Апелляционное определение № 33-313/2026 33-3484/2025 от 25 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

дело № 2-1019/2025

судья Алсагаева Е.К.

дело № 33-313/2026 поступило 26 декабря 2025г.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 января 2026г. г. Улан-Удэ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Холонгуевой О.Р.,

судей коллегии Базарова В.Н., Калмыковой С.С.,

при секретаре Доржиевой А.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору оказания возмездных услуг,

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО3 на решение Заиграевского районного суда Республики Бурятия от 20 октября 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Холонгуевой О.Р., проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

обращаясь в суд, представитель ФИО4, действующий в интересах ИП ФИО1, просил взыскать с ФИО2 денежную сумму в размере 1 023 002 руб. 50 коп.

Исковые требования мотивированы тем, что 23.05.2025г. между сторонами был заключен договор оказания возмездных консультационных услуг, по условиям которого предусматривалась оплата исполнителю в случае принятия банком положительного решения о выдаче кредите в размере 25% от суммы одобренного кредита.

Исполнителем ФИО1 были оказаны услуги, направлялись заявки, и в результате проделанной работы ФИО2 были получены кредиты в Сбербанке в сумме 2 921 010 руб., в АО «ОТП Банк» - 650 тыс. руб., в ПАО «Совкомбанк» - 641 тыс. руб., всего 4 212 010 руб.

Ответчиком должна быть произведена оплата в сумме 1 053 002 руб. 50 коп., однако ею перечислено только 30 тыс. руб. В этой связи с ФИО2 подлежит взысканию оставшаяся сумма 1 023 002 руб. 50 коп.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 настаивал на удовлетворении иска, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении. Пояснил, что истцом ответчику фактически оказаны брокерские услуги; заключая договор, ответчик был согласен со всеми его условиями, понимал, что должен оплатить вознаграждение в размере 25 % от суммы полученного кредита.

Истец в суд не явился.

Ответчик ФИО2 иск не признала, пояснив, что, намереваясь оформить кредит, в Интернете увидела рекламное объявление об оказании помощи при составлении заявки на получение кредита. Написала по указанной ссылке, договорились, что грамотно составят заявки на получение кредита, цена договора оговорена в размере 30 000 руб., указанную сумму она оплатила 23.06.2025.

Представитель ответчика ФИО5 исковые требования не признал, ссылаясь на нормы законодательства, регулирующего вопросы заключения договоров и возмездных договоров. Пояснил, что фактически указанные в договоре услуги истцом не были оказаны, анкету-приложение № ... ответчик не заполняла, ИП ФИО1 ответчик ни разу не видела, от него консультаций не получала. Ответчику по мессенджеру один раз звонил человек, представившийся брокером, и сказал, как ей направить в банк заявки на кредиты. Все заявки ответчик направила самостоятельно. Оплата услуг на сумму 30 000 руб. является разумной, соответствует балансу интересов сторон, учитывая, что ответчик при заключении договора с истцом, определившим размер оплаты, являлась экономически более слабой стороной.

Районный суд постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО3, ссылаясь на ранее изложенную по делу позицию, просит решение суда отменить и вынести новое решение.

В суд апелляционной инстанции истец, его представитель не явились.

Ответчик ФИО2, ее представитель ФИО5 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, выслушав названных лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.

Из документов следует, что 23.05.2025г. между ИП ФИО1 (исполнителем) и ФИО2 (заказчиком) заключен договор на оказание возмездных консультационных услуг № ....

В соответствии с договором исполнитель обязался оказать ФИО2 консультационные услуги, направленные на получение заказчиком одобрения (решения) кредитной организации или частного займодавца заявки заказчика на получение кредита, а заказчик обязался оплатить оказанные услуги в соответствии с условиями договора.

Согласно пункта 2 договора, исполнитель обязался: по требованию заказчика оказывать устные консультации по общим вопросам кредитования в Банках-партнерах исполнителя; в соответствии с параметрами, установленными в Анкете-Приложении № ... к настоящему договору, осуществить в интересах заказчика поиск банка, предоставляющего кредиты; оказать консультативную помощь заказчику по вопросу переговоров с банком об условиях предоставления кредита; оказать консультативную помощь заказчику при сборе документов, оформления и подачи заявки на кредит в банк; осуществлять контроль и устно информировать заказчика об этапах принятия банком решения по заявке на кредит.

ФИО2 были получены кредиты в Сбербанке в сумме 2 921 010 руб., в АО «ОТП Банк» - 650 тыс. руб., в ПАО «Совкомбанк» - 641 тыс. руб.

23.06.2025г. ФИО2 оплатила истцу 30 тыс. руб.

Руководствуясь ст. 422, 424, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства, суд первой инстанции посчитал, что истцом не представлены какие-либо бесспорные доказательства того, что именно в результате действий, совершенных им во исполнение условий п. 2 возмездного договора, ответчиком оформлены кредитные договоры в банках.

Договор оказания возмездных консультационных услуг от 23.05.2025г. № ..., заключенный между ИП ФИО1 и ФИО2, не содержит положений, позволяющих ясно и недвусмысленно определить результат оказания исполнителем консультационных услуг, которым обусловлена выплата (размер выплаты) вознаграждения.

При этом районный суд учел позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 23.01.2007г. за № 1-П, о том, что требование исполнителя о выплате вознаграждения, если данное требование истец обосновывает условием договора, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда или государственного органа, которое будет принято в будущем, не подлежит удовлетворению. В этом случае размер вознаграждения должен определяться в порядке, предусмотренном статьей 424 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом фактически совершенных исполнителем действий.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Судебная коллегия, исходя из имеющихся в деле доказательств, не усматривает причин не согласиться с выводами районного суда.

Так, согласно ч.1 ст. 779 Гражданского кодекса, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Частью 1 ст. 781 Гражданского кодекса предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Однако в настоящем случае ИП ФИО1 не доказано, что услуги, перечисленные в договоре № ..., им были оказаны в полном объеме. Направленные стороной истца документы данный вывод не опровергают.

При этом по смыслу закона предполагается, что размер вознаграждения исполнителя должен быть адекватен виду оказываемых услуг, их объему, сложности.

И к возникшему спору (по аналогии) применима позиция, изложенная Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 23.01.2007г. № 1-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 779 и пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью "Агентство корпоративной безопасности" и гражданина М.».

В нем указано, что реализация гражданских прав и обязанностей по поводу оказания правовых услуг не может предопределять конкретные решения и действия органов государственной власти и должностных лиц. В силу конституционных принципов и норм, в частности принципов свободы договора, доступности правосудия, независимости и самостоятельности судебной власти, состязательности и равноправия сторон, предполагается, что стороны в договоре об оказании правовых услуг, будучи вправе в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и т.д.), не могут, однако, обусловливать выплату вознаграждения принятием конкретного судебного решения.

Включение же в текст договора о возмездном оказании правовых услуг условия о выплате вознаграждения в зависимости от самого факта принятия положительного для истца решения суда расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающими свободу сторон в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству (пункт 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку в данном случае это означает введение иного, не предусмотренного законом, предмета договора. Кроме того, в этом случае не учитывается, что по смыслу пункта 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации плата по договору за оказание правовых услуг, как и по всякому возмездному договору, производится за исполнение своих обязанностей.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 6.04.2023г. № 749-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки К. на нарушение ее конституционных прав отдельными положениями статей 1, 128, 779 и 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статей 94, 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» указал, что правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, выраженная в постановлении от 23 января 2007 года N 1-П, даже с учетом допущения вследствие произошедшего изменения законодательства установления соглашением между представителем и доверителем (заказчиком) условия о вознаграждении представителя, обусловленном положительным результатом разрешения дела, продолжает иметь ориентирующее значение в части решения вопроса о не включении издержек в виде такого вознаграждения представителя, обусловленного положительным результатом разрешения дела, в состав судебных расходов, подлежащих взысканию с проигравшей судебный спор стороны.

Условие об оплате услуг ФИО1, по сути, является условием о выплате «гонорара успеха» в том смысле, который придается данному понятию, указанному в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.01.2007г. № 1-П, поскольку выплата вознаграждения исполнителю по договору была поставлена в зависимость от результата решения, принятого банком (банками), которое будет принято в будущем, а не от фактически совершенных исполнителем действий.

И такое условие, противоречащее положениям ст. 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, во внимание принято быть не может. Поэтому следует исходить из фактически выполненной истцом работы, оплата которой была произведена ФИО2 в сумме 30 тыс. руб. Данная сумма отвечает принципу разумности и обычаям делового оборота по оплате консультационных услуг.

Исходя из вышеизложенного, судебная коллегия полагает, что требования истца о взыскании вознаграждения в сумме 1 023 002 руб. районным судом обоснованно были оставлены без удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы, выражающие несогласие с выводами суда, иную позицию по делу, судебной коллегией отклоняются.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу о законности ныне обжалуемого решения, и об отсутствии оснований для его отмены.

Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Заиграевского районного суда Республики Бурятия от 20 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

председательствующий:

судьи коллегии:

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 3-х месяцев в 8-й кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Кемерово, с подачей кассационной жалобы через Заиграевский районный суд Республики Бурятия.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27.01.2026г.