Решение № 2-2014/2020 2-2014/2020~М-1389/2020 М-1389/2020 от 25 октября 2020 г. по делу № 2-2014/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 октября 2020 года город Воронеж

Ленинский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Ботвинникова А.В.,

при секретаре Ключанских А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании истца добросовестным приобретателем, признании права собственности на квартиру, погашении записи о праве собственности ответчика на квартиру в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, устранении препятствий в пользовании квартирой, передаче ключей,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 и, с учетом заявленных уточнений (л.д. 113-124) просила признать ФИО1 добросовестным приобретателем двухкомнатной <адрес> жилом <адрес> в <адрес> в соответствии с заключенным между ФИО1 и ФИО4 договором уступки прав требования №/п/4у от 13.05.2008г.

Признать право собственности ФИО1 в порядке добросовестного приобретения на <адрес> жилом <адрес> в <адрес>, кадастровый №.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимость и сделок с ним записи о праве собственности ФИО2 и ФИО3 на <адрес> жилом <адрес> в <адрес>.

Обязать ответчиков ФИО2 и ФИО3 устранить чинимые истцу препятствия в пользовании двухкомнатной квартирой № в жилом <адрес> в <адрес> и находящимся в указанной квартире принадлежащим ей имуществом путем, предоставления ключей для беспрепятственного доступа в квартиру.

В обосновании своих требований истец указала, что истец является добросовестным приобретателем двухкомнатной <адрес>, общей площадью 60,7 кв.м., расположенной на 4-м этаже в жилом доме по адресу: <адрес>, на основании договора уступки прав требования №/п/4у от 13.05.2008г., заключенного между ФИО4 и ФИО1.

Истец указывает, что ее право собственности на указанную квартиру было подтверждено следующими судебными актами: решением Ленинского районного суда <адрес> от 27.01.2010г., вступившим в законную силу 06.02.2011г., которым было постановлено: «Признать за ФИО1 право на получение двухкомнатной квартиры общей площадью 61,5 кв. метров на четвертом этаже жилого дома, блок-секция 3 «А», расположенного по адресу: <адрес>, после завершения строительства», решением Ленинского районного суда г. Воронежа от 27.11.2012г., вступившим в законную силу 27.12.2012г., согласно которому за ФИО1, было признано право собственности на двухкомнатную <адрес>, общей площадью 60,7 кв.м., расположенную на 4-м этаже в жилом доме по адресу: <адрес> (литер А).

В феврале 2012 года истцу случайно стало известно о том, что судом на квартиру наложен арест. Практически в тот же момент она узнала, что приобретенная в 2008 году у ФИО4 квартира стала предметом спора между бывшими супругами ФИО3 и ФИО2, и в 2010 году было вынесено решение Ленинского райсуда <адрес> о признании за ними права общей совместной собственности на ее квартиру.

Истец указывает, что до 2012г. ей не было известно о вышеназванном споре. Ленинский районный суд г. Воронежа не привлекал ее к участию в разбирательстве дела, несмотря на то, что поданным ФИО3 иском к ФИО2 затрагивались принадлежащие ее права на долевое инвестирование указанной квартиры, в связи с чем, она обжаловала вышеуказанное решение.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 11.09.2012г. ее жалоба была удовлетворена, решение Ленинского райсуда г. Воронежа от 09.11.2010г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

И только после возвращения дела в районный суд вышестоящей инстанцией, она была привлечена к участию в деле определением от 08.10.2012г., но не по инициативе истицы ФИО3, а по инициативе суда.

В 2009 году она, наряду с другими участниками долевого строительства жилья, обратилась в Ленинский районный суд г. Воронежа с иском к ООО «Строймонтаж-99»(«Заказчик») о признании права на получение квартиры по окончании строительства на основании договора уступки прав №/п/4у от 13.05.2008г.

Истец указывает, что на март 2009г. она была включена в реестр дольщиков ООО «Строймонтаж-99» по поз. ФИО5, 43, секция 3А, как участник строительства 2-х комнатной квартиры, площадью 61,5 кв.м, на основании договора №/п/4у.

В 4-м квартале 2009 г. ООО «Строймонтаж-99» приостановил строительные работы по возведению их дома. Через какое-то время (01.12.2009г.) она обратилась с заявлением на имя директора ООО «Строймонтаж-99», в котором, ссылаясь на заключенный ею договор №/п/4у уступки прав требования от 13.05.2008г. и на выполнение обязательств по оплате по первоначальному договору о долевом инвестировании №/п, просила уведомить ее письменно до 10.12.2009г. о причинах пропуска срока ввода в эксплуатацию объекта, степени готовности дома и мерах, которые предприняты застройщиком для достройки дома, Однако в указанный срок никакого ответа от ООО «Строймонтаж-99» в ее адрес не поступало.

Когда долыцикам-инвесторам стало известно об окончательном прекращении ООО «Строймонтаж-99» строительных работ по возведению дома <адрес> (практически на завершающей стадии), она, вместе с другими пострадавшими, принимала активное участие в создании и деятельности инициативной группы, которая занималась организацией работы по доведению позиции всех обманутых дольщиков дома до органов власти, правоохранительных органов, проведением большого количества собраний дольщиков, встреч с заинтересованными лицами и т.п.

В связи с приостановкой строительных работ по возведению дома инициативная группа, действующая от имени всех участников строительства, а также сами дольщики непосредственно стали направлять в адрес руководства администраций города Воронежа и Воронежской области, прокуратуры Воронежской области, комиссии по защите прав обманутых дольщиков бесконечные петиции и обращения, в которых они просили разобраться в сложившейся ситуации и помочь в решении вопроса о замене несостоявшегося застройщика новой строительной организацией, которая сможет закончить строительство дома на завершающей стадии, оформить все необходимые документы на дом и передать вновь отстроенные квартиры дольщикам.

В результате общих усилий, предпринятых инициативной группой и всеми дольщиками, руководство Воронежской области, согласившись с их требованиями, приняло решение о возложении обязанностей по завершению строительных работ в отношении строящегося жилого дома <адрес> в <адрес> на ООО «Выбор» за счет собственных сил и на безвозмездной основе.

01.07.2011г. отделом выдачи разрешений на строительство и ввод в эксплуатацию Департамента градостроительства и архитектуры администрации г. Воронежа ООО «Выбор» было выдано разрешение на строительство многоквартирного жилого дома по адресу: <адрес>.

В конце 4-го квартала 2011 года ООО «Выбор» смогло обеспечить окончание строительства дома. На тот момент дольщики активно занимались обустройством своих квартир, полученных, согласно договорам, в черновой отделке. Ею также был осуществлен полномасштабный ремонт квартиры и произведены все отделочные работы в полном объеме.

27.12.2011г. ООО «Выбор», как застройщик, сдал дом в эксплуатацию, после чего для дольщиков дома, поименованных в реестре, было организовано общее собрание, проходившее в зале ВГАСУ (<адрес>), в ходе которого им разъяснили, что юридически право собственности каждого дольщика на свою квартиру в достроенном доме следует оформлять только через обращение в суд с иском о признании права собственности именно к ООО «Выбор», как организации, официально сдавшей дом в эксплуатацию приемочной комиссии.

После этого она, наравне с другими дольщиками, обратилась в Ленинский райсуд г. Воронежа с иском к ООО «Выбор», ДИЗО по Воронежской области о признании права собственности на квартиру.

Заочным решением Ленинского райсуда г. Воронежа от 27.11.2012г. ее иск был удовлетворен и за ФИО1 было признано право собственности на двухкомнатную <адрес> жилом <адрес>, по <адрес> в <адрес>.

Поскольку после отмены Воронежским областным судом решения Ленинского райсуда г. Воронежа от 09.11.2010г. гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании недействительными договоров уступки права требования, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании имущества общей совместной собственностью бывших супругов, разделе общего имущества супругов было пересмотрено Ленинским райсудом г. Воронежа в ее отсутствие с постановлением нового решения от 31.10.2012г., она была вынуждена снова обжаловать данное решение.

Апелляционным определением судебной коллеги по гражданским делам Воронежского областного суда от 28.03.2013г. решение Ленинского районного суда г. Воронежа от 31.10.2012г. по делу по вышеуказанному иску ФИО3 к ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО1 по апелляционным жалобам ФИО2, ФИО7, ФИО6, ФИО10, ФИО4, ФИО1 снова было отменено.

Тем же Апелляционным определением от 28.03.2013г. было постановлено новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора уступки прав требования №/п/4у от 13.05.2008г., заключенного между ФИО4 и ФИО1, отказано.

Однако при этом принадлежащую ей 2-х комнатную квартиру по адресу: <адрес>, право собственности на которую было признано за ней решением Ленинского райсуда г. Воронежа от 27.11.2012г., вступившим в законную силу, судебная коллегия постановила истребовать из ее владения во владение бывших супругов ФИО2 и ФИО3

Как следует из Апелляционного определения от 28.03.2013г., приходя к выводу о законности договора уступки прав требования №/п/4у от 13.05.2008г., заключенного между ФИО4 и ФИО1 и отказывая ФИО3 в иске о признании указанного договора недействительным, судебная коллегия ошибочно определила начала правоотношений между ФИО4 и ФИО1 как май 2010г., что подтверждается неправильным указанием описательной, мотивировочной и резолютивной частях Апелляционного определения неправильной даты заключения договора - 13.05.2010г. (вместо 13.05.2008г.), что свидетельствует о допущенной коллегией существенной ошибке.

При изложенных обстоятельствах вполне правомерным является предположение о том, что судебная коллегия при истребовании из ее владения спорной квартиры ошибочно полагала, что права на эту квартиру возникли у нее лишь 13.05.2010г. и при анализе ее позиции по делу сослалась на правоприменительную практику, действующую после 2008 года.

Таким образом, с одной стороны, судебная коллегия признала законность правоудостоверяющего документа (договора уступки прав №/п/4у), на основании которого суд признал за ней право собственности на квартиру решением от 27.11.2012г., сохранявшим на момент рассмотрения спора судебной коллегией 28.03.2013г. свою юридическую силу.

С другой стороны, судебная коллегия 28.03.2013г., в силу вышеназванной ошибки, посчитала, что имущественное право ФИО3 на получение квартиры (собственником которой она никогда не признавалась) превосходит ее право собственности, признанное вступившим в законную силу судебным решением от 27.11.2012г. на основании договора уступки прав от 13.05.2008г.. который судебная коллегия признала соответствующим закону как договор от 13.05.2010г.

Между тем, признавая всех участников гражданского оборота равными в правах закон РФ не выделил ФИО3 в какую-либо особую группу субъектов права требования которых пользовались бы приоритетной защитой.

При рассмотрении дела было установлено, что в период брака ФИО3 добровольно распорядилась принадлежащими ей имущественными правами (долей) в общей совместной собственности в октябре 2007 года, что подтверждается: во-первых, заключенным между ФИО11 и ФИО2 договором №/п/у от 16.10.2007г., по которому супруга уступила супругу свои права в отношении инвестируемой квартиры, а, во-вторых, заявленным в судебном заседании официальным отказом ФИО3 от иска к ФИО2 о признании договора уступки прав от 16.10.2007г. недействительным, который был принят судом определением от 11.11.2008г.

Заслуживающим внимание является и обстоятельство того, что ФИО3 не были известны сведения об оплате строящихся квартир, в т.ч. и по договору участия в инвестирования строительства от 11.07.2005г. №-п, о чем свидетельствует поданное ФИО12 в суд ходатайство об истребовании из ООО «Строймонтаж» информации о том, «выполнены ли обязательства со стороны инвесторов Гостевых в отношении заключенных ими договоров, если - да, то - в каком объеме и в какое время».

Следовательно, у ФИО3 отсутствовали не только доказательства произведенной супругами оплаты («в каком объеме и в какое время»), но и также отсутствовали доказательства наличия предмета спора - зарегистрированных на имя супругов имущественных прав требования квартир.

Как оказалось, после передачи 16.10.2007г. своих имущественных прав на квартиру в пользу своего супруга ФИО2 ФИО3 не только не выясняла, кому принадлежат эти имущественные права на момент ее обращения в суд с иском к бывшему супругу, но и не интересовалась ни ходом строительных работ, ни стадией строительства жилья, в частности, в реестре дольщиков строящегося дома ФИО3 не состояла.

Однако, в своем иске к ФИО2 о разделе имущества ФИО3, требуя признать общей собственностью супругов и права на спорную квартиру, неверно указывала стоимость этих прав на момент их покупки супругами в 2005 году, что свидетельствует о том, что финансирование жилья супругами не осуществлялось на общие семейные средства. Далее - в своем иске ФИО3 просила выделить ей две квартиры из пяти, а квартиру, добросовестным приобретателем которой оная являлась, - выделить ФИО2, при этом общую стоимость нажитого имущества на момент рассмотрения спора ФИО3 также не указывала.

Судебная коллегия в отсутствие соответствующих доказательств, тем не менее, произвела раздел имущества, не определив ни общую стоимость подлежащего разделу имущества на момент раздела, ни стоимость имущества (доли), присужденного каждому из супругов.

Как участник судебного разбирательства по спору о разделе общего имущества между бывшими супругами, она категорически заявляла, что ее права на спорную квартиру подлежат защите как права добросовестного приобретателя имущественных прав по договору уступки №/п/4у от 13.05.2008г. подлежат судебной защите.

Однако при вынесении Апелляционного определения от 28.03.2013г. судебная коллегия не стала исследовать предъявленные ей доказательства того, что я не знала и не могла знать о чьих-либо притязаниях на приобретаемое имущество при заключении договора от 13.05.2008г., поэтому вопрос о признании ее добросовестным приобретателем по существу коллегией не рассматривался.

Тем не менее, после вынесения судебной коллегией Воронежского облсуда вышеназванного Апелляционного определения ФИО3 подала апелляционную жалобу на вступившее в законную силу заочное решение Ленинского райсуда г. Воронежа от 27.11,2012г. по иску ФИО1 к ООО «Выбор», ДИЗО по Воронежской области о признании права собственности на квартиру.

В ходе рассмотрения жалобы ФИО3 определением от 08.04.2014г. апелляционная инстанция перешла к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, к участию в деле в качестве 3-го лица была привлечена ФИО3

Апелляционным определением судебной коллегии Воронежского облсуда от 13.05.2014г. к производству суда было принято ее уточненное исковое заявление, в котором она дополнила иск новым требованием о признании ее добросовестным приобретателем квартиры по адресу: <адрес>.

В судебном заседании участвующий в деле ФИО2, ранее привлеченный определением судебной коллегии от 21.10.2014г. в качестве 3-го лица, заявил, что он согласен с иском ФИО1 и полагает исковые требования подлежащими удовлетворению. Т.о., один из двух новых формальных собственников квартиры, в чью пользу она была истребована судом в марте 2013 года, подтвердил правомерность ее иска о праве собственности на данную квартиру и добросовестность приобретения ею имущественных прав требования квартиры, что подтверждается протоколом судебного заседания от 28.10.2014г. по делу № 33-1829.

Однако, несмотря на позицию ФИО2 по данному делу судебная коллегия, отменяя заочное решение Ленинского райсуда г. Воронежа от 27.11.2012г., сослалась на то, что спорная квартира была признана общей совместной собственностью бывших супругов ФИО2 и ФИО3 и истребована из владения ФИО1 ранее вынесенным Апелляционным определением судебной коллегии Воронежского областного суда от 28.03.2013г., которое, как указала коллегия, «в настоящем судебном процессе не ревизуется».

На основании вышеприведенных формальных доводов судебная коллегия приняла новое решение об отказе ей в иске о признании права собственности на квартиру.

При этом исковое требование о признании ее добросовестным приобретателем, содержащееся в уточненном иске от 13.05.2013г., судебная коллегия не стала рассматривать по существу по правилам суда первой инстанции без указания мотивов.

Со своей стороны, ФИО3 и ФИО2, несмотря на появившийся у них в марте 2013 года формальный статус лиц, в чью собственность квартира была истребована, своего прежнего отношения к факту нахождения квартиры в ее владении и пользовании не изменили, демонстрируя таким образом абсолютное согласие с законностью ее владения и пользования квартирой, а ФИО2, к тому же, и открыто признал это в судебном заседании в октябре 2014 года, дополнительно поясняя, что имущественные права требования супругов на спорную квартиру при заключении первоначального договора инвестирования (в период его брака с ФИО3) были оплачены с помощью заемных средств, полученных у ФИО4, а не за счет собственных средств семьи, поскольку такие средства у семьи отсутствовали, поэтому к процессу финансирования приобретенной на имя бывших супругов квартиры ФИО3 отношения не имела.

Очевидно, что бывшие супруги, понимая вышеизложенное, несмотря на формальный статус собственников, не проявляют никакого интереса к факту нахождения в ее владении квартиры, приобретенной у ФИО4 по договору от 13.05.2008г., тем самым фактически подтверждают правомерность ее прав на квартиру.

Таким образом, как действительно добросовестный приобретатель прав на передачу квартиры в собственность с 2008 года, как до принятия Ленинским райсудом решения от 27.11.2012г. о признании за ней права собственности на квартиру, так и после его принятия и последующей отмены, независимо от вынесения Апелляционного определения Воронежского облсуда от 28.03.2013г. об истребовании квартиры из ее владения, она в полном объеме выполнила все условия в соответствии с договором уступки прав от 13.05.2008 г., т.е. приобрела имущественные права на квартиру возмездно, при этом ни о каких основаниях, которые бы препятствовали заключению договора уступки прав, ей известно не было.

Никаких долговых обязательств ни перед ФИО4, ни перед ООО «Строймонтаж-99», ни перед ООО «Выбор» у нее не имеется.

С момента вручения ей ключей от спорной квартиры лично она в полном объеме несла бремя содержания квартиры и оплачивала все расходы по получению необходимых документов, справок и иных платежей.

Вместе с тем затраты, понесенные ею после получения квартиры, в связи с ее улучшением как объекта недвижимости, во много раз превосходят суммы, которые были оплачены от имени ответчиков в момент заключения между ООО «Строймонтаж-99» и ФИО11 первоначального договора инвестирования.

То есть, в течение всех последующих 12-ти лет после того, как она стала участником инвестирования строительства жилья по договору уступки прав, заключенному с ФИО4, которая, в свою очередь, эти права приобрела у лиц, ранее бывших супругами (ФИО2 и ФИО3), она непрерывно владела имущественными правами, а впоследствии - выстроенной квартирой, в том числе: надлежащим образом исполняла вытекающие из заключенного ею договора условия участия в инвестирования строительства, в связи с чем, через некоторое время после заключения договора была вынуждена участвовать в восстановлении прав обманутых дольщиков с целью передачи функций строительства дома в связи с банкротством ООО «Строймонтаж-99» другой организации, затем, после завершения строительства дома - произвела на личные средства все необходимые (после черновой отделки) отделочные и ремонтные работы в квартире, оформила всю необходимую документацию на выстроенную квартиру и прочее, по-прежнему владеет и пользуется квартирой как своей собственной, оплачивает все расходы по эксплуатации и коммунальному обслуживанию квартиры, несет иные необходимые расходы, связанные с владением и обслуживанием данного жилого помещения.

С учетом вышеизложенного, полагает, что у нее по-прежнему имеются основания для признания ее в судебном порядке добросовестным приобретателем <адрес> жилого <адрес> в <адрес>, с учетом того обстоятельства, что заявленные ею в мае 2014 года исковые требования о признании ее добросовестным приобретателем судебной коллегией по гражданским делам рассмотрены не были.

При заключении договора уступки прав №/п/4у от 13.05.2008г. она не имела оснований усомниться в правомочии ФИО4 на отчуждение в ее пользу имущественных прав требования на предоставление квартиры в собственность. В офисе ООО «Строймонтаж-99» (<адрес>), где составлялся и подписывался договор уступки прав №/п/4у от 13.05.2008г. между ней и ФИО4, ей были предоставлены все документы, включая подлинники договоров и платежных документов, свидетельствующие о законном обладании ФИО4 правами на приобретаемую квартиру.

При согласовании и регистрации договора в ООО «Строймонтаж-99», специалисты компании также заверили ее в том, что препятствий для заключения договора с ФИО4 нет. При этом на момент покупки ею прав требования у ФИО4 в мае 2008 года сведения об аресте квартиры в ЕГРПН отсутствовали.

Соответственно, приобретая имущественные права требования квартиры на тот период, она не могла знать о том, что эти права являлись предметом судебного спора бывших супругов ФИО2 и ФИО3

В 2015 году вышеприведенный абзац совместного Постановления Пленума № был исключен, что позволило судам делать вывод о презумпции добросовестности приобретателя имущества по данной категории споров на основании ст. 10 ГК РФ.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 22.06.2017 г. № 16-П положение п. 1 ст. 302 ГК РФ в той мере, в какой оно допускает истребование жилого помещения от его добросовестного приобретателя, признано не соответствующим Конституции РФ.

Конституционный Суд РФ также подчеркнул, что проверка соблюдения закона при совершении предшествующих сделок с недвижимым имуществом со стороны приобретателя этого имущества в отличие от государства существенно затруднена или невозможна. Кроме того, ссылаясь на решение ЕСПЧ, суд отметил, что при наличии широкого перечня контрольно-разрешительных органов и большого числа совершенных регистрационных действий с объектом недвижимости никакой сторонний покупатель квартиры не должен брать на себя риск лишения права владения в связи с недостатками, которые должны были быть устранены посредством специально разработанных процедур самим государством.

С 1 января 2020 года вступили в силу поправки в Гражданский Кодекс РФ о добросовестном приобретении и приобретательной давности.

Согласно п. 3 ч. 6 ст. 8.1 ГК РФ приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 232 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Частью 1 ст. 302 ГК РФ предусмотрено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Как следует из Выписки из Единого государственного реестра недвижимости кадастровая стоимость квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, площадью 60,7 кв.м, на 4-м этаже, кадастровый №, составляет 2 496 839, 87 руб.

Согласно Отчету №/кв-12-17 от 15.12.2017г., составленному ООО «Ассоциации независимой оценки» об оценке квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый №, рыночная стоимость объекта оценки составляет 3 124 168,00 руб.

Из выданного ей кадастрового паспорта на квартиру по адресу: <адрес>, ее общая уточненная площадь составляет 60,7 кв.м.

В марте 2020 года она обратилась в Воронежский областной суд с заявлением об устранении ошибки в Апелляционном определении судебной коллегии по гражданским Делам Воронежского областного суда от 28.03.2013г.

Апелляционным определением от 27.05.2020г. судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда ее заявление удовлетворила, указав, что в материалах дела имеется копия договора уступки прав требования №/п/4у между ФИО4 и ФИО1, датированного 13.05.2008г. (т. 6, л.д. 153-154), а договор уступки прав требования №/п/4у от 13.05.2010г. между ФИО4 и ФИО1 в материалах дела отсутствует. Т.е., установив, что в Апелляционном определении от 28.03.2013г. имеется описка, которая носит явный характер, судебная коллегия описку исправила, указав правильную дату договора №/п/4у между ФИО4 и ФИО1 - 13.05.2008 вместо 13.05.2010.

Изложенное означает обоснованность вывода о том, что при вынесении 28.03.2013г. решения об истребовании из ее владения спорной квартиры (дело № 2- 5440/2012) судебная коллегия ошибочно полагала, что права на эту квартиру возникли у нее лишь 13.05.2010г. и поэтому пришла к ошибочному выводу, что «ФИО1 не представила доказательств того, что она является добросовестным приобретателем на момент переуступки прав», сославшись при этом на практику применения законодательства, действующую после 2008 года, в т.ч., на разъяснения, содержащиеся п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Данное обстоятельство подтверждает тот факт, что судебная коллегия 28.03.2013 г допустила существенную ошибку, неправильно определив начало правоотношений между ФИО4 и ФИО1 как 13.05.2010г. (вместо 13.05.2008г.).

Принимая во внимание вышеизложенное, полагает, что исправление описки Апелляционным определением от 27.05.2020г. существенным образом повлияет на обстоятельства, подлежащие доказыванию при рассмотрении Ленинским райсудом г. Воронежа настоящего дела по ее иску о признании добросовестным приобретателем.

Вместе с тем, несмотря на истребование судебной коллегией из ее владения спорной квартиры, ни ФИО2, ни ФИО3 после 28.03.2013г. практического интереса к квартире не проявляли, не предъявляли в ее адрес никаких претензий об освобождении квартиры и никогда не препятствовали мне в осуществлении прав владения и пользования ею.

Также они не производили оплату коммунальных и других обязательных платежей за квартиру. Она же сразу после получения квартиры от застройщика (ООО «Выбор») по Акту приема-передачи в декабре 2011 года, стала в полном объеме производить оплату всех коммунальных платежей.

Объективные данные свидетельствуют о том, что и до вынесения судебной коллегией Апелляционного определения от 28.03.2013г. о признании права собственности на квартиру за ФИО2 и ФИО3 по ? доли за каждым, они оба фактически не претендовали на данную квартиру.

Так ФИО3 в своем иске к ФИО2 о разделе имущества заявляла о том, чтобы Ленинский райсуд присудил спорную квартиру именно ФИО2

Что касается ФИО2, то в ходе всех судебных разбирательств, проходивших с ее участием в Ленинском райсуде г. Воронежа, а затем — и в судебной коллегии при рассмотрении вышеуказанных гражданских дел в 2012-2013гг., ФИО2 всегда возражал против иска ФИО3 о признании за супругами прав на ее квартиру.

Напротив, ФИО2 последовательно и систематически признавал право собственности на <адрес> в <адрес> именно за ФИО1

И позднее, в 2014 году, ФИО2 также утверждал, что права на спорную квартиру принадлежат ФИО1 при рассмотрении Воронежским областным судом другого дела в судебном заседании по жалобе ФИО3 на решение Ленинского райсуда г. Воронежа от 27.11.2012г., в ходе которого 28.10.2014г. ФИО2 заявил, что он согласен с иском ФИО1 о признании ее добросовестным приобретателем спорной квартиры, что подтверждается Апелляционным определением Воронежского областного суда от 28.10.2014г. по делу № 2-5923/2012, а также протоколом судебного заседания.

Следовательно, один из ответчиков по настоящему делу ФИО2, который по данным Управления Росреестра по Воронежской области является, наравне с ФИО3, титульным собственником спорной квартиры, всегда подтверждал, что признает ее требования о признании права собственности на квартиру.

Однако в 2018 году выяснилось, что ФИО2, не поставив ее в известность, неожиданно переоформил на свое имя лицевой счет на спорную квартиру, хотя она продолжала проживать и пользоваться спорной квартирой. При этом платежные квитанции на оплату коммунальных услуг, по-прежнему, оформляются на ее имя.

Таким образом, как добросовестный приобретатель, она неизменно продолжала фактически владеть и пользоваться квартирой по адресу: <адрес>, без каких-либо ограничений или притязаний со стороны формальных собственников.

02.07.2020 г. ей позвонили из управляющей компании ООО «УК Новый город», которая обслуживает указанный дом, и сообщили, что необходимо срочно прибыть в квартиру, так как в подъезде обнаружена течь воды по стояку.

Она сразу же приехала, однако, попасть в свою <адрес> ей не удалось. Она обнаружила, что кто-то взломал замки на входной металлической двери, проник в ее жилище и установил на входной двери два новых замка. Более того, на двери квартиры был прикреплен лист бумаги, на котором имелась запись: «установлена сигнализация».

После этого она позвонила в Отдел полиции № 8 УМВД по <адрес>) с соответствующим заявлением о взломе замков и проникновении в жилище. 08.07.2010г. она обратилась с дополнительным заявлением по данному факту в порядке ст. 141 УПК РФ в тот же ОП № 8 УМВД.

Как следует из текста постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 12.07.2020г., вынесенного УУП ОП № 8 УМВД РФ по г. Воронежу ей было рекомендовано обратиться за защитой нарушенных прав в суд, поскольку опрошенный в ходе проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ ФИО2 сообщил, что именно он 02.07.2020 г. поменял замки в спорной квартире, так как «старые ключи он потерял», при этом «никакого имущества ФИО1 в квартире не находилось» (копия прилагается).

После окончания ремонтных работ ею в 2012 году в квартире была установлена мебель. Также в квартире находятся и другие принадлежащие ей вещи. Ни у ФИО2, ни у ФИО3 ключей от квартиры никогда не было.

Вышеуказанное постановление от 12.07.2020г. об отказе в возбуждении уголовного дела ею обжаловано, так как данное постановление вынесено по непроверенным фактам.

Полагает, что вышеуказанные противоправные действия по незаконному взлому замков в квартире, проникновению в ее жилище, установке двух новых замочных устройств и сигнализации в квартире были предприняты ответчиком ФИО2 как раз после того, как ему стало известно, что судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда вынесла Апелляционное определение от 27.05.2020г. по ранее рассмотренному делу № 2-5440/2012, в котором указала на ошибку, допущенную 28.03.2013г. при вынесении Апелляционного определения об истребовании квартиры ФИО1 в пользу ФИО3 и ФИО2

В судебном заседании истец и ее представитель по доверенности ФИО13 поддержали исковые требования, в том числе по основаниям, изложенным в письменных пояснениях (л.д. 208-220).

Представитель ФИО2 адвокат Лямзин А.В. возражал против удовлетворения иска, указывая на его необоснованность, поскольку предъявление настоящего иска фактически направлено на пересмотр ранее принятого судебной коллегией по гражданским делам Воронежского областного суда апелляционного определения от 28.03.2013 г.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. О времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом. О причинах неявки не сообщили, каких-либо доказательств наличия уважительных причин неявки в судебное заседание и ходатайств об отложении слушания дела не представили. В связи с чем, в силу статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд, изучив материалы гражданского дела, выслушав, лиц, участвующих в деле, приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны при исполнении обязательств должны проявлять ту степень осмотрительности и заботливости, которая требуется от них по характеру обязательства и условиям оборота, стороны должны принять все меры для надлежащего исполнения обязательств.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Судом установлено, что заочным решением Ленинского райсуда г. Воронежа от 27.11.2012г. по делу №2-5923/2012 исковые требования ФИО1 к ООО «Выбор» удовлетворены и за истцом было признано право собственности на двухкомнатную <адрес> жилом <адрес>, литер А, по <адрес> в <адрес>.

28.10.2014 г. указанное заочное решение отменно апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда со ссылкой на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного от 28.03.2013 г.

Так, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного от 28.03.2013 г. отменено решение Ленинского районного суда г. Воронежа от 31.10.2012 г. (дело №2-5440/2012), принятое по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО1 о признании недействительными договоров уступки права требования, о признании недействительными договоров займа и дополнительных соглашений к ним, о применении последствий недействительности договоров займа в части и дополнительных соглашений к ним, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании имущества общей совместной собственностью бывших супругов, о разделе общего имущества супругов; по встречному иску ФИО2 к ФИО3 об исключении имущества из состава общего совместного имущества супругов; по встречному иску ФИО4 к ФИО3 об исключении имущества из состава общей совместной собственности.

Судебной коллегией принято новое решение по указанному делу, в частности, суд определил признать общей совместной собственностью бывших супругов ФИО2 и ФИО14 <адрес>.

Кроме этого, суд определил истребовать указанную квартиру из чужого незаконного владения ФИО1 во владение ФИО2 и ФИО3 и погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о правах ФИО1 на данный объект недвижимого имущества.

При этом, суд апелляционной инстанции в своем определении от 28.03.2013 г. дал оценку доводам ФИО1 о добросовестности приобретения <адрес>.

Из мотивировочной части апелляционного определения следует, что ФИО1 не представила доказательств того, что она является добросовестным приобретателем. На момент переуступки прав сам договор долевого участия в строительстве многоквартирного дома зарегистрирован не был. Не были зарегистрированы и предыдущие договоры об уступки прав требования. Сомнительной являлась экономическая целесообразность сделки.

При этом, судебная коллегия отметила, что ФИО12 имеет право истребовать спорное имущество и от добросовестных приобретателей, поскольку в ходе судебного разбирательства было установлено, что имущественных прав она лишилась помимо ее воли.

Доводы, приведенные представителем ФИО1 о том, что был произведен ремонт в спорной квартире, не может служить основанием для отказа в иске ФИО3 В случае, если владельцы произвели неотделимые улучшения имущества, они вправе потребовать соразмерной денежной компенсации (л.д. 159 оборот.)

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.2013 г. отказано в передаче кассационной жалобы на апелляционное определение от 28.03.2013 г. для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Принимая во внимание то, что определением судебной коллегией по гражданским делам Воронежского областного суда от 28.03.2013 г. спорная квартира была истребована из чужого незаконного владения ФИО1, в том числе, ввиду того, что ею не было представлено доказательств добросовестности ее приобретения, а также в связи с тем, что право ФИО12 на истребование квартиры, как указала судебная коллегия, не может быть поставлена в зависимость от добросовестности приобретателей, суд полагает, что указанные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела, в котором участвуют те же лица.

При этом суд считает, что предъявление нового иска о признании ФИО1 добросовестным приобретателем двухкомнатной <адрес> жилом <адрес> в <адрес>, фактически направлено на пересмотр апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам <адрес> от 28.03.2013 г., что недопустимо.

Кроме этого, ответчиком ФИО3 заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленным ФИО1 исковым требованиям (л.д. 110).

В силу ч.1 ст. 196 ГПК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Как установлено судом и подтверждается доводами, изложенными ФИО1 в исковом заявлении, в 2012 г. ей стало известно о том, что спорная квартира стала предметом спора между бывшими супругами ФИО3 и ФИО2

ФИО1 была лицом, участвующим в деле №33-700 в суде апелляционной инстанции, ей было известно об апелляционном определении, вынесенном судебной коллегией 28.03.2013 г., а также о том, что спорное имущество было признано судом общей совместной собственностью бывших супругов ФИО2 и ФИО14 и истребовано из ее незаконного владения.

Однако с иском о признании ее добросовестным приобретателем, направленным на оспаривание права собственности ФИО2 и ФИО3 на <адрес>, ФИО1 обратилась только 29.03.2020 г. (направлен по почте), что свидетельствует о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, что в силу ч. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При изложенных обстоятельствах, суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований о признании ФИО1 добросовестным приобретателем <адрес> жилом <адрес> в <адрес> и признании за нею права собственности на данную квартиру, а такте в удовлетворении производных от основного требований о погашении в Едином государственном реестре прав на недвижимость и сделок с ним записи о праве собственности ФИО2 и ФИО3 на квартиру, понуждении ответчиков устранить чинимые истцу препятствия в пользовании имуществом, предоставить ключи для беспрепятственного доступа в квартиру, поскольку в силу п.1 ст. 209 ГК РФ только собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании истца добросовестным приобретателем, признании права собственности на квартиру, погашении записи о праве собственности ответчика на квартиру в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, устранении препятствий в пользовании квартирой, передаче ключей, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Ленинский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В. Ботвинников

Решение принято в окончательной форме 30.10.2020 г.

1версия для печати