлении в стационарное отделение супруг истицы не был осмотрен врачом, осмотр проведен только 15.01.2021, в связи с чем истица испытывала волнение, переживала, и в настоящее время воспоминания об этом причиняют ей нравственные страдания, просил удовлетворить иск в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержала исковые требования по изложенным в иске доводам, просила их удовлетворить, дополнительно пояснила, что является супругой ФИО1, который в ночь на 14.01.2021 был госпитализирован бригадой «Скорой помощи» в ОГБУЗ «Кадыйская РБ» с подозрением на острый коронарный синдром. У супруга была одна почка, ранее был инфаркт, инсульт, он наблюдался в ОГБУЗ «Кадыйская РБ» у терапевта ФИО13, часто бывал у нее на приеме. Утром 14.01.2021 позвонила супругу, он рассказал, что его положили в палату, но врач еще не приходил. Днем навещала супруга в больнице, когда пришла, увидела, что супруг находится в палате, стоял на коленях, на полу, облокотившись на кровать, пояснил, что у него боли в груди, и что только в таком положении ему легче, лежать, сидеть он не мог. Обратилась к медсестре, врача не было, рекомендации по лечению мужа были даны медперсоналу по телефону. После этого ушла домой, в течение дня 14.01.2021 еще несколько раз звонила супругу, он пояснял, что врач его так и не осмотрел. 15.01.2021 супругу лучше не становилось, и уже во второй половине дня его отправили в ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. ФИО4», где 17.01.2021 супруг скончался. С момента госпитализации супруга в ОГБУЗ «Кадыйская РБ» испытывала сильное волнение, переживания, связанные с состоянием супруга и неоказанием ему медицинской помощи в полном объеме, не могла спать, было непонятно, почему врач-терапевт или дежурный врач не осматривает мужа, несмотря на то, что у него уже имелись серьезные диагнозы, о которых было известно врачу ФИО13, поскольку муж наблюдался у нее. Из телефонных разговоров с супругом ей известно, что боли в груди у него не проходили, испытывала переживания по этому поводу, а также, когда пришла навестить супруга 14.01.2021 в дневное время, увидела, что он не может даже сидеть и лежать на кровати, так как ему было больно, ФИО1 стоял на коленях на полу, пояснил, что только так ему немного легче, при этом истице никто из медперсонала не мог пояснить, когда супруга осмотрит врач, к супругу даже никто не подходил. При поступлении в отделение его принимала медсестра, В итоге 15.01.2021 супруга все-таки госпитализировали в больницу г. Костромы, где он впоследствии скончался. До сих испытывает нервные переживания, связанные с неоказанием медицинской помощи надлежащего качестве ее супругу в ОГБУЗ «Кадыйская РБ», в тот период приходилось принимать успокоительные препараты, у нее был нарушен сон. С супругом состояли в браке с 1987 года, все это время проживали совместно, отношения в семье были хорошими, ФИО1 был надежным, достойным человеком, это невосполнимая утрата, ей было тяжело наблюдать за его страданиями, переживала еще больше от того, что в течение длительного промежутка времени с момента госпитализации супруга не осматривал врач, до сих пор не покидают мысли о том, что может быть супруг остался бы жив, если бы его сразу осмотрели и направили в г. Кострому.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Кадыйская РБ» ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований, указывая, что медицинская помощь была оказана ФИО1 в полном объеме, согласно заключениям экспертиз, имеющимся в материалах уголовного дела, отсутствует причинно-следственная связь между оказанием ФИО1 медицинской помощи в ОГБУЗ «Кадыйская РБ» и наступившими последствиями в виде его смерти, в связи с чем нет оснований полагать, что должностными лицами ОГБУЗ «Кадыйская РБ» истице причинен моральный вред. Уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления по факту смерти ФИО7 Относительно недостатков оказания медицинской помощи, указанных в экспертном заключении от 03.08.2022, пояснил, что во внимание следует принять экспертное заключение от 30.07.2021, данное ОГБУЗ «Белгородское бюро СМЭ», так как в состав данной комиссии входили врачи-кардиологи. Кроме того, указанные недостатки оказания медицинской помощи не связаны со смертью ФИО1 вины ОГБУЗ «Кадыйская РБ» в наступивших неблагоприятных последствиях в виде смерти нет. Размер заявленных требований несоразмерен, при принятии решения также просил суд учесть тяжелое финансовое положение ОГБУЗ «Кадыйская РБ», что подтверждается сведениями о кредиторской задолженности по состоянию на 01.01.2024 в размере 8185745,86 рублей.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Кадыйская РБ» главный врач ФИО8 в судебном заседании возражал относительно заявленных исковых требований, указав на то, что причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи и смертью ФИО1 не установлена. Дополнительно пояснил, что в стационаре должен быть врач, при подозрении на инфаркт пациенту должна быть проведена электрокардиография, результаты которой отправляются в Костромской кардиоцентр, и в течение примерно пяти минут устно дается заключение о том, имеется ли необходимость госпитализировать пациента в кардиоцентр. В случае с ФИО1 заключения о необходимости госпитализировать его в кардиоцентр не было, поэтому он был госпитализирован в ОГБУЗ «Кадыйская РБ», где должен был быть осмотрен врачом в течение 20 минут, однако, врача на тот момент было, поскольку это был период пандемии, врач ФИО13 находилась на приеме и выездах к коронавирусным больным.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Департамента здравоохранения Костромской области, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении судебного заседания, поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя. А также возражения относительно заявленных исковых требований поскольку отсутствует причинно-следственная связь между недостатками, выявленными при оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением смерти данного пациента.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО13, будучи извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, ходатайств об отложении судебного заседания, возражений относительно заявленных исковых требований не представлено, поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) и мнения участников процесса, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы гражданского дела, материалы уголовного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Клинические рекомендации - документы, содержащие основанную на научных доказательствах структурированную информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, в том числе протоколы ведения (протоколы лечения) пациента, варианты медицинского вмешательства и описание последовательности действий медицинского работника с учетом течения заболевания, наличия осложнений и сопутствующих заболеваний, иных факторов, влияющих на результаты оказания медицинской помощи (пункт 23 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

В статье 151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Статьей 1064 ГК РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан,

Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Как установлено из материалов дела, истец ФИО2 состояла в браке с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из материалов дела следует, что 14.01.2021 в 02.50 ФИО1 был госпитализирован в ОГБУЗ «Кадыйская районная больница» с диагнозом «<...>

В 08.30 14.01.2021 врачом со слов дежурной медсестры составлена запись осмотра ФИО1, согласно которой пациент жалоб не предъявляет, назначено лечение: ИАПФ, б-блокаторы, ацетилсалициловая кислота, милдронат, статины, нитроспрей при болях, анальгин и димедрол при болях, контроль ЭКГ на 15.01.2021; 14.01.2021 выполнена рентгенография легких, по результатам которой патологии не определяется.

15.01.2021 ФИО1 осмотрен врачом ФИО13, выявлены жалобы на головную боль, боли в сердце отсутствуют в связи с купированием препаратом кетарол, по результатам ЭКГ нельзя исключить наличие инфаркта миокарда в зоне рубца, выставлен основной диагноз <...>, ухудшение. Нельзя исключить наличие острого инфаркта миокарда от 15.01.2021 (в зоне рубца)» и сопутствующий «Гипертоническая болезнь 3 ст., риск 4. Заболевание почки. Метастазы в легкие?». Для дальнейшего обследования и лечения ФИО1 направлен в сосудистый центр.

15.01.2021 в 15.40 ФИО1 поступил в кардиологическое отделение с палатой реанимации и интенсивной терапии регионального сосудистого центра ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. ФИО4».

15.01.2021 в 17.15 ФИО1 проведена коронароангиография, отмечалась положительная динамика.

17.01.2021 в 08.20 ФИО1 доставлен в палату интенсивной терапии в связи с отсутствием дыхания, пульса, артериального давления, проводились реанимационные мероприятия с использованием дефибриллятора, синусовый ритм восстановлен, в 10.40 случилась повторная остановка сердечной деятельности, проводились реанимационные мероприятия, ДД.ММ.ГГГГ в 11.10 констатирована смерть ФИО1

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО1 наступила в стационаре ОГБУЗ «КОКБ им. ФИО4» ДД.ММ.ГГГГ в 11.10 от заболевания - острого инфаркта миокарда, осложнившейся кардиогенным шоком (уголовное дело <...>

Основанием для обращения прокурора в суд с исковым заявлением явилось обращение в прокуратуру ФИО2 о нарушении прав супруга на охрану здоровья, а также ее социальных и семейных прав, связанных с моральными переживаниями за жизнь и здоровье супруга, которому ненадлежащим образом оказывалась медицинская помощь.

Заявляя в интересах ФИО2 требования о компенсации морального вреда, прокурор Кадыйского района указывает, в том числе на то, что в результате смерти мужа ФИО2 причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу недооценки со стороны медицинских работников ОГБУЗ «Кадыйская РБ» тяжести состояния супруга, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которые она испытывает до настоящего времени, в связи с чем на ответчика должны быть возложены обязанности по возмещению ФИО2 причиненного морального вреда в связи со смертью ФИО1, медицинская помощь в ОГБУЗ «Кадыйская РБ» супругу истца ФИО2 - ФИО1 была оказана некачественно и несвоевременно; в судебном заседании прокурор и истец ФИО2 указали также на то, что в результате бездействия медицинского персонала ОГБУЗ «Кадыйская РБ» при поступлении ФИО1 в стационарное отделение, выразившегося в непроведении осмотра врачом в течение длительного времени, оставлении ФИО1 в палате стационара без внимания, неосуществлении контроля за состоянием его здоровья, в то время как при посещении истцом супруг был обнаружен в палате на полу, жаловался на боли в груди, учитывая, что у ФИО1 имелся ряд серьезных диагнозов, и он наблюдался у врача-терапевта ФИО13, при этом осознание того, что испытывал ее супруг, находясь в стационаре лечебного учреждения без осмотра и необходимой медицинской помощи, не могло не заставлять ее переживать и нервничать, то есть испытывать нравственные страдания.

Таким образом, требования о компенсации морального вреда заявлены прокурором в интересах ФИО2 в связи с тем, что лично ей ответчиком ненадлежащим оказанием медицинской помощи ее супругу ФИО1 были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья близкого человека.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

По делу о взыскании морального вреда, причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи, на истце лежит бремя доказывания факта нарушения личных неимущественных, нематериальных благ, и что именно ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, а ответчик (больница), в свою очередь, должен доказать правомерность действий (бездействия), которые повлекли моральный вред, и отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям.

В соответствии с частью 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н утверждены «Критерии оценки качества медицинской помощи», согласно п. 3.9.3. которых критериями качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме (коды по МКБ - 10: I20.0; I21 - I24) являются: 1. Выполнен осмотр врачом-кардиологом не позднее 5 минут от момента поступления в стационар (Да/Нет); 2. Выполнено электрокардиографическое исследование не позднее 10 минут от момента поступления в стационар (Да/Нет); 3.Выполнено определение уровня тропонинов I, T в крови и/или определение уровня и активности креатинкиназы в крови (Да/Нет); 5. Проведена (при остром коронарном синдроме с подъемом сегмента ST электрокардиограммы) терапия фибринолитическими лекарственными препаратами не позднее 30 минут от момента поступления в стационар (в случае, если терапия фибринолитическими лекарственными препаратами не проведена на догоспитальном этапе) или выполнено первичное чрескожное коронарное вмешательство не позднее 1 часа от момента поступления в стационар (в зависимости от медицинских показаний и при отсутствии медицинских противопоказаний) (Да/Нет); 6. Проведена терапия ингибиторами агрегации тромбоцитов (Да/Нет); 7.Проведена терапия ацетилсалициловой кислотой (Да/Нет); 8. Проведена терапия гиполипидемическими препаратами (Да/Нет); 9. Выполнено электрокардиографическое исследование до начала тромболитической терапии и через 1 час после окончания (в случае проведения тромболитической терапии) (Да/Нет); 10. Выполнено электрокардиографическое исследование до начала чрескожного коронарного вмешательства и через 30 минут после его окончания (при чрескожном коронарном вмешательстве) (Да/Нет).

Из материалов уголовного дела №, возбужденного ДД.ММ.ГГГГ отделом по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по костромской области по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту смерти ФИО1 в ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. ФИО4», следует, что ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 ПК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях медицинских работников ОГБУЗ «Кадыйская районная больница».

Согласно выводам, изложенным в заключениях судебно-медицинских экспертиз, проведенных в рамках предварительного следствия по уголовному делу № (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» (<...>)), заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ КУ Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (<...>), смерть ФИО1 наступила от кардиогенного шока, как осложнения самостоятельного заболевания – рецидива инфаркта миокарда давностью 3-6 суток или 3-7 суток до даты смерти; прямая причинно-следственная связь между оказанием ФИО1 медицинской помощи в условиях стационара ОГБУЗ «Кадыйская РБ» и неблагоприятным исходом в виде наступления его смерти отсутствует.

Таким образом, доводы иска о том, что в результате смерти мужа ФИО2 причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу недооценки со стороны медицинских работников ОГБУЗ «Кадыйская РБ» тяжести состояния супруга, не могут быть приняты во внимание, поскольку не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства материалами уголовного дела, исследованными судом, доказательств в обоснование данного довода не представлено.

В то же время, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, экспертной комиссией проанализирована полнота оказания медицинской помощи ФИО1 в условиях терапевтического отделения ОГБУЗ Кадыйская районная больница, выявлены следующие недостатки: неполное оформление дневниковых записей: отсутствуют данные анамнеза, объективного осмотра пациента; отсутствует указание времени осмотров и проведения инструментальных исследований, время выписки пациента; не проведена электрокардиография при поступлении пациента в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ, что необходимо с целью динамического наблюдения и мониторинга возможного ухудшения состояния; не проведено исследование уровня тропонинов I, T в крови; уровень калия в биохимическом анализе крови от ДД.ММ.ГГГГ составил 6,1 ммоль/л при норме до 5,1 ммоль/л, однако, повышению данного показателя не придано значения, более того, пациенту проводится инфузионная терапия с препаратом хлорида калия; антикоагулянтная терапия проведена не в полном объеме – назначен только один препарат (аспирин) в минимальной дозировке, а не в той, что необходима при остром коронарном синдроме (от 40 мг); не созван консилиум врачей и не оформлено обоснование перевода пациента в другое лечебное учреждение. Выявленные недостатки, как каждый в отдельности, так и в своей совокупности, не оказали существенного влияния на дальнейшее течение заболевания у ФИО1 и сложившийся неблагоприятный исход. В остальном медицинская помощь была оказана ФИО1 в достаточном объеме, пациенту был верно выставлен диагноз, своевременно принято решение о переводе его в специализированное лечебное учреждение.

Согласно аналитическая части заключения № от ДД.ММ.ГГГГ комиссии судебно-медицинской экспертизы ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» главным внештатным специалистом-кардиологом ФИО9 изучена представленная медицинская документация в части оказания медицинской помощи по профилю «кардиология», по результатам изучения которой дано следующее заключение: 1. по результатам анализа карты вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ ОГБУЗ «Кадыйская РБ» на этапе скорой помощи медицинская помощь ФИО1 в части обследования и лечения была оказана в соответствии с установленным диагнозом: ОКС?, но, согласно маршрутизации, утвержденной приказом Департамента здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О мерах по реализации в медицинских организациях <адрес> порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями», пациенты с диагнозом острый коронарный синдром, проживающие в <адрес>, госпитализируются в ОГБУЗ КОКБ имени ФИО4; 2. По результатам анализа медицинской карты стационарного больного №, стационарное лечение в терапевтическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлены нарушения приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» при оказании медицинской помощи ФИО1: - запись врача в разделе «карта первичного осмотра больного» при поступлении отсутствует. Осмотрен врачом ДД.ММ.ГГГГ в 08.30. в записи осмотра врачом жалобы указаны «со слов дежурной медсестры жалоб в настоящее время не предъявляет», не указаны данные анамнеза заболевания и жизни, данные объективного осмотра, за исключением АД и ЧСС, не сформулирован диагноз; - при подозрении на ОКС не выполнен анализ крови на тропонин; - ДД.ММ.ГГГГ при поступлении в стационар не зарегистрирована ЭКГ; -не рассмотрено назначение антикоагулянта (гепарин) и второго антиагреганта при подозрении на ОКС; -не оформлен протокол заседания врачебной комиссии при переводе пациента в другую медицинскую организацию, в записи осмотра врача ДД.ММ.ГГГГ и на титульном листе медкарты стационарного больного не указано время перевода (<...>).

Таким образом, судом установлено, что при поступлении ФИО1 в стационарное отделение ОГБУЗ «Кадыйская РБ» медицинская помощь ему была оказана с нарушением Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, не в полном объеме, более суток не был проведен осмотр врачом, лабораторные исследования проведены не полном объеме, истец, наблюдая страдания супруга при указанных обстоятельствах, испытывала волнение, переживала, в том числе в связи с отсутствием врача в отделении, неопределенностью состояния здоровья супруга в связи с непроведением осмотра и электрокардиографии при его поступлении в стационар, отсутствием должного контроля со стороны медицинского персонала за пациентом, что безусловно причинило ей нравственные страдания, переживания, которые, по мнению суда, связаны с бездействием должностных лиц ОГБУЗ «Кадыйская РБ».

Указанные обстоятельства также подтверждаются исследованными в судебном заседании с участием сторон показаниями должностных лиц ОГБУЗ «Кадыйская РБ» - врача ФИО10, дежурившего в терапевтическом отделении в ночь с 14 на ДД.ММ.ГГГГ <...>); врача-терапевта ФИО13, указавшей об непосредственном осмотре ФИО1 и проведении ЭКГ ДД.ММ.ГГГГ (<...>), медицинской сестры ФИО11, дежурившей с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, подтвердившей об осмотре ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (<...>), графиком дежурств <...>), выпиской из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ФИО13 на должность зав. терапевтическим отделением (<...>), должностными инструкциями участкового врача-терапевта, врача терапевта стационара (<...>), табелями учета рабочего времени <...>).

Доводы представителя ответчика о приоритете экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, данного ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы», поскольку в состав комиссии вошли врачи-кардиологи, суд не принимает во внимание, поскольку заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ КУ <адрес> - Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» не оспорено сторонами в установленном законом порядке, дано экспертами соответствующей квалификации, которые предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, сомнений в компетентности экспертов у суда не возникло. Кроме того, заключение ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» также содержит заключение о недостатках и дефектах оказания медицинской помощи, что указано судом выше.

Исходя из установленных судом обстоятельств, и материалов дела, по мнению суда, истцом представлены достаточные доказательства, в подтверждение заявленной позиции о бездействии ответчика, выразившемся в некачественном (неполном) оказании медицинской помощи ее супругу ФИО1, в связи с чем ФИО2 причинен моральный вред. Доказательств обратного суду не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

При определении размера компенсации морального вреда, суд оценивает в совокупности конкретные незаконные действия причинителя вреда, учитывая соотношение их с тяжестью причиненных ФИО2 нравственных страданий в связи с непринятием мер по своевременному осмотру ФИО1, который являлся ее супругом, а также фактическими обстоятельствами дела, требованиями разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, учитывая, что смерть ФИО1 не связана с неполнотой оказания ему медицинской помощи, негативные последствия в виде нравственных страданий, переживаний истца связаны с отсутствием должного контроля (отсутствием осмотра, проведения электрокардиограммы) при поступлении супруга в стационар, и полагает достаточным и разумным удовлетворить исковые требования частично в размере 150 000 рублей

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования прокурора Кадыйского района Костромской области в интересах ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кадыйская районная больница» (ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Макарьевский районный суд Костромской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.А. Виноградова

Мотивированное решение суда изготовлено 16 февраля 2024 года