Апелляционное определение № 33-24558/2025 от 17 декабря 2025 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-24558/2025

Судья: Русанова С.В.

УИД 47RS0003-01-2024-002409-08


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

18 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Бородулиной Т.С.,

судей

ФИО1, ФИО2

при помощнике судьи

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3340/2025 по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 03 апреля 2025 года по иску ПАО «Россети Ленэнерго» к ФИО4 о взыскании штрафа.

Заслушав доклад судьи Бородулиной Т.С., объяснения представителя ответчика ФИО4, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца ПАО «Россети Ленэнерго», возражавшего относительно удовлетворения жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ПАО «Россети Ленэнерго» обратилось в Волховский городской суд <адрес> с иском к ФИО4, в котором просит взыскать с ФИО4 280 000 руб. штрафа за период с 03.09.2023 по 28.10.2024, а также за период с 29.10.2024 до момента фактического исполнения обязательства в размере 5000 руб. за каждый день просрочки неисполнения обязательств, расходы по уплате государственной пошлины в размере 9400 руб.

В обоснование предъявленного иска ПАО «Россети Ленэнерго» ссылается на то, что 12.01.2022 между ПАО «Россети Ленэнерго» и ФИО4 заключено соглашение о компенсации № К-33342-21/901052-Э-21, в соответствии с которым ФИО4 обязался компенсировать все затраты собственника, связанные с ликвидацией (частичной ликвидацией) следующих электросетевых объектов: ВЛ-10Кв 295-02, 295-11, 295-12, 40,014 КМ (дисп. ВЛ 10 Кв Л ФИО5) (инв. №...) путем выполнения работ по переустройству имущества в объеме, соответствующем перечню имущества, в соответствии с рабочей и сметной документацией на выполнение работ по переустройству имущества, согласованной собственником и последующей передачей их результат собственнику; работ по демонтажу имущества и при возможности передаче на склад собственника демонтированного оборудования; согласно п.3.3 соглашения заявитель обязуется передать собственнику результат выполненных работ по переустройству имущества в объеме согласно приложению №1 к соглашению с приложением акта приемки-передачи имущества в форме, предусмотренной действующим законодательством, в срок до 31.08.2024; согласно п.4.2 соглашения в случае просрочки исполнения обязательства, предусмотренного п.3.3 настоящего соглашения в установленный срок, заявитель уплачивает собственнику штраф в размере 5000 руб. за каждый день просрочки; по состоянию на 28.10.2024 заявителем не исполнены обязательства, принятые по соглашению.

Определением Волховского городского суда Ленинградской области от 12 декабря 2024 года гражданское дело по иску ПАО «Россети Ленэнерго» к ФИО4 о взыскании штрафа передано по подсудности в Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга.

Решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 3 апреля 2025 года исковое заявление ПАО «Россети Ленэнерго» удовлетворено частично.

С ФИО4 в пользу ПАО «Россети Ленэнерго» взыскан штраф в размере 56 000 руб., штраф за период с 04 апреля 2025 года по день фактического исполнения обязательства, предусмотренного п.3.3 соглашения о компенсации №К-33342-21/901052-Э-21 от 12.01.2022 в размере 1000 руб. за каждый день просрочки, расходы по уплате государственной пошлины в размере 9400 руб.

В удовлетворении иска в остальной части отказано.

Не согласившись с решением суда, ответчик ФИО4 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, указывая на неправильное применение судом норм материального права, недоказанность установленных судом обстоятельств, ненадлежащую оценку доказательств.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, реализовал право на участие в деле через представителя.

При таких обстоятельствах судебная коллегия сочла возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему

Судом установлено и из материалов дела следует, что 12.01.2022 между ПАО «Россети Ленэнерго» (собственник) и ФИО4 (заявитель) заключено соглашение о компенсации № К-33342-21/901052-Э-21, в соответствии с которым ФИО4 обязался компенсировать все затраты собственника, связанные с ликвидацией (частичной ликвидацией) следующих электросетевых объектов: ВЛ-10Кв 295-02, 295-11, 295-12, 40,014 КМ (дисп. ВЛ 10 Кв Л ФИО5) (инв. №36030078) путем выполнения работ по переустройству имущества в объеме, соответствующем перечню имущества, в соответствии с рабочей и сметной документацией на выполнение работ по переустройству имущества, согласованной собственником и последующей передачей их результата собственнику; работ по демонтажу имущества и при возможности передаче на склад собственника демонтированного оборудования.

Согласно п.3.3 соглашения заявитель обязуется передать собственнику результат выполненных работ по переустройству имущества в объеме согласно приложению №1 к соглашению с приложением акта приемки-передачи имущества в форме, предусмотренной действующим законодательством, в срок до 31.08.2024.

Согласно п.4.2 соглашения в случае просрочки исполнения обязательства, предусмотренного п.3.3 настоящего соглашения в установленный срок, заявитель уплачивает собственнику штраф в размере 5000 руб. за каждый день просрочки.

Доказательств исполнения соглашения ФИО4 не представлено.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 431, 330, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, и оценив представленные по делу доказательства, пришел к выводу о нарушении ответчиком срока исполнения обязательств по соглашению, заключенному между сторонами, в связи с чем пришел к выводу об обоснованности заявленных истцом требований о взыскании штрафа.

Вместе с тем, принимая во внимание, что неустойка носит компенсационный характер и не может служить основанием для неосновательного обогащения, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца штрафа за период с 03.09.2024 по 28.10.2024 в размере 56 000 руб., исходя из расчета 1000 руб. за каждый день просрочки, а также за период с 04.04.2025 по день фактического исполнения обязательства, предусмотренного п.3.3 соглашения о компенсации №К-33342-21/901052-Э-21 от 12.01.2022, в размере 1000 руб. за каждый день просрочки.

Судебные расходы распределены судом по правилам главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального права применены судом верно при надлежащей оценке доказательств.

Доводы апелляционной жалобы о том, что срок исполнения обязательств, не наступил, поскольку к ликвидации, демонтажу, переустройству имущества ответчик не приступил, какие-либо потери истцом не понесены, подлежат отклонению по следующим основаниям

В силу положений п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору (п. 2 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 3 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно п. 4 указанной статьи условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями, применимыми к отношениям сторон (п. 5 ст. 421 ГК РФ).

В данном случае, заключая соглашение № К-33342-21/901052-Э-21 от 12.01.2022 года, ответчик взял на себя обязательство по компенсации нарушенного права собственности ПАО «Россети Ленэнерго» на имущество, в связи с необходимостью освобождения земельного участка, принадлежащего ФИО4

Согласно п. 2.1 соглашения, ответчик обязался в целях осуществления компенсации выполнить работы по переустройству имущества в объеме, предусмотренном перечнем имущества (приложение № 1 к соглашению), в соответствии с рабочей и сметной документацией, на выполнение работ по переустройству имущества, согласованной с собственником и последующей передачей их результата собственнику; а также выполнить работы по демонтажу имущества и при возможности передачи на склад собственника демонтированного оборудования.

Кроме того, согласно п. 2.2 договора ответчика обязался разработать и согласовать с собственником проектно-сметную (рабочую документацию).

Работы должны были быть выполнены ответчиком в соответствии с техническими условиями от 12.01.2022.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ст. 310 Гражданского кодекса РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 314 Гражданского кодекса Российской Федерации, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

В данном случае срок исполнения обязательств, предусмотренных п. 2 соглашения, установлен п. 3.3 соглашения, в соответствии с которым обязательства по передаче собственнику результата выполненных работ должны были быть выполнены в срок до 31.08.2024.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

В данном случае именно на ответчике лежала обязанность доказать факт надлежащего исполнения обязательства в установленный срок, однако таких доказательств представлено не было, в связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика штрафа.

Доводы ответчика о том, что срок исполнения обязательств по соглашению не наступил в связи с тем, что работы по переустройству и демонтажу не начаты, основаны на неверном толковании условий договора.

Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Вопреки доводам ответчика, буквальное толкование п. 3.3 и 4.2 соглашения предусматривает начисление штрафа за нарушение срока исполнения обязательств по соглашению, оно не связано с моментом несения ПАО «Россети Ленэнерго» убытков, связанных с демонтажем или переустройством имущества, в связи с чем доводы апелляционной жалобы о том, что понятие компенсации заменено понятием неустойки, признаются судом несостоятельными.

Согласно пункту 1 статьи 307.1 и пункту 3 статьи 420 Гражданского кодекса к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре.

Как разъяснено в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - постановление N 47), при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Исходя из части первой статьи 431 Гражданского кодекса, осуществляя толкование условий договора, суд анализирует буквальное значение содержащихся в тексте договора слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение согласно разъяснениям, данным в пункте 43 постановления N 49, определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Учитывая, что условия договора, определяющие взаимоотношения сторон, являются согласованными частями одного документа, на основе которого должно строиться обязательственное отношение, в соответствии с частью 1 статьи 431 Гражданского кодекса значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путем сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учетом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (системное толкование).

С учетом пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса, условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.В случае если при толковании условий договора суд с учетом особенностей этого договора отдает приоритет соответствующим приемам толкования условий договора, в судебном постановлении должны быть приведены основания, по которым в связи с обстоятельствами рассматриваемого дела приоритет был отдан именно данному приему толкования (постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2020 N 9ПВ19).

Исходя из статьи 406.1 Гражданского кодекса и разъяснений о порядке ее применения, содержащихся в пунктах 15 и 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", такие договоренности могли быть достигнуты в целях фиксации или перераспределения между сторонами договора рисков наступления тех или иных обстоятельств, способных вызвать дополнительные имущественные потери у одной из сторон, или в целях упрощенного привлечения одной из сторон к ответственности за нарушение обязательства, поскольку возмещение потерь осуществляется вне зависимости от наличия нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств.

При этом, как отмечено в постановлении Пленума, возмещению подлежат лишь те потери, которые уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем, а соглашение о возмещении потерь - должно быть явным и недвусмысленным.

В данном случае из буквального толкования условий соглашения следует, что ответчик в целях освобождения земельного участка, принадлежащего ему, принял на себя обязательства по ликвидации (частичной ликвидации) электросетевых объектов: ВЛ-10Кв 295-02, 295-11, 295-12, 40,014 КМ (дисп. ВЛ 10 Кв Л ФИО5) (инв. №...) путем выполнения работ по переустройству имущества, за счет ФИО4 в установленный соглашением срок.

Из анализа положений соглашения в их системной взаимосвязи следует, что посредством заключения данной сделки истец и ответчик, реализуя полномочия собственников, договорились об условиях, на которых ПАО «Россети Ленэнерго» в связи с необходимостью освобождения земельного участка, согласилось на ликвидацию (в том числе частичную) и переустройство имущества, которые должны были быть произведены ответчиком за свой счет.

В значительной мере текст соглашения посвящен условиям выполнения работ, согласовании их стоимости, приемке работ с составлением двусторонних актов.

Пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

При этом наличие в соглашении срока исполнения обязательства (до 31.08.2024) вопреки доводам ответчика указывает на то, что работы, предусмотренные соглашением, должны быть окончены до указанного срока с передачей результата работа ПАО «Россети Ленэнерго».

Исходя из этого, волеизъявлению сторон соглашения будет отвечать разрешение настоящего спора применительно (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) к положениям гражданского законодательства о договоре подряда, посвященным определению цены работ, их приемке и оплате (аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.03.2023 N 305-ЭС22-21449 по делу N А40-208793/2021).

При таких обстоятельствах доводы ответчика о недоказанности факта нарушения обязательств, подлежат отклонению, как несостоятельные.

Подлежат отклонению и доводы ответчика о том, что ПАО «Россети Ленэнерго» вынудило его отказаться от исполнения соглашения, поскольку каких-либо доказательств недобросовестного поведения истца, материалы дела не содержат.

Положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Учитывая изложенное, злоупотребление правом не презюмируется, а подлежит доказыванию стороной заявившей о таком злоупотреблении, однако таких доказательств ответчиком не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным указанным кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии со ст. 416 ГК РФ обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана наступившим после возникновения обязательства обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

По смыслу ст. 416 ГК РФ невозможность исполнения обязательства наступает в случае, если действие, являющееся содержанием обязательства, объективно не может быть совершено ни одним лицом (п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26 апреля 2017 года).

В данном случае ссылки ответчика на невозможность исполнения обязательств, в нарушение положений ст. 56 ГК РФ ничем не подтверждены, в равной степени не представлено доказательств, подтверждающих отказ истца от принятия надлежащего исполнения обязательств или чинение препятствий в их исполнении.

В соответствии с п. 2 ст. 719 ГК РФ если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

К таким обстоятельствам относятся нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционной жалобы доказательств уклонения ПАО «Россети Ленэнерго» от исполнения условий соглашения, материалы дела не содержат, тогда как именно на ответчике лежит бремя доказывания указанных обстоятельств.

Не являются основанием для отмены решения суда и доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик направил в адрес ПАО «Россети Ленэнерго» уведомление об отказе от договора.

В силу пункту 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Как указано ранее, наличие обстоятельств, порождающих в силу положений ст. 719 ГК РФ право ФИО4 отказаться договора, ответчиком не доказано, соглашением, заключенным между сторонами, право на односторонний отказ от соглашения не предусмотрено.

Согласно п. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии со ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В соответствии с пунктом 3 статьи 453 ГК РФ, в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения.

В данном случае, соглашение о расторжении соглашения, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 451 ГК РФ, между сторонами не заключено, с требованиями о расторжении соглашения ответчик не обращался.

Учитывая изложенное, само по себе направление уведомления об отказе от исполнения соглашения, не прекращает обязательств ФИО4, а, следовательно, не освобождает его от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств.

Пунктом 1 статьи 329 названного кодекса предусмотрено, что исполнение обязательства может обеспечиваться в том числе неустойкой.

Согласно пункту 1 статьи 330 данного кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По смыслу приведенных положений закона, неустойка как обеспечение исполнения обязательства, должна стимулировать должника к исполнению обязательства, делая его неисполнение невыгодным для него.

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2 Определения от 21 декабря 2000 года N 263-О, указал, что положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 06 октября 2017 года N 23-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 115 Семейного кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина К.Р.", положение пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющее право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Требование о снижении размера неустойки, являясь производным от основного требования о взыскании неустойки, неразрывно связано с последним и позволяет суду при рассмотрении дела по существу оценить одновременно и обоснованность размера заявленной к взысканию неустойки, то есть ее соразмерность последствиям нарушения обязательства, что, по сути, направлено на реализацию действия общеправовых принципов справедливости и соразмерности, а также обеспечение баланса имущественных прав участников правоотношений при вынесении судебного решения и согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

В данном случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для снижения суммы неустойки ввиду ее явной несоразмерности последствиям нарушенного ответчиком обязательства. Размер неустойки, определенный судом соответствует принципам разумности и справедливости, компенсационному характеру неустойки, оснований для ее снижения по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется, при том, что доказательств, позволяющих произвести снижение штрафных санкций в еще большем размере, ответчиком не приведено.

Иных доводов, имеющих правовое значение для дела и влияющих на законность постановленного судебного решения, апелляционные жалобы не содержат, равно как и не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, о допущении судом нарушений норм материального и процессуального права заявленные доводы не свидетельствуют.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом первой инстанции правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований, предъявляемых гражданским процессуальным законодательством (ст. 12, 56, 67 ГПК РФ), и подробно изложена в мотивировочной части решения суда.

Оснований не согласиться с такой оценкой не имеется.

Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, а также безусловно влекущих за собой отмену судебного акта, не допущено.

При таком положении оснований, установленных статьей 330 Гражданского процессуального законодательства Российской Федерации, для изменения или отмены постановленного судом решения судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 03 апреля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 23.01.2026