Решение № 2-997/2017 2-997/2017~М-895/2017 М-895/2017 от 2 августа 2017 г. по делу № 2-997/2017

дело № 2-997/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 августа 2017 года г.Орск

Советский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Федоровой А.В.,

при секретаре Корнелюк Е.Ю.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в г. Орске Оренбургской области о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости. В обоснование иска указала, что решением начальника УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области от 29 мая 2017 года ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием требуемого стажа лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения. УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области исключило из ее стажа период нахождения на курсах повышения квалификации с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года, поскольку в указанный период она непосредственно не осуществляла лечебную деятельность в учреждениях, предусмотренных Списком должностей и учреждений, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22 сентября 1999 года № 1066. Полагает решение УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области в указанной части противоречащим законодательству Российской Федерации, нарушающим ее право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости. Указала, что на день обращения в УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области с заявлением о назначении пенсии ее стаж составлял 29 лет 07 месяцев 18 дней. Поскольку по состоянию на 29 мая 2017 года она продолжала работу в медицинском учреждении полагает, что ее стаж составляет 30 лет 06 дней.

Просит суд признать за ней право на досрочную трудовую пенсию по старости. Обязать УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области включить в ее специальный трудовой стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости период нахождения на курсах повышения квалификации с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года. Обязать УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области включить в ее специальный трудовой стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости, период работы с 23 февраля 2017 года по 29 мая 2017 года в льготном исчислении: 1 год работы как 1 год 6 месяцев. Обязать УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области назначить досрочную трудовую пенсию по старости с момента возникновения права на ее получение, то есть с 23 мая 2017 года.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2, действующая на основании устного ходатайства, заявленные требования поддержали. Дали пояснения аналогичные доводам, изложенным в иске. ФИО1 представила суду заявление о взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб., а также расходов по оплате услуг юриста в сумме 5 000 руб.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, возражали против удовлетворения заявленных требований по тем основаниям, что период с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года не подлежит включению в специальный стаж ФИО1, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости, поскольку периоды нахождения на курсах повышения квалификации не предусмотрены Правилами исчисления периодов работы, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516. Полагала, что в указанный период истец не осуществляла работу, дающую право на досрочное назначение пенсии. Считала, что требование ФИО1 о назначении досрочной страховой пенсии также не подлежит удовлетворению, поскольку на дату обращению в УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области, даже с учетом спорного периода работы, у истца отсутствовала требуемая законом продолжительность стажа, дающего право на досрочную пенсию по старости. Пояснила, что требование истца об обязании ответчика включить в ее специальный трудовой стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости, период работы с 23 февраля 2017 года по 29 мая 2017 года в льготном исчислении: 1 год работы как 1 год 6 месяцев не подлежит удовлетворено судом, поскольку указанный период работы истца пенсионным органом не оценивался.

Заслушав пояснения истца, представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

С 01 января 2015 года вступил в силу Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В силу части 3 статьи 36 указанного Федерального закона со дня вступления его в силу Федеральный закон от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий соответствии с ФЗ «О страховых пенсиях» в части, ему не противоречащей.

В соответствии с пп.20 п.1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

В целях определения права на страховую пенсию Федеральный закон «О страховых пенсиях» предусматривает, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности).

Из материалов дела следует, что 22 февраля 2017 года ФИО1 обратилась в УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии в соответствии с пп.20 п.1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях»

Решением УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области от 29 мая 2017 года ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии в связи с отсутствием требуемого стажа лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, дающего право на досрочную страховую пенсию по старости.

При этом ответчиком не включен в стаж истца, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости, период нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года, поскольку в указанный период истец непосредственно не осуществляла лечебную деятельность в учреждениях, предусмотренных Списком должностей и учреждений, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22 сентября 1999 года №1066.

Согласно ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

В соответствии с п. 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года №665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года №516; Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781.

При этом в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии, засчитываются периоды работы с 01 ноября 1999 года по 13 ноября 2002 года – согласно Списку должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года №1066 (далее – Список от 22 сентября 1999 года №1066); периоды работы с 14 ноября 2002 года – в соответствии со Списком должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, и Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации №781 от 29 октября 2002 года.

Согласно Списку от 22 сентября 1999 года №1066, к учреждениям здравоохранения, работа в которых дает право на пенсию по выслуге лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, относятся городские больницы.

Согласно Списку от 22 сентября 1999 года №1066, в специальный стаж лечебной деятельности засчитывается работа в должности медицинской сестры-анестезиста в городской больнице.

Как следует из трудовой книжки истца, с 09 апреля 2017 года по 17 июня 2014 года ФИО4 работала в <данные изъяты>) в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации (стационар).

Из материалов дела видно, что период работы ФИО1 в качестве сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации <данные изъяты> включен ответчиком в ее стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии в соответствии с подп. 20 п.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях».

В п. 4 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 марта 2011 года № 258н, предусмотрено, что в случаях, когда необходимы данные о характере работы и других факторах (показателях), определяющих право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, установленные для отдельных видов работ (деятельности), в целях подтверждения периодов работы, принимаются справки, а также иные документы, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами.

Справки выдаются на основании документов соответствующего периода времени, когда выполнялась работа, из которых можно установить период работы в определенной профессии и должности и (или) на конкретных работах (в условиях), дающих право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Согласно справке № от 07 июня 2017 года, выданной ГАУЗ «<данные изъяты>», в период работы в <данные изъяты>», а именно с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года ФИО1 проходила курсы повышения квалификации в <адрес> с отрывом от производства и сохранением заработной платы.

В материалы дела представлена копия приказа главного врача <данные изъяты> от 12 января 2000 года о направлении медицинской сестры отделения анестезиологии ФИО1 на курсы повышения квалификации в <адрес>.

Как указано в ст. 187 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование, на прохождение независимой оценки квалификации на соответствие положениям профессионального стандарта или квалификационным требованиям, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

Аналогичные положения предусматривались в ст. 112 КзОТ РСФСР, действовавшего в период с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года.

Из изложенного следует, что во время прохождения курсов повышения квалификации работник продолжает состоять в трудовых отношениях с работодателем, исполнять свои прямые должностные обязанности. Факт направления работника ФИО1 на курсы повышения квалификации с сохранением средней заработной платы в судебном заседании представителем ответчика не оспаривался.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств того, что в период нахождения на курсах повышения квалификации ФИО1 не осуществляла свою профессиональную деятельность, представителем ответчика суду не представлено.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что ФИО1, в период нахождения на курсах повышения квалификации, осуществляла деятельность, непосредственно связанную с ее должностными и профессиональными обязанностями.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о включении ФИО1 в ее стаж периода нахождения на курсах повышения квалификации с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года.

Иное толкование и применение пенсионного законодательства повлечет ограничение конституционного права ФИО1 на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации целями, ради достижения которых допускается ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.

Согласно п. 47 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 02 октября 2014 года №1015, периоды работы и (или) иной деятельности и иные периоды включаются (засчитываются) в страховой стаж по день, предшествующий дню обращения за установлением страховой пенсии, а в случаях, предусмотренных частями 5 и 6 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях», - по день, предшествующий дню назначения страховой пенсии.

Истец обратилась в УПФ РФ (ГУ) в г. Орске Оренбургской области с заявлением о назначении пенсии 22 февраля 2017 года, соответственно, ответчиком пенсионные права истца оценены по 21 февраля 2017 года.

В рассматриваемом случае суд проверяет законность действий пенсионного органа при обращении гражданина за назначением пенсии и законность отказа в ее назначении. При этом суд не вправе подменять собой уполномоченного государственного органа даже при установлении наличия необходимого стажа в ходе рассмотрения дела в суде. В силу действующих положений Конституции Российской Федерации суд не вправе вторгаться в компетенцию исполнительной власти, подменяя своим решением полномочия органа исполнительной власти.

С учетом изложенных обстоятельств, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требования ФИО1 о назначении досрочной пенсии по старости с 23 мая 2017 года, поскольку с учетом зачета судом в стаж работы истца периода с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года, стаж лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения ФИО1 на момент ее обращения с заявлением о назначении пенсии, составляет менее 30 лет.

Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены: расходы на оплату услуг представителей; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; почтовые расходы, понесенные сторонами в связи с рассмотрением дела; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с УПФ РФ (ГУ) в г. Орске в пользу ФИО1 следует взыскать расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела представлен договор на оказание юридических услуг от 01 июля 2017 года, по условиям которого ФИО2 приняла на себя обязанность оказать ФИО1 юридические услуги при рассмотрении иска к УПФ РФ (ГУ) в г. Орске, а именно провести консультацию, составить исковое заявление, представлять ее интересы в суде.

Из п.4 условий договора следует, что стоимость услуг определена сторонами в сумме 5 000 руб.

Факт получения ФИО2 денежных средств от ФИО1 в сумме 5 000 руб. подтверждается распиской.

Таким образом, требование ФИО1 к УПФ РФ (ГУ) в г. Орске о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг юриста, соответствует требованиям закона и является обоснованным.

При этом, как указано в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. ст.2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Таким образом, значимыми критериями оценки (при решении вопроса о судебных расходах) выступают объем и сложность выполненных работ (услуг) по подготовке процессуальных документов, представлению доказательств, участию в судебных заседаниях с учетом предмета и основания иска.

В свою очередь, разумность пределов расходов подразумевает, что этот объем работ (услуг) с учетом сложности дела должен отвечать требованиям необходимости и достаточности. Для установления разумности расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание юридической помощи, характеру услуг, оказанных по договору, а равно принимает во внимание доказательства, представленные другой стороной и свидетельствующие о чрезмерности заявленных расходов.

Суд считает, что расходы ФИО1 по оплате услуг представителя подлежат взысканию с УПФ РФ (ГУ) в г. Орске в части, поскольку критерием при этом является разумность понесенных расходов, а также то, что эта сумма должна быть меньше объема защищаемого права и блага. Так как сумма 5 000 руб. является чрезмерной по отношению к объему выполненных работ, суд находит возможным удовлетворить заявление ФИО1 о возмещении расходов на оплату услуг представителя в пределах 3 000 руб.

В оставшейся части в удовлетворении заявления о взыскании судебных расходов необходимо отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в г. Орске Оренбургской области о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости удовлетворить в части.

Обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г. Орске Оренбургской области включить в специальный трудовой стаж ФИО1, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии, период нахождения на курсах повышения квалификации с 12 января 2000 года по 04 апреля 2000 года во время работы в <данные изъяты> в должности сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации.

Взыскать с Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г. Орске Оренбургской области в пользу ФИО1 300 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины, 3000 руб. в счет возмещения расходов по оплате услуг юриста.

В удовлетворении требований ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в г. Орске Оренбургской области в оставшейся части отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Советский районный суд г. Орска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья <данные изъяты> А.В. Федорова

Мотивированное решение составлено 08 августа 2017 года.

<данные изъяты>