Приговор № 1-13/2018 от 4 июля 2018 г. по делу № 1-13/2018

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2018 года г. Благовещенск

Благовещенский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Ждановича Д.В.,

при секретаре судебного заседания Молочевой А.С.,

с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора Благовещенского гарнизона старшего лейтенанта юстиции ФИО1,

подсудимого ФИО2,

его защитника – адвоката Воронова А.Г.,

потерпевшей ФИО3,

её представителя ФИО4,

в открытом судебном заседании, в помещении суда,

рассмотрев уголовное дело в отношении военнослужащего военной комендатуры (гарнизона, 2 разряда) (г. Благовещенск) капитана

ФИО5 ФИО25, родившегосяДД.ММ.ГГГГ года в г. Благовещенске Амурской области, с высшим профессиональным образованием, неженатого, имеющего на иждивении двоих малолетних детей 2009 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, несудимого, проходящего военную службу по контракту с 01 августа 2001 года,

обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 119 УК РФ, и преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 УК РФ,

установил:

ФИО2 12 августа 2017 года в период с 00 часов 50 минут до 02 часов 15 минут в квартире, расположенной по адресу: <адрес> в ходе словестного конфликта сФИО3, с целью устрашения высказал последней угрозу убийством, направляя при этом ствол имевшегося при нём гражданского огнестрельного оружия карабина «Тигр», № 37488. Поскольку ФИО2 в тот момент был агрессивно настроен и имел при себе огнестрельное оружие, высказанную угрозу потерпевшая восприняла реально.

Он же, ФИО2, 23 декабря 2017 года в период с 00 часов 04 минут до 01 часа 34 минут в этой же квартире умышленно нанёс ФИО3 множественные удары кулаками по голове и туловищу, чем причинил ей тупую травму головы в форме сотрясения головного мозга с кровоподтёками в правой щёчной, нижнечелюстной, в лобной, в глазничных, в скуловых, в правой околоушной, в подбородочной областях, ушных раковин, с внутрикожными кровоизлияниями в левой надбровной области, с поверхностными ранами слизистой оболочки верхней губы, которая повлекла кратковременное расстройство здоровья продолжительностью менее 21 дня, то есть лёгкий вред здоровью.

Непосредственно после причинения потерпевшей телесных повреждений ФИО2 открыл дверь на балкон квартиры, расположенной на восьмом этаже, и, находясь рядом, потребовал от ФИО3 выпрыгнуть, угрожая в противном случае, что сбросит её с балкона сам, то есть высказал угрозу убийством, которую потерпевшая восприняла реально.

Потерпевшей ФИО3 к подсудимому ФИО2 заявлен гражданский иск о взыскании с него в её пользу, с учётом уточнений, компенсации морального вреда в размере 450 000 руб. и материального ущерба в размере 13 463 руб. 20 коп., а всего в сумме 463 463 руб. 20 коп.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину в совершении преступлений при вышеизложенных обстоятельствах и обоснованность заявленных к нему исковых требований не признал и показал, что 11 августа 2017 года около 19 часов 30 минут вернулся домой из командировки. Поскольку ужин не был приготовлен, то он сходил в кафе, а затем, вернувшись домой, лег спать. Однако уснуть он не успел, так как около 01.00 часа домой пришла ФИО3 Она была в возбужденном состоянии, и от неё исходил запах алкоголя. В связи с тем, что Анна отказалась отвечать на его вопросы, между ними произошёл конфликт и он сообщил, что не видит смысла дальнейшего совместного проживания. Решив собрать вещи, первым делом он взял принадлежащее ему оружие «Иж 27» и карабин «Тигр», которое в квартире хранилось в чехлах. Патронов к оружию в квартире не было, и, кроме того, карабин «Тигр» хранился без затвора. Когда он положил оружие в прихожей на круглый коврик, ФИО3 начала истерически кричать, что он решил её убить. Проверив оружие на разреженность, он поставил его в туалет и захлопнул дверь, которую затем не смог открыть. Поскольку между ними продолжалась словестная перепалка, пребывая в стрессовой ситуации, он разбил дверь. В этот момент ФИО3 закрылась в туалете и попросила дать ей телефон для того, чтобы вызвать сотрудников полиции. Выполнив указанную просьбу и продолжив собирать вещи, он услышал, как последняя звонила сотрудникам полиции и заявляла к нему претензии из-за разбитой двери, а также говорила, что якобы он решил всех перестрелять. Поскольку он находился с оружием, то решил позвонить отцу, после приезда которого забрал вещи и ушёл из дома. Выйдя из подъезда, он передал последнему два чехла с оружием. Когда отец положил их в кабину автомобиля, к ним подошли сотрудники полиции. Проверив оружие, один из сотрудников полиции в звании майор лично закрыл дверь в машине, после чего он отошёл за автомобиль. После этого к ним подошлаФИО3, поговорила о чём-то с его отцом и с сотрудниками полиции, а затем вместе с последним ушла. После возвращения Анны примерно через пятнадцать минут сотрудник полиции в звании капитан им сказал, что претензий не имеет, и что они могут ехать. В тот вечер какие-либо угрозы ФИО3 он не высказывал и лично ей оружие не демонстрировал. Через непродолжительное время они с Анной помирились и продолжили вместе жить.

22 декабря 2017 года, вернувшись вечером со службы, он лёг спать, но проснулся от боли в голове. Рядом с ним стояла ФИО3, от которой исходил запах алкоголя, и кричала, а также то ладонями, то кулаками пыталась нанести ему удары. Не понимая, что происходит, спросонья он пропустил удар под глаз. Затем он несколько раз пытался успокоить ФИО3, брал за плечи и тряс её, но в этот момент она укусила его сначала за одну, а через некоторое время и за вторую руку. Осознавая бессмысленность дальнейшего разговора, он оттолкнул ФИО3 и начал одеваться. Когда он зашёл в прихожую, последняя вышла из кухни с ножом, который он попытался выхватить, но получил порез. Когда нож выпал, то он её оттолкнул, и она упала. После этого он закинул нож на шкаф и хотел то же сделать с остальными, оставшимися на кухне, ножами, но поскольку Анна пыталась их выхватить, ему пришлось её ещё раз оттолкнуть. После этого он вышел на балкон и смог позвонить отцу, с которым через некоторое время уехал. Возможно, когда он проснулся, то спросонья ударил ФИО3 или оттолкнул, но потому, что не понимал происходящее. Угроз убийством ФИО3 при данных обстоятельствах он не высказывал и спрыгнуть с балкона не требовал. Часть имеющихся у последней телесных повреждений могла возникнуть в ходе данного конфликта, но не сотрясение головного мозга.

Между тем вина подсудимого ФИО2 подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевшая ФИО3 показала, что примерно с 2015 года проживала совместно с ФИО2 в её квартире по адресу: <адрес>, расположенной на восьмом этаже.В 00 часов 50 минут 12 августа 2017 года после прогулки с подругой ФИО10 она пришла домой. Когда последняя ей позвонила и поинтересовалась, как себя ведёт ФИО2, то он, услышав эти слова, начал вести себя агрессивно. Поскольку ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения и ранее уже проявлял в отношении неё агрессию с применением физического насилия, то она испугалась и закрылась в туалете. Тот начал стучать в дверь, кричать и обзывать её нецензурными словами. Практически сразу ФИО2 начал выбивать дверь, в результате чего пробил в ней отверстие. Через некоторое время ФИО2 взял находящееся в квартире принадлежащее ему ружьё, расчехлил его и положил посередине коридора на круглый коврик, а затем, направляя оружие в область её груди, сказал, что сейчас её убьет. В это же время через отверстие в двери ФИО2 бросил её мобильный телефон «Микромакс», по которому она до 02 часов 15 минут звонила в полицию. После этого последний сказал, что всех, кто зайдет в эту квартиру, будет по одному отстреливать. Когда ФИО2 начал это говорить, с помощью телефона она стала снимать видео и делать фото. Потом она услышала, как ФИО2 позвонил своему отцу и попросил приехать, чтобы помочь вывезти трупы. Во время указанных событий,ФИО2 несколько раз выходил на балкон, и в один из таких моментов она выбежала из туалета, а затем босиком в домашней одежде на улицу, где спряталась в собственном автомобиле до приезда сотрудников полиции и отца ФИО2 Высказанную угрозу убийством она восприняла как реально осуществимую, поскольку при этом он вёл себя агрессивно и в область её груди направлял заряженное, как она думала, оружие. Она понимала, что он может выстрелить, и в тот момент думала о детях, которых больше не увидит. Снятые при данных обстоятельствах видеозапись и фотографии сохранились в приложении телефона, из которого он их извлекла и с использованием сети «Вотсап» отправила сестре и ФИО10. После данного конфликта они с ФИО2 разошлись, но достаточно быстро помирились.

Около полуночи 22 декабря 2017 года она вернулась домой с праздничного мероприятия на работе. Примерно 15 минут ФИО2 не открывал дверь в квартиру, а когда открыл, и она зашла, то увидела у него стеклянный взгляд, какой у него бывает при агрессивном настроении к ней. Осознав предстоящий конфликт, она решила погулять с собакой, но ФИО2 в этот момент предъявил ей претензии по поводу её дневника, в котором про него написано только плохое. Когда она наклонилась, чтобы переобуться, он начал толкать её в стороны, в ходе чего она дважды укусила его сначала за плечо, а потом за запястье. ЗатемФИО2 поднял её и толкнул на кухню, где она ударила его кулаком по лицу, и он начал её избивать. На кухне она стояла спиной к столешнице, а он наносил ей кулаками и ладонями удары по голове, лицу, глазам, в подбородок, в висок, хватал за плечи и душил. Во время избиения, которое продолжалось около часа,ФИО2 нанёс ей около 30 ударов. ФИО2 говорил, что хочет видеть её мёртвой, а затем открыл балкон, стал перед ней и сказал, чтобы она прыгала с балкона, угрожая в обратном случае, что выбросит её с балкона сам. Поскольку в этот момент он направился к ней и все слова говорил с яростью, эмоционально и агрессивно, то данную угрозу она восприняла всерьёз и опасалась её осуществления. Затем ФИО2 позвонил отец, и он ушёл, а она в 01 час 34 минуты вызвала такси, чтобы поехать в травмпункт.

Аналогичные показания, как это усматривается из соответствующего протокола, потерпевшая ФИО3 давала и при проверке их на месте, в ходе которой подробно рассказали и показала, в том числе с помощью манекена, обстоятельства, механизм и локализацию применённого подсудимым к ней физического насилия, а также обстоятельства высказанной дважды в её адрес угрозы убийством. Из этого же протокола видно, что выход на балкон квартиры потерпевшей осуществляется из кухни.

Показания о точном времени прибытия домой 12 августа и 22 декабря 2017 года, а также о времени вызова сотрудников полиции и службы такси потерпевшая давала в ходе дознания 02 апреля 2018 года при осмотре с её участием информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, представленной ПАО «Мегафон» на основании судебного рушения.

Объективно вышеизложенные показания потерпевшей о механизме и объёме применённого к ней ФИО2 физического насилия подтверждаются заключением комиссии судебно-медицинских экспертов от 19 марта 2018 года№ 52, согласно которому у потерпевшей при её обращении за медицинской помощью имелись: тупая травма головы в форме сотрясения головного мозга с кровоподтёками в правой щёчной, нижнечелюстной, в лобной, в глазничных, в скуловых, в правой околоушной, в подбородочной областях, ушных раковин, с внутрикожными кровоизлияниями в левой надбровной области, с поверхностными ранами слизистой оболочки верхней губы, которая привела к кратковременному расстройству здоровья продолжительностью менее 21 дня, и поэтому расценивается как повреждение, причинившее лёгкий вред здоровью человека, а также повреждения шеи, груди, туловища и конечностей, не причинившие вреда здоровью. Тупая травма головы в форме сотрясения головного мозга с кровоподтёками и ссадинами мягких тканей у ФИО3 образовалась от действия твёрдого тупого предмета, о чём свидетельствует вид повреждений. Видом травмирующего воздействия при образовании данной травмы явился удар. Все повреждения в области головы потерпевшей образовались от 12 травмирующих воздействий. Окончательный объём тупой травмы головы в форме сотрясения головного мозга, которая могла образоваться в период 22 – 23 декабря 2017 года, сформировался в результате совокупности всех травмирующих воздействий в область головы.

Показания потерпевшей об обстоятельствах произведения ею фото- и видесъёмки 12 августа 2017 года, когда ФИО2 угрожал ей убийством с использованием оружия, подтверждаются содержанием данной видеозаписи, изъятой у ФИО3 в ходе выемки 26 января 2018 года. В результате исследования соответствующих файлов по индивидуальным признакам помещения (расположение комнат, рисунок обоев и линолеума на полу) путём сопоставления их содержания с фототаблицами, приобщёнными к протоколу проверки показаний ФИО3 на месте и протоколу осмотра места происшествия (квартиры) от 23 декабря 2017 года, судом установлено, что съёмка производилась в квартире потерпевшей. Все видеозаписи произведены через отверстие в пробитой деревянной двери. На видеозаписи «VID-20180126-WA0001» видно, как в квартире потерпевшей ФИО2, прижав плечом к левому уху телефон, правой рукой взводит затворную раму оружия, которое держит в левой руке, а затем уходит в другую комнату. Далее потерпевшая ФИО3 подавленным голосом комментирует происходящее: «Оружие достал, зарядил, на балкон пошёл. Отцу позвонил, говорит, что нужно, чтобы кто-то вывез тело». Подсудимый ФИО2 в суде показал, что на данной записи зафиксирован фрагмент, когда он проверял оружие на разряженность. На видеозаписи «VID-20180126-WA0004» зафиксирован подсудимый ФИО2, который через указанное выше отверстие в двери протягивает руку с часами, показывающими время около 01 часа 45 минут. На видеозаписи «VID-20180126-WA0007» слышно, как подсудимый ФИО2 говорит: «Хотел бы я тебя достать, я б тебя уже достал. Сейчас за нами придут, наряд, и застрелят».

По заключению комиссии экспертов от 10 апреля 2018 года № 385, проводивших амбулаторную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу ФИО3, каким-либо расстройством она не страдала и не страдает. По своему психическому состоянию могла понимать агрессивный характер и значение совершаемых в отношении неё действий и оказывать сопротивление. У последней не обнаруживается таких нарушений внимания, восприятия, памяти и мышления, а также индивидуально – психологических особенностей, которые лишали бы её способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. Склонности к патологическому фантазированию не выявлено.

Свидетель ФИО6, отец потерпевшей, показал, что 23 декабря 2017 года ему позвонил её начальник ФИО7 и сообщил, что ФИО3 сильно избил ФИО2 Приехав к дочери, он увидел у неё множественные телесные повреждения, которые с её слов причинил ФИО2 у них дома. Также со слов Анны ему известно, что после избиения ФИО2 угрожал ей убийством и хотел сбросить её с балкона. Помимо этого, старшая дочь ФИО8 направила ему на телефон видео, на котором ФИО2 перезаряжал подаренный отцом карабин Тигр. Со слов дочери, на данном видео зафиксированы обстоятельства, при которых ФИО2 в августе 2017 года также угрожал ей убийством.

Показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО6, дали свидетели ФИО9 и ФИО8 Последняя, кроме того, показала, что названную выше видеозапись потерпевшая отправила ей на телефон с использованием программы «Вотсап».

Из показаний свидетеля ФИО10, данных ею в ходе предварительного расследования и оглашенных в суде, следует, что ФИО3 ей приходится близкой подругой. 11 августа 2017 года в вечернее время в ходе их сФИО3 встречи последней позвонил ФИО2 По испуганному виду ФИО3 в ходе разговора было видно, что она сильно нервничала. На её вопрос последняя сообщила, что ФИО2 находится в состоянии алкогольного опьянения и устраивает ей скандал, а также, что она боится идти домой, поскольку он может её избить. Около 23.00 часов они разъехались по домам, и примерно через час она позвонила ФИО3 узнать как дела. Та в свою очередь сообщила, что ФИО2 находится в состоянии алкогольного опьянения и оскорбляет её. Утром она вновь позвонила ФИО3, и та рассказала, что ФИО2 устроил ей скандал и говорил, что убьёт её. Испугавшись,ФИО3 закрылась в туалете, но ФИО2 пробил в двери кулаками отверстие. При этом он продолжал говорить, что убьёт её, достал своё ружье, которое перезаряжал, направлял в Анну и говорил, что её застрелит. Последняя также рассказала, что очень испугалась за свою жизнь и думала, что он её всё же убьёт. Также она сообщила, что происходящие события частично сняла на мобильный телефон. Указанную видеозапись ФИО3 прислала ей с помощью программы «Вотсап». Помимо этого от Анны ей известно, чтопосле её возвращения с новогоднего мероприятия домой около 23.00 часов22 декабря 2017 года ФИО2 на протяжении часа избивал её, а также угрожал убийством и требовал выброситься с балкона, заявляя при этом, что в обратном случае выбросит её сам.

Свидетель ФИО11 показал, что с ноября 2016 года по декабрь 2017 года являлся участковым уполномоченным МО МВД России «Благовещенский». 12 августа 2017 года около 02.00 часов, когда он находился на суточном дежурстве, оперативный дежурный направил его с экипажем патрульно-постовой службы на вызов по адресу: ул. Ингатьевское <...>, где произошел бытовой конфликт. По прибытии на место стороны конфликта ФИО3 и ФИО2 находились на улице. Там же находился и отец последнего. Сотрудники ППС остались на улице с ФИО2, а он с ФИО3 поднялся в её квартиру, где она показала ему пробитую ФИО2 дверь в туалет, а затем сообщила, что писать по данному факту заявление не желает, поскольку опасается проблем по службе. В дальнейшем по данному сообщению он вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Свидетель ФИО12 показал, что ранее служил в должности полицейского-водителя патрульно-постовой службы МО МВД России «Благовещенский».12 августа 2017 года он находился на дежурстве в составе экипажа, старшим которого являлся инспектор ФИО13. В состав экипажа также входил стажёр Полонец. Около 02.00 часов, когда они совместно с дежурным участковым уполномоченным находились на вызове, оперативный дежурный передал им сообщение ФИО3 о том, что по месту её жительства скандалит муж ФИО2 Дежурный также сообщил, что последний является владельцем оружия, в связи с чем ФИО13 принял решение надеть бронежилеты. По прибытии на данный вызов они встретили на улице ФИО2 и ФИО3, а также ещё одного мужчину. Затем ФИО3 вместе с участковым поднялись в квартиру, а по возвращении последний сообщил ФИО2, что он может быть свободен.

Свидетель ФИО14 показала, что является сослуживицейФИО3, но службу они проходят в разных отделах. С 18.00 часов 21 или22 декабря, точную дату она не помнит, у них проходило коллективное праздничное мероприятие в кафе «Восточный остров». ФИО3 сидела за столом напротив неё и около 23.00 часов сообщила, что ей необходимо уйти, в связи с чем самой первой убыла с данного мероприятия. Какие-либо телесные повреждения у ФИО3 отсутствовали, вела она себя адекватно.

Из копий разрешений РОХа №№ 12513308 и 13462403 следует, что подсудимый ФИО2 является владельцем двух единиц охотничьего огнестрельного оружия – ружья ИЖ-27, № 8604122, и карабина Тигр, № 37488, которые у него изъяты 29 января 2018 года в ходе обыска.

Согласно заключению эксперта от 19 марта 2018 года № 117, проводившего баллистическую судебную экспертизу, указанный выше карабин Тигр исправен и пригоден для систематической стрельбы патронами.

В ходе осмотра судом этого же карабина участвующий при этом специалист ФИО15 разъяснил и продемонстрировал, что затвор является одной из частей данного оружия, без которой его эксплуатация невозможна. Затвор находится внутри затворной рамы, с помощью которой осуществляется боевой взвод оружия. Наличие или отсутствие затвора в карабине возможно определить только путём разбора оружия.

После просмотра видеозаписи «VID-20180126-WA0001», на которой, как следует из показаний ФИО2, он проверял разряженность оружия, специалист ФИО15 сообщил суду, что в данной ситуации происходит взвод затвора и, вероятно, спуск.

По изложенным в заключении от 27 марта 2018 года № 13 выводам экспертов. проводивших амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу ФИО2, в период совершения инкриминируемых ему деяний и в настоящее время хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики он не страдал и не страдает. У него не отмечалось признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, его действия в указанный период были последовательными, целенаправленными и достаточно сложно организованными, не были обусловлены и не сопровождались какой-либо психологической симптоматикой. Может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Сопоставив приведённые выводы экспертов с исследованными по уголовному делу доказательствами и поведением подсудимого суд находит их достоверными, поскольку они полны и даны экспертами со значительным стажем работы по специальности, а поэтому, соглашаясь с ними, признаёт ФИО2 вменяемым.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, не вызывающих у суда сомнений в своей допустимости и достоверности, достаточна для обоснования вывода о виновности подсудимого ФИО2 в содеянном им.

Таким образом, поскольку ФИО2 при изложенных в описательной части приговора обстоятельствах 12 августа и 23 декабря 2017 года дважды угрожал потерпевшей ФИО3 убийством, что для последней в каждом случае являлось реальным, суд содеянное им квалифицирует по части 1 статьи 119 УК РФ как два самостоятельных преступления.

Действия ФИО2, который 23 декабря 2017 года при вышеизложенных обстоятельствах умышленно причинил потерпевшей ФИО3 лёгкий вред здоровью, вызвавший его кратковременное расстройство продолжительностью менее 21 дня, суд квалифицирует по части 1 статьи 115 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08 декабря 2003 года № 162-ФЗ).

Признавая подсудимого дважды виновным в угрозе убийством потерпевшей, с учётом фактических обстоятельств уголовного дела суд считает доказанным не только то, что у ФИО3 имелись все основания опасаться осуществления этих угроз, но и то, что ФИО2 намеренно их высказывал для устрашения последней, желая добиться, чтобы она начала опасаться их воплощения.

В каждом случае доказательствами этому служат особо агрессивные действия ФИО2 По эпизоду от 12 августа 2017 года об этом свидетельствует пробитое им отверстие в двери туалета, зафиксированные на видеозаписи действия подсудимого с карабином, которые он производил на виду у потерпевшей, и крайне подавленное состояние последней. По второму эпизоду это подтверждается объёмом насилия, которое подсудимый применил к ФИО3 до высказывания угрозы сбросить её с балкона, расположенного на восьмом этаже.

Анализируя в совокупности положенные в основу приговора показания потерпевшей ФИО3, данные ею в ходе дознания и в суде, суд отмечает, что они последовательны, не противоречат друг другу и в соответствии с другими доказательствами по уголовному делу устанавливают одни и те же обстоятельства. По этим основаниям суд приходит к выводу, что у ФИО3 нет объективных причин оговаривать подсудимого.

В свою очередь показания ФИО2 о том, что вменяемые ему преступления он не совершал, суд отвергает как несоответствующие действительности и фактическим обстоятельствам уголовного дела и расценивает их как избранный подсудимым способ своей защиты, направленный на уклонение от уголовной ответственности за содеянное. При этом суд отмечает, что показания подсудимого в части, касающейся его действий с оружием, являются противоречивыми.

Так, в суде ФИО2 сначала показал, что в ходе конфликта 12 августа 2017 года он поставил оружие в туалет, после чего выбил дверь, чтобы его забрать, и только потом ФИО3 закрылась в туалете. Далее на вопросы государственного обвинителя подсудимый сообщил, что изначально положил оружие на круглый коврик на входе, что зафиксировано на видеозаписи, потом проверил оружие на разреженность, а когда начался словесный конфликт, то решил его закрыть в туалете. Однако далее подсудимый показал, что потерпевшая закрылась в туалете в момент, когда он достал оружие и положил на коврик.

Приведённые показания подсудимого противоречат содержанию исследованной судом видеозаписи, на которой он взводит затвор карабина. Поскольку данную видеозапись потерпевшая производила через пробитое отверстие в двери туалета, что на ней прямо видно, ФИО2 объективно был лишён возможности сделать это до того, как потерпевшая закрылась в туалете.

Кроме того, подсудимый показал, что во избежание несчастного случая карабин хранился без затвора. Специалист ФИО15 сообщил суду, что при отсутствии затвора выстрел не может быть произведён. Соответственно, суд приходит к выводу, что необходимости проверять, заряжено ли оружие, уФИО2 фактически не было.

Данные обстоятельства приводят суд к убеждению, что действия с оружием подсудимым производились только для того, чтобы заставить потерпевшую воспринимать угрозу убийством реально. По этой причине у суда нет оснований сомневаться в показаниях последней о том, что ФИО2 в ходе угрозы убийством направлял в её сторону оружие.

Вместе с тем, суд отмечает, что само по себе наличие или отсутствие затвора у карабина ФИО2 не влияет на вывод о его виновности, так как для потерпевшей это не могло являться очевидным. Помимо этого, по мнению суда, в сложившейся стрессовой ситуации потерпевшая действительно не могла определить, какое оружие находится в руках ФИО16 и какие конкретно действия он с ним производит. Об этом свидетельствует то, что и специалист ФИО15 при просмотре соответствующей видеозаписи в суде не смог с полной уверенностью определить, что последний делает после взвода затвора – спуск или ставит оружие на предохранитель.

С учётом этого суд отвергает как несостоятельные доводы защитника о недоказанности прямого умысла в действиях подсудимого и том, что потерпевшая, являясь сотрудником полиции, не смогла назвать, каким оружием ФИО2 ей угрожал.

Что касается того, что потерпевшая об угрозе убийством в августе 2017 года правоохранительным органам сообщила спустя продолжительное время, то данное обстоятельство её показания о наличии такой угрозы не опровергает.

Утверждение защитника, что 23 декабря 2017 года ФИО3 могла ошибочно расценить слова подсудимого как угрозу убийством, опровергается соответствующими показаниями потерпевшей.

В связи с тем, что угроза убийством отнесена уголовным законом к преступлениям с формальным составом и считается оконченным в момент высказывания угрозы, для квалификации соответствующих действийФИО2 не имеет значения, вопреки мнению стороны защиты, то, что он с потерпевшей вскоре помирился после высказывания данной угрозы в августе 2017 года.

Оценивая заявление стороны защиты о недопустимости в качестве доказательства изъятого у потерпевшей диска с видеозаписями, суд исходит из того, что каких-либо нарушений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при его получении не допущено, в связи с чем основания для признания его таковым отсутствуют. Как показала потерпевшая, видеозаписи у неё сохранились в сети «Интернет», откуда она их скопировала на компьютер, а затем записала на диск, который у неё и изъял в ходе выемки следователь. Повода сомневаться в достоверности содержания видеозаписей у суда нет, поскольку подсудимый зафиксированные на них обстоятельства подтвердил.

Рассматривая версию стороны защиты о наличии в действиях подсудимого по обвинению в причинении лёгкого вреда здоровью признаков необходимой обороны, суд не находит оснований с ней согласиться, поскольку неотменённым постановлением следователя следственного отдела по городу Благовещенску следственного управления следственного комитета Российской Федерации от26 марта 2018 года указанные выше признаки установлены в действиях потерпевшей, которая заявленные ФИО2 телесные повреждения причинила в состоянии необходимой обороны, то есть защищаясь от его общественно-опасного посягательства.

Проверялись в ходе дознания и показания подсудимого о нападении ФИО3 на него с ножом. В ходе осмотра места происшествия 28 декабря 2017 года на шкафах в квартире потерпевшей ножей либо следов от них не обнаружено, как не выявлено и нарушения целостности слоя пыли от каких-либо предметов.

Что касается противоречий в выводах судебно-медицинских экспертов в отношении причинённых ФИО3 телесных повреждений, то они полностью устранены в результате проведённой по уголовному делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы, заключение которой судом положено в основу приговора. При этом совокупный анализ представленных стороной обвинения заключений экспертов позволяет суду сделать вывод, что каждая последующая экспертиза по существу лишь дополняла выводы предыдущих экспертов.

У суда нет оснований сомневаться в выводах комиссии судебно-медицинских экспертов о том, что видом травмирующего воздействия при образовании у потерпевшей тупой травмы головы в форме сотрясения головного мозга с кровоподтёками и ссадинами мягких тканей явился удар твёрдым тупым предметом, а не о таковые, как об этом заявил защитник.

Эти же эксперты установили, что окончательный объём тупой травмы головы в форме сотрясения головного мозга у ФИО3 сформировался в результате совокупности всех двенадцати травмирующих воздействий в область головы, поэтому доводы стороны защиты о неразграничении таких воздействий являются беспредметными.

Данным заключением в совокупности с показаниями ФИО3 опровергаются и показания подсудимого в суде о том, что травму потерпевшая могла получить от его, не более трёх, толчков.

Определяя подсудимому ФИО2 меру наказания за преступления, совершённые 23 декабря 2017 года, и назначая его по правилам части 1 статьи 62 УК РФ, военный суд смягчающим его обстоятельством по каждому из них признаёт наличие у него малолетних детей.

Такое же смягчающее обстоятельство суд признаёт и по эпизоду от12 августа 2017 года, но, наряду с этим, обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, суд признаёт совершение преступления с использованием оружия.

Помимо этого по каждому эпизоду противоправной деятельностиФИО2 суд учитывает влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, что он ранее к уголовной ответственности не привлекался, характеризуется положительно, имеет ведомственные награды.

Изложенное позволяет суду за преступления, предусмотренные частью 1 статьи 119 УК РФ, назначить подсудимому наказание в виде обязательных работ.

Вместе с тем, учитывая характер и степень общественной опасности совершённого подсудимым преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 УК РФ, а также объём применённого им к потерпевшей физического насилия, суд приходит к выводу, что исправление ФИО2 и предупреждение совершения им новых преступлений возможно путём назначения ему за данное преступление такого же вида наказания. По мнению суда, предусмотренный санкцией части 1 статьи 115 УК РФ более мягкий вид наказания в виде штрафа достигнуть целей наказания в отношении подсудимого не позволит.

Избранную в отношении подсудимого меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу необходимо оставить без изменения.

Поскольку каждое из совершённых ФИО2 преступлений законом отнесено к категории небольшой тяжести, оснований для рассмотрения вопроса об изменении их категории не имеется.

Разрешая иск потерпевшей ФИО3 к подсудимому о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что его обоснованность по каждому из эпизодов преступной деятельности полностью нашла своё подтверждение приведёнными выше доказательствами.

В то же время суд находит сумму заявленного иска в указанной части завышенной, в связи с чем, учитывая конкретные фактические обстоятельства уголовного дела, позволяющие оценить характер причинённых гражданскому истцу физических и нравственных страданий в ходе причинения ей телесных повреждений и высказывания угроз убийством, считает необходимым иск удовлетворить частично.

На основании изложенного военный суд, в силу статей 151, 1099, 1101 ГК РФ, исходя из требований разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с подсудимого ФИО2 в пользу ФИО3 100000 руб., отказав в удовлетворении иска в части суммы, превышающей указанную.

Принимая решение по иску потерпевшей к подсудимому о взыскании с него материального ущерба, выраженного в понесённых затратах на лечение после применения физического насилия, суд исходит из того, что для разрешения гражданского иска необходимо произвести дополнительные расчёты, связанные в том числе с исследованием доказательств целесообразности тех или иных медицинских процедур, что без отложения судебного разбирательства сделать невозможно. В связи с этим суд признаёт за истцом право на удовлетворение гражданского иска и передаёт вопрос о размере возмещения иска в указанной части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая, что преступление, предусмотренное частью 1 статьи 119 УК РФ, 12 августа 2017 года подсудимым ФИО2 совершено с использованием орудия – гражданского огнестрельного оружия карабина Тигр, № 37488, который находится в его собственности и признан вещественным доказательством по уголовному делу, на основании пункта 1 части 3 статьи 81 УПК РФ и пункта «г» части 1 статьи 104.1 УК РФ суд полагает необходимым его конфисковать.

В соответствии с частью 3 статьи 81 УПК РФ по вступлению приговора в законную силу другие вещественные доказательства по уголовному делу – изъятый у потерпевший оптический диск, а также диск с информацией о соединениях абонентских номеров – необходимо оставить при уголовном деле, а гладкоствольное ружьё ИЖ-27, № 8604122 – возвратить ФИО2

Принимая во внимание, что гражданский иск по уголовному делу судом удовлетворён частично, и суд пришёл к выводу о назначении подсудимому наказания в виде обязательных работ, применённая в ходе предварительного расследования в целях исполнения приговора в части гражданского иска и возможного взыскания штрафа мера процессуального принуждения в виде наложения ареста на принадлежащие подсудимому ФИО2 имущество – земельный участок с нежилым зданием (гаражом), совокупной стоимостью более 450 000 руб., после вступления приговора в законную силу подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

признать ФИО5 ФИО26 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 400 (четыреста) часов.

Его же признать виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 119 УК РФ, за которые назначить ему наказание:

по эпизоду от 12 августа 2017 года на срок 380 (триста восемьдесят) часов;

по эпизоду от 23 декабря 2017 года на срок 350 (триста пятьдесят) часов.

В соответствии с частью 2 статьи 69 УК РФ окончательное наказание ФИО2 назначить путём частичного сложения назначенных наказаний в виде обязательных работ на срок 600 (шестьсот) часов.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Гражданский иск ФИО3 в части компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 ФИО27 в пользу ФИО5 ФИО28 в счёт возмещения морального вреда 100 000 (сто тысяч) руб.

В удовлетворении гражданского иска ФИО3 о взыскании морального вреда в размере 350 000 руб. – отказать.

По гражданскому иску ФИО3 о взыскании с ФИО2 материального ущерба предусмотреть за истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

По вступлению приговора в законную силу имеющиеся по уголовному делу вещественные доказательства – изъятый у ФИО3 оптический диск, а также диск с информацией о соединениях абонентских номеров – оставить при уголовном деле, а гладкоствольное ружьё ИЖ-27, № 8604122 – возвратить ФИО2

Признанный вещественным доказательством и принадлежащийФИО2 карабин Тигр, калибра 7,62, № 37488, – конфисковать.

После вступления приговора в законную силу меру процессуального принуждения в виде наложения ареста на принадлежащие ФИО2 земельный участок с нежилым зданием – отменить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда через Благовещенский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий по делу Д.В. Жданович