Апелляционное определение № 33-3-2903/2026 от 6 апреля 2026 г.

Судья р/с ФИО3 №

в суде 1-й инстанции № 2-383/2025

УИД 26RS0007-01-2025-000493-71


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 7 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Савина А.Н.,

судей Быстрова О.В., Загорской О.В.,

при секретаре судебного заседания Мауланбердиновой М.У.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1

на решение Андроповского районного суда Ставропольского края от 22декабря 2025 года

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО13 к Кошевому ФИО14 о взыскании материального ущерба,

заслушав доклад судьи Савина А.Н.,

установила:

ИП ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1, уточнив который просила взыскать с ответчика в свою пользу материальный ущерб, за минусом выплаченного страхового возмещения в размере 963 500 рублей; расходы по оплате стоимости экспертного заключения в размере 20000рублей; расходы по оплате стоимости юридических и консультативных услуг в размере 50 000 рублей; расходы по оплате государственной пошлины, уплаченную при подаче искового заявления в размере 24 670 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО2 является индивидуальным предпринимателем и осуществляет деятельность по перевозке пассажиров и иных лиц автобусами, получена лицензия № и №.

8 мая 2025 года на федеральной автомобильной дороге «Кавказ» 101 км. + 400 м., произошло дорожно - транспортное происшествие, с участием автомобиля «Митсубиси Лансер», государственный регистрационный знак «№», под управлением ФИО1, управлявшего автомобилем на праве собственности и автомобилем «Мерседес Бенц 223602», государственный регистрационный знак «№» под управлением ФИО4, управлявшего автомобилем на основании путевого листа №1101 от 8 мая 2025 года принадлежащего ИП ФИО2

Виновным в ДТП признан ФИО1, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 8 мая 2025года.

Автомобиль «Митсубиси Лансер», государственный регистрационный знак «№» застрахован по полису ОСАГО серии № в ООО СК «Сбербанк Страхование».

Автомобиль «Мерседес Бенц 223602», государственный регистрационный знак «№» застрахован по полису ОСАГО серия № в СПАО «Ингосстрах».

СПАО «Ингосстрах» выполнило свои обязательства перед истцом выплатив страховое возмещения в размере 400 000 рублей.

Для ремонта аварийного автомобиля «Мерседес Бенц 223602», государственный регистрационный знак «№», истец обратилась к эксперту - автотехнику ИП ФИО5

Согласно акту экспертного заключения № 37/06/25-ЭИ от 30 июня 2025 года стоимость восстановительного ремонта аварийного автомобиля «Мерседес Бенц 223602», государственный регистрационный знак «№» составила 1 363 500 рублей.

Таким образом, стоимость непокрытой страховым возмещением материальный ущерб составляет: 1 363 500- 400 000= 963 500 рублей.

Обжалуемым решением Андроповского районного суда Ставропольского края от 22 декабря 2025 года исковые требования ИП ФИО2 удовлетворены частично:

с ФИО1 в пользу ИП ФИО2 взыскан материальный ущерб в размере 894200 рублей, а так же расходы по оплате стоимости экспертного заключения в размере 18 400 рублей, по оплате стоимости юридических и консультационных услуг в размере 46 000 рублей, по уплате государственной пошлины в размере 22696 рублей 40 копеек;

в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Этим же решением ИП ФИО2 возвращена излишне уплаченная на основании платёжного поручения № 146 от 7 июля 2025 года государственная пошлина в размере 1 973 рубля 60 копеек.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное. Указывает, что судом неправильно определены обстоятельств, имеющие значение для дела, а также неправильно применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения. Также в жалобе просит признать экспертное заключение №11731 от 22 ноября 2025 года недопустимым доказательством и исключить его из числа доказательств по делу. Назначить повторную судебную экспертизу.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец ИП ФИО2 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Истец ИП ФИО2, третье лицо ФИО4, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, в связи с чем, в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) судебная коллегия апелляционной инстанции приступила к рассмотрению дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы и представленных возражений, выслушав ответчика ФИО1, поддержавшего доводы жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что автомобиль марки «Мерседес Бенц 223602», регистрационный номер <***> регион, принадлежит истцу ФИО2 на праве собственности, что подтверждается свидетельством о регистрации ТС <...>.

Из материалов дела следует, что 8 мая 2025 года на федеральной дороги «Кавказ» на 101 км +400 м. произошло дорожно- транспортное происшествие, по вине водителя ФИО1, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 8 мая 2025 года, согласно которому ФИО1, управляя автомобилем марки «Митсубиси Лансер», регистрационный номер Н № регион, не выдержал безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства автомобиля марки «Мерседес Бенц 223602», регистрационный номер № регион, под управлением ФИО4, допустил столкновение транспортного средства, чем нарушил пункт 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 8мая 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 2250рублей.

Доказательств того, что данное постановление отменено, суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

На момент ДТП автогражданская ответственность ФИО2 была застрахована в СПАО «Ингосстрах», страховой полис ХХХ №№, а автогражданская ответственность ФИО1 была застрахована в ООО Страховая компания «Сбербанк Страхование», страховой полис ХХХ №.

В результате ДТП было повреждено транспортное средство истца - автомобиль марки «Мерседес Бенц 223602», регистрационный номер № регион.

Согласно платёжному поручению № 11845 от 9 июня 2025 года СПАО «Ингосстрах», перечислил ФИО2 страховое возмещение в размере 400000 рублей, что не отрицается сторонами и подтверждается материалами дела.

Согласно экспертного заключения № 37/06/25-ЭИ от 30 июня 2025 года, стоимость восстановительного ремонта (без учета износа) транспортного средства «Мерседес Бенц 223602», регистрационный номер № регион, составляет 1 363 500 рублей, с учетом износа составляет 542700рублей.

С целью установления существенных обстоятельств по делу, и определения размера убытков, фактически причиненного истцу материального ущерба в результате ДТП, определением суда от 22 сентября 2025 года по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ИП «ФИО6.».

Согласно выводам судебного заключения № 11731 от 22 ноября 2025года, выполненного ИП «ФИО6.», доаварийная стоимость транспортного средства «Мерседес Бенц 223602», регистрационный номер № регион, составляет 3 613563 рублей; стоимость восстановительного ремонта повреждений транспортного средства «Мерседес Бенц 223602», регистрационный номер № регион, полученных в результате ДТП от 8 мая 2025 года с учетом износа в соответствии с Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки-ФБУ РФЦСЭ при Министерстве Юстиции РФ (Москва, 2018г.) составляет: 528300 рублей; стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет: 1 294200 рублей; стоимость годных остатков поврежденного транспортного средства не определялась, поскольку стоимость ремонта не превышает доаварийную стоимость.

Также из содержания представленных письменных пояснений ИП «ФИО6.» к заключению, истребованных судом по ходатайству ответчика следует, что при проведении экспертизы установлено /фрагмент заключения эксперта/, повреждение двери передней левой части устранены путем проведения некачественного ремонта /каркас панели не вытянут, следы прожига металла, края не ровные/, при данных повреждениях согласно методики назначается ремонтное воздействие в виде замены повреждённой детали.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу, что вышеуказанное заключение эксперта № 11731, положенное судом в основу обжалуемого решения, соответствует требованиям статей 79, 83-86 ГПК РФ, а также положениям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», которые в силу статьи 41 данного закона применимы к экспертной деятельности лиц, обладающих специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющихся государственными судебными экспертами.

Данное экспертное заключение мотивировано, этапы исследования описаны полно, доступным языком с использованием соответствующей терминологии, выводы четкие и ясные, исключающие возможность двоякого толкования, эксперт имеет достаточный стаж экспертной работы, предупрежден об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Нарушений при производстве экспертизы и даче заключения, которые бы свидетельствовали о неполноте, недостоверности и недопустимости заключения эксперта и неправильности сделанных выводов судом апелляционной инстанции не установлено.

Мотивы, по которым суд первой инстанции согласился с вышеназванным заключением, в соответствии с частью 3 статьи 86 ГПК РФ, подробно изложены в обжалуемом решении суда.

Несогласие с экспертным заключением одной из сторон само по себе не является основанием для назначения повторной либо дополнительной экспертизы.

В нарушение требований статьи 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено в суд доказательств, подтверждающих, что проведенное судебное заключение является недопустимым доказательств по делу, а также, что данное заключение проведено с нарушениями и не имеет юридической силы.

По вышеизложенным мотивам, с учетом установленных обстоятельств дела, судебной коллегией не установлено оснований к назначению по делу повторной или дополнительной экспертизы.

Доводы жалобы ответчика ФИО1 о непринятии его участия в проведении независимой экспертиза и судебной экспертизы судебной коллегией отклоняются, поскольку факт отсутствия ответчика при проведении экспертиз никак не мог повлиять, по мнению судебной коллегии на правильность выводов экспертов. Никаких доказательств того, что размер подлежащего выплате возмещения завышен или существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества ответчиком не предоставлено.

Установив указанные обстоятельства, руководствуясь пунктом 1 статьи 1064, пунктом 1 статьи 1079, статьями 1072 и 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований и взыскал с ответчика ФИО1 в пользу истца ФИО2 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП сумму в размере 894 200 рублей, а также в порядке статей 98, 100 ГПК РФ взыскал с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг независимой эксперты в размере 18 400 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 46 000 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 22 696 рублей 40 копеек.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат действующему законодательству, подробно аргументированы в оспариваемом решении суда первой инстанции.

Доводы жалобы ответчика ФИО1 о том, что при определении размера ущерба подлежащего взысканию с ответчика, следовало исходить из стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля с учетом износа замененных деталей судебной коллегией отклоняются ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пунктов 1 и 3 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 10марта 2017 года № 6-П указал, что положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.

Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов.

В контексте конституционно-правового предназначения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ, Федеральный закон от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», как регулирующий иные страховые отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

Давая в Постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П оценку Федеральному закону от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в целом исходя из его взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам: требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения (об осуществлении страховой выплаты) в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда; выплату страхового возмещения обязан осуществить непосредственно страховщик, причем наступление страхового случая, влекущее такую обязанность, само по себе не освобождает страхователя от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшим за причинение ему вреда; различия в юридической природе и целевом назначении вытекающей из договора обязательного страхования обязанности страховщика по выплате страхового возмещения и деликтного обязательства обусловливают и различия в механизмах возмещения вреда в рамках соответствующих правоотношений; смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, приводит к подмене одного гражданско-правового института другим и может повлечь неблагоприятные последствия для стороны, в интересах которой он устанавливался, в данном случае - потерпевшего (выгодоприобретателя), и тем самым ущемление его конституционных прав и свобод.

Приведенные правовые позиции, из которых следует, что институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 ГК РФ, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства, получили свое развитие в последующих решениях Конституционного Суда Российской Федерации.

При этом следует иметь в виду, что законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулирует исключительно данную сферу правоотношений (что прямо следует из преамбулы Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а также из преамбулы Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Центральным банком Российской Федерации 19 сентября 2014 года) и обязательства вследствие причинения вреда не регулирует: в данном случае страховая выплата, направленная на возмещение причиненного вреда, осуществляется страховщиком на основании договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и в соответствии с его условиями.

Названный Федеральный закон, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах из причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

В пункте 12 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 так же разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статья 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В связи с тем, что правоотношения, возникшие между истцом и ответчиком, из договора страхования транспортного средства не вытекают, положениями Закона об ОСАГО не регулируются, в данном случае применению подлежат нормы об общих основаниях возмещения вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам.

При этом, пунктом 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002года № 40-ФЗ установлено, что страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 данной статьи) в соответствии с пунктом 15.2 или пунктом 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Принимая решение об удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, с учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, подробного анализа представленных в материалы дела доказательств, исходил из стоимости причиненного ущерба, установленной заключением проведенной по делу судебной экспертизы.

Доводы жалобы ответчика ФИО1 сводятся к несогласию с размером взысканной судом суммы ущерба и отклоняются судебной коллегией, поскольку суд первой инстанции обоснованно руководствовался выводами судебного заключения ИП «ФИО6.» полагая его достаточно мотивированным.

Таким образом, доводы жалобы в указанной части являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

С доводами апелляционной жалобы ответчика ФИО1 о том, что судом первой инстанции неправомерно взысканы расходы по оплате услуг представителя, судебная коллегия не согласна в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно статьей 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумность пределов расходов на оплату услуг представителей является оценочной категорией и определяется судом, исходя из совокупности критериев: сложности дела и характера спора, соразмерности платы за оказанные услуги, временные и количественные факты (общая продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, а также количество представленных доказательств) и других.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При этом, в пункте 13 упомянутого Постановления особо отмечено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности, могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, указанный критерий разумности является оценочным и подлежит оценке именно судом при вынесении решения о взыскании судебных расходов.

Представленные истцом ИП ФИО2 договор поручения на оказание юридических услуг от 3 июля 2025 года, а также платежное поручение № 147 от 7 июля 2025 года, являются надлежащим доказательством оплаты услуг представителя, поскольку согласно части 2 статьи 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов.

Судом, указанным обстоятельствам была дана оценка и именно исходя из длительности рассмотрения дела, его объемности, фактических обстоятельств дела и применяемого законодательства, суд определил к взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 46 000 рублей, в остальной части заявленных требований ТП ФИО2 отказал.

При этом, доводы жалобы ответчика ФИО1 о том, что размер заявленной к взысканию суммы расходов на оплату услуг представителя несоразмерен объему работы представителя в рамках настоящего дела, не могут повлечь отмену обжалуемого решения, поскольку взысканная судом сумма расходов на оплату услуг представителя в суде первой инстанции соответствует принципам разумности, справедливости, а также соответствует сложности и длительности настоящего дела и объему работы, выполненной представителем истца ИП ФИО2 – ФИО7, которым в рамках представленных истцом полномочий и принятых по договору от 3июля 2025 года обязательств подготовлено и подано в суд исковое заявление, принято участие в 3-х судебных заседаниях.

Кроме того, разумность понесенных судебных расходов подтверждается Рекомендациями по вопросам определения размера вознаграждения при заключении соглашения на оказание юридической помощи на 2025 год, утвержденными решением Совета Адвокатской Палаты Ставропольского края 15 января 2025 года, согласно которым утверждены рекомендации по вопросам определения размера вознаграждения при заключении соглашения на оказание юридической помощи на 2025 год:

пункт 1.1. Устные консультации по правовым вопросам – от 1500рублей;

пункт 1.2 Письменные консультации по правовым вопросам – от 5000рублей.

пункт 1.3.Составление исковых заявлений, жалоб, ходатайств, иных документов правового характера при условии предварительного ознакомления с правоустанавливающими документами и после проведения консультирования – от 15 000 рублей; при необходимости сбора иных доказательств, ознакомления с дополнительными документами – от 20000рублей.

пункт 1.4. Составление проектов гражданско-правовых договоров – от 15000 рублей.

пункт 2.1. Участие в качестве представителя доверителя в гражданском, арбитражном и административном судопроизводствах, а так же по делам об административных правонарушениях в суде первой инстанции – от 60000рублей.

При этом, стороной ответчика ФИО1 в нарушении требований статьи 56 ГПК РФ суду первой и апелляционной инстанции не представлено соответствующих доказательств, свидетельствующих о чрезмерной завышенности взыскиваемой суммы судебных расходов и не соответствии ее принципам разумности и справедливости. Недобросовестности действия со стороны истца в данном случае из материалов дела так же не следует.

В связи с вышеизложенным, судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Достаточных оснований для иных выводов заявителем не приведено.

Иные, доводы апелляционной жалобы проверены судебной коллегией в полном объеме и отклоняются, поскольку не опровергают выводов решения суда и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом, они направлены на субъективное толкование норм законодательства и на переоценку выводов суда, что не является в силу статьи 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Суд первой инстанции в полной мере исследовал доказательства, имеющиеся в материалах дела, и дал надлежащую оценку имеющимся доказательствам.

Выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 ГПК РФ, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на иную оценку доказательств, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19декабря 2003 года №23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ, к отмене постановленного судом решения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Андроповского районного суда Ставропольского края от 22 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 апреля 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: