Апелляционное постановление № 22-2200/2025 22-79/2026 от 26 января 2026 г.

Судья Чуркина Н.А. Дело № 22-79


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 27 января 2026 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Чуприковой В.Г.,

при секретаре судебного заседания Муфтаховой А.Н.

с участием прокурора Родькиной С.И.,

защитника – адвоката Колеватовой Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению помощника прокурора Октябрьского района г. Ижевска Метлиной Д.С. на постановление Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 26 ноября 2025 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении МАИ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки Российской Федерации, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Чуприковой В.Г., выступления прокурора, защитника, поддержавших доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 26 ноября 2025 года уголовное дело в отношении подсудимой МАИ возвращено в порядке п. 6 ч.1 ст. 237 УПК РФ прокурору Октябрьского района г. Ижевска УР для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении помощник прокурора Октябрьского района г. Ижевска Метлина Д.С. считает постановление незаконным и необоснованным, подлежащим отмене ввиду неправильного применения уголовного закона и существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Считает, что вывод суда о том, что в ходе судебного разбирательства установлены обстоятельства, указывающие о наличии в действиях МАИ умысла на хищение денежных средств с расчетного счета физического лица - РВА основанным исключительно на показаниях представителя потерпевшего. Ссылаясь на показания потерпевшего РВА, данные им на стадии судебного следствия, оглашенные в судебном заседании показания свидетелей БСЛ, БСС находит доводы суда, указанные в постановлении необоснованными. Считает, что по результатам предварительного расследования не добыто достаточных доказательств, подтверждающих наличие у МАИ, умысла на хищение денежных средств, принадлежащих РВА с его банковского счета, то есть на совершение преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ. При этом, из материалов уголовного дела, показаний, данных подсудимыми, на стадии предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании следует, что мобильный телефон, банковская карта, которыми завладели обвиняемые, являлись лишь способом оформления кредитных обязательств посредством банковского приложения на имя РВА, вина МАИ в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ, полностью доказана добытыми доказательствами и материалами уголовного дела. В обоснование указанного ссылается на показания МАИ, что ДД.ММ.ГГГГ при знакомстве с РВА последний желал приобрести продукты, однако у него не хватило денежных средств для оплаты покупки. Указанное, по мнению прокурора, свидетельствует, что МАИ и иным обвиняемым до совершения хищения денежных средств достоверно было известно об их отсутствии у РВА на банковском счете, что противоречит доводам суда о наличии умысла на хищение средств принадлежащих РВА

Кроме того, МАИ указывает, что кем-то из числа обвиняемых были установлены данные пароля РВА, позволяющие войти в мобильное приложение «Сбербанк онлайн». Указанные показания так же опровергают доводы суда, поскольку для реализации умысла на хищение денежных средств, находящихся на банковском счете лица, не требуется осуществлять вход в мобильное приложение. Установление данных для входа прямо свидетельствует об умысле на хищение именно кредитных денежных средств, принадлежащих Банку.

Кроме того, в материалах уголовного дела имеются показания НИФ, (уголовное преследование прекращено в связи со смертью) согласно которым обвиняемым до начала осуществления действий, направленных на хищение денежных средств была установлена информация об отсутствии кредитных обязательств и задолженностей у РВА, что позволяло им полагать, что заявка на кредит от его имени посредством банковского приложения будет удовлетворена банком.

Установление обвиняемыми данной информации так же подтверждает наличие умысла на хищение кредитных денежных средств, принадлежащих Банку, поскольку для совершения хищение средств со счета РВА установление данной информации не требуется.

Аналогичные показания об установлении обвиняемыми до совершения действий по хищению денежных средств факта отсутствия у РВА кредитных обязательств и установлении пароля от банковского приложения РВА обвиняемыми подтверждаются показаниями подозреваемого ИАГ, оглашенными в судебном заседании в связи с его смертью (уголовное преследование прекращено в связи со смертью).

Считает, что оглашенные показания свидетелей БСЛ C.JL, БСС на которые ссылается суд в подтверждение своих доводов, не противоречат квалификации действий МАИ по ч. 2 ст. 159 УК РФ. Действиям МАИ дана оценка при расследовании данного уголовного дела, ее действия верно квалифицированы по ч.2 ст. 159 УК РФ по факту мошенничества. При этом вина МАИ в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ полностью подтверждается материалами уголовного дела.

Ссылаясь на положения ст. 237 УПК РФ и правовую позицию Конституционного Суда РФ, считает, что нарушений, допущенных органом предварительного следствия при составлении обвинительного заключения в отношении МАИ не установлено, поскольку предъявленное ей обвинение, в том виде как оно сформулировано в обвинительном заключении, не препятствовало суду вынести решение, отвечающее требованиям законности и справедливости.

Просит постановление отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В возражениях на апелляционное представление представитель ПАО «Сбербанк» БВА считает постановление законным и обоснованным. Излагая установленные судом фактические обстоятельства дела, ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», нормы гражданского законодательства, нормативные требования Банка России, судебную практику Шестого (Постановление Шестого кассационного суда общей юрисдикции от26 ноября 2024г №77-3958\2024), указывает, что суд пришел к верному выводу о наличии оснований для квалификации действий МАИ как более тяжкого преступления, направленного на тайное хищение денежных средств с банковского счета. Просит апелляционное представление оставить без удовлетворения, постановление без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на него, выслушав мнение участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, соответствующий требованиям уголовного и уголовно-процессуального закона, содержащий основанные на материалах дела выводы суда по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

Обжалуемое постановление суда указанным требованиям закона отвечает.

Как предусмотрено п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления, суд вправе возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Органами предварительного следствия МАИ обвиняется в хищении путем обмана и злоупотребления доверием денежных средств ПАО «Сбербанк» в группе лиц по предварительному сговору с иными лицами, дело, в отношении которых прекращено, в связи со смертью, а также неустановленным в ходе следствия лицом, а именно в том, что при помощи мобильного телефона РВА, через мобильное приложение «Сбербанк онлайн», установленное в данном мобильном телефоне, путем обмана и злоупотребления доверием сотрудников банка, предоставив заведомо ложные сведения о личности заёмщика, дистанционно оформили потребительский кредит в ПАО «Сбербанк» от имени РВА на сумму 205 000 рублей. В последующем денежные средства в сумме 198 000 рублей (за вычетом комиссии) перевели на банковский счет ПАО «Сбербанк» №, открытый в ПАО «Сбербанк» на имя РВА и с помощью, имевшейся у них банковской карты ПАО «Сбербанк», эмитированной на имя РВА, привязанной к банковскому счету № ПАО «Сбербанк», открытого на имя РВА, осуществили снятие наличных денежных средств в сумме 194 800 рублей с указанного банковского счета, обратив их в незаконную совместную собственность и распорядились ими по своему усмотрению.

Суд исследовал представленные сторонами доказательства и пришел к обоснованному выводу, что установленные по делу фактические обстоятельства указывают на наличие оснований для предъявления МАИ более тяжкого обвинения.

Статьей 159 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом.

Из предъявленного обвинения следует, что МАИ и иные лица обвинялись в совершении преступление путём обмана и злоупотребления доверием сотрудников банка. Вместе с тем, из материалов дела, исследованных в ходе судебного заседания доказательств, показаний представителя ПАО «Сбербанк» следует, что МАИ, иные лица не вводили в обман и не злоупотребляли доверием сотрудников банка.

Как следует из материалов уголовного дела МАИ и иные лица, дело в отношении которых прекращено в связи со смертью, какого-либо незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами информационно-телекоммуникационные сети банка не осуществлял. Доступ к денежным средствам получиил, воспользовавшись необходимыми учетными данными РВА в программном обеспечении банка и содержащимися в сотовом телефоне.

При этом, совершение онлайн операций по оформлению кредита и займов производилось дистанционно, без личного участия сотрудников банка, автоматически настроенной системой, которая не может осознавать незаконность и обман.

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных в п. 17 указанного выше постановления Пленума, в случаях, когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя платежной карты (например, персональными данными владельца, данными платежной карты, контрольной информацией, паролями), переданной злоумышленнику самим держателем платежной карты под воздействием обмана или злоупотребления доверием, действия виновного квалифицируются как кража.

Кроме того, из п. 21 данного же постановления Пленума Верховного Суда РФ следует, что в тех случаях, когда хищение совершается путем использования учетных данных собственника или иного владельца имущества независимо от способа получения доступа к таким данным (тайно либо путем обмана воспользовался телефоном потерпевшего, подключенным к услуге "мобильный банк", авторизовался в системе интернет-платежей под известными ему данными другого лица и т.п.), такие действия подлежат квалификации как кража, если виновным не было оказано незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети.

Федеральным законом от 23 апреля 2018 года N 111-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации" введена уголовная ответственность по п. "г" ч. 3 ст. 158 УК РФ за кражу с банковского счета и данное преступление относится к категории тяжких преступлений.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий причастного лица, как более тяжкого преступления.

Из показаний представителя ПАО «Сбербанк» следует, что с РВА 05.08.2014г заключен договор на банковское обслуживание. Согласно заявлению от 05.08.2014г он подтвердил свое согласие на присоединение к «Условиям банковского обслуживания физических лиц Сбербанком России», указал номер своего телефона. Денежные средства по заявке оформленной дистанционно были зачислены ДД.ММ.ГГГГг на счет кредитной карты, выданной на имя РВА, в рамках банковского обслуживания, далее переведены на другой банковский счет РВА, откуда и были сняты. После поступления денежных средств на кредитный счет они не являются собственность банка, банк не вправе их отозвать.

РВА показал, что не разрешал оформление кредита иным лицам, не предоставлял телефон, информацию для доступа в телефон, к его банковскому приложению, телефон у него забрали без его ведома.

ПАО «Сбербанк» ходатайствовало о замене их как потерпевшего на РВА. В ходе судебного заседания РВА также заявил, что ему причинен ущерб, считает себя потерпевшим.

Суд первой инстанции пришел к выводу об ошибочности признания ПАО «Сбербанк» потерпевшим по делу, освободил от участия в деле. Потерпевшим признан РВА

В соответствии с п.4 постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 N 17 (ред. от 16.05.2017) "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве" когда по поступившему в суд уголовному делу будет установлено, что лицо признано потерпевшим без достаточных к тому оснований, предусмотренных статьей 42 УПК РФ, суд выносит постановление о том, что такое лицо ошибочно признано потерпевшим по данному делу, и разъясняет ему право на обжалование принятого судом решения в апелляционном порядке.

ПАО «Сбербанк» не обжаловало решение суда об ошибочности признания их потерпевшим.

По делу установлено, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, а также фактические обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий подсудимой МАИ, как более тяжкого преступления.

Указанные недостатки являются препятствием для рассмотрения дела судом, исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора, не позволяют суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия, поскольку данное препятствие не может быть устранено самим судом.

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления имеются основания для возвращения уголовного дела прокурору на основании п.6 ч.1 ст.237УПК РФ.

Решение о возврате уголовного дела прокурору на основании п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ судом принято после исследования доказательств по делу, в целях расширения пределов судебного разбирательства и соблюдения прав всех сторон процесса на справедливое судебное разбирательство, по итогам которого будет дана окончательная оценка собранным по делу доказательствам.

Положения ч. 3 ст. 15 УПК РФ судом не нарушены, поскольку принятое решение направлено на обеспечение необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Судом принято обоснованное решение о сохранении МАИ без изменения избранной меры пресечения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 26 ноября 2025 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении МАИ оставить без изменения, доводы апелляционного представления - без удовлетворения.

Апелляционное постановление в соответствии с ч. 3 ст. 4013 УПК РФ может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи жалобы, представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Подсудимая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.Г. Чуприкова