Решение № 2-15/2021 2-15/2021(2-489/2020;)~М-338/2020 2-489/2020 М-338/2020 от 20 июля 2021 г. по делу № 2-15/2021

Дело №2-15/2021 УИД 22RS0051-01-2020-000444-40


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 июля 2021 года р.п.Тальменка

Тальменский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Гусевой Л.В.

при секретаре Абросимовой С.В.,

прокурора Кузичкина Д.А.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «МонтажСтрой» и Государственному учреждению Иркутское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации о признании несчастного случая связанного с производством, возложении обязанности выплатить пособие по временной нетрудоспособности, возмещении утраченного заработка и компенсации морального вреда, расходов, связанных с лечением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 по правилам альтернативной подсудности обратился в Тальменский районный суд Алтайского края с иском к ООО «МонтажСтрой» о признании несчастного случая связанного с производством, возложении обязанности выплатить пособие по временной нетрудоспособности, возмещении утраченного заработка и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что с 01.09.2019 года он состоял в трудовых отношениях с ООО «МонтажСтрой» в должности электромонтера на основании срочного трудового договора №0000-00087.

14.01.2020 года с ним произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах: в ночное время производились работы на буровой вышке по установке площадки ПКР; после того, как площадку подняли краном до нужного уровня, он зашел на нее, чтобы ее зафиксировать, но мешали провода и трубы. Тогда за помощью он обратился к своему напарнику ФИО2, который зафиксировал провода и трубы. Однако после фиксации труб и проводов произошел обрыв площадки с высоты 4-5 метров. Оказалось, произошел срыв стропа с перил площадки, и перила оторвались, поскольку площадку неправильно закрепили. От падения он потерял сознание, был доставлен в травматологический пункт вместе с напарником ФИО14, а утром на вертолете его направили в областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Киренкская районная больница». В больнице ему диагностировали черепно-мозговую травму, вывих левого запястья, перелом левой лучевой кости, закрытый перелом правой ключицы. На стационарном лечении в ОГБУЗ «Киренкская районная больница» он находился с 15.01.2020 года по 25.02.2020 года.

Считает произошедший с ним несчастный случай производственным, однако ООО «МонтажСтрой» вынудил его изложить другую версию падения, обещав компенсировать все издержки, однако не выполнил обещание, и даже не оплатил период временной нетрудоспособности.

Просил: признать произошедший с ним несчастный случай производственным, взыскать с ответчика ООО «МонтажСтрой» пособие по временной нетрудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, утраченный заработок, составляющий разницу между фактически утраченным заработком и выплаченным пособием по временной нетрудоспособности, компенсацию морального вреда в размере 300000(Триста тысяч) рублей. Компенсацию морального вреда он оценивает в 300000 рублей, так как испытал сильную боль и психологическое потрясение, его мучает бессонница, он переживает за свое здоровье, и даже испытывает чувство злости.

В ходе рассмотрения дела суд привлек к участию в деле в качестве соответчика ГУ Иркутское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 уточнил исковые требования – просил взыскать утраченный заработок, составляющий разницу между фактически утраченным заработком и выплаченным пособием по временной нетрудоспособности, в размере 268720 рублей 60 коп.; дополнил исковые требования – просил взыскать с ответчика ООО «МонтажСтрой» расходы на лечение и реабилитацию в размере 28162 рубля 50 коп., транспортные расходы к месту лечения в размере 1441 рубль, почтовые расходы на отправление жалобы и досудебной претензии в размере 1164 рубля 50 коп.

Также истец уточнил основание иска, указав, что до настоящего времени он продолжает лечение и в ходе лечения степень тяжести вреда его здоровью была изменена на тяжкий вред.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал уточненные исковые требования, пояснив, что исковые требования о признании несчастного случая связанного с производством, возложении обязанности выплатить пособие по временной нетрудоспособности он фактически не поддерживает, так как случай признан работодателем страховым, он в полном объеме получил пособие по временной нетрудоспособности из Фонда социального страхования и размер пособия им не оспаривается. Такие требования были им предъявлены потому, что сначала работодатель не хотел составлять акт о несчастном случае на производстве, и пособие по временной нетрудоспособности ему было начислено не сразу, так как работодатель с опозданием предоставил в Фонд социального страхования листки нетрудоспособности. Точный размер утраченного заработка сам рассчитать не может, по его расчету утраченный заработок составляет 268720 рублей 60 коп., так как выпиской по счету, открытому в АО «Тинькофф Банк» подтверждается, что фактически его доход по месту работы составил 331530 рублей, поскольку имеются зачисления: 29.07.2019 года – 115242 рубля, 12.12.2019 года – 105288 рублей, 31.01.2020 года – 25000 рублей и 27.02.2020 года – 86000 рублей), т.е. в справках о доходах, представленных работодателем, указана неполная заработная плата. За период с мая по август 2020 года ему выплачено пособие по временной нетрудоспособности в сумме 62809 рублей 40 коп. Соответственно, утраченный заработок составляет (331530 рублей - 62809 рублей 40 коп.) = 268720 рублей 60 коп. То, что это заработная плата перечислялась ему на счет, подтверждается основанием зачисления – «банковский перевод из Иркутска». Трудовой договор от 01.09.2019 года, однако, работал он у этого работодателя с мая 2019 года, что подтверждает сам ответчик, указывая в справе о доходах его заработок с мая 2019 года. В трудовом договоре указано, что его заработок составляет 22104 рубля 34 коп. за час работы по графику, но такой размер заработной платы он считает опечаткой, так как при такой зарплате его дневной заработок должен был бы составлять сто тысяч рублей. Он считает, что его заработок составлял сто тысяч рублей в месяц, однако официальный заработок – 12000 рублей в месяц, остальной заработок неофициальный. С 2012 года по 2018 год он служил по контракту, т.е. являлся военнослужащим, справку о размере дохода по военной службе он имеет, но не намерен предоставлять ее в дело для расчета утраченного заработка, так как средний заработок берется за 12 месяцев работы до несчастного случая, следовательно, нужен доход за 2019 год, но не раньше. Компенсацию морального вреда он определил в размере 300000 рублей, когда по медицинским документам вред его здоровью оценивался как легкий. Но после предъявления иска он продолжал лечение и обследование, так как состояние его здоровья ухудшилось, в итоге медицинской экспертизой был установлен тяжкий вред здоровью, но размер компенсации морального вреда он оставляет тем же – 300000 рублей. До травмы на производстве он не имел никаких травм, не было у него никогда приступов эпилепсии, а после травмы стали происходить эпилептические приступы. Выплата, которую ответчик произвел ему после травмы - это зарплата за январь 2020 года, а не премия и не материальная помощь, как утверждает ответчик. Подтверждает, что работодатель перечислял денежные средства на счет его матери, однако он не согласен с доводами ответчика о том, что это было возмещение расходов на проезд его матери и его проезд к месту жительства после выписки из больницы, так как на самом деле, таким образом была перечислена его заработная плата. Фонд социального страхования в настоящее время оплатил все листки по временной нетрудоспособности, претензий у него к фонду не имеется. После того, как ему была установлена 30 процентная утрата трудоспособности, фонд стал производить ему ежемесячные выплаты, и продолжает это делать. 10.11.2020 года работодатель его уволил за прогулы, так как больничный закрыли, а он на работу не смог выйти, но потом он урегулировал с работодателем основание увольнения, и был уволен той же датой, но по собственному желанию. В его трудовой книжке нет записи об увольнении за прогулы, так как была заведена новая трудовая книжка, а в фонд социального страхования работодатель представил копию с прежней трудовой книжке, в которой уже была запись об увольнении за прогулы. На обследование в Диагностический центр Алтайского края ему было выдано направление, и он мог бы пройти обследование по полису ОМС, однако, из-за распространения коронавирусной инфекции ожидать даты обследования предстояло долго, поэтому он пройти обследование платно, для чего записался на прием к врачу-неврологу в Федеральный Центр нейрохирургии в г.Новосибирске. В связи с этим предъявляет требование о взыскании расходов на проезд в Новосибирск и обратно и расходов на платную консультацию врача. Через несколько дней подошла дата его обследования в Диагностическом Центре Алтайского края по направлению, и он решил пройти это обследование, чтобы сравнить между собой заключения врачей-неврологов Федерального Центра нейрохирургии в г.Новосибирске и Диагностического Центра Алтайского края, поэтому он взыскивает с ответчика расходы на проезд в Диагностический Центр и обратно. Поскольку в Диагностическом Центре он не имел возможности пройти полное обследование, так как более совершенное медицинское оборудование находилось в частных клиниках, он обращался в различные медицинские учреждения, и благодаря этим исследованиям был установлен реально причиненный вред его здоровью – тяжкий, а не легкий вред, который был ему первоначально установлен.

Представитель ответчика ООО «МонтажСтрой» в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом. Представил возражения на иск, в которых указал следующее. Требование истца о признании несчастного случая связанного с производством не подлежит удовлетворению, так как произошедший с истцом случай итак признан страховым случаем, т.е. несчастным случаем, произошедшим на производстве, что подтверждается Актом установленной формы, в котором установлены все обстоятельства происшествия и определена тяжесть вреда здоровью истца - легкий вред. Фонд социального страхования извещен о групповом несчастном случае. Истцу также были направлены необходимые документы. Поэтому доводы истца о том, что работодатель принудил его изложить другую историю травмирования, т.е. не связанную с производством, являются необоснованными. Листки нетрудоспособности, переданные истцом, были направлены в ФСС г.Иркутска, где и было произведено начисление и выплата пособия по временной нетрудоспособности. Требование о взыскании утраченного заработка удовлетворению не подлежит, так как истец получил выплаты по производственной травме в полном размере. Требования истца о компенсации морального вреда являются необоснованными, так как истцу с его согласия была выплачена премия в размере 67235 рублей по приказу от 17.01.2020 года №19. Кроме того, с согласия истца на счет его матери ФИО6 было перечислено 14000 рублей с личного лицевого счета заместителя директора организации ФИО7 на проезд к месту нахождения истца и проживание в гостинице, также оплачено 25000 рублей на медицинское обследование; 2724 рубля 80 коп. и 6143 рубля 00 коп. были оплачены работодателем за проезд матери истца и самого истца к месту жительства, т.е. проезд из Иркутска до Новосибирска. Итого оплачено ответчиком в пользу истца 111000 рублей. Эта сумма уплачена в возмещение морального вреда и по судебной практике она значительно превышает размер компенсации морального вреда, выплачиваемый в подобных случаях.

Представитель соответчика ГУ Иркутское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, представил возражения на иск, в которых указал следующее. На основании Акта о несчастном случае на производстве от 15.01.2020 года №01/20, представленного ООО «МонтажСтрой» в Иркутское отделение ФСС, была проведена экспертиза несчастного случая, и заключением ФСС от 14.03.2020 года №8/2 произошедший с ФИО1 несчастный случай квалифицирован как страховой. В соответствии с п.3 Положения об особенностях назначения и выплаты в 2021-2020 годах застрахованным лицам пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональном заболеванием, а также оплаты отпуска застрахованного лица (сверх ежегодного оплачиваемого отпуска, установленного законодательством Российской Федерации) на весь период лечения и проезда к месту лечения о обратно в субъектах Российской Федерации, участвующих в реализации пилотного проекта, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 21.04.2011 года №294, страхователь ООО «МонтажСтрой» в лице директора ФИО3 направил в региональное отделение Фонда пакеты документов в отношении застрахованного лица ФИО1 для назначения и выплаты пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве по следующим листкам нетрудоспособности: №, №, №, №, №, №, №, №, №, по которым период временной нетрудоспособности продолжился с 15.01.2020 года по 08.07.2020 года. Назначение и выплата пособия по листкам нетрудоспособности произведены в соответствии с п.1 ст.9 Федерального закона от 24.07.1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Общая сумма назначенного пособия составила 72194 рубля 40 коп., сумма выплаченного пособия составила 62809 рублей 40 коп. (за вычетом НДФЛ).

Суд, с учетом мнения истца, прокурора признал возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Выслушав пояснения истца, заключение прокурора о частичном удовлетворении исковых требований, исследовав материалы дела, и, оценив каждое доказательство в отдельности и в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью первой статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть вторая статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16.07.1999 года №165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования".

Субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (абзац второй пункта второго статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 года N 165-ФЗ).

К застрахованным лицам, как следует из содержания абзаца четвертого пункта второго статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 года N165-ФЗ, относятся граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Страхователи (работодатели) обязаны уплачивать в установленные сроки в надлежащем размере страховые взносы (подпункт 2 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1999 года N 165-ФЗ); выплачивать определенные виды страхового обеспечения застрахованным лицам при наступлении страховых случаев в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе за счет собственных средств (подпункт 6 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1999 года N 165-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 7 указанного Закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

Страховыми случаями признаются достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца, заболевание, травма, несчастный случай на производстве или профессиональное заболевание, и другие случаи, установленные федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (пункт 1.1 статьи 7 названного закона).

Федеральный закон от 24.07.1998 года №125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

В статье 3 указанного закона определено, что обеспечение по страхованию – страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 8 указанного закона установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется:

1) в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

2) в виде страховых выплат:

единовременной страховой выплаты застрахованному, либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти;

ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти;

3) в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая.

Пунктом 1 статьи 9 указанного закона установлено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года N255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" за весь период временной нетрудоспособности застрахованного, начиная с первого дня до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности, за счет средств обязательного социального страхования выплачивается пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов его среднего заработка без каких-либо ограничений (подпункт 1 пункта 1 статьи 8, статья 9 Федерального закона от 24 июля 1998 года N125-ФЗ). Назначение, исчисление и выплата пособий по временной нетрудоспособности производятся в соответствии со статьями 12 - 15 Федерального закона от 29 декабря 2006 года N255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" (с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 24 июля 2009 года 213-ФЗ) в части, не противоречащей Федеральному закону от 24 июля 1998 года N125-ФЗ.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в период с 01.05.2019 года по 09.11.2020 года ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «МонтажСтрой» в должности электромонтера (вышкомонтажника), что подтверждается справкой ответчика ООО «МонтажСтрой» о доходах ФИО1 за 2019 год, в которой доход по месту работы в данной организации указан с мая 2019 года; в выплатном деле ФСС расчет среднего заработка также произведен за период с мая 2019 года. Согласно записи трудовой книжки и представленному трудовому договору, началом работы в ООО «МонтажСтрой» значится не 01.05.2019 года, а 01.09.2019 года; должность в трудовом договоре – электромонтер, а в трудовой книжке – вышкомонтажник. Между тем, как указано выше, сам работодатель подтверждает период работы ФИО1 с 01.05.2019 года по 09.11.2020 года.

14.0.2020 года с ФИО1 на производстве произошел несчастный случай, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, и подтверждается актом от 14.01.2020 года №01/20 о несчастном случае на производстве, утвержденным заместителем директора ООО «МонтажСтрой» 15.01.2020 года. В соответствии с указанным актом, представленным в материалы дела, ФИО1 значится по должности вышкомонажником 5 разряда, а период его работы в ООО «МонтажСтрой» исчисляется с 01.05.2019 года. Обучение по охране труда ФИО1 пройдено в период с 20 по 25 мая 2019 года. Обстоятельства несчастного случая указаны в акте следующим образом: Несчастный случай произошел в 19:00 14.01.2020 года на Ярактинском нефтегазоконденсатном месторождении в Иркутской области, на кустовой площадке №59 подроторной площадки буровой установки БУ Уралмаш 3000 ЭУК 1-М. Во время работы по монтажу площадки ПВО вышкомонтажник ФИО1, и сварщик ФИО2 подняли ручной талью ТРШС площадки обслуживания ПВО для ее фиксации к центральной раме, но не сработал цепной ограничитель, в результате чего площадка обслуживания ПВО сорвалась, и находившиеся на ней работники упали на землю с высоты 4 метра и получили различные травмы, после чего члены вышкомонтажной бригады произвели визуальный осмотр пострадавших, при помощи носилок перенесли их в вахтовый автобус и доставили в медицинский пункт АБК-2 ЯНГКМ ООО «ИНК», где им была оказана медицинская помощь. 15.01.2020 года пострадавших эвакуировали санитарным бортом в г.Киренск. Решением комиссии было определено, что ручная таль ТРШС в момент несчастного случая была неисправна. Причиной несчастного случая явилось несовершенство технологического процесса; неудовлетворительная организация производства работ; низкий уровень подготовки персонала для выполнения работ на высоте; неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности их работодателем (анкерные линии, блокирующие инерционные устройства втягивающего типа). Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, в акте значатся: электросварщик ФИО9, вышкомонтажник ФИО1, прораб ФИО10, заместитель главного инженера по охране труда ФИО11, главный инженер ФИО12 Также в акте отражена степень вины каждого лица в несчастном случае, соответственно, вина ФИО14 и Зацаренного составляет по 15 процентов, вина прораба ФИО4 – 22 процента, вина главного инженера по охране труда ФИО11 и главного инженера Сатуряна – по 24 процента.

В результате падения ФИО1 получил травму, в связи с которой в период с 14.01.2020 года по 09.11.2020 года являлся нетрудоспособным, что подтверждается представленными в дело листками нетрудоспособности и участвующими в деле лицами не оспаривается.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что травма ФИО1 признана работодателем производственной. Данное обстоятельство истцом в судебном заседании не оспаривается.

Между тем, истец не заявил об отказе от этого требования в порядке ст.39 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах, требование истца о признании произошедшего с ним несчастного случая производственным удовлетворению не подлежит, поскольку право истца не нарушено, работодатель признал произошедший с истцом несчастный случай производственным.

На момент получения травмы состояние здоровья ФИО1 было оценено как легкий вред, при дальнейшем обследовании и лечении вред здоровью определялся средней степени тяжести, однако экспертным заключением от 22.04.2021 года №68-ПЛ/2021 установлено причинение здоровью ФИО1 тяжкого вреда.

Из указанного экспертного заключения следует, что ФИО1 14.01.2020г. была причинена тупая сочетанная травма головы, грудной клетки и левой верхней конечности: закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга средней степени с внутримозговой гематомой левой теменной доли, кровоподтека в правой окологлазничной области; закрытые переломы правой и левой ключиц; закрытый перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости (с дефектом костной ткани), закрытый перелом шиловидного отростка левой локтевой кости с незначительным смещением отломков, подвывихом левой полулунной кости; в том числе указанная в «Медицинском заключении» от 16.01.2020г. из ОГБУЗ «Киренская районная больница».

Характер и локализация этих повреждений свидетельствуют о том, что указанная травма образовалась от воздействий твердыми тупыми предметами, что возможно при падении пострадавшего с высоты 4-5 метров (при обрыве площадки) – как это указано в материалах гражданского дела (исковое заявление ФИО1 от 19.05.2020г.).

В последующем данная травма осложнилась развитием эпилептического приступа 01.07.2020г. (подтвержденного клиническими симптомами /тонико-клонические судороги/, описанными медицинскими работниками КГБУЗ «Краевая клиническая больница»), смешанной контрактуры (ограничение объема движений) левого лучезапястного сустава.

В связи с наличием данной травмы и ее последствий, ФИО1 находился на стационарном лечении: с 15.01.2020г. по 05.02.2020г. в ОГБУЗ «Киренская районная больница», с 07.02.2020г. по 21.02.2020г. в ОГБУЗ Иркутская городская больница №6», с 27.04.2020г. по 06.05.2020г. и с 06.05.2020г. по 15.05.2020г. в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» г.Барнаул (с проведением операций: 28.04.2020г. – дистракционный остеосинтез левого предплечья аппаратом внешней фиксации; 06.05.2020г. – реконстуктивно-пластическая операция на левом предплечье: корригирующая остеотомия лучевой кости, вправление вывиха полулунной кости, пластика дефекта костной ткани лучевой кости остеозамещающим препаратом «Матрикс», остеосинтез лучевой кости аппаратом внешней фиксации), с 19.06.2020г. по 07.07.2020г. в КГБУЗ «Краевая клиническая больница».

При осмотре 13.04.2021г. членами экспертной комиссии ФИО1 установлена значительно выраженная смешанная контрактура левого лучезапястного сустава.

Таким образом, имеется прямая причинно-следственная связь между причинением истцу вышеуказанной сочетанной травмы и развитием ее последствий.

Судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу о том, что данная травма (с учетом ее последствий) привела к значительной стойкой утрате общей трудоспособности не менее чем на одну треть – в размере 45% (пункт 2-а /30%/, пункт 84-б /15%/ «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин», являющейся приложением к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.08г. №194н), и по этому признаку указанная травма причинила тяжкий вред здоровью (подпункт 6.11 вышеуказанных «Медицинских критериев»).

В представленных медицинских документах отсутствуют данные о наличии у ФИО1 каких-либо заболеваний до 14.01.2020г., которые могли ухудшить состояние здоровья истца после причинения ему вышеуказанной сочетанной травмы.

При осмотре врачом-офтальмологом 26.03.2020г. ФИО1 был установлен диагноз «Частичная атрофия зрительного нерва правого глаза посттравматического генеза». При осмотре врачом-офтальмологом 08.09.2020г. истцу был установлен диагноз «Частичная атрофия зрительного нерва обоих глаз».

Для установления наличия или отсутствия у истца частичной атрофии зрительных нервов глаз и дальнейшего выявления возможных причин ее образования в настоящее время ФИО1 необходимо пройти следующие обследования: осмотр врачом-офтальмологом с описанием офтальмологического статуса (острота зрения, глазное дно и пр.), оптическая когерентная томография дисков зрительных нервов обоих глаз, снимок дисков зрительных нервов обоих глаз на фундус-камере, компьютерная периметрия, зрительные вызванные потенциалы.

Суд соглашается с выводами экспертов, поскольку они основаны на подробном исследовании медицинских документов. Выводы медицинских учреждений о причинении ФИО1 легкого вреда здоровью и вреда здоровью средней тяжести суд признает ошибочными, сделанными при неполном медицинском исследовании.

На период с 28.10.2020 года по 01.11.2021 года ФИО1 установлена утрата трудоспособности 30 процентов, что подтверждается справкой МСЭ.

Как видно из представленных Иркутским региональным отделением Фонда социального страхования Российской Федерации документов выплатного дела, работодателем ФИО1 - ООО «МонтажСтрой» в филиал №1 Государственного учреждения Иркутского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации после составления акта о несчастном случае на производстве и до момента увольнения ФИО1 представлялись документы, необходимые для назначения и выплаты истцу пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве на основании листков нетрудоспособности. Заключением от 14.03.2020 года №8/2 Филиала №1 ГУ Иркутского регионального отделения ФСС произошедший с ФИО1 случай квалифицирован как страховой.

Согласно отраженным в указанных документах сведениям, заработок ФИО1 за расчетный период 9 месяцев 2019 года (с 01.05.2019 года по 14.01.2020 года) для исчисления пособия составлял 179245 рублей 16 коп.; среднедневной заработок – 398 рублей 79 коп.

Ответчиком ООО «МонтажСтрой» представлены в региональное отделение ФСС все необходимые документы в отношении застрахованного лица ФИО1 для назначения и выплаты пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, в том числе листки нетрудоспособности: №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, согласно которым период временной нетрудоспособности продолжался с 15.01.2020 года по 09.11.2020 года. Последний листок нетрудоспособности был выдан Зацаренному под №№ 28.10.2020 года, закрыт листок нетрудоспособности был 09.11.2020 года, в нем указано, что ФИО1 может приступить к работе с 10.11.2020 года.

Однако, как указано выше, с 28.10.2020 года по 01.11.2021 года ФИО1 врачебной комиссией ФКУ «ГБ МСЭ по Алтайскому краю» Минтруда России была установлена 30-процентная степень утраты профессиональной трудоспособности.

Назначение и выплата пособия по листкам нетрудоспособности произведены в соответствии с п.1 ст.9 Федерального закона от 24.07.1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Общая сумма назначенного пособия составила 98501 рубль 13 коп., сумма выплаченного пособия составила 85695 рублей 98 коп. (за вычетом НДФЛ).

Истец просит взыскать утраченный заработок, ссылаясь на то, что его фактический ежемесячный заработок был больше официально указанного в справке о доходах.

Как уже было отмечено ранее, пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 24.07.1998 года N125-ФЗ установлено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 года N255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Согласно части 1 статьи 13 Федерального закона от 29.12.2006 года N255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" (далее также - Федеральный закон от 29.12.2006 года N255-ФЗ) назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи).

Пособие по временной нетрудоспособности, как следует из положений части 1 статьи 14 Федерального закона от 29.12.2006 года N255-ФЗ, исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).

По общему правилу, содержащемуся в части 1 статьи 4.6 данного Закона, страхователи выплачивают страховое обеспечение застрахованным лицам в счет уплаты страховых взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Сумма страховых взносов, подлежащих перечислению страхователями в Фонд социального страхования Российской Федерации, уменьшается на сумму произведенных ими расходов на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам. Если начисленных страхователем страховых взносов недостаточно для выплаты страхового обеспечения застрахованным лицам в полном объеме, страхователь обращается за необходимыми средствами в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации (часть 2 статьи 4.6 Федерального закона от 29.12.2006 года N255-ФЗ).

Аналогичные положения о порядке финансового обеспечения расходов страхователей на выплату страхового обеспечения за счет средств бюджета Фонда социального страхования Российской Федерации предусмотрены в части 2 статьи 15 Федерального закона от 24.07.2009 года N212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования".

Вместе с тем Федеральным законом от 24 июня 1998 года N125-ФЗ и Федеральным законом от 29 декабря 2006 года N 255-ФЗ не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами. Работодатель (страхователь) в такой ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 года N2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" следует, что возмещение вреда, причиненного здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется страхователем (работодателем) по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (работника), в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Итак, подлежащая выплате ФИО1 за счет средств социального страхования сумма пособия по временной нетрудоспособности за период с 15.01.2020 года по 09.11.2020 года, исчисленная в соответствии с частью 1 статьи 14 Федерального закона от 29.12.2006 года N255-ФЗ исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, составляет 98501 рубль 13 коп., сумма выплаченного пособия составила 85695 рублей 98 коп. (за вычетом НДФЛ).

Данное обстоятельство истцом не оспаривается, в судебном заседании истец подтвердил, что получил пособие по временной нетрудоспособности в полном размере, т.е. по всем листкам нетрудоспособности, в связи с чем, на требовании о взыскании пособия по временной нетрудоспособности не настаивает.

Между тем, истец не заявил об отказе от этого требования в порядке ст.39 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании пособия по временной нетрудоспособности удовлетворению не подлежит.

Между тем положениями статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации гарантировано право на возмещение утраченного потерпевшим заработка (дохода), который он имел либо определенно мог иметь, в случае причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья.

Порядок расчета утраченного потерпевшим заработка определен в статье 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанной норме закона, размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам, как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.

Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.

В случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

Если в заработке (доходе) потерпевшего произошли до причинения ему увечья или иного повреждения здоровья устойчивые изменения, улучшающие его имущественное положение (повышена заработная плата по занимаемой должности, он переведен на более высокооплачиваемую работу, поступил на работу после получения образования по очной форме обучения и в других случаях, когда доказана устойчивость изменения или возможности изменения оплаты труда потерпевшего), при определении его среднемесячного заработка (дохода) учитывается только заработок (доход), который он получил или должен был получить после соответствующего изменения.

Таким образом, в отличие от исчисления пособия по временной нетрудоспособности, установленного Федеральным законом от 29.12.2006 года N255-ФЗ исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, статьей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен иной механизм и порядок расчета утраченного потерпевшим заработка.

Между тем, ФИО1 до получения производственной травмы имел трудовой стаж 9 месяцев, за который ему и был произведен расчет среднего заработка для начисления пособия по временной нетрудоспособности.

Соответственно, период исчисления заработка по ст.1086 ГК РФ полностью соответствует периоду исчисления ФИО1 пособия по временной нетрудоспособности, утраченного заработка не имеется.

На основании изложенного, требование истца о взыскании с ответчика утраченного заработка удовлетворению не подлежит.

По требованию истца о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

В силу ст.37 Конституции Российской Федерации каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В соответствии со ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Согласно ч.8 ст.220 и ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный повреждением здоровья работника, в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Трудовое законодательство не содержит понятия морального вреда. Его определение дается в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации - это нравственные или физические страдания. Законодатель указывает, что если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье гражданина относится к нематериальным благам, и подлежат защите в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" дано разъяснение о том, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований частично – в размере 280000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь ст.1101 ГК РФ, учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает и то обстоятельство, что в акте о несчастном случае на производстве указано о том, что в несчастном случае, произошедшем с ФИО1 имеется и доля его вины, определенная в размере 15 процентов, так как одной из причин несчастного случая указано неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие их необеспеченности работодателем (анкерные линии, блокирующие инерционные устройства втягивающего типа).

А в акте расследования причин происшествия от 26.01.2020 года (т.1 л.д.35-46), представленном в материалы дела ответчиком, указано, что пострадавшие (т.е. ФИО1 и ФИО5) не были застрахованы от падения с высоты страховочными поясами; при выполнении работ на высоте отсутствовали анкерные линии и блокирующие инерционные устройства втягивающего типа.

Содержание актов истцом ФИО1 в судебном заседании не оспаривалось.

Таким образом, судом установлено, что истец ФИО1, прошедший инструктаж по технике безопасности, о чем указано в акте и истцом не оспаривается, а, следовательно, заведомо знающий о том, что во время работы на высоте он обязан пользоваться страховочными средствами защиты, выполнял работу без страховочного пояса.

Работодатель указал о том, что ФИО1 не мог пользоваться страховочным поясом по причине того, что не был обеспечен данным средством защиты работодателем, однако, ФИО1 мог, но не воспользовался правом, предусмотренным ст.4 Трудового Кодекса РФ, отказаться от выполнения такой работы в связи с возникновением непосредственной угрозы для жизни и здоровья работника вследствие нарушения требований охраны труда, в частности необеспечения его средствами коллективной или индивидуальной защиты в соответствии с установленными нормами.

Однако выполнение истцом работы без страховочного пояса суд не оценивает как грубую неосторожность, поскольку в вышеуказанных актах, исследованных судом, отражено множество других причин несчастного случая, связанных с ненадлежащим соблюдением исполнением работодателем требований охраны труда и техники производственной безопасности.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает, что вред здоровью истца причинен вследствие несчастного случая на производстве по вине работодателя, не исполнившего обязанность по обеспечению безопасных условий работы и охраны труда, также, судом учитывается и незначительная степень вины самого истца, неоспариваемая истцом, поскольку истец согласился на выполнение работы, недостаточно обеспеченной средствами защиты при работе на высоте.

При определении размера компенсации морального вреда суд также принимает во внимание значительные физические и нравственные страдания истца после производственной травмы, сопровождавшиеся болью и последствиями в виде эпилептических приступов, у истца были травмированы жизненно важные органы, отвечающие за функционирование всего организма, травма причинила здоровью истца тяжкий вред, для восстановления здоровья истец проходил длительное обследование и лечение, перенес несколько операций, но здоровье на данный момент полностью не восстановлено, он продолжает лечение и обследование, на один год (с 28.10.2020 года по 01.11.2021 года) истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности на 30 процентов с последующим переосвидетельствованием, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу о том, что данная травма (с учетом ее последствий) привела к значительной стойкой утрате общей трудоспособности не менее чем на одну треть – в размере 45%, что свидетельствует о том, что истец не только не может в настоящее время заниматься трудовой деятельностью, но и испытывает затруднения в быту.

Учитывая совокупность вышеизложенных обстоятельств, требования разумности и справедливости, соблюдая баланс интересов сторон, учитывая, что работодателем является юридическое лицо – коммерческая организация, суд признает справедливым и законным взыскание с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 280000(Двести восемьдесят тысяч) рублей.

Доводы ответчика, изложенные в письменных возражениях, о том, что в зачет компенсации морального вреда нужно включить выплаченную истцу с его согласия сумму 111000 рублей в виде премии в размере 67235 рублей по приказу от 17.01.2020 года №19, в виде оплаты проезда матери истца в размере 14000 рублей, в виде возмещения расходов на медицинское обследование в размере 25000 рублей, в виде возмещения расходов на проезд матери истца и самого истца к месту жительства в размерах соответственно 2724 рубля 80 коп. и 6143 рубля 00 коп., и отказать истцу в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в связи с достаточным размером его возмещения по сложившийся судебной практике, суд признает необоснованными, так как перечисленные ответчиком расходы относятся к добровольному возмещению материального ущерба, поскольку в том случае, если бы ответчик не компенсировал эти расходы, у истца возникло бы право требовать их возмещения в судебном порядке.

По требованиям истца о взыскании с ответчика расходов на лечение и реабилитацию, транспортных расходов к месту обследования и лечения, почтовых расходов на отправление жалобы и досудебной претензии суд приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на лечение и реабилитацию в размере 26662 рубля 25 коп., транспортные расходы к месту обследования и лечения в размере 1511 рубль, почтовые расходы на отправление жалобы и досудебной претензии в размере 1164 рубля 50 коп., подтвержденными расчетно-платежными документами, договорами на оказание медицинских услуг, проездными билетами.

Указанные расходы суд признает необходимыми по следующим основаниям.

Согласно справке главного врача КГБУЗ «Тальменская ЦРБ» от 28.06.2021 года №882, в 2020 году в штате больницы невролога не было, поэтому, в связи с закрытием лечебных учреждений планового приема, сроки ожидания обследования увеличились. На необходимые ФИО1 обследования сроки ожидания в Тальменской ЦРБ очередь увеличилась с двух недель до одного месяца.

Соответственно, направление ФИО1 на консультацию невролога в Диагностический Центр Алтайского края было необходимо, и такое направление было выдано ФИО1

Необходимыми суд признает расходы на обследование, в том числе в частных клиниках, поскольку именно благодаря этим обследованиям с применением современных методов исследования и медицинской техники ФИО1 было назначено лечение, а экспертами была правильно установлена степень тяжести вреда здоровью – тяжкий вред здоровью.

На основании изложенного, необходимыми расходами, понесенными истцом на обследование, лечение и реабилитацию, подлежащими взысканию с ответчика, являются расходы в размере 26662 рубля 25 коп.

Не подлежат взысканию с ответчика в пользу истца расходы на консультацию невролога в ФГБУ «Федеральный Центр нейрохирургии» Минздрава России в г.Новосибирске в сумме 1500 рублей и расходы на проезд в данное медицинское учреждение истца и обратно в сумме 290 рублей, так как такие расходы не являлись необходимыми, поскольку у истца было направление на консультацию невролога в Диагностический Центр Алтайского края за счет фонда обязательного медицинского страхования, но истец решил получить платную консультацию невролога в Центре нейрохирургии в г.Новосибирске. 10.09.2020 года истец получил платную консультацию невролога в Центре нейрохирургии (т.2 л.д.26), а 15.09.2020 года, т.е. через 5 дней консультировался у невролога в Диагностическом Центре Алтайского края.

Соответственно, расходы на проезд в Диагностический Центр и обратно, а также расходы на проезд для последующего обследования, в том числе, на медицинском оборудовании частных клиник, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в общей сумме 1151 рубль.

Почтовые расходы на отправление жалобы и досудебной претензии с копированием документов в размере 1164 рубля 50 коп. подтверждаются материалами дела и признаются судом необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 исковые требования к Обществу с ограниченной ответственностью «Монтажстрой» о возмещении утраченного заработка, компенсации морального вреда и расходов, связанных с лечением удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Монтажстрой» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 280000 рублей, расходы на лечение и реабилитацию в размере 26662 рубля 25 коп., транспортные расходы к месту обследования и лечения в размере 1151 рубль, почтовые расходы на отправление жалобы и досудебной претензии в размере 1164 рубля 50 коп.

В удовлетворении исковых требований к ГУ Иркутское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации отказать.

В удовлетворении остальных требований к Обществу с ограниченной ответственностью «Монтажстрой» отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Монтажстрой» госпошлину в доход муниципального образования Тальменский район Алтайского края в сумме 300 рублей по требованию о компенсации морального вреда и в сумме 400 рублей – по требованиям имущественного характера.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Тальменский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. Мотивированное решение изготовлено 05.08.2021 года.

Судья Л.В.Гусева