Апелляционное постановление № 22-720/2021 от 4 июля 2021 г. по делу № 1-20/2021

УИД 31RS 0023-01-2020-000205-76 дело № 22-720/2021

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 июля 2021 года г. Белгород

Апелляционная инстанция Белгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Мартюшенко Э.В.,

при ведении протокола секретарем Белоусом С.В.,

с участием:

- осужденного ФИО1

- защитника – адвоката Скокова Н.В.,

- прокурора отдела прокуратуры Белгородской области Кошманова Н.В.,

- потерпевших ФИО5 и Потерпевший №2,

- представителя потерпевшей Потерпевший №3 - адвоката Бессоновой М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Скокова Н.В. на приговор Чернянского районного суда Белгородской области от 14 мая 2021 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по части 3 статьи 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением на 2 года 10 месяцев права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Этим же приговором постановлено взыскать с ФИО1 в пользу потерпевших:

- Потерпевший №1 - 600 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, 50 000 рублей - в счет возмещения материального ущерба и 140 000 рублей - в счет возмещения расходов на представителя;

- Потерпевший №3 - 600 000 рублей в качестве компенсации морального вреда и 102 000 рублей – в счет возмещения расходов на представителя;

- Потерпевший №2 – 600 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Также приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

В судебное заседание не явились потерпевшая Потерпевший №3 и представитель потерпевшей ФИО5 – адвокат Зайченко Д.М., которые надлежащим образом уведомлены о дате, месте и времени судебного разбирательства; о причинах неявки суд второй инстанции не информировали; об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали.

Поэтому суд второй инстанции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, против чего стороны не возражали.

Заслушав доклад судьи Мартюшенко Э.В., изложившего обстоятельства дела и существо апелляционных требований заявителей, выступления осужденного ФИО1 и защитника Скокова Н.В., поддержавших доводы жалобы об отмене приговора и вынесении оправдательного приговора, возражения потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, представителя Бессоновой М.А. и прокурора Кошманова Н.В., полагавших жалобу оставить без удовлетворения, суд второй инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть ФИО6, при следующих обстоятельствах.

Около 9 часов 50 минут 7 мая 2019 года ФИО1, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, следовал по автодороге «<данные изъяты>» в направлении <адрес>.

В районе 68 км +850 метров ФИО1 нарушил пункты 1.4, 9.4,10.1, 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ).

Двигаясь со скоростью 123 км/ч, не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, ФИО1. своевременно обнаружил возникшую опасность для движения - выехавший справа с второстепенной дороги на перекресток неравнозначных дорог автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6.

Не приняв возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, ФИО1. стал совершать маневр, при этом выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем ФИО6.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) водитель ФИО6 смертельно травмирован.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе защитник Скоков Н.В. ставит вопрос об отмене приговора как незаконного и необоснованного, сославшись на несоответствие изложенных в нем выводов, фактическим обстоятельствам дела;

сообщает, что в основу приговора положены недостоверные доказательства - протокол следственного эксперимента от 24 сентября 2019 года и протокол осмотра автомобиля «<данные изъяты>»;

в этой связи находит ошибочными выводы дополнительной автотехнической экспертизы от 31 января 2020 года и повторной экспертизы от 23 марта 2020 года о том, что водитель ФИО1 имел техническую возможность избежать столкновения с автомобилем ФИО6;

сообщает, что снятие информации с электронного блока управления автомобиля ФИО1. и установление скорости движения последнего в 123 км/ч осуществлено ненадлежащим лицом и с помощью сомнительного устройства; отмечает, что суд не исследовал правомерность привлечения ФИО7 в качестве специалиста к участию в осмотре автомобиля осужденного;

настаивает, что в приговоре искажены показания ФИО8 (понятой при осмотре автомобиля осужденного), которая в судебном заседании пояснила, что на момент ее привлечения к следственному действию, оно было завершено, и ей лишь предложили подписать протокол;

считают ошибочным вывод суда о грубом нарушении ФИО1. правил дорожного движения; виновником ДТП называют ФИО6, который не убедился в безопасности движения и не уступил дорогу автомобилю осужденного, двигавшемуся по главной дороге, чем создал аварийную ситуацию;

просят вынести оправдательный приговор, ввиду отсутствия в действиях ФИО1 состава преступления.

В возражениях прокурор Чернянского района Должиков М.С., потерпевшие Потерпевший №1 и Потерпевший №3 просят жалобу защитника оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы авторов апелляционной жалобы, суд второй инстанции находит приговор подлежащим отмене, в силу следующих причин.

В силу положения статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

При этом приговор может быть признан законным только в том случае, если он постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства.

Исходя из положений пункта 2 статьи 307 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого.

Как видно из обжалуемого судебного акта, эти требования уголовно-процессуального закона, судом должным образом не выполнены.

Так, согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данными в пункте 5 постановления Пленума от 9 декабря 2008 года № 25. «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения…» при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.

В тех случаях, когда нарушения правил дорожного движения были допущены двумя участниками дорожного движения, содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по статье 264 УК РФ, если их действия по управлению транспортным средством находились в причинной связи с наступившими последствиями.

Эти разъяснения не были учтены судом первой инстанции при вынесении обвинительного приговора.

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступления, суд избирательно подошел к оценке обстоятельств аварии, сделав главный акцент в приговоре только лишь на доказательствах вины подсудимого.

Между тем, действия потерпевшего ФИО6 какой-либо оценки в приговоре не получили, несмотря на то, что разъяснения Верховного Суда РФ обязывали в рассматриваемом случае тщательно проверить действия каждого из участников ДТП на предмет их соответствия Правилам дорожного движения РФ.

В соответствии с пунктами 1.3 и 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, и должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Эти предписания Правил в равной степени относятся как к осужденному ФИО1, так и к погибшему водителю ФИО6.

Как правильно установил суд, столкновение автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» произошло в границах нерегулируемого перекрестка неравнозначных дорог. При этом в предаварийной фазе ДТП водитель ФИО1 двигался по главной дороге, а водитель ФИО6 – по второстепенной (грунтовой) дороге.

("Главная дорога" – дорога с твердым покрытием (асфальто- и цементобетон, каменные материалы и тому подобное) по отношению к грунтовой, либо любая дорога по отношению к выездам с прилегающих территорий).

Пункт 13.9 ПДД РФ предписывает, что на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

"Уступить дорогу (не создавать помех)" - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 ПДД РФ).

Требование «Уступить дорогу» не регулирует вопрос предвидения водителем тех или иных действий (маневров) других участников дорожного движения, а потому входят в презумпцию обязательного выполнения всеми водителями, без исключения.

В четырех проведенных по уголовному делу и исследованных судом заключениях эксперты неизменно отмечали, что в рассматриваемых дорожных условиях водитель ФИО6 должен был действовать в соответствии с пунктами 1.3, 1.5, 2.1, 2.1.2, 13.9 ПДД РФ.

Эксперты единодушны в своих выводах о том, что преимущественное право проезда нерегулируемого перекрестка имел водитель ФИО1., а не водитель ФИО6.

При этом автотехники заключают, что потерпевший, равно как и осужденный, имел возможность предотвратить столкновение путем выполнения предписаний пункта 13.9 ПДД РФ.

Более того, в заключении от 23 марта 2020 года эксперт пришел к выводу, что отказ водителя ФИО6 от выезда на проезжую часть главной дороги и предоставление преимущественного права проезда водителю ФИО1 исключали бы рассматриваемое ДТП (т.3 л.д. 233).

В нарушение пункта 2 статьи 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора суд эти выводы экспертов не привел, и как следствие, оценки им не дал, в то время как указанные обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения уголовного дела.

При таких обстоятельствах судебное разбирательство нельзя признать справедливым.

Часть 3 статьи 264 УК РФ предусматривает уголовную ответственность водителя за нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Таким образом, основанием наступления уголовной ответственности ФИО1 является обязательная совокупность двух условий: 1) нарушение им правил дорожного движения, и 2) причинная связь между допущенными нарушениями и наступившими последствиями.

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступления, суд в приговоре не конкретизировал, нарушение им каких пунктов Правил находится в причинной связи с наступившими последствиями - явилось ли столкновение транспортных средств результатом:

а) превышения осужденным скорости движения,

б) непринятия им мер к остановке транспортного средства;

в) выезда на полосу встречного движения;

г) всех перечисленных причин.

Между тем, под причинной связью в уголовном праве понимается объективная связь между общественно опасным действием и наступившим последствием, при которой деяние предшествует по времени последствию, подготавливает и определяет реальную возможность его наступления, является главной и непосредственной причиной, неизбежно вызывающей данное последствие.

Поэтому для установления причинно-следственной связи суду в рассматриваемом случае требовалось разрешить следующие вопросы:

- имеются ли в действиях водителей ФИО1 и ФИО6 нарушения правил дорожного движения;

- предшествовали ли эти нарушения ДТП;

- несоблюдение кем из водителей, и каких правил, создало опасную дорожную ситуацию;

- являлось ли данное нарушение главной (неизбежной) причиной аварии.

К сожалению, суд не смог отграничить прямую причинную связь от косвенных (вспомогательных) связей, и наличие первой обосновал только самим фактом нарушений ПДД РФ, допущенных ФИО1

Следуя такой логике, апелляционный суд не может понять, почему виновником ДТП назван один водитель, а не другой, действия которого, по мнению экспертов, также не соответствовали предписаниям ПДД РФ.

Инкриминируя ФИО1 нарушение скоростного режима, суд оставил без внимания тот факт, что обладая приоритетом (правом на первоочередной проезд перекрестка), осужденный был вправе рассчитывать на соблюдение ФИО6 относящихся к нему предписаний Правил.

Упрекая водителя «<данные изъяты>» в непринятии мер к остановке транспортного средства и выезде на полосу встречного движения, суд обходит причину, побудившую ФИО1 действовать таким образом.

Говоря о нарушении осужденным пункта 9.4 ПДД РФ, суд не придал значения тому, что имевшаяся в границах перекрестка дорожная разметка 1.5 не запрещала ему выезда на полосу встречного движения.

Кроме того, для водителя, превысившего скорость движения, уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает лишь тогда, когда:

1) у него имелась техническая возможность избежать аварии и

2) между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь (пункт 6 постановления того же Пленума ВС РФ).

Из заключения эксперта от 31 января 2020 года следует, что при движении автомобиля «<данные изъяты>» со скоростью 123 км/ч в границах занимаемой полосы, ближе к разделительной линии разметки, столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» не исключалось (т.3 л.д.44).

Указанные обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения дела, однако не были учтены судом при вынесении итогового решения.

При таких обстоятельствах постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор нельзя признать ни законным, ни обоснованным, вследствие чего он подлежит отмене.

Учитывая, что суд уклонился от дачи какой-либо оценки действиям потерпевшего, апелляционная инстанция не может самостоятельно восполнить эту неполноту, а потому вынуждена передать дело на новое разбирательство.

В этой связи апелляционная жалоба защитника Скокова Н.В. подлежит удовлетворению частично.

Руководствуясь статьями 389.22, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд второй инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Чернянского районного суда Белгородской области от 14 мая 2021 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд другим судьей.

На период нового судебного разбирательства избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

Апелляционную жалобу защитника Скокова Н.В. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Разъяснить обвиняемому ФИО1 и потерпевшим ФИО5, Потерпевший №2 и Потерпевший №3, что они вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Определение07.07.2021