Решение № 2-894/2019 2-894/2019~М-608/2019 М-608/2019 от 3 июля 2019 г. по делу № 2-894/2019

Дело № 2-894/2019 4 июля 2019 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

В составе: судьи Марковой О.Ю.

при секретаре Минаковой А.А.

с участием: представителей истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 25.01.2019 и ФИО2, действующей на основании доверенности от 25.01.2019, ответчика ФИО3, представителя ответчика – адвоката МОКА Сокаль А.В., предъявившего удостоверение № 266 и ордер от 26.06.2019 № 48

в отсутствие: истца ФИО4, ответчика ФИО6,

рассмотрев в помещении Магаданского городского суда в открытом судебном заседании 4 июля 2019 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО6, ФИО3 о признании недействительными доверенности от 24.11.2014 и договора дарения квартиры от 15.05.2015, применении последствий их недействительности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Магаданский городской суд с вышеназванным исковым заявлением.

В обоснование требований указано, что истец является инвалидом <данные изъяты>).

28 сентября 2018 г. истец оформил доверенность на имя ФИО8 с целью осуществления ею всех действий от его имени, в частности, связанными с уходом за ним (покупка лекарств, оплата счетов, получение справок, пенсии и прочее). Осуществляя свои полномочия, ФИО8 обнаружила, что счета коммунальных организаций выставляются на имя ФИО3 как собственника квартиры. С целью проверки данных обстоятельств ФИО8, действуя от имени истца, получила справку с места регистрации, из которой следует, что собственником <адрес> на основании договора дарения от 15 мая 2015 г. является ФИО3 При этом ФИО4 продолжает быть зарегистрированным и проживать в названной квартире.

Из врио нотариуса ФИО9 – ФИО10 в справке от 26 февраля 2019 г. подтвердила, что 24 ноября 2014 г. от имени ФИО4 на имя ФИО6 была удостоверена доверенность на дарение спорной квартиры.

Утверждает, что незадолго до 24 ноября 2014 г. истец перенес инсульт и проходил длительное лечение в больнице, а также после названной даты неоднократно переносил ряд заболеваний и регулярно находился на лечении в больнице. При этом в 2008 г. истцу был поставлен диагноз «повторный ишемический инсульт в левой гемисфере, дизартирия, гипертоническая болезнь 3 степени, дестабилизация» и установлена инвалидность.

Истец не помнит, что 24 ноября 2014 г. оформлял доверенность на имя ФИО6 на дарение своей квартиры, т.к. не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Считает, что договор дарения, заключенный от имени истца ФИО6 на основании доверенности, выданной с пороком воли может быть признан недействительным наравне с признанием недействительной доверенности, а имущество, отчужденное первоначальным собственником квартиры, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть истребовано от добросовестного приобретателя независимо от факта его вселения в жилое помещении и других обстоятельств.

Просит суд признать недействительной доверенность от 24 ноября 2014 года от имени ФИО4 на ФИО6, удостоверенную ФИО10, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Магадана ФИО11, зарегистрированную в реестре за №; признать недействительным договор дарения <адрес> от 15 мая 2015 года, заключенный между ФИО4, от имени которого действовал ФИО6 по доверенности от 24 ноября 2014 г. и ФИО3 и применить последствия его недействительности в виде государственной регистрации права собственности ФИО3 на <адрес> и исключения сведений о регистрации права собственности на данную квартиру в Едином государственном реестре недвижимости, восстановлении государственной регистрации права собственности на указанную квартиру за ФИО4.

Представители истца в судебном заседании просили признать недействительной доверенность от 24 ноября 2014 года от имени ФИО4 на ФИО6, удостоверенную ФИО10, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Магадана ФИО11, зарегистрированную в реестре за №; признать недействительным договор дарения <адрес> от 15 мая 2015 года, заключенный между ФИО4, от имени которого действовал ФИО6 по доверенности от 24 ноября 2014 г. и ФИО3 и применить последствия его недействительности: прекратить право собственности ФИО3 на <адрес>-в по <адрес> в г. Магадане и признать за ФИО4 право собственности на данную квартиру. Также просили восстановить истцу пропущенный срок исковой давности по основаниям, указанным в ходатайстве. Суду пояснили, что уважительными причинами пропуска срока является то, что в течение всего периода времени с момента совершения выдачи доверенности у истца имелось тяжелое заболевание и беспомощное состояние, он неоднократно проходил стационарное лечение. О существование договора дарения истец не знал, и не мог знать, документы на государственную регистрацию перехода права собственности не подавал. В силу своего болезненного состояния ФИО4 не помнил об оформлении доверенности, и узнал об этом обстоятельстве только после получения копии договора дарения, в котором имеется ссылка на доверенность.

Ответчик ФИО3 и представитель ответчика в судебном заседании требования не признали, и просили отказать в их удовлетворении по основаниям, указанным в отзыве. Суду пояснили, что доводы стороны истца о существенном нарушении прав ФИО4 не соответствуют действительности. С целью защитить его имущественные интересы и предотвратить возможность действий по отчуждению квартиры под влиянием ФИО12 его сестры предложили осуществить договор дарения на имя ФИО3, он не возражал. В ноябре 2014 по месту проживания ФИО3, где в это время проживал ФИО4, был приглашен нотариус, который оформил доверенность на ФИО6 с правом осуществить дарение ФИО3 Нотариус беседовал с ФИО4 не менее 30 минут, разъяснял ему последствия совершаемого действия, а также предложил оформить завещание, от чего он отказался. Договор дарения был оформлен спустя полгола, и в нем указано, что ФИО4 сохраняет за собой право проживания в квартире. Полагали, что утверждения стороны истца о том, что о нарушении своих прав ФИО4 узнал только 30.01.2019 не соответствует действительности, т.к. состояние здоровья не лишило его возможности видеть и читать, поэтому увидев в квитанциях на оплату коммунальных платежей фамилию ответчика, он знал, что собственником квартиры является ФИО3 Утверждали, что истцом пропущен срок исковой давности, и возражали против удовлетворения ходатайства стороны истца о его восстановлении, поскольку исключительных обстоятельств для этого не имеется.

Истец и ответчик ФИО6 в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд, руководствуясь ч. 3 и ч. 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения участников процесса, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, по имеющимся в деле доказательствам, поскольку участие в судебном заседания является правом стороны. Неявка в судебное заседание лица, получившего извещение о времени и месте слушания дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

Выслушав пояснения участников, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, дело правоустанавливающих документов №, суд приходит к следующему.

Статьёй 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей определены ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с указанной нормой закона, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации к способам защиты гражданских прав относится признание оспоримой сделки недействительной.

Как установлено в судебном заседании, 15.05.2015 между ФИО4, от имени которого действовал ФИО6, (даритель) и ФИО3 (одаряемый) оформлен договор дарения квартиры, по условиям которого даритель подарил одаряемой принадлежащую ему на правах собственности квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>

По сведениям, имеющимся в деле правоустанавливающих документов на спорную квартиру, в Управление Росреестра по Магаданской области и Чукотскому автономному округу 15.05.2015 обратились ФИО6 и ФИО3 с заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности на вышеназванную квартиру.

Заявляя требование о признании недействительными доверенности от 24.11.2014 и договора дарения от 15.05.2015, сторона истца утверждает, что они совершены истцом, находившимся в момент их совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, в связи с чем, по её мнению, подлежат применению п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции от 1.09.2014, действующей на момент выдачи ФИО4 доверенности ФИО6, доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Данные положения в их взаимосвязи с нормами статей 153 - 156 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствуют о том, что выдача доверенности является односторонней сделкой.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом

Следовательно, для дарителя последствием совершения сделки дарения является прекращение права собственности на принадлежащее ему имущество без возмездного предоставления взамен.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В силу пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (пункт 2).

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Разрешение данного вопроса требует специальных познаний в области медицины, психиатрии, психологии, что предполагает назначение экспертизы (ст. 79 ГПК Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" от 24.06.2008 N 11 во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Экспертное заключение является одним из наиболее достоверных доказательств, поскольку отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Тем не менее, суд должен оценивать его не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами (ч. 3 ст. 86, ст. 67 ГПК Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела по ходатайству стороны истца судом была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, выполнение которой поручено ОГКУЗ «Магаданский областной психоневрологический диспансер».

По заключению комиссии экспертов ОГКУЗ «ФИО7 <адрес> психоневрологический диспансер» от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО5 <данные изъяты>

Суд принимает вышеуказанное заключение экспертизы в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку экспертиза по делу проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" в соответствии с профилем деятельности экспертной организации, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, равно как доказательств, позволяющих усомниться в квалификации и полномочиях экспертов, суд не представлено.

Оснований сомневаться в правильности, обоснованности данного заключения у суда не имеется, необходимости назначения повторной экспертизы по материалам дела не усматривается.

В представленных медицинских документах отражено, что в 2006 ФИО4 перенес первый раз <данные изъяты>, в 2007-2008 г.г. перенес повторные <данные изъяты>, находился находился на обследовании и лечении в неврологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» с 25.06.2008 по 22.07.2008 с диагнозом <данные изъяты>.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу, что доверенность от 24.11.2014 и договор дарения от 15.05.2015 являются недействительными в силу п. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации, поскольку в момент подписания доверенности ФИО4 не мог понимать содержание доверенности, то есть, фактически его воля на распоряжение квартирой отсутствовала.

Соответственно, в связи с недействительностью договора дарения, ФИО3 не приобрела право собственности на спорное имущество.

Разрешая ходатайство представителей истца о восстановлении срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии с ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 205 Гражданского кодекса Российской Федерации В исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статьи 195 и 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), начала его течения (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации) и последствий пропуска такого срока (статья 199 Гражданского кодекса Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (Определения от 3 октября 2006 года N, от 18 декабря 2007 года N, от 20 ноября 2008 года N, от 25 февраля 2010 года N, от 23 сентября 2010 года N, от 29 сентября 2011 года N, от 16 февраля 2012 года N и др.).

Кроме того, в целях обеспечения единства практики применения судами положений Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 Постановления от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснил, что в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства; в исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае, поэтапный, последовательный анализ имеющихся в деле доказательств, позволяющих в динамике проследить состояние здоровья истца за период с 24.11.2014 по настоящее время, очевидно свидетельствует о том, что оно в указанный промежуток времени не являлось нормальным, т.к. ФИО4 <данные изъяты> типу.

Также суд учитывает, что в течение длительного времени ФИО3 под предлогом оформления опеки над истцом (с 2016 по 2018) удерживала его паспорт, медицинский полис, СНИЛС, пенсионное удостоверение, в связи с чем, он был вынужден обратиться в полицию. Фактически указанные документы были возвращены истцу только в сентябре 2018.

В то же время отсутствие документов в сочетании с имеющимся у истца заболеванием лишало его возможности обратиться за защитой своих прав и законных интересов в суд.

Проанализировав изложенное, суд приходит к выводу, что в течение всего периода срока исковой давности истец страдал тяжелым заболеванием, в результате чего по объективным причинам пропустил этот срок для подачи настоящего иска в суд. Указанное тяжелое заболевание истца суд признает уважительной причиной пропуска им срока исковой давности, а пропущенный ФИО4 срок подлежащим восстановлению.

Доводы ответчиков о том, что ФИО4 ежемесячно получал квитанции по уплате коммунальных платежей, в которых в качестве собственника квартиры указана ФИО3, понимал, что на основании доверенности подарил ей свою квартиру надлежащими доказательствами не подтверждены и не свидетельствуют об отсутствии уважительности причин пропуска установленного статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срока исковой давности.

Суд также отклоняет доводы стороны ответчика ФИО3 о том, что нотариус заверяя доверенность пришел к выводу, что ФИО4 понимает значение своих действий и руководит ими, поскольку установление факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми нотариус не обладает.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд пришел к выводу, что требования ФИО4 о признании недействительными доверенности от 24 ноября 2014 года от имени ФИО4 на ФИО6, удостоверенной ФИО10, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Магадана ФИО11, зарегистрированной в реестре за № и договора дарения <адрес> от 15 мая 2015 года, заключенного между ФИО4, от имени которого действовал ФИО6 по доверенности от 24 ноября 2014 г., и ФИО3 являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку суд пришел к выводу о признании доверенности от 24.11.2014 и договора дарения от 15.05.2015 недействительными, подлежит удовлетворению требование истца о применении последствий недействительной сделки, путем прекращения зарегистрированного за ФИО3 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, и признании за ФИО4 права собственности на указанную квартиру.

Кроме того, взысканию с ответчика в пользу истца подлежат расходы по уплате государственной пошлины в размере 14115 рублей.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционального размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Представленным в материалы дела чеком-ордером от 4.03.2019 подтверждается, что истцом при подаче иска в суд уплачена государственная пошлина в общей сумме 14115 рублей, что соответствует размеру государственной пошлины, установленной ст. 333.19 Налогового Кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, и учитывая, что суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований, взысканию с ответчиков в пользу истца подлежат расходы по уплате государственной пошлины в сумме 14115 рублей.

При изложенных обстоятельствах суд, исходя из установленных ст. ст. 19, 123 Конституции Российской Федерации и ст. ст. 6, 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принципов равенств сторон перед судом, диспозитивности и состязательности сторон по гражданскому спору, а также положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которая обязывает стороны самостоятельно доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО6, ФИО3 о признании недействительными доверенности от 24.11.2014 и договора дарения квартиры от 15.05.2015, применении последствий их недействительности, удовлетворить.

Признать недействительной доверенность, выданную 24.11.2014 ФИО4 на имя ФИО6 на осуществление дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, удостоверенную временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа г. Магадана ФИО10 (зарегистрирована в реестре нотариуса № 3403).

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу <адрес>, заключенный 15.05.2015 ФИО4 (в лице представителя ФИО6 на основании доверенности от 24.11.2014) и ФИО3.

Прекратить зарегистрированное за ФИО3 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

Признать за ФИО4 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО6 в пользу ФИО4 государственную пошлину в сумме 14115 рубль 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить днем изготовления решения суда в окончательной форме – 8 июля 2019 года.

Судья Маркова О.Ю.