Решение № 2-1405/2020 2-189/2021 2-189/2021(2-1405/2020;)~М-1233/2020 М-1233/2020 от 17 июня 2021 г. по делу № 2-1405/2020

УИД 47RS0007-01-2020-002563-46

Дело № 2-189/2021


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 июня 2021 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Дунькиной Е.Н.,

при помощнике судьи Рычковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, ФИО4, действующей на основании доверенности 47 БА 3389471 от 12 января 2021 года сроком на три года, представителя третьего лица АО «Управляющая компания» ФИО5, действующего на основании доверенности от 12 мая 2021 года сроком на один год, третьего лица ФИО6, ее представителя адвоката Саакадзе Г.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного в результате залива квартиры, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

23 ноября 2020 года истец ФИО2 обратилась в Кингисеппский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного заливом квартиры, в сумме 65 000 руб., компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. и судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указала, что является собственником <адрес>. 10 августа 2020 года по вине ответчика ФИО3, проживающей в <адрес>, расположенной над квартирой истца, произошел залив <адрес>, принадлежащей ФИО2 По факту залива обратилась в ОАО «Управляющая компания», сотрудниками которой был составлен акт осмотра и установлено, что в помещении кухни нарушена отделка потолка – деформация деревянных направляющих, имеются желтые пятна на пластиковых панелях, потолочное покрытие влажное, местами отпадает окрасочный меловой слой, расклеены кромочные швы. Пострадала кухонная мебель: нарушены плиты ДСП всей опорной части кухонной секционной мебели, произошла деформация задних стенок и внутренних перегородок трех навесных полок, перегорели два светильника подвесного потолка кухни.

Также следы залива имелись на стене, смежной с ванной и туалетом, повреждены обои, площадь намокания составила 4,0 кв.м.

Указывает, что размер ущерба, причиненного заливом квартиры, составляет 65 000 руб., что определено заключением ООО «Единый центр оценки и экспертиз» от 02 ноября 2020 года, которым установлена рыночная стоимость работ и материалов, с учетом накопленного износа.

В результате затопления истцу был причинен ущерб в размере 65 000 руб., который, со ссылкой на положения ст. 1064 ГК РФ, просит взыскать с ответчика.

Также полагает, что ответчиком причинен моральный вред, оцененный ею в 10 000 руб., который просит взыскать на основании п. 2 ст. 1099 1 ГК РФ, а также возместить понесенные судебные расходы в виде расходов на оценку ущерба в размере 7 000 руб., расходов на услуги адвоката по составлению искового заявления в размере 3 500 руб. и по уплате государственной пошлины (л.д. 4-6).

В ходе подготовки по делу, на основании ст. 40 ГПК РФ, к участию в деле в качестве соответчика привлечена собственник жилого помещения – <адрес> в <адрес> ФИО7 (том 1 л.д. 104).

24 февраля 2021 года судом расширен субъектный состав лиц, участвующих в деле, в качестве третьих лиц к участию в деле привлечены собственники <адрес>, расположенной над квартирой ответчиков в <адрес> в <адрес>, ФИО6 и ФИО8, а также АО «Управляющая компания» в чьем управлении находится многоквартирный <адрес> в <адрес> (том 1 л.д. 172).

В судебном заседании истец ФИО2 поддержала заявленные исковые требования, указав, что в результате залива пострадали жилые комнаты, повреждены обои и побелка на потолке. Считает, что вред причинен по вине собственников вышерасположенной <адрес>. При этом пояснила, что по приезду аварийной бригады, которая отключила холодное водоснабжение, течь прекратилась, через два часа подача воды была восстановлена, течи больше не было. Отметила, что в момент приезда аварийной бригады в <адрес> никого не было, в <адрес> находились жильцы, которые сообщили, что у них сухо, однако квартиру никто не осматривал.

Ответчик ФИО3 через представителя ФИО4, действующую на основании доверенности <адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ, представила возражения на иск, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ, узнав от ФИО1, что в ее <адрес> в <адрес> произошел залив и предположительно из <адрес>, принадлежащей ответчику, сразу позвонила в аварийно-диспетчерскую службу и вызвала бригаду. Аварийная бригада произвела осмотр <адрес>, но никакой течи не обнаружила. Также был вызван сантехник, который никаких протечек не обнаружил. Поскольку 10 августа 2020 года течи в ее квартире не обнаружено, критически относится к причине залива, указанной в акте, представленном истцом, так как ее <адрес> при составлении акта никто не осматривал.

Отмечает, что 11 января 2021 года вызвала представителей ОАО «Управляющая компания» для составления акта осмотра своей <адрес>, в том числе в присутствии собственника выше расположенной <адрес>. Актом было установлено наличие следов протечки по внутренней стенке технологической ниши инженерных сетей на кухне, где расположены стояки ХВС, ГВС, КНС и ПС, течи на инженерных сетях не выявлено, но по периметру кухни видны следы деформации пластикового уголка стыка стены и потолка по периметру ниши, в ванной комнате на покрытии потолка видны следы протечки и наблюдается отслоение покрытия.

Также был произведен осмотр <адрес>, в ходе которого выявлены следы протечки стыка слива и ванной, находящейся в зоне ответственности собственника; в туалете видны следы протечки под трубой слива из ванной комнаты и соединения со стояком КНС, следы протечки соединения унитаза со стояком КНС, что также находится в зоне ответственности собственника.

Отмечает, что причиной залива <адрес> явились регулярные протечки из <адрес>. Полагает, что залив квартиры истца произошел по вине третьих лиц.

Считает, что требования о взыскании компенсации морального вреда не могут быть удовлетворены, поскольку действующим законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда при причинении имущественного вреда (том 1 л.д. 96-97).

В судебное заседание ответчик ФИО3 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом (том 2 л.д. 35), воспользовалась правом ведения дела через представителя в порядке ст. 48 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3, ФИО4, возражала против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Дополнила, что материалами дела вина ответчиков Т-ных в заливе квартиры истца не нашла своего подтверждения, напротив материалы дела подтверждают отсутствие вины ответчиков.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, просила рассмотреть дело без ее участия (том 1 л.д. 151, том 2 л.д. 37).

Представитель третьего лица АО «Управляющая компания» в судебном заседании полагал, что вина ответчиков в заливе не установлена, оставил разрешение спора на усмотрение суда.

Третье лица ФИО6, с участием представителя адвоката Саакадзе Г.В., в судебном заседании поддержала доводы письменных возражений на иск, согласно которым супруги В-вы не являются причинителями вреда истцу, их вины в заливе квартиры истца 10 августа 2020 года не имеется. Акты осмотров, составленные в январе 2021 года, такими доказательствами не являются, не отвечают принципам относимости, в связи с чем полагает, что третьи лица ФИО15 не могут прямо или опосредованно нести какую-либо ответственность за причинение вреда ФИО9, вследствие залива ее квартиры 10 августа 2020 года (том 1 л.д. 208-209). Полагает, что достоверно установлен залив <адрес>, однако его причина не установлена. Допускает, что имеется вина АО «Управляющей компании», которая при обращении к ней истца 10 августа 2020 года не выяснила причину залива, не осмотрела технологические ниши, не осмотрела как <адрес>, так и <адрес> иные вышерасположенные квартиры по стояку, тем самым не выполнила возложенные на нее обязанности. При этом исключает вину третьих лиц В-вых в заливе квартиры истца, имевшем место 10 августа 2020 года.

Третье лицо ФИО8 о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия, поддерживает позицию третьего лица ФИО6 (том 2 л.д. 40).

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования.

Собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме.

Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии с пунктом 2 указанной нормы права лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу приведенных выше норм права для наступления ответственности необходимо установление следующих обстоятельств, имеющих значение для дела: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинной связи между двумя первыми элементами; г) вины причинителя вреда.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, при обращении в суд с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

Как следует из материалов дела и установлено в ходе судебного заседания истец ФИО2 является собственником <адрес>, общей площадью 44,5 кв.м, расположенной на втором этаже <адрес> (том 1 л.д. 9-10).

Собственниками <адрес> являются ФИО3 и ФИО7 по 1/2 доле в праве общей долевой собственности каждая (том 1 л.д. 70-73). Фактически в квартире проживает ответчик ФИО3, которая зарегистрирована в <адрес> по месту жительства (том 1 л.д. 116).

Третьи лица ФИО8 и ФИО6, являются собственниками <адрес>, расположенной на четвертом этаже над квартирой №, принадлежащей ответчикам, в которой постоянно проживают (том 1 л.д. 133, 135-138).

ДД.ММ.ГГГГ произошло залитие <адрес>.

Актом осмотра <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, составленным сотрудниками ОАО «Управляющая компания» на основании обращения истца, зафиксированы последствия залива: в кухне площадью 6,82 кв.м, нарушена отделка потолка – деформация деревянных направляющих, желтые пятна на пластиковых панелях. Снята одна панель – потолочное перекрытие во влажном состоянии, окрасочный меловой слой отпадает отдельными местами. Нарушена оклейка стен обоями -следы залива на стене, смежной с ванной и туалетом, в виде желтых пятен, подтеков, коробления, вспучивания отдельными местами, растрескивания кромочных швов, влажное состояние; площадь намокания 4,0 кв.м.

Пострадало имущество: трехсекционная кухня – намокание всей опорной части кухни (разрушение плит ДСП), деформация задних стенок и внутренних перегородок трех навесных полок. Сгорели два светильника подвесного потолка кухни.

В этом же акте отражена причина залива – по халатности жильцов выше расположенной <адрес> (том 1 л.д. 12).

Указанный акт подписан со стороны представителя ОАО «Управляющая компания» и истцом ФИО2

Согласно отчету об оценке ООО «Единый центр оценки и экспертиз» № 1435-м от 26 октября 2020 года, представленного истцом, рыночная стоимость восстановительного ремонта поврежденных помещений и имущества, с учетом накопительного износа составляет 65 000 руб. (том 1 л.д. 13-35).

Размер причиненного ущерба сторонами не оспаривался.

Также сторонами не оспаривался тот факт, что при составлении акта осмотра от 10 августа 2020 года, <адрес> №, а также иные вышерасположенные квартиры по стояку сотрудниками ОАО «Управляющая компания» не осматривались.

При таких обстоятельствах, когда сантехническое оборудование, оборудование ХВС, ГВС и КНС вышерасположенных квартир № и №, а также иных вышерасположенные квартиры по стояку при составлении акта осмотра от 10 августа 2020 года, осмотрено не было, суд приходит к выводу о том, что причина залива установлена не была.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока, не доказано обратное.

По ходатайству ответчика ФИО3 и ее представителя ФИО4, была допрошена свидетель ФИО10, дочь ответчика ФИО3, которая сообщила о том, что 10 августа 2020 года, после звонка матери об обвинении соседки из <адрес> заливе ее квартиры, вызвала аварийную службу, сотрудники которой осмотрели <адрес> не нашли протечек и неисправностей при этом акт не составили.

Как установлено из показаний свидетеля ФИО11, с 18 сентября 2020 года работающей в должности инженера участка домоуправления № 2 ООО «ЖЭК», ее дважды в январе 2021 года вызывали по факту залива <адрес> в <адрес> из вышерасположенной <адрес>. При осмотре технологической ниши коммуникаций стояков холодного и горячего водоснабжения, полотенцесушителя и канализации были выявлены подсохшие следы протечек по внутренней стене технологической ниши. Имелись пятна на потолке и полу технологической ниши возле стояков в <адрес>. При осмотре <адрес> были сделаны фотографии, которыми зафиксированы следы застарелых протечек под ванной, в туалете и на протяжении канализационной трубы от ванной к туалету и общедомовому стояку. Также свидетель отметила, что при осмотре выявила, что соединительная труба между унитазом и канализационной системой в <адрес> укреплена гипсовым бинтом. Со слов находящегося в квартире мужчины, укрепление гипсом было выполнено летом, когда обнаружили течь. Бочок унитаза находился в разобранном виде, планировалась его замена из-за течи. Указав на заливы нижерасположенной квартиры, мужчина не отрицал факты залива. При повторном вызове из-за залива <адрес>, в <адрес> попасть не смогла, дверь не открыли. Но со слов, мужчины из <адрес>, которого встретила в подъезде, сын бочок унитаза починить не смог, поэтому обратились к сантехнику в частном порядке, который починил бочок унитаза и заменил часть внутриквартирной канализационной системы. Через десять дней вновь был вызов из-за залива <адрес>, представитель аварийной службы обнаружил течь самостоятельно заменной канализационной трубы от унитаза к ванне в <адрес>.

Свидетель ФИО11 пояснила, что, учитывая расположение коммуникаций стояков ХВС, ГВС и КНС в технологической нише, проходящей через весь стояк в подъезде, с учетом наличия застарелых следов протечек в <адрес>, допускает, что причина залива <адрес> могла быть из <адрес>, с учетом архитектурной особенности дома и расположением стояков с одной стороны стены, а унитазов с другой, в <адрес> совмещенный санузел, ванная комната, расположена под туалетом <адрес>.

Оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, не имеется.

Показания свидетелей подтверждены актами обследования <адрес> в <адрес> от 11 января 2021 года и от 19 января 2021 года, которыми в квартире ответчиков в совмещенном санузле – ванной комнате следы протечек на покрытии стен – керамической плитке и потолке – металлопластик. В технологической нише инженерных коммуникаций видны мокрые пятна на бетонном перекрытии потолка и пола, потеки по стене ниши. С указанием причины залива <адрес> – халатность собственников <адрес> при замене унитаза в туалете самостоятельно. Регулярные протечки в зоне ответственности собственников <адрес> (том 1 л.д. 162-163, 165-166).

А также актами осмотра от 03 марта 2021 года и от 15 апреля 2021 года <адрес>, которыми зафиксирована протечкам в технологической нише, при осмотре <адрес> доступ к стоякам технологической ниши закрыт гипсокартоном, при снятии которого обнаружен дефект канализационной крестовины – окутан негерметично резиной. Стояк КНС находится в аварийном состоянии. Причина залива – течь крестовика в <адрес>, требуется замена стояка и крестовины; работы назначены на 16 апреля 2021 года (том 1 л.д. 231, 233).

Актом осмотра <адрес> в <адрес> от 16 апреля 2021 года, составленным представителем ОАО «Управляющая компания», 16 апреля 2021 года произведена замена стояков КНС и крестовины. При проверке стояка на предмет протечек обнаружено нарушение герметичности входного крана ГВС и отвода на стиральную машину (том 1 л.д. 235).

С учетом возражений ответчика ФИО3 относительно причин залива, с целью определения причины залития судом была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено ИП ФИО12 (том 1 л.д. 218-223).

Экспертом в заключении № 0419/2021 от 02 июня 2021 года с учетом местоположения следов протечек в <адрес>, расположенной на втором этаже <адрес> в <адрес>, а также того факта, что в <адрес>, расположенной в <адрес> в <адрес>, следов протечек не обнаружено, а в <адрес>, расположенной в <адрес> в <адрес>, в результате осмотра произведенного в январе 2021 года были выявлены неоднократные и застарелые следы протечек, пришел к выводу о том, что причиной залива <адрес>, расположенной на втором этаже <адрес> в <адрес>, произошедшего 10 августа 2020 года, является проникновение воды из вышерасположенной <адрес> (3 этаж), в следствии залива <адрес> водой из вышерасположенной <адрес> (4 этаж).

При этом установить конкретную причину, по которой 10 августа 2020 года произошел залив <адрес> (3 этаж) из вышерасположенной <адрес> (4 этаж), не представляется возможным.

Вместе с тем, эксперт пришел к выводу о том, что залив <адрес> в <адрес> из вышерасположенных квартир, при отсутствии видимой течи в <адрес>, возможен, поскольку в ванной комнате <адрес>, находящейся на третьем этаже, поверхность потолка и стен обшита пластиковыми панелями, которые скрывают видимую течь по поверхности потолка и стен (том 1 л.д. 240-250, том 2 л.д. 1-16).

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении», судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ (п.7).

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертом, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы.

Проанализировав содержание экспертного заключения, суд приходит к выводу, что вышеуказанное экспертное заключение соответствует критериям относимости, допустимости и достоверности, отвечает требованиям, установленным статьей 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, лично не заинтересован в исходе дела, имеет образование в соответствующей области знаний и стаж экспертной работы.

Оснований не доверять указанным выводам эксперта суд не находит, поскольку никаких доказательств, опровергающих выводы эксперта, участвующими в деле лицами не представлено.

Эксперт использовал в экспертизе дополнительные акты осмотра, выполненные 03 марта 2021 года и 15 апреля 2021 года с фототаблицей, запрос об использовании которых был сделан экспертом на основании и в порядке, установленным частью 2 статьи 17 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ и частью 3 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми эксперт имеет право просить суд о предоставлении ему дополнительных материалов и документов для исследования необходимых для дачи заключения. Такое разрешение экспертом получено определением от 29 апреля 2021 года (том 1 л.д. 236-238).

Таким образом, материалами дела и данными заключения судебной строительно-технической экспертизы подтверждается, что причина залива <адрес>, расположенной на втором этаже <адрес> в <адрес>, произошедшего 10 августа 2020 года, является проникновение воды из вышерасположенной <адрес> (3 этаж), вследствие залива <адрес> водой из вышерасположенной <адрес> (4 этаж), собственниками которой являются третьи лица ФИО16 При этом залите <адрес> в <адрес> из вышерасположенных квартир возможно и при отсутствии видимой течи в <адрес>.

В соответствии с пунктом 6 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 января 2006 г. № 25, пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в жилом помещении граждан и соседей.

По смыслу приведенных выше норм права, ответственность по содержанию жилого помещения в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов соседей лежит на собственнике данного помещения.

Лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно при установлении совокупности следующих условий: доказанности наличия убытков и их размера; противоправности поведения причинителя вреда; наличия причинно-следственной связи между его противоправным поведением и возникшими убытками.

Недоказанность одного из перечисленных условий влечет за собой невозможность привлечения к имущественной ответственности в виде взыскания убытков.

Доводы истца ФИО2 о том, что залив принадлежащей ей квартиры № 42, расположенной на втором этаже дома № 8 по ул. Первая Линия в г. Кингисеппе Ленинградской области, произошедший 10 августа 2020 года, из-за халатности собственников вышерасположенной <адрес> ответчиков ФИО13 и ФИО7 не нашли свое подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Поскольку вышеуказанная совокупность условий для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков доказана не была, то правовых оснований для возложения на ответчиков ФИО13 и ФИО7 ответственности за ущерб, причиненный истцу ФИО2 в результате залива квартиры, имевшего место 10 августа 2020 года, не имеется.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о возложении ответственности за залив квартиры на ответчиков ФИО13 и ФИО7.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., заявленные в связи причинением вреда его имуществу, необходимо учесть следующее.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В целях обеспечения правильного и единообразного применения законодательства, регулирующего компенсацию морального вреда, Пленумом Верховного Суда РФ вынесено Постановление от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»

В соответствии с пунктом 2 указанного Постановления ВС РФ от 20 декабря 1994 года, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, моральный вред подлежит компенсации, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина, либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага. При этом моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе.

Разъяснения об основаниях компенсации морального вреда содержатся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», согласно которому суду при разрешении спора необходимо выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений. Суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим.

Таким образом, лицо, требующее возмещения морального вреда, должно доказать факт его причинения, противоправный характер действий ответчика, размер вреда, а также причинную связь между причинением вреда и действиями ответчика. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности, влечет отказ в удовлетворении иска.

Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства наличия причинной связи между действиями ответчиков ФИО13, ФИО7 и ухудшением состояния здоровья истца ФИО14

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушение указанных выше норм истцом ФИО14 не представлено каких-либо доказательств своих требований, исходя из которых можно сделать вывод о причинении ей морального вреда, незаконных действий (бездействия) ответчиков, наличия причинной связи между действиями и моральным вредом, а также вины ответчиков. При этом, вина ответчиков не может предполагаться, допускаться, она должна быть установлена и не может подменяться незаконностью действий.

Действующее законодательство не предусматривает возможность компенсации морального вреда для граждан в случае нарушения их имущественных прав в результате залива квартиры, доказательств, подтверждающих нарушение ответчиками личных неимущественных прав истца либо совершение ответчиками иных действий, посягающих на принадлежащие истцу нематериальные блага, суду не представлено, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся: расходы на оплату услуг представителя, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку в удовлетворении иска ФИО2 отказано в полном объеме, то оснований для возмещения судебных расходов, в соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3, ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного в результате залива квартиры, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд Ленинградской области.

Мотивированное решение составлено 21 июня 2021 года.

Судья: Дунькина Е.Н.