Решение № 2-158/2024 2-158/2024(2-2487/2023;)~М-2002/2023 2-2487/2023 М-2002/2023 от 23 июня 2024 г. по делу № 2-158/2024

25RS0<номер>-92

Дело № 2-158/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июня 2024 года г. Владивосток

Советский районный суд г. Владивостока в составе

председательствующего судьи Олесик О.В.,

при ведении протокола помощником судьи <ФИО>2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО Медицинский центр «Океан» о защите прав потребителей,

установил:

истец обратился в суд с названным иском, в котором указал, что в ноябре 2021 года обратился к ответчику с целью получения медицинских услуг по коррекции искривленной носовой перегородки, восстановлению нарушенного носового дыхания и исправлению ушных раковин. <дата> между сторонами заключен договор на оказание платных медицинских услуг, по условиям которого он обязался оплатить, а ответчик – оказать услуги: отопластка, ринопластика, наркоз, стационар, общей стоимостью 283 000 руб., которые им оплачены в полном объеме. <дата> ему проведена операция – отопластика и риносептопластика, на третьи сутки его выписали из стационара в удовлетворительном состоянии, все рекомендации врача соблюдал. Через некоторое время он обратил внимание на то, что нос не симметричный, носовое дыхание затруднено, а также не достигнут эстетический результат отопластики, сообщив об этом врачу хирургу, который объяснил это состоянием отека, который спадет через некоторое время. Спустя несколько месяцев после операции асимметрия носа сохранялась, появилось ощущение инородного тела в нем, заложенность, затруднение носового дыхания, ощущение стянутости и дискомфорта в хрящевой области носа. Повторные обращения к ответчику с просьбой исправить дефекты к результату не привели, каких-либо мер к устранению недостатков оказанной медицинской услуги не принято. Кроме эстетического дефекта в виде асимметрии ноздрей и девиации носа влево, после операции и до настоящего времени он испытывает дискомфорт, связанный с отеком слизистой носа, затруднением нормального носового дыхания, ощущением инородного предмета в носу, ощущает болезненность и зуд в области ушей. Согласно заключениям специалистов Медицинского центра «<данные изъяты>» от <дата>, <дата> и <дата> имеется девиация наружного носа влево; выявлены признаки невыраженного утолщения слизистой в левой гаймаровой, обеих лобных пазухах и клетках решетчатого лабиринта, признаки невыраженного ринита, искривление носовой перегородки до 3,5 мм, локальное уплотнение в сформированном дефекте; наружный нос неправильной формы, в области колумеллы утолщение, узость носовых ходов, носовое дыхание нарушено, носовая перегородка искривлена, определяется асимметрия ушей, слева оттопыренность; АD (левое ухо): ушная раковина уплотнена, по задней поверхности в верхнем отделе подкожно выпирает хрящевая ткань (постоперационно); АS (правое ухо): ушная раковина уплотнена, по задней поверхности в вернем отделе подкожно выпирает хрящевая ткань, в области завитка определяется прерывистость. Выставлен диагноз: <данные изъяты>. J34.2: <данные изъяты>. J30: <данные изъяты>. К ответчику он обратился с целью улучшения эстетики лица, однако необходимый функциональный и желаемый эстетический результат после операции достигнут не был. Таким образом, врачом, проводившим ему операцию, допущены дефекты при оказании медицинской помощи, которые привели к причинению вреда здоровью, и исправление последствий которых осуществляется только с помощью повторной операции. В результате некачественно оказанной услуги ему причинены убытки, вред здоровью и моральный вред, выраженный в переживаниях и нравственных страданиях, негативном эмоциональном состоянии, снижении качества жизни. Просит взыскать с ответчика убытки в размере 283 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы.

В судебном заседании истец на заявленных требованиях настаивал по изложенным в иске доводам. Указал, что с заключением судебной экспертизы, назначенной по его инициативе в предложенное им учреждение, не согласен, ссылаясь на противоречия в нем, однако документов, в том числе, рецензии, опровергающих выводы экспертов, представить не может. Пояснил, что после проведения операции приходил на консультацию к врачу <ФИО>3, предъявил устные требования по устранению недостатков, тот пообещал исправить носовую перегородку и эстетику. Его никто не предупреждал о необходимости дополнительной операции или наступлении каких-то непредвиденных последствий. Костные мозоли обещали удалить, но этого сделано не было, лишь поступило предложение об их удалении за его счет. После операции через несколько месяцев пошел <данные изъяты>, удалили <данные изъяты>, получился <данные изъяты>. Повторную операцию ему отказали проводить, куда бы он не обращался. Самостоятельно прошел КТ, осмотр лора, выдали заключение, что нос имеет <данные изъяты>. Был удивлен заключению экспертов, что нос восстановлен. Нос не дышит, перегородка искривлена, множественные внутриносовые шрамы. О том, что будет использован хрящевой имплантат, до операции, его не предупредили, по поводу кончика носа ему говорили, что он не требует вмешательства, будет исправлена внешняя, внутренняя перегородки и удалят горбинку. От проведения коррекции с целью удаления костных разрастаний, предложенной ответчиком, отказался. Точной даты, когда впервые обратился с претензией к ответчику, не помнит, возможно, в апреле 2023 года, поскольку ответ поступил <дата>. <данные изъяты><ФИО>3 уверял его, что отечность должна сойти, он слушал и делал все по рекомендации врача. Операцией не доволен, выполнена она ненадлежащим образом и некачественно.

Представитель истца <ФИО>7 суду пояснила, что эксперты действительно пришли к выводу о том, что результат операции достигнут, но носовая перегородка по-прежнему у истца искривлена, носовое дыхание затруднено, а костные мозоли могут быть устранены только хирургическим путем, при этом врач этого не сделал, вследствие чего они увеличились в размерах. По кончику носа вопрос не был согласован с истцом. При использовании в качестве имплантата его кончика носа, истец узнал уже после проведения операции, при этом он высказывал неоднократные жалобы в затруднении дыхания, но эксперты пришли к выводу, что затруднения дыхания не имеется. Истец при проведении судебной экспертизы высказывал жалобы о затруднении дыхания, но эксперты пришли к выводу об отсутствии такого затруднения. Противоречия могу быть устранены путем допроса экспертов, проводивших судебную экспертизу. Несмотря на выводы экспертного заключения, судебная экспертиза должна оцениваться наряду с другими доказательствами. Заключение эксперта, по ее мнению, носит противоречивый характер, не соответствует медицинской документации. Рецензия на судебную экспертизу ими не подготовлена. Иных доказательств, подтверждающих недостоверность выводов экспертов, также не имеется.

В удовлетворении ходатайств о повторном допросе <данные изъяты><ФИО>3, ранее допрошенного в судебном заседании, а также ходатайств о вызове и допросе в судебном заседании экспертов, проводивших экспертизу на основании определения суда, отказано в порядке ст. 187 ГПК РФ ввиду отсутствия неясностей и противоречий в заключении экспертов, на разрешение которым были поставлены полностью все вопросы, представленные сторонами, в том числе, подготовленные истцом и его представителями.

Представитель ответчика <ФИО>4 возражала против удовлетворения требований, указала, что истцу при подписании договора разъяснялись особенности проведения операции, он был предупрежден о ходе оперативного вмешательства, ознакомлен о возможных послеоперационных осложнениях. Никаких иногородних тел, имплантов использовано не было. Не достижение ожидаемого результата – вследствие индивидуальных особенностей организма. Операция проведена в соответствии с техническими требованиями, результат не может быть дан на сто процентов. Экспертиза, назначенная по ходатайству истца, ответила на все поставленные вопросы, сформированные им, не доказана причинно-следственная связь о причинении вреда. Эксперты детально и подробно ответили на все поставленные вопросы. Их выводы однозначны и не противоречивы.

Допрошенный в судебном заседании <дата><ФИО>3 пояснил, что работает <данные изъяты> в ООО Медицинский центр «<данные изъяты>», общий стаж <данные изъяты> года. Операция по сколиозу носа является одной из самых сложных ринопластических операций, и врач никогда не может дать сто процентный результат. При подготовке ФИО1 к операции проблем со здоровьем у последнего не было, он прошел полное обследование с медицинской документацией. Перед операцией ему были даны все разъяснения, проведена подготовка к операции, отобраны подписи. После проведенной операции у истца отсутствовала деформация носа, присутствовали только костные мозоли, перегородка прямая с допустимым смещением. После проведения операции произошло отторжение полипропиленовых швов с кожной части носовой перегородки, в последующем ему под местной анестезией, было удалено два шва. На второй день после операции пациент был выписан, вытащены носовые турунды, даны рекомендации, назначен повторный осмотр. Ему не известно, соблюдались ли истцом предписания врача, которые для пациента являются обязательными. Но после операции пациент был в удовлетворительном состоянии. Отторжение шовного материала – это особенность организма, и такая реакция может быть. Истец обратился в клинику с нарушением носового дыхания и сколиозом носа с правой стороны. При этом сколиоз носа – это искривление вследствие получения травмы. У истца на момент обращения было именно искривление носа вправо после травмы. После операции результат был достигнут, дыхание восстановлено, нос был по средней линии, но после операции по боковым скатам носа образовались костные мозоли. Истцу было предложено устранить костные мозоли, но он отказался. Такой результат от подобной пластики очень редко, но бывает, и не является некачественно оказанной услугой, все индивидуально. При проведении операции нос был поставлен на место. Истцу также была проведена операция на уши, поскольку он жаловался, что они отстают от черепа. Была проведена операция, уши прижаты к черепу. Особенности по отопластике имеются, но в этом случае никаких проблем не было. После проведенной операции спустя неделю сняли повязку, но было рекомендовано на протяжении двух недель на ночь надевать повязку, а через три недели ему были сняты швы. После проведенной операции истец осматривался, цель была достигнута, осложнений не было. При этом он ни разу не предъявлял претензий по операции на ушах.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора <ФИО>5, полагавшего требования не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела и представленные доказательства в совокупности, исходя из требований ст.ст. 56, 67, 157 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от <дата> № 2300-I «О защите прав потребителей».

Согласно ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе, морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от <дата> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно п. 1 ст. 2 данного Федерального закона здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу ст. 4 Федерального закона от <дата> № 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона № 323-ФЗ).

В п. 21 ст. 2 этого же Федерального закона определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч.2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2ч.ч. 2 и 3 ст. 98 № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Правильность выбора пациентом вида услуги обусловлено отсутствием у него специальных познаний в области медицины, соответственно обязанность доводить до пациента полную и достоверную информацию о характере медицинской услуги и ее возможных негативных последствиях возложена на ответчика в силу ст. 10 Закона о защите прав потребителей, ст. 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», так как действия ответчика оказывающего медицинские услуги с привлечением специалистов, обладающих специальными познаниями в соответствующей области, призваны обеспечить надлежащие информирование пациента об особенностях проводимого медицинского вмешательства с целью достижения последним желаемого результата.

Из материалов дела следует, что <дата> между ФИО1 и ООО Медицинский центр «Океан» заключен договор на оказание платных медицинских услуг (с учетом Приложения № 1 к договору), по условиям которого первый принял на себя обязательства оплатить медицинские услуги, а последний – оказать медицинские услуги по отопластике, ринопластике, наркоз, стационар, согласно Перечню. Договор и Приложение № 1 к нему (Перечень платных медицинских услуг) подписаны сторонами в этот же день.

В соответствии с п. 2.1 договора основанием для предоставления платных медицинских услуг явилось добровольное желание пациента получить медицинские услуги за плату и наличие медицинского заключения в надлежащей форме после необходимого медицинского исследования перед хирургическим вмешательством.

Согласно п. 2.2 договора врач исполнителя, назначаемый по выбору пациента, в соответствии с медицинской потребностью или необходимостью и видом медицинской услуги, желанием заказчика, после предварительного собеседования и осмотра заказчика, определяет необходимый перечень, способы и методы осуществления медицинской услуги, предполагаемые результаты, степень риска оказания медицинской услуги, а в случае пластической операции, возможные осложнения, информирует об этом пациента и получает его информативное добровольное согласие. Вместе с заказчиком оговаривают необходимые вопросы подготовки заказчика к оказанию медицинской услуги, в том числе, необходимостью фотографирования пациента перед пластической операцией, нанесение разметки на лице или на отдельных участках тела в зависимости от вида операционного вмешательства.

Перечень оказываемых медицинских услуг по договору указывается в Приложении № 1, являющемся частью договора, который составляется по желанию одной из сторон (обязательно в письменной форме) и может изменяться по согласованию сторон (п. 2.5).

При этом согласно п.п. 4.2.1-4.2.3 заказчик обязан выполнять требования, обеспечивающие качественное предоставление медицинских услуг, в том числе, выполнять рекомендации и назначения врача, соблюдать график визитов для диагностики, лечения и плановых осмотров; подписывать информированное согласие на оказание медицинских услуг; во время действия договора не использовать препараты, не назначаемые врачом исполнителя, и не получать аналогичные медицинские услуги в других клиниках без предварительного уведомления исполнителя (за исключением медпомощи при угрожающих жизни состояниях).

В случае изменения состояния здоровья, связанного, с точки зрения заказчика, с проведенными исполнителем медицинскими манипуляциями, немедленно сообщить об этом лечащему врачу или администратору исполнителя и, в случае необходимости, прибыть на консультацию и лечение к исполнителю (п. 4.2.4 договора).

Исполнитель обязан в порядке п. 4.4.4 договора предоставить заказчику в доступной для него форме имеющуюся информацию о состоянии его здоровья, включая сведения о результатах оказания медицинской услуги и прогнозе, методах необходимого хирургического вмешательства, лечения и риске, возможных вариантах повторного медицинского вмешательства, их последствиях и результатах проведенного в случаях необходимости лечения.

Исполнитель несет ответственность перед заказчиком за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора, несоблюдение требований, предъявляемых к методам оказания медицинских услуг, а также в случае причинения вреда здоровью и жизни заказчика (п. 5.1 договора).

В соответствии с п. 5.2 договора стороны освобождаются от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств, если это произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредвидимых при данных условиях обстоятельствах, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

При этом, исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение настоящего договора, а также за возможные осложнения и ухудшения, состояния заказчика вследствие нарушения самим заказчиком условий настоящего договора, в частности, невыполнения им предписаний и рекомендаций исполнителя (п. 5.3 договора).

Разделом 9 данного договора предусмотрено, что исполнитель информирует заказчика о том, что в связи с тем, что действия биологических законов и процессов, затрагиваемых при медицинском вмешательстве, не подвластны ни абсолютному контролю, ни воле со стороны человека, то есть исполнитель, по не зависящим как от него, так и от заказчика причинам, не может гарантировать только лишь положительный результат оказанной медицинской услуги (п. 9.1). Даже при надлежащем выполнении обеими сторонами своих обязательств по договору, отсутствии дефектов оказания медицинской услуги, применении самых результативных и зарекомендовавших себя достижений современной медицинской науки, результат оказания медицинской услуги не является на 100% прогнозируемым (п. 9.2). Исполнитель информирует заказчика, что любую систему человеческого организма следует воспринимать как единое целое, все части которого тесно взаимосвязаны друг с другом, и заболевание или недостаточность части органов и тканей любой системы человеческого организма ведет к паталогическому функционированию всей системы в целом. Отсюда следует невозможность здоровья лишь элемента системы при отсутствии здоровья системы в целом. Поэтому, отказываясь от комплексного лечения, заказчик осознает всю тяжесть последствий такого решения и принимает все возможные негативные последствия (п.9.3).

Общая стоимость оказанных медицинских услуг согласно Приложению № 1 к договору от <дата>: отопластика, ринопластика, наркоз, стационар, – составила 283 000 руб., оплачена истцом в этот же день в полном объеме, что подтверждается представленными документами и не оспаривалось стороной ответчика в судебном заседании.

Также, <дата>, ФИО1 даны в письменном виде: согласие пациента на операцию пластики носа (ринопластика); информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство; информированное добровольное согласие на оперативное (инвазивное) вмешательство, в том числе, переливание крови и компонентов; информированное добровольное согласие на физиологическое вмешательство (анестезиологическое обеспечение), первое из которых подписано им лично, второе – им в присутствии врача <ФИО>3, также поставившего свою подпись, третье и четвертое – помимо подписи истца, содержат подписи врачей, оказывающих названные в них услуги, а также составом консилиума врачей.

Из согласия пациента на операцию пластики носа (ринопластика) следует, что истец уполномочил <данные изъяты><ФИО>3 и его ассистентов выполнить ему данную операцию и подтвердил, что содержание и результаты операции, возможные опасности и осложнения, а также возможности альтернативных методов лечения ему полностью объяснены врачом, и он их полностью понял (п. 1). Особенно важным и полностью ясным для него являются следующие положения об особенностях послеоперационного периода: разрезы кожи и слизистой оболочки носа выполняются таким образом, чтобы образовавшиеся после операции рубцы были практически не заметны, и, все же, несмотря на то, что все будет сделано для того, чтобы они были малозаметными, рубцы остаются видимыми при внимательном рассмотрении (пп. «а»); сразу после операции развивается отек тканей носа и лица, основная часть отека тканей исчезает в течение двух-трех недель и даже месяцев до полного исчезновения (пп. «б»). После операции возможно развитие любых общехирургических осложнений (нагноение раны, кровотечение, тромбофлебит, тромбоэмболия, образование келоидных рубцов и др.), а также следующих осложнений, характерных для данной операции: при значительной деформации носовой перегородки ее исправление может привести к образованию перфационного отверстия; иногда просматривается неровность по спинке носа за счет реакции надкостницы; в некоторых случаях возникает рубцовое подтягивание кожи носа в зоне отслойки влево или вправо; в редких случаях наблюдается утолщение костной части спинки носа после операции: коррекция носа с остеотомией (п. 2 пп. «а-д»). Также истец отметил, что понимает, что хирургия – это не точная наука, и что даже опытный хирург не может абсолютно точно гарантировать получение желаемого результата. Никто, в том числе, врач не гарантировал ему это на 100% (. 3). И удостоверил, что ознакомился с приведенной выше информацией, что полученные объяснения его полностью удовлетворяют, что он полностью понимает назначение данного документа и подтверждает свое согласие на операцию.

В остальных согласиях истец также письменно подтвердил о разъяснении ему всех нюансов медицинских процедур, манипуляций и услуг и дал согласие на их проведение..

<дата> истцу проведена операция <данные изъяты> и <данные изъяты>, и <дата> он выписан в удовлетворительном состоянии на амбулаторное долечивание в клинике, что подтверждается выписным эпикризом, явка на осмотр назначена на <дата>.

Перед оперативным вмешательством проведено обследование истца, взяты необходимые анализы.

Данные факты подтверждаются, в том числе, медицинской картой стационарного больного № <данные изъяты>, оригинал которой обозревался в судебном заседании и был представлен на экспертизу, копии которой приобщены к материалам дела.

Сведений о явке ФИО1 на прием к врачу <дата> либо после этой даты, не имеется и доказательств обратного не представлено.

С претензией, как он пояснил в судебном заседании обратился к ответчику только приблизительно в апреле 2023 года, не сумев объяснить столь длительный период после проведения операции.

В данной претензии, подписанной представителем <ФИО>7, указано на допущение врачом, проводившим операцию, дефектов при оказании медицинской помощи, исправление последствий которых осуществляется только с помощью повторной операции. В результате некачественно оказанной услуги ему причинены убытки, вред здоровью и моральный вред. К претензии, в том числе, были приложены заключение МРТ от <дата> и заключение врача отоларинголога.

Из ответа на претензию от <дата>, данного главным врачом ООО Медицинский центр «Океан», следует что истцу были разъяснены особенности хода оперативного вмешательства, и он был предупрежден о том, что могут потребоваться повторные операции, был ознакомлен о возможных послеоперационных осложнениях. Никаких инородных тел (имлантов) во время проведения операции использовано не было. По ходу операции проведена коррекция хрящевой и костной части носовой перегородки и устранено нарушение носового дыхания. Согласно осмотру лор врача (заключение было приложено к претензии) от <дата> – через 9 месяцев после операции: полость носа – слизистая, розовая, раковины не отечные, носовое дыхание не нарушено, отделяемого нет. Вторая часть операции, непосредственно ринопластика, заключалась в разделении носовых костей и носовых отростков верхней челюсти, что составляют костную часть пирамиды носа с целью придания им подвижности для постановки ее в правильное положение, распилы проводились по средней линии носа и по боковым скатам носа с двух сторон. Учитывая, что у пациента была травма носа до операции плюс травма во время операции, это вызвало образование избыточной костной мозоли на месте распилов, слева – больше, чем справа, что было зафиксировано в описании компьютерной томографии (также была приложена к претензии). Не достижение ожидаемого результата и возникновение нежелательных последствий явилось следствием индивидуальных особенностей организма. Пациенту было предложено провести коррекцию с целью удаления костных разрастаний по боковым скатам носа, однако он отказался от проведения лечения.

В судебном заседании факт такого отказа М. Риччи подтвердил.

В обоснование заявленных требований истцом представлены: компьютерная томография придаточных пазух носа от <дата>, согласно которой МСКТ – картина <данные изъяты>; признаки <данные изъяты>

прием (осмотр, консультация) врача отоларинголога первичный Медицинского центра «<данные изъяты>» от <дата>, проведенный, как верно отмечено в ответе на претензию, лишь спустя девять месяцев после проведения операции, согласно которому у него зев: слизистая розовая, влажная; нос: слизистая розовая, носовые раковины не отечные, носовое дыхание не нарушено, отделяемого нет; нар/слух/проход слева и справа чистый, свободный, барабанная перепонка серая; опознавательные знаки сохранены, ушная раковина и козелок при пальпации безболезненны; лимфоузлы: шейные и подчелюстные – не увеличены, безболезненные. И выставлен диагноз: Состояние после ринопластики. Девиация наружного носа влево. Рекомендовано: дообследование, консультация пластического хирурга;

прием (осмотр, консультация) врача отоларинголога первичный Медицинского центра «<данные изъяты>» от <дата> (то есть спустя полтора года после проведения операции и более 9 месяцев после предыдущего осмотра), согласно которому зев: слизистая розовая, влажная; наружный нос неправильной формы, в области колумеллы утолщение, слизистая синюшно-розовая, носовые раковины инфильтрированы, слабо отечные, узость носовых ходов, носовое дыхание нарушено, носовая перегородка искривлена. Определяется асимметрия ушей, слева оттопыренность. AD (левое ухо): ушная раковина уплотнена, по задней поверхности в верхнем отделе подкожно выпирает хрящевая ткань (постоперационно); нар/слух/проход чистый, свободный, барабанная перепонка серая; опознавательные знаки сохранены, ушная раковина и козелок при пальпации безболезненны; AS (правое ухо): ушная раковина уплотнена, по задней поверхности в верхнем отделе подкожно выпирает хрящевая ткань, в области завитка определяется прерывистость; нар/слух/проход чистый, свободный, барабанная перепонка серая; опознавательные знаки сохранены, ушная раковина и козелок при пальпации безболезненны. Диагноз: 2х.<данные изъяты>. J34.2: <данные изъяты>. J30: <данные изъяты>

Между тем, предыдущий осмотр от <дата> и выставленный диагноз после изучения врачом компьютерной томографии от <дата> существенно отличается от последующего (от <дата> ), к которому ни подобная компьютерная томография, ни какое-либо иное инструментальное исследование не приложено. Почему врач пришел к таким выводам не понятно, каких-либо допустимых доказательств не представлено истцом.

При этом врач рекомендует истцу лишь консультацию г/энтеролога, аллерголога-иммунолога и лор хирурга.

Иных документов, подтверждающих или опровергающих качественно/некачественно оказанную услугу ответчиком, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено.

При этом, как верно отмечено и в ответе на претензию, и представителем ответчика <ФИО>6 в обоснование своих возражений, в осмотре врача отоларинголога от <дата> со ссылкой на компьютерную томографию, отражено, что носовое дыхание у истца не нарушено, перегородка не искривлена, имеется девиация наружного носа влево.

По ходатайству М.Риччи и его представителей для разрешения вопросов, возникших в процессе рассмотрения дела, требующих специальных знаний в области медицины и пластической хирургии, определением от <дата> по делу назначена комиссионная судебно-медицинской экспертиза, производство которой, с учетом ходатайства стороны истца, поручено выбранному ими экспертному учреждению – ООО «<данные изъяты>». При этом все предложенные как стороной истца, так и стороной ответчика, вопросы были включены в определение суда и поставлены на разрешение экспертам.

Также комиссией судебных экспертов был осмотрен и сам истец, и ему, как он пояснил в судебном заседании, задавались вопросы, на которые он отвечал.

Согласно заключению ООО «<данные изъяты>» от <дата> № <данные изъяты> экспертная комиссия в составе четырех экспертов пришла к следующим выводам:

объем предоперационного обследования не регламентирован стандартами оказания медицинской помощи, порядками оказания медицинской помощи и клиническими рекомендациями. Стандартный объем такого обследования, согласно общепринятой медицинской практике, включает в себя: общий клинический анализ крови; биохимический анализ крови, коагулограмму; определение группы крови и резус-фактора; анализ крови на наличие гемоконтактных инфекций (ВИЧ, сифилис, гепатиты); общий анализ мочи; флюорографию органов грудной клетки; электрокардиограмму, заключение врача-терапевта. Также, учитывая, что планировалось оперативное вмешательство на лор-органах, необходимы были консультация врача-оториноларинголога и компьютерная томография области планируемого вмешательства (в частности, носа).

Необходимые лабораторные и инструментальные исследования были в полном объеме проведены ФИО1 в рамках предоперационной подготовки.

В результате оперативного вмешательства произошли улучшения: носовая перегородка сохранена, что является важным фактором для дальнейшей опорной функции всей пирамиды носа, особенно после травматического воздействия; появилась свободность носовых ходов (по данным компьютерной томографии, проведенной до оперативного вмешательства (от <дата>) – носовые ходы сужены за счет деформации и утолщения перегородки носа; по данным компьютерной томографии, проведенной после оперативного вмешательства (от <дата>) – носовые ходы стали шире); спинка носа стала прямой, кончик носа сузился (по данным компьютерной томографии, проведенной до оперативного вмешательства (от <дата>) – имеется деформация мягких тканей носа; по данным компьютерной томографии, проведенной после оперативного вмешательства (от <дата>) – деформации мягких тканей не определяется); носовая перегородка стала более ровной (по данным компьютерной томографии, проведенной до оперативного вмешательства (от <дата>) – носовая перегородка искривлена S-образно, наиболее выражена девиация в средней части перегородки вправо на 5,5 мм; по данным компьютерной томографии, проведенной после оперативного вмешательства (от <дата>) – некоторое выпрямление средних отделов носовой перегородки).

Дефектов оказания медицинской помощи при выполнении риносептопластики не имеется.

Ухудшения функционального состояния носа после операции по сравнению с предоперационным состоянием (в виде ухудшения носового дыхания, нарушения обоняния или развитие других осложнений) у М. Риччи не имеется.

Учитывая вышесказанное, положительный результат оперативного лечения «коррекция спинки и кончика носа, носовой перегородки, костной и хрящевой ее части» (риносептопластики) достигнут.

При этом, проведенное оперативное лечение (риносептопластика) не позволило полностью устранить анатомические дефекты в области носа. У М. Риччи, несмотря на верно выполненное оперативное вмешательство, появился неэстетичный кожный дефект в области колумеллы носа в виде наплывающего рубца, усилились фиброзные образования мягких тканей в области спинки носа, в местах повторных переломов, что визуально проявляется как остаточная горбинка спинки носа, пальпируются «костные мозоли» по бокам от спинки носа.

Медицинские показания – это особенности характера, локализации, течения патологического процесса и вызванных им расстройств, служащие основанием для проведения определенного лечебного или диагностического мероприятия. Эстетические показания являются частью медицинских (относятся к медицинским), поскольку также служат основанием для определенных методов диагностики и лечения. Выделяют абсолютные, жизненные и относительные показания. Относительные показания – показания, не исключающие замены данного лечебного или диагностического мероприятия другим.

Указанные выше изменения (неэстетичный кожный дефект в области колумеллы носа в виде наплывающего рубца, фиброзные образования мягких тканей в области спинки носа, в местах повторных переломов, что визуально проявляется как остаточная горбинка спинки носа, пальпируются «костные мозоли» по бокам от спинки носа) у М. Риччи не являются абсолютными или жизненными показаниями к лечению, направленному на восстановление (коррекцию) спинки (формы) носа. Данные изменения являются относительным медицинским, в том числе медицинским эстетическим, показанием к восстановлению (коррекции).

Неэстетичный кожный дефект в области колумеллы носа в виде наплывающего рубца, фиброзные образования в виде остаточной горбинки носа и костные мозоли на костях носа в месте переломов у истца могут быть устранены несколькими способами:

консервативный путь лечения, заключающийся в многократных физиотерапевтических курсах фонофореза, электрофореза, с применением глюкокортикостероидной терапии, протеолитических препаратов. Необходимо отметить, что консервативный путь ведения может как дополнять хирургические методы, так и быть применен изолированно. При отсутствии положительного эффекта от консервативной терапии могут иметься относительные медицинские показания к хирургическим методам;

хирургический путь лечения в виде повторного разреза на колумелле носа под углом 90 градусов, возможно с изменением направления лоскутов в виде «Z», отслоением деформированного участка кожи над рубцом на высоту от 7 мм и точной репозиции кожи;

хирургический путь лечения, заключающийся в локальной обработке посттравматического фиброза механическим путем (либо пьезообработка) через наиболее возможный минимальный разрез слизистой оболочки одного носового хода с минимальной отсепаровкой мягких тканей спинки носа;

хирургический путь лечения – ринопластика в полном объеме, включающая в себя латерализацию костей носа, радикальные изменения спинки и кончика носа, его хрящей.

Необходимо отметить, что выбор метода лечения и их комбинация при имеющихся у М.Риччи показаниях определяются лечащим врачом в зависимости от навыков и возможного выполнения того или иного вмешательства, при согласовании специализированного медицинского вмешательства с истцом (ст. 20 Федерального закона от <дата> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Следует обратить внимание и четко представлять, что как не существует абсолютной симметрии лица и носа до операции, тем более после травм носа, так и не может ее быть и после выполнения хирургического вмешательства. Стремление к мнимому совершенству приводит к избыточной резекции поддерживающих элементов каркаса носа, к которым и относится перегородка носа, хрящевой ее отдел, нижние и верхние латеральные хрящи, костные своды, что неизбежно приведёт к избыточному сужению носовых ходов к их обструкции и существенным нарушениям дыхательных функций носа.

Костная мозоль после риносептопластики – разрастание соединительной ткани в месте нарушения целостности кости после оперативного вмешательства. Нарост образуется не переносице как компенсаторный механизм для повышения прочности кости. На процесс восстановления влияет гормональный статус, состояние иммунной и сосудистой систем, активность обменных процессов, серьезность перелома, сроки начала лечения, а также склонность к образованию келоидной ткани.

Образование фиброза – это нормальная физиологическая реакция организма на нарушение целостности тканей.

Необходимо учесть, что к избыточному рубцеванию и фиброзированию в послеоперационном периоде после ринопластик приводит также наличие неизбежных «мертвых пространств (физиологически образуются в ходе разделения тканей даже при правильно выполненной операции – ринопластика), в местах, где шовный материал, например, не накладывается в связи с невозможностью или нецелесообразностью.

Фиброзные образования в виде остаточной горбинки носа и костные мозоли на костях носа в месте переломов удалятся также хирургическим способом в виде редуцирования через наиболее вероятный минимальный разрез на слизистой оболочке в одном из носовых ходов (наиболее вероятный доступ, как при латеральном способе закрытой ринопластики однако удобство подхода и выбор техники остается за пластическим хирургом).

Согласно статистическим данным, гиперплазированная костная мозоль образуется у 12% пациентов после операции на переносице. Две трети из них можно вылечить без оперативного вмешательства, и лишь около 30% пациентов нуждаются в повторной коррекции.

Таким образом, образование гиперплазированной костной мозоли является редким неожиданным осложнением, даже при условии правильно выполненной риносептопластики не исключено развитие данного осложнения.

Учитывая вышесказанное, полностью гарантировать невозможность образования гиперплазированной костной мозоли не представляется возможным.

Операция «<данные изъяты>» (<данные изъяты>) выполнена правильно, с соблюдением всех необходимых этапов. Дефектов оказания медицинской помощи при ее проведении не имеется.

Отопластика по Конверсу-Вуд-Смиту не запрещена на территории Российской Федерации и является одним из методов коррекции ушных раковин при деформации, вызванной увеличением высоты чаши в сочетании с несформированным противозавитком у пациентов с упругим и неподатливым хрящом. Предусматривает соединение разрезов ушного хряща в верхнем полюсе раковины. Несмотря на то, что во время операции сближают хрящевые поверхности противозавитка и чаши так, чтобы избежать выворачивания острых краев хрящей, осложнения в виде контурирования острых краев хряща нередки и связаны с индивидуальной степенью эластичности, жесткости и толщины пластинок хряща.

Согласно данным представленной медицинской документации, а также результатам осмотра, проведенного в рамках настоящей судебно-медицинской экспертизы, функциональных нарушений (нарушения слуха, нарушения функции вестибулярного аппарата) в результате проведенной отопластики у ФИО1 не выявлено.

Данных за развитие осложнений (в том числе, перихондрит, нарушение кожной чувствительности ушных раковин, воспаления кожи слухового прохода, образования лигатурный свищей, развития гипертрофического келоидного рубца) в послеоперационном периоде у подэкспертного также не имеется.

На задней поверхности правой ушной раковины имеется пролабирование и контурирование края ушного хряща противозавитка длиной 2,0 см и шириной 0,12 см, что нередко возникает, как сопутствующее осложнение отопластики у пациентов с мощным и упругим хрящом в послеоперационном периоде (во время проведения отопластики с целью уменьшения деформации вызванной высотой чаши с противозавитком, рассекается хрящ для усиления его мобильности при перемещении). Угол между плоскостью правого уха и головой составляет 25 градусов, что является нормальным положением и не классифицируется как наличие оттопыренности.

На задней поверхности левой ушной раковины имеется контурирование края ушного хряща противозавитка длиной 1,5 см и шириной 0,15 см. Угол между плоскостью левого уха и головой составляет 27 градусов, что является нормальным положением и не классифицируется как наличие оттопыренности.

Наличие контурирования хрящей на задней поверхности ушной раковины не является абсолютными или жизненными показаниями к лечению, направленному на уменьшение пролабирования и контурирования. И может быть устранена несколькими способами:

консервативный путь лечения, заключающийся в многократных физиотерапевтических курсах фонофореза, электрофореза, с применением глюкокортикостероидной терапии, протеолитических препаратов. Необходимо отметить, что консервативный путь ведения может как дополнять хирургические методы, так и быть применен изолированно. При отсутствии положительного эффекта от консервативной терапии могут иметься относительные медицинские показания к хирургическому методу;

хирургический путь лечения, заключающийся в локальной обработке хрящевого края механическим путем (либо пьезообработка при помощи ультразвука) через наиболее возможный минимальный разрез в кожной складке позади ушной раковины.

Прерывистость противозавитка в нижней его части не влияет на оттопыренность ушной раковины, а является вариантом нормы и врожденной индивидуальной анатомической особенностью подэкспертного.

Уши анатомически являются парным органом, однако никогда не могут быть абсолютно конгруэнтными друг другу и точно повторять все анатомические изгибы и хрящевой рисунок. Правое и левое ухо могут быть различны как по высоте, так и по ширине, отстоять на не равные по величине углы от головы. Эта анатомическая особенность всех людей связана с эмбриогенезом и неравномерным ростом мезенхимы по переднему краю жаберной дуги у эмбриона еще в утробе матери.

Таким образом, положительный результат оперативного вмешательства «коррекции ушных раковин» (отопластики) в виде устранения оттопыренности ушных раковин, достигнут.

С точки зрения судебной медицины под дефектом оказания медицинской помощи понимают несоответствие той медицинской помощи, которая была оказана пациенту, требованиям действующих нормативно правовых документов (порядков, стандартов оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций) и обычаям медицинской практики.

Судебно-медицинская экспертиза компетентна определять только медицинскую составляющую причинной связи. Такая связь устанавливается только в случаях, когда причина заболевания закономерно и неизбежно влечет за собой какие-либо негативные последствия для больного.

При исследовании надлежащего оказания медицинской помощи экспертизой выявляются дефекты оказания медицинской помощи. Это могут быть дефекты действия или бездействия (невыполнение какой-то диагностической или лечебной манипуляции).

Причинная связь с медицинской точки зрения устанавливается только между недостатками оказания медицинской помощи из категории действия. Дефекты оказания медицинской помощи из категории бездействия врачей с медицинской точки зрения являются не причиной, а лишь возможным условием неблагоприятного исхода.

Учитывая, что хирургические вмешательства (риносептопластика и отопластика) М.Риччи проведены верно, с соблюдением этапности, получен положительный результат (подробнее в п.п. 2, 7 выводов), причинно-следственной связи между верно оказанной медицинской помощью и состоянием его здоровья не имеется. Таким образом, вред здоровью подэкспертному не причинен.

Фиброзные образования в виде осложнения в области донорских зон следует отнести к неожиданным осложнениям, они связаны с непредсказуемым рубцеванием и заживлением тканей, также, как и образование так называемых «костных мозолей».

Исправление (коррекция, устранение) асимметрии ушей, их оттопыренности невозможно без хирургического лечения. Учитывая, что положительный результат достигнут (подробнее в п. 7 выводов) с помощью верно проведенной отопластики, дефектом оказания медицинской помощи это не является.

Порядок оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия» (утв. приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от <дата><номер>н) регламентирует цели, виды (первичная специализированная медико-санитарная помощь; специализированная, за исключением высокотехнологичной, медицинской помощи), условия (амбулаторно, стационарно), формы (экстренная, неотложная, плановая) оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия».

Оказанная истцу медицинская помощь в ООО Медицинский центр «Океан» не противоречили Порядку оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия» (утв. приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от <дата><номер>н).

На основании ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Следовательно, выявление и собирание доказательств по делу осуществляется не только лицами, участвующими в деле, но и относится к деятельности суда, в обязанность которого входит установление того, какие доказательства могут подтвердить или опровергнуть факты, входящие в предмет доказывания.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако это не означает право суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Названное заключение экспертов соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и отвечает требованиям ст. 86 ГПК и ст. 16 Федерального закона РФ от <дата> № 73-ФЗ О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации», является полным, мотивированным, в нем подробно описаны содержание и результаты исследований с указанием примененных методов (методик). Оно основано на всестороннем исследовании материалов дела, содержит оценку результатов исследований, обоснование и формулировку выводов по поставленным вопросам, неясностей и противоречий не содержит, исполнено экспертами, имеющими соответствующие стаж работы и образование, необходимые для производства данных видов экспертных исследований. Перед началом проведения экспертизы экспертам были разъяснены права и обязанности, также они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Выводы экспертов полные и мотивированные, носят категоричный характер, с оценкой научной обоснованности сделанного заключения, в связи с чем, оснований сомневаться либо не доверять им у суда не имеется.

При этом комиссионная судебно-медицинская экспертиза проводилась при личном участии М.Риччи и его обследовании, что подтверждено им в судебном заседании и отражено в заключении.

Суд принимает данное экспертное заключение за основу в качестве допустимого доказательства по настоящему делу.

Каких-либо доказательств, подтверждающих некомпетентность экспертов в данной области, представлено не было.

Оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы в порядке ст. 87 ГПК РФ суд не усматривает и об этом стороной истца не заявлено.

Выводы экспертов достаточно ясны, неполноты заключения не установлено, как и сомнений в правильности и его обоснованности.

Заключение экспертов, вопреки утверждению истца, не носит противоречивый характер и соответствует медицинской документации.

Приведенные стороной истца доводы, сводящиеся к утверждениям о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме, по существу сводятся к несогласию истца с заключением экспертов.

При этом сам по себе факт несогласия с заключением эксперта не может являться основанием для признания его недопустимым доказательство по делу.

Доводы о несогласии с выводами проведенной судебно-медицинской экспертизы, ссылаясь на необходимость проведения повторной экспертизы, подлежат отклонению, поскольку заключение экспертов отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ.

По тем же основаниям в удовлетворении ходатайства истцу и его представителю о вызове и допросе в судебном заседании экспертов, проводивших комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, отказано, тем более что в силу положений ст.ст. 56, 59, 67 ГПК РФ определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также истребование, прием и оценка доказательств, определение достаточности доказательств является компетенцией суда.

Также суд не усмотрел и обстоятельств для повторного допроса <данные изъяты><ФИО>3, который при допросе дал подробные, полные и мотивированные ответы на все заданные ему, в том числе, истцом и его представителем, вопросы. Каких-либо противоречий в его показаниях судом не установлено.

Представленным стороной истца названным выше осмотрам врачей первичным и компьютерной томографии в заключении экспертами дана оценка, проведен сравнительный анализ и сделаны соответствующие в заключении выводы.

Тем более что и компьютерная томография придаточных пазух носа от <дата>, и осмотр врача отоларинголога Медицинского центра «<данные изъяты>» от <дата> фактически подтвердили отсутствие дефектов оказания медицинской помощи при проведении М.Риччи операции.

Осмотр врача отоларинголога Медицинского центра «<данные изъяты>» от <дата> и выставленный по его окончании диагноз не подкреплены какими-либо допустимыми доказательствами.

Более того, носят они лишь рекомендательный характер и не свидетельствуют о наличии каких-либо дефектов связанных с проведенной операцией, а наоборот указывают на признаки невыраженного ринита, что является последствием распространенного заболевания, не имеющего отношения к ото и риноспетопластике.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении вреда в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи возлагается на медицинское учреждение – ответчика, однако факт того, что поведение ответчика является противоправным и повлекло причинение вреда, должен доказывать истец в силу ст. 56 ГПК РФ. Одного лишь утверждения М.Риччи о том, что предоставленные ему медицинские услуги являлись некачественными, недостаточно для того, чтобы считать этот факт установленным, данное обстоятельство требует доказывания истцом.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что операция истцу по ринопластике и отопластике выполнена правильно, качественно, соответствует клиническому диагнозу, в связи с чем оснований для удовлетворения требований в части взыскания с ООО Медицинский центр «Океан» убытков в размере 283 000 руб. не имеется.

Допустимых доказательств обратного им, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Тот факт, что он обратился в ООО Медицинский центр «Океан» с целью улучшения эстетики лица, однако необходимый функциональный и желаемый эстетический результат после операции достигнут не был, не свидетельствует о некачественно оказанной ему услуги.

И, поскольку оснований для удовлетворения основного требования судом не установлено, не имеется оснований и для удовлетворения производных от него – компенсации морального вреда и штрафа.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ООО Медицинский центр «Океан» о защите прав потребителей отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Советский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено <дата>.

Судья О.В. Олесик