Решение № 2-498/2020 2-498/2020~М-245/2020 М-245/2020 от 10 ноября 2020 г. по делу № 2-498/2020

Дело № 2-498/2020.

УИД 42RS0001-01-2020-000355-32


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего Степанцовой Е.В.,

при секретаре Бунаковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Анжеро-Судженске

11 ноября 2020 года

гражданского дела по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс» о признании акта о несчастном случае на производстве незаконным в части,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о признании акта о несчастном случае на производстве незаконным в части. Свои требования мотивировал тем, что 10.11.2007 с ним произошел несчастный случай ДТП, который квалифицирован как связанный с производством, о чем бывший работодатель составил акт № 8 от 19.09.2012 о несчастном случае на производстве. На основании данного акта, справки 315-у, выданной МБУЗ «Центральная городская больница» г.Анжеро-Судженска, посыльного листа, с указанием фактических повреждений, полученных в результате производственной травмы, Бюро МСЭ от 23.10.2012 установило 10 % утраты трудоспособности по причине повреждения <...>. Сведения о повреждении <...> справка 315-у не содержала. Данный несчастный случай был признан страховым, и истцу ГУ КРОФСС ежемесячно производит страховые выплаты. В июне 2017 истец находился на плановом лечении в ОКБ г.Кемерово в отделении ортопедии. Лечение: <...>. По назначению лечащего врача проведено рентгеновское исследование <...>. Был поставлен диагноз <...>. 23.10.2017 истцу была проведена ультразвуковая диагностика <...> в диагностическом центре г. Кемерово. Было установлено: <...>. 16.11.2017 было проведено МРТ <...> в Центре MPT-диагностики «МАГНЕСИЯ». По заключению: <...>. После данных исследований истец обратился на прием к травматологу-ортопеду травмпункта г.Анжеро-Судженска А.Н.И., истцу был установлен диагноз: <...>. Было назначено оперативное лечение – <...>. За период с 10.11.2007 (с момента ДТП), по настоящее время истец иных телесных повреждений, в том числе и ног не получал, в лечебные учреждения не обращался, за исключением телесных повреждений полученных после ДТП 2007, которые подтверждены справкой 315-у, установлены Анжеро-Судженским городским судом. Истец считает, что повреждения <...> это результат травмы полученной при ДТП в 2007 и своевременно не установленной «Анжеро-Судженской городской больницей» и травпунктом г. Анжеро-Судженска. Подтверждением этому являются медицинские карты ГАУЗ КО АСГБ от 11.11.2007, от 26.11.2007, справки выданные архивом МБУЗ ЦГБ от 15.06.2003. 22.05.2018 ГАУЗ «Анжеро-Судженская городская больница» травматологический пункт истцу было выдано заключение № и направление в Бюро МСЭ для определения процента утраты трудоспособности, как травмы, полученной в результате ДТП, имевшего место 10.11.2007. 06.06.2018 при проведении освидетельствования Бюро МСЭ истцу выдало обратный талон с диагнозом: <...> Так же в Бюро МСЭ объяснили, что они не могут самостоятельно установить время повреждения <...>, для подтверждения того, что данные травмы истец так же получил при ДТП 10.11.2007, необходимо обратиться в суд и установить данное обстоятельство. В сентябре и в октябре 2019 года истец с заявлением обращался к ответчику с просьбой внести изменения в п. 8.2 акта о несчастном случае на производстве № 8 от 19.09.2012, либо выдать новый акт с указанными фактическими повреждениями. До настоящего времени ответа на его заявления так и не поступили. Истец считает, что акт о несчастном случае на производстве № 8 от 19.09.2012 незаконен в части неверного характера полученных повреждений в результате несчастного случая, имевшего место 10.11.2007.

Просил с учетом уточнения требований дополнить пункт 8.2 акта от 19.09.2012 «О несчастном случае на производстве: «… <...>…».

Истец в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, суду пояснил, что он работал у ответчика ГРОЗ4-го разряда. По пути следования с работы произошло ДТП, был доставлен в Анжерскую городскую больницу. Ему поставили диагноз: <...>. После 5 дней нахождения в больнице выписали для продолжения лечения в травмпункте, выдали справку о тяжести повреждения, где указано <...>, рентген не производили, а дома на 5 день начало <...>, он поехал в трампункт, ему сделали рентген, пункцию и отправили обратно на горбольницу, где он пробыл еще 3 дня, наложили гипс, так как у него была <...>, он лежал. Не мог передвигаться на костылях. В 2012 обострились боли, он обратился в травмпункт, ему сделали снимки <...>, где определили <...>. На шахте не была зафиксирована производственная травма, он обратился в трудовую инспекцию, показал документы и просил разобраться. Истец хотел, чтобы составили акт о несчастном случае. Шахта акт составила. Выплаты были назначены по травме <...>, он ездил на МСЭ был установлен процент утраты.

В 2015 он лежал в 3-ей поликлинике г. Кемерово было <...>, в 2017 снова попал на операцию, сделали снимки и определили, что у него <...>. Считает, что это после травмы. Просил суд внести изменения в акт по объему полученных травм.

Представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле на основании ч.6 ст.53 ГПК РФ, исковые требования поддержал, суду пояснил, что

в отношении <...> бюро МСЭ письменно указало, что это сопутствующее заболевание и оно не может быть связано с повреждениями, имевшими место в 2007. В 2012 работодатель указал только тот диагноз, который первоначально был указан в истории болезни и копии приобщили к материалам дела, это <...>. <...> была обнаружена спустя несколько недель, когда решили сделать снимок только <...> это все представлено в материалы дела.

Ссылаясь на экспертное заключение просил обратить внимание на ответ эксперта на вопрос третий: согласно представленной медицинской карты…. и в конце абзаца диагноз был установлен на основании жалоб пациента, анамнеза заболевания, данных объективного осмотра без проведения инструментальных методов исследования. Инструментальные методы исследования подразумевают, в том числе проведение рентгеновских снимков <...>. Согласно справки представленной из архива, которые были на обозрении у экспертов, рентгеновские снимки не производились при поступлении истца в лечебное учреждение, по истечении 4-х дней он был выписан домой и только спустя нескольких дней после непрекращающейся боли, он повторно обратился в травмпункт, ему был сделан снимок только левой ноги, хотя он обращал внимание на обе ноги. Был выявлен <...>, и он был направлен в лечебное учреждение. В заключении эксперта по вопросу второму, последний абзац при ответе на опрос: принимая во внимание представленные документы, а именно наличие <...> эксперты пришли к выводу, что причинение <...> ноября не исключается. Просил в удовлетворении исковых требований отказать полностью.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности от 28.12.2018, исковые требования не признал, суду пояснил, что обстоятельства несчастного случая и повреждения были установлены решением Анжеро-Судженского городского суда от марта 2014, в котором указаны все обстоятельства дела, были исследованы все документы, которые истец представил о характере и степени повреждения здоровья. В данном деле не фигурировали обстоятельства по факту повреждения <...>. Истец в 2007 находился в городской больнице и медики не обнаружили никаких повреждений <...>. Для внесения записи в акт о несчастном случае повреждения правого колена должна быть справка специальной утвержденной формы, которая будет свидетельствовать о первичном повреждении здоровья и последующем лечении. МСЭ устанавливает степень утраты трудоспособности. Считает, что остеоартроз это общее заболевание, не связанное с травмой. Медицинские специалисты указали это в последнем заключении.

В соответствии с Постановлением Правительства от 24.10.2020 о порядке расследования несчастных случаев на производстве диагноз в акт о несчастном случае вписывается точно в соответствии с медицинскими документами по справке № 912 У, как установила экспертиза, что обращение первоначальное был установлен диагноз, диагноз в части повреждения является верным. Экспертиза не установила <...>, считает, что необходимо обратиться в медицинское учреждение, которое выдало первоначальную справку, внести изменение. Прошло длительное время, и непонятно, где истец получил травму, при обследовании в поликлинике комиссия не установила <...>, есть карточка, истец проходил амбулаторное лечение и данного диагноза на тот момент, не было установлено.

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика ФИО3 также просил в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку Акт № 8 формы Н-1 о несчастном случае на производстве от 19.09.2012 был составлен OAO Шахта «Березовская» на основании Заключения государственного инспектора труда в Кемеровской области У.В.Н. от 30.08.2012.Основанием для указание Акте № 8 формы Н-1 от 19.09.2012 характера полученных истцом повреждений было медицинское заключения о характере полученных повреждений здоровья и степени их тяжести (учетной формы 315/у) выданное МУЗ ЦГБ г. Анжеро-Судженска от13.11.2007 установлен диагноз: <...>. <...>, что соответствует пункту 8.2. акта № 8 о несчастном случае на производстве от 19.09.2012. В соответствии с трудовым законодательством и Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях регулирующих порядок расследования, оформления и учета несчастных случаев работодатель обязан сделать запрос в медицинскую организацию о степени тяжести повреждения здоровья сразу же после происшествия, куда впервые был доставлен за помощью пострадавший. Медицинская организация выдает заключение (учетная форма №/у), куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве. В нем приводится полный диагноз с указанием характера и локализации повреждения здоровья, код по Международному классификатору болезней (МКБ-10), а также заключения, к какой категорий относится повреждение здоровья.

Сроки проведения расследования несчастных случаев, регламентированные трудовым законодательством, как правило, заканчиваются до выздоровления пострадавшего. Поэтому в акте формы Н-1 комиссия по расследованию указывает диагноз повреждения; здоровья в строгом соответствии с медицинским заключением (учетная форма №315/у).

Выявленные в июне 2017 у ФИО1 повреждения <...> в виде <...> не связаны с последствиями дорожно-транспортного происшествия произошедшего 10.11.2007 с ФИО1

Заключения от <дата> МРТ <...> проведенного в Центре МРТ – диагностики «МАГНЕСИЯ», с установлением <...>, а также освидетельствования бюро МСЭ проведенного 06.06.2018 с имеющими повреждениями <...>, который были установлены спустя значительное время после завершения расследования, не является нарушением порядка расследования и оформления несчастного случая, а также не являются доказательствами, подтверждающими причинно-следственною связь того, что данные повреждения <...> ФИО1 получил в результате ДТП 10.11.2007.

Заслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему:

Согласно статье 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с положениями статьи 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

По смыслу положений указанной статьи в системной связи со статьей 227 ТК РФ и статьями 3 и 14 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», комиссия, наделенная полномочием расследовать несчастный случай и соответствующим образом квалифицировать его, обязана основывать свое решение на полном и всестороннем выяснении всех фактических обстоятельств и исследовании всех необходимых материалов.

Полномочиями по установлению конкретных обстоятельств несчастного случая наделяется специальная комиссия, которую назначает работодатель в порядке, определенном ст. 229 ТК РФ. По итогам расследования данная комиссия должна квалифицировать происшедшее событие как несчастный случай, связанный или не связанный с производством (ч. 5 ст. 229.2 ТК РФ).

Статьей 229.2 Трудового кодекса РФ установлено, что материалы расследования несчастного случая включают, в том числе медицинское заключение о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью пострадавшего, или причине его смерти, нахождении пострадавшего в момент несчастного случая в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 N 73 «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утверждена Форма Н-1, по которой составляется акт о несчастном случае на производстве.

Исходя из нормативных документов, определяющих форму составления такого акта, следует, что в п.8.2 акта о несчастном случае на производстве указывается характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья.

Основанием для внесения в п.8.2 акта сведений является выданное пострадавшему лечебным учреждением медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести по форме, утвержденной приказом Минздравсоцразвития России № от 15.04.2005.

Статья 60 ГПК РФ предписывает, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно действующему законодательству, тот юридический факт, что повреждение получено вследствие несчастного случая на производстве может быть установлен либо внесением соответствующей записи в пункте 8.2 акта о несчастном случае на производстве либо при невозможности внесения такой записи, судебным решением об установлении юридического факта, что данное повреждение является последствием несчастного случая на производстве.

Судом установлено, что из акта о несчастном случае на производстве от 19.09.2012 следует, что 10.11.2007 в 23 часа 05 минут с истцом, работающем на участке №1ОАО «Угольная компания «Северный Кузбасс» произошел несчастный случай: работники второй смены шахты «Березовская» в двух автобусах, принадлежащих частному предприятию «ЧП Кругликов», отправились от шахты ОАО «Шахта Березовская» в г.Анжеро-Судженск. На трассе город Кемерово город Анжеро-Судженск в 4-5 километрах от поворота на шахту «Анжерская-Южная» в сторону Анжеро-Судженска водители автобусов увидели в кювете с левой стороны по ходу движения частный легковой автомобиль. Водители остановились для оказания помощи тем, кто находился в автомобиле. Также для оказания помощи вышли работники из автобусов. В23-05 со стороны г.Анжеро-Судженска двигался автомобиль «ДЭУ-Нексия», который сбил 4-х человек (работники шахты «Березовская», Т.И.А., ФИО1, В.С.К., А.Р.С.), находящихся на левой обочине автодороги по ходу движения в г.Анжеро-Судженск. Пострадавшему в соответствии с медицинским заключением от 13.11.2007, выданным МУЗ Центральная городская больница города Анжеро-Судженска отделением травматологии, установлен диагноз: <...> (л.д.10-11).

Согласно п.8.2 указанного акта о несчастном случае характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению: <...>.

В силу статьи 231 Трудового кодекса РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

В соответствии со ст.229.3 ТК РФ дополнительное расследование несчастного случая проводится независимо от срока давности несчастного случая при поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве, о несогласии их с выводами комиссии.

В том случае, если государственный инспектор труда установит, что утвержденный работодателем (его представителем) акт формы Н-1 не соответствует обстоятельствам и материалам расследования несчастного случая, государственный инспектор труда вправе обязать работодателя (его представителя) внести в него необходимые изменения и дополнения.

Анализ приведенных норм позволяет прийти к выводу, что при неурегулированных разногласиях по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве несогласная сторона не лишена права на разрешение возникшего спора непосредственно в судебном порядке. Истец обращался к работодателю, а также в Государственную инспекцию труда в Кемеровской области с соответствующим заявлением по вопросу внесения в Акт о несчастном случае.

Решением Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области от 27.03.2013 (л.д.12-15) признано незаконным и отменено заключение №183 от 12.12.2012 Государственного учреждения – Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования РФ (Филиал № 4) о признании случая, произошедшего 10.11.2007 с ФИО1, не страховым. Суд обязал Государственное учреждение – Кузбасское региональное отделение Фонда социального страхования РФ (Филиал №4) признать случай, произошедший 10.11.2007 с ФИО1 страховым.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданному МУЗ «ЦГБ» (л.д.16) ФИО1 поступил в травматологическое отделение МУЗ «ЦГБ» 26.11.2007 с диагнозом: <...>.

Из заключения врачебной комиссии № от 22.05.2018 установлено, что последствие травмы на производстве 10.11.2007 в виде <...> (л.д.17).

Для решения вопроса об установлении связи повреждения здоровья истца, а именно <...>, с обстоятельствами несчастного случая 10.11.2007 и полученными травмами, по настоящему делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ООО «МБЭКС».

Согласно заключению № П146-07/20 от 03.08.2020 о том, какие телесные повреждения имеются у ФИО1 на представленных снимках № 4819 от 16.07.2012, снимках МРТ от 16.11.2017, от 13.06.2017, № 6525 от 22.05.2018 правой ноги, эксперты пришли к выводу, что на представленных рентгенограммах от 16.07.12, 22.05.18, <...>.

На основании данных томографии <...> от 16.11.2017, у ФИО1 выявлен <...>

Принимая во внимание представленные медицинские документы, а именно отсутствие каких-либо данных о травматических повреждениях <...> (<...>), а также данные рентгенологического исследования, проведенного в рамках настоящей экспертизы (<...>), эксперты пришли к выводу, что причинение телесных повреждений в виде <...>, 10.11.2007, исключается.

Принимая во внимание представленные медицинские документы, а именно наличие <...>), эксперты пришли к выводу, что причинение телесного повреждения в виде <...>, 10.11.2007, не исключается.

Согласно представленной медицинской карте № стационарного больного, при поступлении 11.11.2007 в отделении, при осмотре ФИО1 была выявлена <...> и был установлен диагноз «... <...>», то есть диагноз был установлен на основании жалоб пациента, анамнеза заболевания, данных объективного осмотра, без проведения инструментальных методов исследования. Диагноз ФИО1 в части повреждения <...> был установлен правильно.

На основании данных томографии от 16.11.2017, у ФИО1 выявлены следующие патологические изменения <...>.

Причинно-следственной связи выше указанные патологические изменения с <...> не имеют, в виду их разной локализации.

<...> имеет причинно-следственную связь с <...>.

Данное экспертное заключение вынесено с учетом и на основании Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Федерального закона №323-ФЗ от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказа МЗиСР РФ № 346н от 12.05.2010 «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации».

У суда не возникают сомнения в правильности и обоснованности заключения экспертов. Заключение содержит в себе вводную, исследовательскую и заключительную (выводы) части, оно основано на исследованных медицинских документах, представленных на экспертизу. Эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Какой-либо личной заинтересованности у экспертов в исходе дела суду не сообщено и доказательств не представлено.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Оценивая в совокупности, представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что комиссия провела расследование с соблюдением установленной законом процедуры, объективно отразив в Акте № 8 о несчастном случае на производстве от 19.09.2012 обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, в соответствии с данными о тяжести, полученной истцом травмы, которыми располагал работодатель на период расследования несчастного случая и составления Акта.

Поскольку требования статей 227, 229, 229.1 - 230, 231 Трудового кодекса РФ, постановления Минтруда России от 24 октября 2002 года N 73 «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», ответчиком в данном случае не нарушены, а также экспертами при производстве судебно-медицинской экспертизы не установлено причинно-следственной связи возникновения заболевания <...> с обстоятельствами несчастного случая 10.11.2007 и полученными травмами, отсутствуют основания для обязания ответчика внести изменения в акт о несчастном случае на производстве, а именно дополнения п.8.2 в качестве повреждений: <...>.

На основании изложенного суд отказывает истцу в удовлетворении требований о дополнении пункта 8.2 акта от 19.09.2012 «О несчастном случае на производстве» в качестве полученных повреждений: <...>.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии со ст. 333.36 НК РФ, в удовлетворении заявленного иска отказано, суд вопрос о государственной пошлине не разрешает.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс» о признании акта о несчастном случае на производстве незаконным в части – отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Анжеро-Судженский городской суд путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено: 18.11.2020.