Решение № 2-15/2025 2-15/2025(2-259/2024;2-6413/2023;)~М-3608/2023 2-259/2024 2-6413/2023 М-3608/2023 от 8 января 2025 г. по делу № 2-15/2025

Дело № 2-15/2025

УИД 18RS0003-01-2023-004829-53


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 января 2025 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Ахметзяновой А.Ф.,

при секретаре Коркиной Е.К.,

истца АВА, ее представителя ДАА,

ответчика КАВ, его представителя РЕП,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АВА к КАВ о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

АВА (далее истец) обратилась в суд с иском к КАВ о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивировала тем, что <дата> КАВ распространил сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца при следующих обстоятельствах.

С 2012 года по июль 2020 года истец являлась руководителем и учредителем с 50% долей крупного сельскохозяйственного предприятия - <данные изъяты><адрес>, УР, за время ее трудовой деятельности, она неоднократно награждалась грамотами Удмуртской Республики, а также грамотой Министерства сельского хозяйства РФ, достигались высокие показатели работы предприятия, в связи с чем хозяйство занимало почетные места среди сельхозпредприятий УР, что подтверждает хорошую деловую репутацию истца как руководителя. До 2017 года хозяйство входило в двадцатку лучших сельхоз предприятий УР, до начала корпоративного конфликта со стороны второго учредителя и собственника 50% долей <данные изъяты>, бывшего супруга ПСР

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от <дата> по делу № А71-17935/2019 <данные изъяты> признано неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным средствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, введено внешнее управление сроком на 18 месяцев, внешним управляющим должника утвержден КАС.

<дата> в помещении ООО «Ува-Молоко», расположенном по адресу: <адрес>, во время собрания кредиторов <данные изъяты>, в присутствии АВА, внешнего управляющего КАС, его представителя СЕС, представителей конкурсных кредиторов ИАГ, БНН, ФИО1 (УФНС России по УР), а также представителей Росреестра по УР, (заинтересованных лиц) КАВ сообщил, что истец ворует имущество <данные изъяты> тем самым распространил обо истца сведения, которые порочат ее честь, достоинство и деловую репутацию.

Собрание кредиторов началось ровно в 9:00<дата>, на 20мин. 04сек. БНН задала внешнему управляющему КАС, вопрос: - значит, с какой целью принят начальник службы экономической безопасности?

КАС, ответ: - с целью поддержания предприятия в работоспособном состоянии.

АВА: вопрос: - а что он делает, можно сказать?

КАС: ответ: - предотвращает хищения.

АВА: вопрос: - какие? Какие хищения? Кто ворует?

КАВ: ответ: - имущество должника

АВА: вопрос: - кто ворует?

КАВ: ответ: - Извините, Вы воруете, например

АВА: вопрос: - Я ворую?

КАВ: ответ: - Конечно, чтоб Вы не воровали, он там работает

АВА: вопрос: - я ворую?

КАВ: ответ: - Да

АВА: вопрос: - доказательства есть?

КАВ: ответ: - да, конечно

АВА: вопрос: - где?

БНН: вопрос: - есть хотя бы один документ, что он что-то предотвратил, при этом получает зарплату?

АВА: - это очень серьезное обвинение, я говорю!

БНН: вопрос: - ежемесячно?

КАС: ответ: - он зарплату получает, да.

БНН: - да, получает

ИАГ: - клевета.

Распространённые ответчиком сведения не соответствуют действительности, порочат ее честь, достоинство и деловую репутацию, поскольку истец никогда не привлекалась ни к уголовной, ни к гражданской ответственности по фактам хищения имущества <данные изъяты>. Напротив, истец является кредитором <данные изъяты>, поскольку в целях улучшения финансово-хозяйственной деятельности предоставляла <данные изъяты> займы. <дата> на собрании кредиторов <данные изъяты> КАВ умышленно распространил данные сведения обо истце как о руководителе <данные изъяты> в присутствии лиц, с которыми она ранее работала для того, чтобы данные заинтересованные лица приняли сторону мажоритарного кредитора <данные изъяты>, представителем которого КАВ, является.

Данные участники собрания являются кредиторами <данные изъяты>, КАВ, не только является официальным представителем мажоритарного кредитора, но и основным представителем комитета кредиторов <данные изъяты>, который предлагает назначать на должность арбитражных управляющих и более того контролирует ход ведения дела о банкротстве, которое ведется с огромными нарушениями Арбитражными управляющими. Данный факт подтверждается дисквалификацией двух Арбитражных управляющих, по моим жалобам, Арбитражным судом УР, ведущих банкетное дело <данные изъяты>.

Опорочив истца перед другими кредиторами <данные изъяты>, КАВ, преследовал цель вызвать недоверие к истцу как к участнику и кредитору <данные изъяты>», тем самым заставив сомневаться заинтересованных лиц в ее правдивых мотивированных жалобах и заявлениях по поводу не правомерного ведения банкротного дела ангажированными Арбитражными управляющими.

Услышав данные порочащие истца сведения ИАГ. который осуществлялсвою трудовую деятельность в <данные изъяты> в ее подчинении, в должности юриста,отказался в последствии работать с ней.

В ходе судебных заседаний, при рассмотрении уголовного дела под аудиопротокол, в Мировом суде <адрес> (2 участок) Дело <номер> подсудимый КАВ признал, что <дата> распространил данные сведения которые носили обидны характер, так же подтвердив данные высказывания негативным отношением ко мне в судебных прениях <дата>.

Распространив не соответствующие действительности сведения, порочащие ее честь и достоинство КАВ, нарушил принадлежащие личные неимущественные права. Защита чести и достоинства возможна, как признанием не соответствующими действительности распространенных сведений, в присутствии того же состава лиц, так и компенсацией причиненного мне морального вреда.

Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях, выразившихся в головных болях, бессоннице, в тахикардии. Из-за сказанного КАВ истцу было очень обидно и оскорбительно, и она сильно переживала по этому поводу.

Спустя примерно месяц после произошедшего она почувствовала, что ей становится тяжело дышать, она вынуждена была обратиться за медицинской помощью в МЦ «Доктор Плюс». В последующем начались боли в спине, также вынуждена была обращаться за медицинской помощью в неврологическое отделение 2 городской больницы г, Ижевска, где ей прописали лечение, в том числе с успокоительными препаратами, а так же и за помощью мануального терапевта-невропатолога.

Истец с учетом уточнения исковых требований просила суд:

1. Признать сведения о воровстве имущества <данные изъяты>, распространенные <дата> на собрании кредиторов <данные изъяты> по адресу: <адрес> в отношении меня КАВ неоответетвующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца.

2. Взыскать с ответчика КАВ компенсацию причиненного морального вреда в размере 500 000 руб.

В судебном заседании истец АВА исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, суду пояснила, что по мнению ответчика, им не были распространены в отношении истца какие-либо порочащие и не соответствующими действительности сведения, в том числе, о недобросовестности (преступности) действий истца при ведении им производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности в <данные изъяты> в качестве бывшего генерального директора. Ответчик полагает, что его высказывания носили характер его внутренних убеждений и личностных суждений об истце, как отстраненного руководителя предприятия в деле о банкротстве, и не выходят за рамки его конституционного права на свободу слова.Ответчик осуществил высказывания (собрание кредиторов <данные изъяты>, <дата> в период с 9:00 до 10:00 по адресу: <адрес>, административное здание <данные изъяты>) о том, что Истец якобы «ВОРУЕТ» - не в личном разговоре с истцом, а публично, именно на мероприятии, касающемся финансово-хозяйственной (предпринимательской) деятельности, бывшим руководителем и действующим учредителем которого является истец. Данные обстоятельства установлены оправдательным приговором судебного участка <адрес> по обвинения ответчика в клевете в отношении Истца. Следует отметить, что Ответчик оправдан лишь в связи с тем, что судом не установлен его умышленный характер действий, то есть за отсутствием состава преступления (вины), а не в виду отсутствия его причастности либо отсутствия события преступления. В данном случае, как в моем понимании, так и в поминании большинства присутствующих на собрании кредиторов лиц (юристов), высказывание «ПОТОМУ, ЧТО ВЫ ВОРУЕТЕ» прямым образом ассоциировалось с моими действиями, связанными в хищением имущества <данные изъяты> с использованием моего должностного положения, при этом высказанное обвинение прозвучало в настоящем времени, на время проведения собрания кредиторов.Вместе с тем, как на момент указанного собрания, так и в настоящее время, не смотря на многочисленные доследственные проверки, факты хищения мной имущества <данные изъяты> с использованием моего должностного положения - не установлены. Отмечаю, что в спорный период привлекалась к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ (5 эпизодов), однако, государственным обвинителем на данный период времени, а именно на момент проведения собрания кредиторов <дата> обвинительное заключение даже не было утверждено и Ответчик, не являющийся стороной по делу, на законных основаниях, не мог знать о предъявленном ей обвинении. Также, отмечает, Балезинским районным судом УР <дата>, она была оправдана по уголовному делу.

ВС УР от <дата>, приговор был отменен на основании допущенных нарушений уголовно-процессуального законодательства судом первой инстанции.

Дело направлено на новое рассмотрении — таким образом в силу ст. 49 Конституции РФ она не может считаться виновной в совершении инкриминируемых преступлений. Более того, Ответчик, будучи профессиональным юристом и юридическим представителем <данные изъяты> в деле о банкротстве, не мог не осознавать, что состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, никоим образом не связан с воровством (хищением) имущества <данные изъяты>.

Несомненно, лицо имеет конституционное право на публичное выражение своего мнения относительно личности и действий другого лица до той степени, пока не начинает нарушать (ограничивать) права последнего.

Таким образом, действия Ответчика, не зависимо от того носят они характер умышленности либо грубой неосторожности, применимо к гражданско-правовым отношениям (в отличии от уголовной юрисдикции) являются нарушением закона и права, а также выходят за рамки его конституционного права на свободу слова.

В силу п.1, ст.152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно разъяснений, изложенных в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 24.02.2005 г., «О судебной практике по делам о защите чести и

достоинства, а так же деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса РФ значение дела, которые должны быть определены судом являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

В основании искового заявления положены факты указанных обстоятельств в полном объеме, что подтверждают свидетели, присутствовавшие на данном собрании, а так же в подтверждение свидетельских показаний имеется аудиозапись, сделанная одним из присутствующих на собрании кредиторов. Данные факты, являются неопровержимыми доказательствами, имеющие факт распространения ответчиком порочащих сведений об истце.В отношении нее рассматривается дело о финансовой несостоятельности (банкротстве) № А41-11443/2023 (реализация имущества). Арбитражным судом утвержден финансовый управляющий СДЛ (ИНН <номер>, адрес для направления корреспонденции: <адрес>.

Финансовым управляющим открыт единый расчетный банковский счет на мое имя (иные счета аннулированы), поступления денежных средств контролируется финансовым управляющим и данные поступления аккумулируются в конкурсную массу для возможности последующего удовлетворения требований кредиторов. В связи с этим, в случае удовлетворения настоящих исковых требований средства, причитающиеся для удовлетворения морального вреда, отнесутся в конкурсную массу, а права кого-либо из кредиторов нарушены не будут.

Таким образом, доводы ответчика о необходимости привлечения в настоящее дело финансового управляющего (в том числе, в качестве моего представителя/заявителя) - не состоятельны, поскольку спор по настоящему делу носит сугубо характер гражданско- правовых отношений между мной и Ответчиком и не относится к делам о банкротстве, финансовый управляющий назначен для управления финансовыми средствами.

В судебном заседании ответчик КАВ исковые требования не признал, считая, что оснований для удовлетворения требований не имеется.

Допрошенная в качестве свидетеля БНН суду показала, что как юрист сопровождает ее некоторые судебные дела. КАВ также известен, в рамках дела о банкротстве он представляет интересы «Ува-молоко». На собрании <данные изъяты>, <дата> в 09:00, представляла интересы А, проводилось в офисе <данные изъяты>, по адресу <адрес>, в кабинете для проведения совещаний. Собрание проводил арбитражный управляющий КАС, туда пришли кредиторы, представители, ФНС, росреестр, кроме того был КАВ, представлял «Ува-молоко», также и мы участвовали. Началось собрание кредиторов, КАС представил отчет, из которого было видны привлеченные лица, где была указана служба экономической безопасности. Я задавала вопросы и спросила, для чего привлечена служба, так как надо экономить, чтобы удовлетворить все требования кредиторов. На что КАС пояснил, что для безопасности хозяйства. На наши дальнейшие вопросы, для чего вообще привлечена данная служба, К сказал «воруете». А спросила «кто ворует?», К сказал «Вы воруете». Народу было немало, произошел такой инцидент. А не просто кредитор, она бывший сотрудник, управленец данного предприятия. Сформировано было такое мнение. На вопрос «есть ли какие-то доказательства?», К ответил «да, есть». Больше ничего не пояснял. Участвуют на таких собраниях в основном юристы, ее мнение - это как оскорбление было. Мое отношение не изменилось, но изменилось отношение налоговой, росреестра. Выражалось в определенных вопросах, было недоверие, при беседе и собраниях, было отстранение, пытались не разговаривать с ней. А переживала после собрания, ездила к неврологу, проходила лечение неоднократно. Мало того, что было дело о банкротстве, так еще и высказали, что вы воруете. Другие участники не знают настолько закон о банкротстве, Могло сложиться впечатление, что банкротство именно из-за этого.

Допрошенный в качестве свидетеля ИАГ показал, что <дата> произошло сокращение штата уволен с должности юриста <данные изъяты>, была выдана нотариальная доверенность одного из кредиторов ФИО2, <дата> проводилось собрание кредиторов <данные изъяты> в административном здании <данные изъяты> по адресу <адрес>, с 9 утра было собрание. На нем решались вопросы финансовой хозяйственной деятельности <данные изъяты>. Присутствовал я, собрание проводил и организовывал финн управляющий КАС, К представитель <данные изъяты>, секретарь КАС, АВА, БНН, представитель росреестра и налоговой. Вопрос обсуждался по кадровым вопросам, при ведении процедуры банкротства, отстраняются от управления гендиректор. Назначили управляющего, который вправе привлекать юристов, специалистов и других. К А сказал, что «вы воруете». Я в процедуре регистрации участвующих лиц, уведомил, что веду аудиозапись на телефон. Я отдавал копию записи А на диске. Вот К сказал такие слова. Начальник ФИО3 должен выявлять все факты противоправных действий в отношении <данные изъяты>. По поводу назначения службы экономической безопасностиони должны выявлять хищения и противоправные действия. Я сказал, что это клевета. Не знаю слышно или нет было.А спросила, есть ли доказательства, но К ничего не представил. Я как юрист, воспринял это всерьез. После увольнения меня восстановили на работе, признали увольнение незаконным. На предложениеАВА далее работать юристом <данные изъяты> я не согласился, так как действительно служба безопасности могла выявить факты хищения. Полгода не общались, звонки не принимал, просили вернуться. Я сейчас описал первый случай, когда решался кадровый вопрос. Все собрание обсуждалось и ФИО4 и ФИО3, и служба безопасности. Вся деятельность рассматривалась как единое целое. Для меня это как один эпизод. Высказывания одного типас разницей 15-20 минут. Первое, что «Вы воруете» обращенные к А. Что конкретно не было указано. В контексте обсуждения кадровых вопросов, финансовых. Досконально диалог не помню, но смысл был такой, что обсуждалась финансовая деятельность <данные изъяты>. В этом контексте было сказано, что А ворует, в отношении именно деятельности <данные изъяты>.Был юристом на предприятии <данные изъяты>»с <дата> по договору ГПХ, до 21.07 до 02.10, когда уволили. Являюсь свидетелем обвинения по данному уголовному делу. О том, что АВА привлекается по ст. 187 УК РФ никому не рассказывал.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ЖЕП, место работы: ООО «Независимая экспертиза», образование высшее, «Ленинградский государственный педагогический институт им. ГАИ», специальность «Филолог, преподаватель»; стаж работы по проведению экспертиз: 27 лет по основному диплому и 8 лет по направлению экспертной деятельности, дала суду показания.В мае месяце проводила экспертизу. Касаемо самого исследования и методологии. На 24 странице исследования говорится в последней строке о том, что постановка вопроса неверна. «Резюмируя сопоставление стенограммы аудиозаписи, и текста, представленного в определении, следует отметить существенные искажения (пропуски реплик, вписывание отсутствующих реплик, неверное указание речевых действий (вопрос-ответ) участников коммуникаций, отразившиеся как на содержании высказываний, так на направленности спорных высказываний.Укажем, что спорные реплики, выделенные в вопросы, поставленные перед экспертом, не направлены на конкретное лицо – ААВ, местоимение «вы», употребленное субъектом речи, не является местоимением единственного числа, употребляемым в этикетном обращение с прописной буквы «Вы», и записано в тексте вопроса неверно.» На стр. 28 указано «отсутствует инф характер сообщаемого», вопрос касается фразы «извините, вы воруете, например». Вопрос «воруете?» опциональный, вопрос должен быть «Что? Где? Когда?», чтобы было утверждение, информация должна быть верифицирована. Мы можем ее проверить. Это должно быть повествовательное предложение. Событие к моменту речи должно быть завершено. По методике ФИО5 «Судебная лингвистика», в 2016 году. Исследуется коммуникативная ситуация. У нас есть только глагол, больше никакой информации нет. Я прослушала аудиозапись. Словосочетание «Вы воруете» не носит информационный характер. Мнение с перерывами на высказывание заявителя «Я ворую? Я ворую?» на что мужчина сказал «Извините, вы воруете, например» было написано с заглавной буквы, но это был полилог. В моей работе есть словарь, где указано что такое утверждение, информация, сведения. «Воруете»- это опциональный глагол. Нет события, факта, явления. Страница 3 уточняющая информация застенографировано неправильно. Там другие падежи. Речь не о воровстве имущества должника, а должностных обязанностях третьего лица. Я сопоставила стенограмму с аудиозаписью и на странице 21 указано, что сравнивается стенограмма с аудиозаписью. Стоят индексы. Там перебивают друг друга люди, выясняют отношения. Пока он отвечает на вопрос первой женщины, вклинивается вторая. Фамилии я брала из определения суда. Диалог продолжается до тех пор, пока говорящий имеет зацепки в разговоре, чтобы его продолжать. Тема полилога - должностные обязанности лица, которого назначили – начальника службы безопасности. Фоноскопическую экспертизу я не проводила. Стенограммы я делаю. Здесь нет речи о том, кто, где стоит и кто кому отвечает. Исходя из текста, который был в вопросе, разделила голоса. Сама аудиозапись неофициальная. В стенограмме, приложенной к вопросу, была дана разбивка. Ориентировалась на определение суда, установила фамилии. Женские голоса были легко различимы. Пользовалась Методикой проведения судебной лингвистической экспертизы по делам об оскорблении авторства ИТМ, КВО, ПАМ. Понятия обвинение там нет. В основе лежит Постановление Пленума №3 от 24.02.2005. Лингвисты должны этим пользоваться. В учебнике ФИО5 описаны подробные этапы. Ответ К «для того чтобы вы не воровали они там находятся», второй раз говорил, я, как лингвист, должна выяснить имеется ли информация в высказывании. Там нет информации и сведений, порочащих истца. Это предположение. Слово извинение перед любым неприятной оценкой для слушателяэто маркер модальности, вводное слово, слово вежливости. Он просит прощения за то, что будет дальше. Обида это психологическое. Оскорбление это другое. Он извинился на трижды воскликнутое вопрошание «Я ворую?». Информации там нет.Моя стенограмма отличается от судебной. Исключена лишняя реплика. Адресация получилась личная, однако это был полилог. Материалы дела я изучала в том объеме, в котором было нужно. Я не должна адресацию устанавливать по показаниям свидетелей. Мне было достаточно аудиозаписи, другое я не должнаисследовать.Я знакомилась с теми материалами, с которыми было нужно. Я прослушала аудиозапись. Остальное, чтобы быть объективной, я не должна былаисследовать. В моем заключении соблюдено требование о полноте, вопрос касалсяаудиозаписи, полилога. По материалам дела вопросы не были поставлены, я недолжна была их исследовать. Исследование подразумевает исследование коммуникативной ситуации, анализ содержания и определение формы высказывания. Включать высказывания их материалов дела и изучать материалы дела, не должна была.

Выслушав явившихся участников процесса, свидетелей, изучив и проанализировав материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд устанавливает следующие обстоятельства, имеющие значение по делу, и приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Вместе с тем в части 2 статьи 10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.

Исходя из п.п. 1, 2 ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно п. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3), по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может бытьоспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Из правовой позиции, изложенной в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3, следует, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В то же время, в указанном пункте со ссылкой на статью 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статью 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицию Европейского Суда по правам человека также разъяснено, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Исходя из положений ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Приговором мирового судьи судебного участка № <адрес> от <дата> КАВ оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ.

Апелляционным постановлением Ленинского районного суда <адрес> от <дата> приговор мирового судьи судебного участка № <адрес> от <дата>, которым КАВ оправдан по предъявленному частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, оставлен без изменения.

Постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции оправдательный приговор мирового судьи судебного участка № <адрес> от <дата> и апелляционное постановление Ленинского районного суда <адрес> от <дата> в отношении КАВ, оставлены без изменения.

Для решения вопроса о том, являются ли спорные фразы утверждениями о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, или оценочными суждениями, мнениями, убеждениями, а также для определения формы высказывания, было ли высказывание выражено в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, по делу назначена лингвистическая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Независимая экспертиза».Сложность в понимании полученного экспертного заключения выразилось в том, что с точки зрения лексики, утверждение – это высказывание (мнение, суждение), в котором утверждается что-либо и в котором отображается связь предмета и его признаков. Грамматически утверждение (утвердительное суждение) выражается формой повествовательного предложения – как невосклицательного, так и восклицательного. Термина «убеждение» в лингвистике не имеется. Таким образом, суду необходимо было разграничить утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, а в результате проведенной экспертизы выявилось, что с точки зрения лингвистики мнение и оценочное суждение, выраженные в форме повествовательного предложения, относятся к утверждениям. Для того, чтобы с помощью лингвиста дать правовую оценку спорным фразам, с учетом уточнения исковых требований, потребовалось дважды приглашать эксперта в судебное заседание.

С помощью эксперта удалось установить, что по первому вопросу:

1. Содержится ли в высказываниях (выражениях) КАВ, во время собрания кредиторов <данные изъяты><дата> негативная информация об АВА, если содержится, в какой форме она выражена (утверждения, суждения, предположения, мнения, оценочного суждения):

БНН задала вопрос внешнему управляющему К. вопрос: - значит, с какой целью принят начальник службы экономической безопасности?

КАС, ответ - с целью поддержания предприятия в работоспособном состоянии.

АВА: вопрос: - а что он делает, можно сказать?

КАС: ответ: — предотвращает хищения.

АВА: вопрос: - какие? какие хищения? Кто ворует?

КАВ: ответ: - имущество должника

АВА: - кто ворует?

КАВ: ответ: - Извините, Вы воруете, например

АВА: вопрос: — Я ворую?

КАВ: ответ: - Конечно, чтоб вы не воровали, он там

АВА: вопрос: - Я ворую?

КАВ: ответ: - Да

АВА вопрос: - доказательства есть?

КАВ: ответ — да конечно АВА: вопрос: - где?

БНН: вопрос: - есть хотя бы один документ, что он что- то предотвратил, при этом получает зарплату?

АВА: — это очень серьезное обвинение, я говорю!

БНН: вопрос: — ежемесячно?

КАС: ответ: - он зарплату получает, да.

БНН: - да, получает.

ИАГ: - клевета»

Выделенные высказывания «Извините, Вы воруете, например» «Конечно, чтоб Вы не воровали, он там работает» имеют форму мнения.

Реплика «да» отсутствует в аудиозаписи, а реплика «да, конечно» нельзя рассматривать в качестве подтверждения высказывания «АВА «Я ворую», так как является реакцией на реплику другого лица (БНН).

Лингвистический анализ представленного эпизода коммуникации показал, что высказывания КАВ не являются утверждениями о фактах и событиях, не содержат сведений, имеющих негативный или порочащий характер о действиях АВА.

В выражениях КАВ отсутствует информационный компонент, необходимый для определения наличия этой формы, кроме того, субъект речи не относит действие к совершенным или совершаемым, на что указывают маркеры модальности.

По второму вопросу:

Подтверждает ли лингвистический характер сведения (утверждения о фактах) в выделенных фразах, указанных в вопросе № 1, что в них содержатся сведения в форме утверждений в отношении АВА порочащий характер (сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественно или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина?

В высказываниях (выражениях) КАВ негативная информация об АВА.

Высказывания КАВ являются реакциями на речевые действия участников коммуникации и не несут информационного компонента, выраженного вербально.

Следует указать, что сравнение аудиозаписи, представленной в материалах дела, и записи эпизода конфликтной коммуникации, представленного в вопросах Определения, показало значительные расхождения. Данные расхождения отмечены и описаны.

Суд соглашается с мнением эксперта по следующим основаниям.

Поскольку оценочные суждения, мнения, убеждения, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, в силу разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3, они не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ.

Кроме того, как следует из правовой позиции, изложенной в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3, согласно части 3 статьи 29 Конституции Российской Федерации никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. С учетом изложенного исковые требования АВА к КАВ в части признания сведений недействительными и не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию АВА, а также возложения на ответчика обязанности опровергнуть сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца удовлетворению не подлежат.

Рассматривая исковые требования о компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации, в силу части 1 ст. 17 которой в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, одновременно устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 той же статьи), в частности достоинство личности, охраняемое государством (часть 1 ст. 21 Конституции).

Из приведенных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу ст. 10 ГК РФ, не допускаются.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание, которым является умозаключение лица, и его выражение не должно быть ограничено каким-либо пределами, кроме закрепленных ч. 2 ст. 29 Конституции Российской Федерации, то форма выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности и должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта.

При таком положении, в случае если указанные выше требования не выполняются, то лицо, высказывающее какое-либо суждение относительно действий или личности иного лица, должно нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

Право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами гарантировано государством (статья 45 Конституции Российской Федерации).

Выбор способа защиты нарушенного права из предусмотренных законодательством способов принадлежит истцу.

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, относится, в частности, компенсация морального вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Исходя из ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1101 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайнаит.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из совокупности вышеназванных положений следует, что компенсация морального вреда в денежной форме осуществляется причинителем вреда при умалении нематериальных благ потерпевшего.

Применительно к рассматриваемому спору, суд приходит к выводу о том, что между истцом и ответчиком возник конфликт,связанныйс должностными обязанностями лица, которого назначили – начальника службы безопасности.

Распространённые ответчиком сведения не соответствуют действительности, порочат ее честь, достоинство и деловую репутацию, поскольку истец никогда не привлекалась ни к уголовной, ни к гражданской ответственности по фактам хищения имущества ООО «КЕП».

В предложенных к исследованию материалах такие выражения отсутствуют.

Вместе с тем, будучи допрошенной в судебном заседании, эксперт ЖЕП высказала и обосновала иную точку зрения.

Как указано в тексте экспертного заключения, оскорбление (коммуникативная перверсия) в современном понимании этого понятия подразумевает реализацию таких стратегий речевого поведения, как: диффамация - публичное распространение сведений, порочащих кого-либо;вербальная дискриминация - выражение в речи своего превосходства по расовым, национальным, имущественным или иным причинам;вербальная дискредитация - подрыв авторитета, умаление значения кого-либо, подрыв доверия;вербальная инсинуация - создание предпосылок негативного восприятия социального имиджа кого-либо.Оценочное суждение (оценочное утверждение) - утверждение, содержащее оценку мнения или предположения, выраженные в форме утверждений. Как правило, такие высказывания нельзя верифицировать. Пейоратив или пейоративный(от французского слова pejoratifили от латинского pejorare«делать хуже»)— слова и словосочетания, выражающие негативную оценку чего-либо или кого-либо неодобрение, порицание, иронию или презрение. Несмотря на то, что при помощи пейоративов выражаются негативные эмоции, их не следует путать с ругательствамипоскольку бранная лексика и выражения, или ненормативная лексика в пейоративах, как правило, не содержатся.

С помощью специалиста в области лингвистики удалось установить, что действительно спорные фразы не относятся к ненормативной лексике, не содержат неприличных, бранных, непристойных слов.

Вместе с тем, по мнению эксперта, высказывания КАВ не являются утверждениями о фактах и событиях, не содержат сведений, имеющих негативный или порочащий характер о действиях АВА.В выражениях КАВ отсутствует информационный компонент, необходимый для определения наличия этой формы, кроме того, субъект речи не относит действие к совершенным или совершаемым, на что указывают маркеры модальности.В высказываниях (выражениях) КАВ негативная информация об АВА.

Высказывания КАВ являются реакциями на речевые действия участников коммуникации и не несут информационного компонента, выраженного вербально.

Суд соглашается с мнением эксперта по следующим основаниям.

Рассмотрим фразу: К сказал «воруете». АВА спросила «кто ворует?», КАВ сказал «Вы воруете».В выраженияхКАВ отсутствует негативная информация, нет сведений, порочащих истца.

КАВ не лишен права высказывать свою точку зрения, но в рассматриваемом случае фраза «воруете» в контексте данного общения содержит отрицательную оценку истца как профессионала.

Поскольку, нарушений прав АВА действиями ответчика, не установлено, соответственно, оснований для компенсации в ее пользу морального вреда не имеется.

Согласно п. 1 ст. 95 ГПК РФ экспертам возмещаются понесенные ими в связи с явкой в суд расходы на проезд, расходы на наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные).

При этом, согласно п. 3 ст. 95 ГПК РФ, ст. 37 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" N 73-ФЗ от 31.05.2001 эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Суд считает, что здесь применим п. 1 ст. 85 ГПК РФ, согласно которого эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу; явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением. На основании изложенного суд приходит к выводу, что необходимо отказать в ходатайстве ООО "Независимая экспертиза" о взыскании расходов за явку эксперта в судебное заседание в размере 5000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования АВА (СНИЛС <номер>) к КАВ (СНИЛС <номер>) о признании сведений о воровстве имущества <данные изъяты>, распространенные <дата> на собрании кредиторов <данные изъяты> по адресу: <адрес>, в отношении истца КАВ не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца,взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

В удовлетворении ходатайства общества с ограниченной ответственностью «Независимая экспертиза» о взыскании расходов, связанные с оплатой труда эксперта в связи с участием в судебном заседании в размере 5 000,00 руб., - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики.

Председательствующий судья: Ахметзянова А.Ф.