Решение № 2-1361/2025 2-1361/2025~М-1041/2025 М-1041/2025 от 23 октября 2025 г. по делу № 2-1361/2025

Дело № 2-1361/2025

УИД 18RS0021-01-2025-002445-75


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2025 года г. Можга

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Биянова С.А.,

при секретаре Алексеевой О.С.,

с участием:

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности.

Исковое заявление мотивировано тем, что во владении истца находится <***>, с кадастровым номером №***, общей площадью <данные изъяты> кв.м. и земельный участок, с кадастровым номером №***, площадью <данные изъяты> по адресу: <***>. Право собственности на земельный участок истцом зарегистрировано 30 июля 2025 года на основании свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе супругов, выданного пережившему супругу и свидетельства о праве на наследство по закону. В жилом помещении по вышеуказанному адресу ФИО1 зарегистрирована с 7 мая 2003 года. Вместе с тем, право собственности на жилое помещение в установленном порядке не зарегистрировано. Сведений о зарегистрированных правах на данный объект недвижимости в БТИ также не имеется. Фактически истец является единственным собственником спорного имущества, проживает в нем постоянно, несет расходы по его содержанию, оплачивает коммунальные услуги.

С учетом изложенного и на основании ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) истец просит признать за ней право собственности на квартиру по адресу: <***> в порядке приобретательной давности.

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивала, поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснила, что с 10 января 1992 года состояла в браке с А.А.В. Указанный жилой дом был построен колхозом <данные изъяты> для своих работников, где истец и её супруг работали. Жилой дом семье был предоставлен после пожара 30 июня 2001 года. Первоначально между супругом и колхозом был заключен договор найма от 10 июля 2001 года, сроком на 1 год. Вместе с тем, истец проживает в указанном жилом доме по настоящее время, правопреемник колхоза <данные изъяты> ликвидирован. За время владения жилым помещением с супругом поменяли в квартире крышу, провели газовое отопление, канализацию, несли расходы по содержанию жилого помещения.

Представитель ответчика Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав истца, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Из содержания искового заявления следует, что истцом ФИО1 заявлено требование о признании права собственности в силу приобретальной давности на квартиру по адресу: <***>.

В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо – гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Таким образом, для возникновения права собственности в силу приобретательной давности, необходимо соблюдение следующих условий: добросовестность, открытость и непрерывность владения недвижимым имуществом в течение 15 лет.

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

В соответствии с п. 16 приведенного выше постановления, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абз. 1 п. 19 указанного постановления Пленума, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из ст. ст. 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Статьей 11 ГК РФ предусмотрено, что защиту нарушенных или оспоренных прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд.

К одному из способов защиты нарушенного или оспариваемого права статья 12 ГК РФ относит такой способ защиты как признание права.

Обращаясь в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности, истец указала, что владение вышеуказанным недвижимым имуществом началось с июня 2001 года, являлось добросовестным, поскольку владение спорным имуществом осуществлялось истцом открыто, как своим собственным, другие лица на данное имущество права не заявляют.

Вышеуказанные обстоятельства нашли свое полное и объективное подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из справки Можгинского филиала Бюджетного учреждения Удмуртской Республики «ЦКО БТИ» по состоянию на 5 марта 2025 года следует, что сведений о зарегистрированных правах на объект недвижимости по адресу: <***>, 1992 года постройки, не имеется, технический паспорт отсутствует.

В соответствии с архивной справкой №*** от 6 июня 2025 года, выданной Администрацией муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» в документах архивного фонда колхоза <данные изъяты>, в протоколах заседаний правлений колхоза за 2001 год значится протокол №*** от 10 июля 2001 года, с повесткой дня заключить договор по найму жилья с А.А.В. (так в документе), сроком на один год.

Кроме того, в документах архивного фонда колхоза <данные изъяты> имеются сведения, что 15 января 2001 года зарегистрирован сельскохозяйственный производственный кооператив (СПК) колхоз <данные изъяты>. СПК колхоз <данные изъяты> является правопреемником колхоза <данные изъяты>. Решением Арбитражного Суда Удмуртской Республики от 28 апреля 2008 года СПК колхоз <данные изъяты> признан несостоятельным (банкротом) и снят с государственного реестра налогоплательщиков.

Исходя из изложенных доказательств, объяснений истца, суд приходит к выводу, что спорный объект недвижимости по адресу: <***> был передан А.А.В. в июле 2001 года.

А.А.В. умер 31 декабря 2024 года (<данные изъяты>).

С 10 января 1992 года А.А.В. состоял в браке с истцом ФИО2 (<данные изъяты>).

Согласно выписке из похозяйственной книги №*** <данные изъяты> по состоянию на 13 октября 2025 года в квартире по адресу: <***> членом хозяйства, записанным первым является А.В.П., членами семьи указаны А.К.Р. (свекровь), А.А.А. (сын). В качестве выбывшего члена семьи указан А.А.В., умерший дд.мм.гггг.

Исходя из копии наследственного дела №*** А.А.В. наследником, принявшим наследство после его смерти, является супруга ФИО1

29 июля 2025 года ФИО1 нотариусом выданы свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу и свидетельство о праве на наследство по закону на право собственности на земельный участок по адресу: <***>.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 8 августа 2025 года земельный участок, с кадастровым номером №*** зарегистрирован за ФИО1 на праве собственности с 30 июля 2025 года.

Исходя из представленных копий домовой книги, паспорта истца следует, что А.В.П. зарегистрирована по адресу: <***> 11 августа 2003 года.

В соответствии с кадастровым паспортом жилому помещению по <***> общей площадью <данные изъяты> кв.м. присвоен кадастровый №***.

Из технического паспорта по состоянию на 2 сентября 2025 года следует, что по адресу: <***> находится домовладение, общей площадью <данные изъяты> кв.м. с надворными постройками.

Из справки №*** от 3 июня 2025 года, выданной Отделом имущественных отношений Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» следует, что объекты недвижимости – жилое помещение и земельный участок, расположенные по адресу: <***>, по состоянию на 3 июня 2025 года в Реестре муниципального имущества муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» не учитываются.

Согласно справке <данные изъяты> №*** от 4 июля 2025 года квартира по адресу: <***>, не находится на балансе вышеуказанного хозяйства.

Жилищно-коммунальные услуги по адресу: <***> истцом ФИО1 оплачиваются регулярно, что подтверждается представленными квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг ООО «Газпром межрегионгаз Ижевск», АО «Энергосбыт Плюс», АО «АБ «Россия».

Как следует из объяснений истца ФИО1 с момента заключения 10 июля 2001 года договора найма жилого помещения с её супругом А.А.В., умершим 31 декабря 2024 года, а затем после его смерти и с момента принятия наследства истец добросовестно, открыто и непрерывно владела спорным жилым помещением по адресу: <***>.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что давностное владение истцом спорным недвижимым имуществом является добросовестным, получая владение, основания возникновения права собственности на имущество по договору или иному акту у истца отсутствовали, письменных доказательств наличия каких-либо договорных отношений, определяющих порядок владения и пользования спорным домовладением сторонами не представлено.

Начальный срок приобретательной давности следует исчислять с 10 июля 2001 года, то есть с даты заключения договора найма жилого помещения с наследодателем ФИО3, наследственное имущество которого унаследовала истец и владеющая спорным недвижимым имуществом также с указанного времени (срок владения более 23 лет).

Действия ФИО1 по использованию квартиры в соответствии с её назначением, оплате коммунальных услуг, ремонту направлены на сохранение и улучшение жилого помещения и свидетельствуют о добросовестности и открытости владения жилым помещением как своим собственным и намерении сохранить его. Прерывания владения из материалов дела не усматривается.

Таким образом, исследованными доказательствами в совокупности подтверждается, что истец ФИО1 с июля 2001 года, открыто и непрерывно владеет спорным имуществом, как своим собственным, что в соответствии со ст. 234 ГК РФ является основанием для признания права собственности в силу приобретательной давности.

Учитывая изложенное, исковые требования ФИО1 к Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» о признании за ней права собственности в порядке приобретательной давности на <***> по адресу: <***>, в силу приобретательной давности подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основаниями для государственной регистрации прав являются, в том числе, вступившие в законную силу судебные акты.

Таким образом, решение суда о признании права собственности в силу приобретательной давности является основанием для государственной регистрации права собственности истца на спорное недвижимое имущество.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

решил:

исковые требования ФИО1 к Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности - удовлетворить.

Признать за ФИО1, дд.мм.гггг года рождения, <данные изъяты>) право собственности на <***>, расположенную по адресу: <***>, кадастровый номер №*** в силу приобретательной давности.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательное форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме изготовлено 24.10.2025.

Судья С.А. Биянов