Апелляционное определение № 33-780/2026 от 2 февраля 2026 г.

Дело № 2-3/2025 судья Павлов Э.Ю. 2026 год

(33-780/2026)

УИД 69RS0021-01-2024-000949-71


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 февраля 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Климовой К.В., Кубаревой Т.В.

при секретаре судебного заседания Алиевой Л.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Климовой К.В.

дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 24 ноября 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» и Министерству здравоохранения Тверской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в связи со смертью гражданина удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) руб. 00 коп.

При недостаточности средств, находящихся в распоряжении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по обязательствам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» перед ФИО3 возложить на Министерство здравоохранения Тверской области.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» и Министерству здравоохранения Тверской области отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» 3000 (три тысячи) руб. 00 коп. в счет оплаты расходов государственной пошлины».

Судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда в размере 5000000 руб., а также расходов, понесенных в связи с проведением похорон ее отца ФИО1 в сумме 174300 руб.

В обоснование требований указала, что 08 сентября 2022 г. ее отец ФИО1 обратился в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» с жалобами на здоровье, где его госпитализировали в терапевтическое отделение. В тот же день отца перевели в отделение неврологии, где был установлен диагноз: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер в ЦРБ. Причиной смерти <данные изъяты>

По мнению истца, подобные неблагоприятные последствия возможны вследствие недостаточной квалификации медицинских работников ГБУЗ «Бельская ЦРБ» и ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ».

Согласно выводам экспертной группы ООО «Альфа страхование ОМС» выявлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, в т.ч. по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица: в медицинской документации отсутствует лист назначений, что не позволяет в полном объеме провести оценку качества медицинской помощи в части интенсивной терапии; не выполнена оценка уровня сознания по Глазго; при отрицательной динамике по церебральной недостаточности, стабильном повышении уровня гликемии и резко положительном уровне ацетона в моче не выполнено исследование кислотно-основного состояния крови.

Названные нарушения не соответствуют требованиям Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Также страховой компанией был выявлен еще ряд нарушений требований названного Приказа.

Смерть отца ФИО3 была неожиданной, трагичной, она потеряла родного, близкого ей человека, в связи с чем была психологически подавлена, до настоящего времени находится в глубоком расстройстве, вызванным сильными переживаниями.

Ненадлежащим проведением лечения отца ей причинен моральный вред, который она оценивает в 5000000 руб.

Кроме этого, в связи с похоронами отца ею понесены траты в сумме 174300 руб. на приобретение надгробия, памятника. Ссылаясь на положения действующего гражданского законодательства, просит взыскать с ответчика названную сумму.

Определением Нелидовского межрайонного суда Тверской области 28 августа 2024 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Тверской области.

Определением Нелидовского межрайонного суда Тверской области

24 октября 2024 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ».

Определением Нелидовского межрайонного суда Тверской области

31 октября 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, врачи ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» ФИО4 и ФИО5, ООО «Альфа страхование - ОМС».

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена своевременно и надлежащим образом.

Представитель истца ФИО3 - адвокат Беляев А.Н. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании иск не признала.

Ответчик Министерство здравоохранения Тверской области своего представителя в судебное заседание не направил, о времени и месте его проведения извещен своевременно и надлежащим образом. Ранее, от представителя Министерства здравоохранения Тверской области поступил письменный отзыв, в котором указано, что оснований для удовлетворения иска не имеется.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (врач-терапевт) в судебном заседании с требованиями ФИО3 не согласился, полагал, что причиной смерти ФИО1 является его тяжелое заболевание, а не дефекты медицинской помощи.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 (врач-невролог) в судебном заседании с исковыми требованиями также не согласилась, полагая, что каких-либо виновных действий со стороны медицинского персонала, оказывающего медицинскую помощь ФИО1, не имеется, его смерть наступила по причинам, не связанным с оказанной ему медицинской помощью.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ» своего представителя в судебное заседание не направило, о времени и месте его проведения извещено своевременно и надлежащим образом, представлен письменный отзыв.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области своего представителя в судебное заседание не направило, о времени и месте его проведения извещено своевременно и надлежащим образом. До проведения судебного заседания от представителя Министерства поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Альфа Страхование - ОМС» своего представителя в судебное заседание не направило, о времени и месте его проведения извещено своевременно и надлежащим образом.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО3, считая решение суда первой инстанции незаконным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, ставит вопрос о его отмене и принятии по делу нового решения об удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов жалобы указывает на обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, отмечая, что из разъяснений, представленных директором НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС» ФИО2, следует, что при обследовании и лечении ФИО1 медицинскими работниками были нарушены следующие нормативные документы: п.3.4.3; п.3.4.5; п.3.9.4; п.3.9.1 Приказа Минздрава РФ от 10.05.2017 № 203Н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клинические рекомендации «Сахарный диабет 2 типа у взрослых» (2022), клинические рекомендации «Артериальная гипертензия у взрослых» (2020).

Обращает внимание судебной коллегии на то обстоятельство, что все проведенные по данному делу экспертизы содержат вывод, что имеются нарушения, допущенные медработниками ответчика.

Полагает, что суд установил нарушения со стороны ответчика и эти нарушения исследовал, однако сумму компенсации причиненного ей морального вреда недооценил.

Считает, что размер компенсации морального вреда в 50000 руб. не соответствует ее нравственным страданиям.

Указала, что при правильном и своевременном установлении диагноза и правильном лечении ее отец был бы жив.

Прокурором принесены возражения на апелляционную жалобу, в которых критикуются доводы апеллянта, указывается на законность и обоснованность принятого по делу решения.

В заседание суда апелляционной инстанции явился прокурор Матвеева А.М.

От представителя ответчика ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ», извещенного о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке надлежащим образом, поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью явки представителя в судебное заседание. Определением судебной коллегии указанное ходатайство оставлено без удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причин неявки не сообщили, об отложении дела не просили.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, с учетом положений статей 113-117, 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав заключение прокурора Матвеевой А.М., полагавшей, что решение суда является законным и обоснованным, проверив в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ч. 1 ст. 2 Федерального от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

В силу п. 21 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ, формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ предусмотрено, что пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ» с жалобами на боли в поясничном отделе позвоночника в течение 10 дней (после физических нагрузок), боль иррадирует в область н/конечностей. Был поставлен диагноз: <данные изъяты>. 08 сентября 2022 г. вновь прибыл на прием в ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ», где ФИО1 от осмотра отказался, лабораторные анализы не сдал, с его слов госпитализируется в Нелидовскую ЦРБ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» с жалобами на головокружение, на сухость во рту, общую слабость и в нижних конечностях, повышение сахара до 20 ммоль/л. Был осмотрен специалистом терапевтического отделения ФИО4, поставлен предварительный диагноз, основной: <данные изъяты>

В период времени с 08 сентября 2022 г. по 10 сентября 2022 г. состояние здоровья ФИО1 ухудшалось, и 10 <данные изъяты>. Смерть наступила от <данные изъяты>

Постановлением следователя Нелидовского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Тверской области от 13 октября 2022 г. по факту ненадлежащего качества оказания медицинских услуг, повлекших за собой по неосторожности смерть ФИО1, возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, в ходе расследования которого постановлениями от 27 апреля 2024 г. и от 25 июня 2025 г. были назначены комиссионные медицинские экспертизы, производство которых было поручено экспертам ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и АНО НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС».

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертами ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», усматривается, что по данным акта № судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ, судебно-гистологического исследования, проведенного в рамках экспертизы, <данные изъяты> ФИО1 наступила <данные изъяты>. <данные изъяты> ФИО1 страдал следующими заболеваниями: <данные изъяты> Анализ медицинской документации показал, что вызов к ФИО1 принят и обслужен своевременно. При осмотре экстренных/неотложных состояний для госпитализации не имелось. Согласно выставленному диагнозу оказана необходимая медицинская помощь, достигнуто улучшение состояния пациента. Дефектов оказания скорой медицинской помощи не обнаружено. Таким образом, нарушений порядка и стандартов оказания скорой медицинской помощи, согласно Приказам Министерства здравоохранения РФ, не выявлено. Скорая медицинская помощь ФИО1 была оказана правильно, своевременно и в полном объеме. Согласно осмотру, показаний к госпитализации в стационар не было, пациенту рекомендовано плановое обследование в поликлинике. Согласно данным медицинской карты амбулаторного больного ГБУЗ «Бельская ЦРБ», 06 сентября 2022 г. ФИО1 обратился к врачу с болевым синдромом по поводу обострения пояснично-крестцового остеохондроза, осмотрен. При осмотре ДД.ММ.ГГГГ на фоне лечения отмечалась положительная динамика, боли в спине уменьшились. В карте отмечено нарушение лечебного режима и рекомендаций врача. Имел место дефект оформления медицинской документации: «Отказ от медицинского вмешательства» 08 сентября 2022 г. не оформлен письменно в соответствии с требованиями ст. 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ. ФИО1 своевременно было назначено обследование и лечение согласно жалобам и анамнезу <данные изъяты>), в соответствии с действующими порядками (№ 323-ФЗ от 21 ноября 2011 г., № 203н от 10 мая 2017 г., клиническими рекомендациями «<данные изъяты> Однако пациент отказался от сдачи рекомендованных анализов и от осмотра в день обращения (08 сентября 2022 г.), что ограничило возможности врача в объективной оценке состояния и своевременном выявлении возможных осложнений. Дефект оформления медицинской документации не повлиял на исход случая. Согласно имеющейся в распоряжении экспертной комиссии медицинской документации, медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» была оказана своевременно, согласно жалобам пациента и клинической картине заболеваний. Имеющиеся дефекты оформления медицинской документации были незначительны и не могли привести к развитию криптогенного сепсиса с полиорганной недостаточностью за столь короткий промежуток времени. Сепсис является тяжелым инфекционным осложнением, развитие которого обусловлено длительным течением декомпенсированного сахарного диабета 2 типа с выраженными сосудистыми изменениями внутренних органов. Таким образом, смерть ФИО1 обусловлена тяжестью основного заболевания (декомпенсированный сахарный диабет 2 типа) и его осложнений. Учитывая тяжесть состояния пациента на момент поступления в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» (выраженные речевые нарушения, нарушение сознания), даже при полном соблюдении стандартов медицинской помощи вероятность предотвращения летального исхода была крайне низкой ввиду быстрого прогрессирования полиорганной недостаточности на фоне сепсиса.

Согласно выводам, изложенным в заключении комиссионной медицинской судебной экспертизы №, проведенной экспертами НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС», смерть ФИО1 наступила от <данные изъяты>. До момента наступления смерти у ФИО1 имелись следующие заболевания: <данные изъяты> медицинская помощь ФИО1 оказывалась правильно, своевременно и в полном объеме. Согласно проведенному анализу медицинской карты амбулаторного больного, заведенной в ГБУЗ «Бельская ЦРБ», данных об обращении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ «Бельская ЦРБ» не имеется. При обращениях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказывалась правильно, своевременно и в полном объеме. Обследование и лечение ФИО1 в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводилось неправильно, несвоевременно и не в полном объеме. При анализе медицинской карты №, заведенной в ГБУЗ ТО «Нелидовская ЦРБ», выявлены следующие недостатки (дефекты) оказания помощи: при поступлении анамнез собран не в полном объеме; <данные изъяты> Выявленные дефекты не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО1, поскольку оказание пациенту медицинской помощи само по себе не являлось причиной возникновения заболевания (криптогенный сепсис) и его осложнений, не способствовало прогрессированию данного заболевания. Кроме того, стертость клинической картины, кратковременность пребывания и трудность в диагностике не позволили прижизненно выявить криптогенный сепсис. При поступлении и последующем лечении в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» диагноз ФИО1 был установлен в целом правильно, однако имеются логистические ошибки при формировании диагноза, которые не оказали влияния на исход. Кроме того, в диагноз не внесен гипертонический криз, а также не выявлен <данные изъяты> Лечение ФИО1, проводимое не в полном объеме, не соответствовало тому, которое должно было быть назначено при имеющихся у него заболеваниях. При ретроспективном анализе медицинской документации выявлены нарушения Приказа Минздрава РФ от 10 мая 2017 г. № 204Н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клинических рекомендаций «<данные изъяты> клинических рекомендаций «<данные изъяты>

Из разъяснений, представленных директором НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС» ФИО2, следует, что при обследовании и лечении ФИО1 медицинскими работниками были нарушены следующие нормативные документы: п.3.4.3; п.3.4.5; п.3.9.4; п.3.9.1 Приказа Минздрава РФ от 10 мая 2017 г. № 203Н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клинические рекомендации «Сахарный диабет 2 типа у взрослых» (2022), клинические рекомендации «Артериальная гипертензия у взрослых» (2020).

Наличие таких дефектов объективно подтверждается и сообщением ООО «АльфаСтрахование - ОСМ» о проведении в ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи, в соответствии с которым по итогам мультидисциплинарной ЭКМП выявлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту ФИО1 диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в т.ч. по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица: в представленной медицинской документации отсутствует лист назначений, что не позволяет в полном объеме провести оценку качества медицинской помощи в части интенсивной терапии; не выполнена оценка уровня сознания Глазго; при отрицательной динамике по церебральной недостаточности, стабильном повышении уровня гликемии и резко положительном уровне ацетона в моче не выполнено исследование кислотно-основного состояния крови, чем нарушены требования п.2.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Кроме этого, пациент ФИО1, имеющий декомпенсированный сахарный диабет, не осмотрен врачом-эндокринологом в течение 3-х часов от поступления (уровень гликемии от 08 сентября 2022 г. в 12.40 - 27,0 ммоль/л, 09 сентября 2022 г. в 08.36 - 22,6 ммоль/л), не проведено ультразвуковое абдоминальное исследование, не выполнен расчет индивидуального целевого значения гликемии натощак и через 2 часа после еды и на ночь, не указан целевой уровень гликированного гемоглобина; по данным осмотра пациента от 08 сентября 2022 г. в 16.36 зафиксирован уровень артериального давления 220/80 мм.рт.ст., частота сердечных сокращений 112 ударов в минуту - состояние расценивается как гипертонический криз - не выполнен осмотр врачом- кардиологом, врачом-офтальмологом, не выполнена а течение 10 минут электрокардиограмма, не проведена эхокардиография трансторакальная, не проведено определение альбумина в моче, оценка уровня тропонинов, не проведено ультразвуковое исследование почек и надпочечников; не проведена терапия антигипертензивными лекарственными препаратами; при первичном осмотре 08 сентября 2022 г. в 11.40 проведен не полный сбор анамнеза. Таким образом, были нарушены требования п.2.2 Приказа Минздрава России от 10 мая 2017 г. № 203н.

Разрешая исковые требования истца о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 150, 151, 1064, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», оценив представленные в материалы дела доказательства, устновив, что представленными доказательствами с достаточной степенью достоверности подтверждается наличие со стороны ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» недостатков оказания ФИО7 медицинской помощи, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании с ответчика ГБУЗ Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» в пользу истца компенсации морального вреда, определив размер компенсации в сумме 50000 рублей и возложив при недостаточности денежных средств, находящихся в распоряжении ГБУЗ Тверской области «Нелидовская центральная районная больница», субсидиарную ответственность на Министерство здравоохранения Тверской области.

Отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований о возмещении расходов на погребение ФИО1, суд, руководствуясь ст.ст. 15, 1064, 1094 Гражданского кодекса РФ, пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, указав, что выявленные в ходе экспертизы недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, а также соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

В соответствии с п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания ему медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Поскольку факт оказания ФИО1 медицинской помощи ненадлежащего качества установлен, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии предусмотренных статьями 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса РФ оснований для взыскания с ответчика ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» в пользу истца ФИО3 компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи ее отцу.

Размер компенсации морального вреда определен судом исходя из всех установленных по делу обстоятельств, в том числе установленных дефектов оказания медицинской помощи ФИО1, при этом суд учитывал, что для истца осознание того, что родному и близкому человеку ненадлежащим образом оказана медицинская помощь, не могло не причинить нравственных страданий, учитывал также и заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № судебной экспертизы «СТЭЛС», согласно выводам которой выявленные в ходе экспертизы недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Оснований для увеличения определенного судом размера компенсации морального вреда судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы истца не усматривает, размер компенсации морального вреда определен судом с учетом всех обстоятельств по делу, в том числе с учетом степени причиненных истцу нравственных страданий, связанных с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ее отцу, а также с учетом требований разумности и справедливости (ст. 150, 151 ГК РФ).

Учитывая допущенные медицинским учреждением дефекты оказания медицинской помощи и нарушения стандартов оказания медицинской помощи ФИО1, невыполнение, несвоевременное выполнение или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, степень и характер нравственных страданий ФИО3, ее переживаний по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести состояния здоровья ее отца – с одной стороны, а также то, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО7 не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО1, поскольку оказание пациенту медицинской помощи само по себе не являлось причиной возникновения заболевания (криптогенный сепсис) и его осложнений, не способствовало прогрессированию данного заболевания, а стертость клинической картины, кратковременность пребывания и трудность в диагностике не позволили прижизненно выявить криптогенный сепсис – с другой стороны, судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости при установленных по делу обстоятельствах.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере, в том числе, в размере, заявленном истцом, судебная коллегия не усматривает, учитывая и тот факт, что действия врачей в причинно-следственной связи с наступившими для пациента неблагоприятными последствиями не находятся.

Само по себе несогласие истца с размером компенсации морального вреда не может являться основанием для изменения решения суда и увеличения размера компенсации, поскольку именно суд в силу предоставленных ему законом дискреционных полномочий определяет размер компенсации морального вреда в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств.

На основании изложенного, судебная коллегия полагает, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда является соразмерным степени причиненных истцу нравственных страданий, соответствует принципу разумности и справедливости, а также фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Поскольку допущенные при оказании медицинской помощи ФИО1 сотрудниками ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» дефекты не находятся в прямой причинно-следственной связи между действиями сотрудников ГБУЗ ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» и наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти ФИО1 что подтверждается заключениями судебно-медицинских экспертиз, ответчик не является лицом, ответственным за смерть потерпевшего, оснований для возложения на него ответственности в виде возмещения истцу понесенных расходов за приобретение надгробия и памятника в размере 174300 руб. у суда не имелось, положения ст. 1094 Гражданского кодекса РФ судом применены верно, а доводы истца основаны на неправильном толковании норм материального права.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции все доказательства по делу оценены в соответствии с положениями статей 55, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса РФ с позиции их допустимости и относимости. Оснований для иной оценки данных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Судом при рассмотрении дела правильно установлены юридически значимые обстоятельства, доказательствам дана надлежащая оценка, закон применен правильно.

Процессуальных нарушений, ведущих к отмене решения, судом не допущено.

При указанных обстоятельствах оснований для отмены либо изменения судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 24 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 17 февраля 2026 года.

Председательствующий С.Н. Пойменова

Судьи К.В. Климова

Т.В. Кубарева