Решение № 2-19/2023 2-19/2023(2-2082/2022;2-9961/2021;)~М-8111/2021 2-2082/2022 2-9961/2021 М-8111/2021 от 18 октября 2023 г. по делу № 2-19/2023

Дело №2-19/2023

УИД 59RS0007-01-2021-011968-65


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 октября 2023 года г. Пермь

Свердловский районный суд города Перми в составе:

председательствующего судьи Абдуллина И.Ш.,

при помощнике судьи Дягилевой М.А., секретаре Шаламовой И.Н.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО4 по ордеру, представителей ответчика ФИО5, ФИО6 по доверенностям, прокуроров ФИО7, ФИО8 по служебным удостоверениям,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница №3» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ ПК «КБ Свердловского района» о взыскании денежной компенсации морального вреда. В обоснование заявленных исковых требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ его мать ФИО9 находилась на лечении в ГБУЗ ПК «КБ Свердловского района», в отделении для лечения пациентов с <данные изъяты>, с диагнозом «<данные изъяты>». Со слов лечащего врача ФИО14 ему стало известно о том, что лечение ФИО9 проходило с положительной динамикой, состояние улучшалось с каждым днем. ДД.ММ.ГГГГ врачом сообщено о подготовке ФИО9 к выписке, при этом ФИО9 возражала против выписки, ссылаясь на свое неудовлетворительное состояние. Врач ФИО14 согласилась оставить ФИО9 в отделении до ДД.ММ.ГГГГ. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ час. ДД.ММ.ГГГГ санитары выкатили из отделения больницы инвалидное кресло, в котором находилась ФИО9 и передали ему выписной эпикриз матери, в котором содержались сведения о положительной динамике и её удовлетворительном состоянии. Ранее ФИО9 передвигалась самостоятельно и никогда не пользовалась инвалидным креслом. После посадки в автомобиль ФИО9 начала задыхаться и потеряла сознание, после чего ее уложили на каталку и доставили в реанимационное отделение. В этот же день, не приходя в сознание, ФИО9 умерла. В медицинском свидетельстве указано, что смерть ФИО9 наступила в результате <данные изъяты>, <данные изъяты>.

Считает, что ответчиком допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО9 В результате смерти <данные изъяты> он испытал и продолжает испытывать нравственные переживания, поскольку поддерживал с матерью близкие, доверительные отношения; часто приезжал к ней, проводил с ней семейные праздники, помогал. Действиями ответчика ему причинены сильнейшие нравственные страдания, выразившиеся в глубоких переживаниях по поводу смерти матери, вследствие получения медицинской помощи не в полном объеме, оказания помощи с дефектами.

С ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ПК «КБ Свердловского района» переименована в ГБУЗ ПК «ГКБ №3».

Истец и его представитель в судебном заседании поддержали заявленные требования в полном объеме по изложенным в заявлении доводам.

Представитель ответчика возражала против заявленных требований по изложенным в письменном отзыве доводам.

Третьи лица Министерство здравоохранения Пермского края, ФИО14 в судебное заседание не явились, представителей не направили, извещались надлежащим образом.

Прокурор дал заключение о взыскании компенсации морального вреда с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» с учетом принципа разумности и справедливости.

При указанных обстоятельствах, исходя из принципа диспозитивности сторон, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе (ст.ст. 1, 9 ГК РФ), а также исходя из принципа состязательности (ст. 12 ГПК РФ), с учетом положений ст.ст. 113, 155, 167 ГПК РФ, выполнения судом надлежащим образом обязанности по извещению сторон о времени и месте судебного заседания, мнения присутствовавших лиц, во избежание затягивания сроков судебного разбирательства, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав присутствовавших лиц, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд пришел к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, предусмотренному в п. 2 ст. 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Судом установлено, что ФИО9 приходится ФИО1 матерью.

Из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО9 был зарегистрирован вызов в ГБУЗ ПК «КГССМП» (т. 1 л.д. 44, л.д. 112-113). ФИО9 была госпитализирована бригадой «Скорой помощи» с диагнозом «<данные изъяты>» в ГБУЗ ПК «ГКБ №3» (ранее в ГБУЗ ПК КБ Свердловского района г. Перми) где находилась на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (16 календарных дней).

ФИО9 умерла ДД.ММ.ГГГГ, согласно справке о смерти и протоколу патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ причинами смерти явились острая дыхательная недостаточность.

Истцы считают, что их близкий родственник умер вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

В силу ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Для определения юридически значимых обстоятельств, а именно правильного и своевременного установления диагноза с учетом иных имеющихся заболеваний, правильного и своевременного оказания медицинской помощи, наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников ГБУЗ ПК «ГКБ №3» и неблагоприятным исходом в виде ухудшения состояния здоровья ФИО9, её смертью судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

По результатам судебной медицинской экспертизы установлено, что смерть ФИО9 наступила от <данные изъяты>.

Медицинская помощь оказанная ФИО9 в ГБУЗ ПК «ГКБ №3» соответствовала требованиям медицинских стандартов, порядков, клинических рекомендаций, было полным, своевременным и правильным.

Между тем, экспертами установлено наличие дефектов оказания медицинской помощи ФИО9 в ГБУЗ ПК «ГКБ №3»:

Информированное добровольное согласие пациента на медицинское вмешательство при поступлении заполнено не полностью;

При поступлении в стационар ДД.ММ.ГГГГ при объективном осмотре отсутствует оценка тяжести состояния пациентки, хотя больная была осмотрена врачом приемного отделение совместно с дежурным реаниматологом.

Нет обследования на группу ОРВИ, легионеллез, микоплазмаз и пневмохламидиоз для проведения дифференциального диагностики;

Обоснование диагноза сделано кратко, без расшифровки;

Нет данных роста и массы тела больной, не рассчитан показатель индекса массы тела (ИМТ), хотя у пациентки отмечено <данные изъяты>;

Не соблюдена временная последовательность дневников от ДД.ММ.ГГГГ;

Исследования мокроты на микроскопию и бактериологическое исследование (для проведения дифференциальной диагностики и исключения бактериальных осложнений), а также чувствительность к антибиотикам назначены при поступлении ДД.ММ.ГГГГ, но результаты исследований в медицинской карте отсутствуют.

ДД.ММ.ГГГГ состояние пациентки оценено как тяжёлое, назначены общий и биохимический анализы крови назначен только 1 раз;

В первые сутки госпитализации не сделан анализ на показатель Д-Димер крови; анализ на ферритин крови назначен только 1 раз;

При проведении рентгенографии органов грудной клетки от ДД.ММ.ГГГГ, которое проводилось дважды, не отмечено время проведения одного из диагностических исследований, при этом заключения рентгенолога разные, что затрудняет оценку динамики состояния пациентки.

Также из заключения следует, что на этапе оказания ФИО9 реанимационной помощи отмечены дефекты:

При поступлении ФИО9 в реанимационное отделение (ОРИТ) ДД.ММ.ГГГГ не была назначена антибактериальная терапия (в назначения антибиотики не отмечены, в листе учёта медикаментов ОРИТ – антибиотики не перечислены);

Некачественный аускультативный контроль после интубации трахеи, в результате чего не был своевременно выявлен ателектаз левого лёгкого при ИВЛ;

Формальные дневниковые записи в ОРИТ ДД.ММ.ГГГГ, не отражающие полной картины состояния пациентки.

Таким образом, экспертами сделан вывод, что именно характер инфекционного заболевания и тяжесть фоновой патологии обусловили резкую декомпенсацию состояния пациентки при выписке из стационара и предопределили неблагоприятный исход для жизни больной. Указанные выше дефекты оказания медицинской помощи, сами по себе, не оказали значимого причинного влияния на состояние больной и не находятся в причинно-следственной связи со смертью ФИО9 Однако, в какой то мере их можно рассматривать в качестве факторов, которые могли негативным образом повлиять на течение патологического процесса, вызванного заболеванием, но не как ни в качестве причины смерти больной. Отсутствие указанных дефектов оказания медицинской наступление благоприятного исхода для жизни пациентки, поскольку госпитальная летальность больных новой короновирусной инфекции в тяжелой форме, находящихся на респираторной поддержке, составляет 65.4%.

При этом, суд учитывает, что актом проверки Министерства здравоохранения от 21.02.2022№70 установлено оказание ФИО11 медицинской помощи в ГБУЗ ПК «ГКБ им. М.А. Тверье» в период его стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с нарушениями Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Минздрава РФ от 10.05.2017 №203н:

- п.2.2 пп.з в части установления клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций:

То есть актом проверки выявлено несоблюдение временных Методических рекомендаций «Профилактика, лечение и диагностика <данные изъяты>, версия 11 от 07.05.2021, утвержденных заместителем министра здравоохранения РФ.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО12 участвовавший в проведении экспертизы в качестве врача-анестезиолога-реаниматолога, пояснил, что смерть ФИО9 наступила в результате новой <данные изъяты>, кроме того указал, что у пациентки присутствовала бактериальная инфекция. Сотрудниками ГБУЗ «ГКБ №3» были оказаны дефекты при оказании медицинской помощи.

Согласно ответу Министерства здравоохранения от 06.06.2022 № 34-01-08-374-исх. мероприятий по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности проверка оказания медицинской помощи в отношении ФИО9 не проводилась.

На основании акта экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ проведенной ФИО15», выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, а именно не в полном объеме выполнены требования Временных методических рекомендаций, таких как, Д-диммер при поступлении в течении 24 часов, ферритин однократно, а также не проведен лабораторный анализ ОАК.

Таким образом, суд с учетом положений ч.3 ст. 79 ГПК РФ, акта экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, заключения экспертов №, пояснений эксперта, суд приходит к выводу, что работниками ответчика ФИО9 оказана медицинская помощь ненадлежащего качества.

Согласно п.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

То есть именно на ответчике лежит обязанность по возмещению вреда, причиненного его работниками.

В силу ст. ст. 150, 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага (в частности, жизнь и здоровье), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из положений ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из взаимосвязи с норм Конституции Российской Федерации, СК РФ, ст.ст. 150, 151 ГК РФ следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе, путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно ст.ст. 1,2 СК РФ семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав. Семейное законодательство устанавливает порядок осуществления и защиты семейных прав, условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, определяет порядок выявления детей, оставшихся без попечения родителей, формы и порядок их устройства в семью, а также их временного устройства, в том числе в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Из анализа приведенных норма закона следует, что семейная жизнь, в понимании охватывает существование семейных связей между супругами и их детьми.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 1 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Таким образом, смерть близкого родственника - это невосполнимая утрата, что является очевидным и не нуждается в доказывании.

В данном случае моральный вред, причиненный ФИО1 (<данные изъяты> умершей), презюмируется, компенсация морального вреда подлежит взысканию.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Определяя размер компенсации вреда, суд учитывает обстоятельства дела, а именно, проведенное лечение, которое фактически во многом соответствовало, факт наличия дефектов лечения, их сущность и возможность влияния на наступившие последствия, отсутствие устоявшихся на тот момент методов лечения коронавирусной инфекции и наличие только временных рекомендаций по лечению, возраст умершего, степень родства между истцом и умершей, их семейные взаимоотношения (близкие), в связи с чем, считает, что взыскание в пользу истца компенсации морального вреда в размере 120 000 руб. является разумным и справедливым, обеспечивающим баланс прав и законных интересов сторон и способствующим восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к лицу, виновному в причинении вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница №3» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ур. д. <адрес> (№ ) компенсацию морального вреда в размере 120 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд г. Перми в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья – подпись

Копия верна

Судья Абдуллин И.Ш.

мотивированное решение изготовлено 30.10.2023