Решение № 2-1978/2019 2-1978/2019~М-1807/2019 М-1807/2019 от 6 января 2019 г. по делу № 2-1978/2019

Дело № 2-1978/2019

УИД № 55RS0007-01-2019-002245-08


Решение

Именем Российской Федерации

20 июня 2019 года

Центральный районный суд г. Омска в составе судьи Ямчуковой Л.В. при секретаре Полтавцевой С.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к старшему следователю СО ОМВД России по Черлакскому району, УМВД России по Омской области, МВД России, Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Омской области о компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО1 обратился в суд с названным иском к старшему следователю СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2, Следственному отделу ОМВД России по Черлакскому району (далее по тексту - СО ОМВД России по Черлакскому району), ОМВД России по Черлакскому району, Управлению Министерства внутренних дел России по Омской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Омской области, указывая, что в 06 часов 30 минут 25.12.2018 года к нему в жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, вошли сотрудники ОМВД России по Черлакскому району и сообщили, что на основании постановления о приводе, вынесенного 22.12.2018 года старшим следователем СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2, его принудительно без согласия доставят в СО ОМВД России по Черлакскому району к следователю ФИО2 для производства следственно-процессуальных действий. Считает, что указанное постановление о приводе было вынесено следователем ФИО2 в нарушение положений ч. 1 ст. 113 УПК РФ, поскольку он ни разу не уклонялся от явки к следователю и всегда являлся со своим адвокатом из р.п. Таврическое. Кроме того, его адвокат регулярно звонил следователю ФИО2 и интересовался делом, а также выяснял о необходимости его явки. На все звонки адвоката следователь ФИО2 сообщала, что вызовет повесткой как будет для этого необходимость. Однако 25.12.2018 года его принудительно доставили в ОМВД России по Черлакскому району, где он провел целый день. Несмотря на осуществленный привод, следователь ФИО2 не провела ни одного следственного или процессуального действия с его участием, и он обратно уехал домой. Считает указанные действия незаконными и свидетельствующими о произволе со стороны должностных лиц СО ОМВД России по Черлакскому району. Кроме того, незаконность принудительного привода установлена прокуратурой Черлакского района, о чем ему сообщено письмом от 21.01.2019 года № 2ж-19/210. По факту незаконных действий должностных лиц и нарушения законодательства прокуратурой Черлакского района начальнику СО ОМВД России по Черлакскому району внесено представление. Незаконными действиями должностных лиц СО ОМВД России по Черлакскому району истцу причинен моральный вред, который заключатся в том, что следователь без законных на то оснований инициировала его принудительный привод, в результате чего был принудительно доставлен к следователю, при этом в грубой форме его вывели из дома на глазах у супруги и детей. В этот день температура воздуха была ниже 30 градусов, его вывезли в другой район, доставили к следователю в р.п. Черлак, при этом следователь демонстративно не провела с ним ни одного процессуального действия. Таким образом, он потерял целый день, являясь единственным кормильцем в семье. Без него семья находилась в тревоги и без попечения, супруга и дети плакали. Из-за чего его переполняло чувство обиды и несправедливости. В Черлакском отделе полиции, где провел целый день, в течение дня ему так и не объяснили причину принудительного привода, что вызывало в нем чувство унижения и оскорбления, поскольку это являлось издевательством над его правами и физическим состоянием. В результате данной поездки заболел, в связи с чем, был причинён вред здоровью. Такое поведение считает унижением человеческого достоинства, которое совершено государственными служащими, призванными защищать права граждан. Считает, что между его нравственными страданиями и незаконными действиями должностных лиц органов следствия в период расследования уголовного дела имеется прямая причинно-следственная связь. На основании изложенного, со ссылкой на положения ст. ст. 52, 53 Конституции РФ, ст. ст. 151, 1069, п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ, просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в его пользу компенсацию морального вреда в размере 550 000 рублей, а так же расходы по оплате государственной пошлины. /л.д. 3-5/.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству, с учетом характера спорных правоотношений, судом к участию в деле в порядке ст. 40 ГПК РФ в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел РФ. /л.д. 1 оборот/.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что является подозреваемым в рамках уголовного дела, возбужденного СО ОМВД России по Черлакскому району. Ранее вызывался по данному делу для проведения следственных действий по телефону, а так же по адресу проживания приходили 1 или 2 повестки. 25.12.2018 года был принудительно доставлен в СО ОМВД России по Черлакскому району к следователю ФИО2 в 7-8 часов утра, следователя на месте не было. После обеда он был ознакомлен с постановлением об изменении состава следственной группы. Считает, что копия данного определения могла быть направлена следователем в его адрес по почте, отсутствовала необходимость его личного участия. Об изменении адреса его проживания следователь была уведомлена. Из СО ОМВД России по Черлакскому району он был отпущен в 16-ом часу, при этом не был предоставлен транспорт для возвращения домой. Фактически вернулся домой после 21 часа на служебном транспорте ОМВД. В день привода на улице был сильный мороз – около 40 градусов, он выходил на улицу, после чего простудился. По факту вреда его здоровью, причиненному в результате незаконного принудительного привода, в медицинское учреждение не обращался, лечился самостоятельно в домашних условиях. В период нахождения в СО ОМВД России по Черлакскому району ему никто не препятствовал покинуть здание, он выходил на улицу, после проведения следственных действий сразу не уехал домой, в связи с низким температурным режимом на улице и отсутствием денежных средств на оплату услуг такси.

В судебном заседании ответчик старший следователь СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2, предъявившая удостоверение, заявленные истцом требования не признала, указав, что в ее производстве находится уголовное дело №, возбужденное 04.05.2017 года, одним из подозреваемых по которому являлся ФИО1, который вызвался ею неоднократно для совершения следственных действий посредством телефонной связи, однако не являлся по вызовам, в связи с чем, 22.12.2018 года ею было вынесено постановление о приводе подозреваемого ФИО3, которое было исполнено 25.12.2018 года. Поскольку ФИО1 проживает в Таврическом районе, то вручить ему повестку о вызове на допрос не было возможности, а для вызова почтой необходимо время. Привод ФИО1 был оформлен к 11.00 часам. Кроме истца 25.12.2018 года были так же подвергнуты приводу <данные изъяты> для проведения очной ставки и <данные изъяты> (брат истца), однако фактически <данные изъяты> не был доставлен по причине призыва на службу в ВС РФ, в связи с чем, очная ставка не проводилась. Однако в назначенное время ФИО1 был ознакомлен с постановлением об изменении состава следственной группы, после чего проводились следственные действия с <данные изъяты> После окончания следственных действий, ею решался вопрос об обратной доставке подозреваемых к месту их проживания. Около 20.00 часов приехали домой к ФИО1, где ею была допрошена супруга истца, обстановка в доме была спокойной. В доме ею была произведена выемка, осмотрен дом, транспортное средство марки «ГАЗ», после чего она вернулась в р.п. Черлак.

В судебном заседании представитель ответчиков Управления Министерства внутренних дел России по Омской области и Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО4, действующая на основании доверенностей, заявленные истцом требования не признала, указывая на то, что УМВД России по Омской области является ненадлежащим ответчиком, поскольку не является финансовым органом, уполномоченным выступать от имени казны Российской федерации, а также и главным распорядителем бюджетных средств. При этом сам по себе факт признания незаконным бездействия (действий, решений) правоохранительных органов безусловным основанием для компенсации морального вреда не является. По своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного актами органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекаются в соответствии с предписанием закона, причинитель вреда (ст. 1064 ГК РФ). Необходимыми условиями применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков являются наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими элементами, вина причинителя вреда. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований. Полагала, что истцом не доказан факт претерпевания им морального вреда, связанного с нарушением его прав, предусмотренных УПК РФ. Истцом не представлено каких-либо фактических данных, достоверно подтверждающих факт претерпевания им нравственных или физических страданий в связи с принудительным приводом его в помещение ОМВД России по Черлакскому району. В частности не представлено доказательств того, что он перенес физические страдания в связи с воздействием низких температур в день принудительного привода, доказательств возникшего у него в связи с этим заболевания. Бездоказательными так же являются указания на грубость со стороны должностных лиц, осуществлявших принудительный привод. Также считала не состоятельным довод истца о том, что его семья находилась в состоянии тревоги и осталась без попечения, поскольку компенсация морального вреда является гражданско-правовым способом защиты личных неимущественных прав, а значит, носит личный характер. Заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда полагала необоснованным, завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости, не соразмеренным характеру вреда, который, по мнению истца, ему был причинен, и приведет к неосновательному обогащению истца. При вынесении решения просила суд учет факт того, что истец неоднократно привлекался к уголовной ответственности, являлся подозреваемым по уголовному делу №, возбужденному 04.03.2017 года. О необходимости явиться к следователю подозреваемый ФИО1 уведомлялся посредством телефонной связи, но не явился. Просила учесть, что 25.12.2018 года следственные действия с истцом не были совершены не по вине следователя, при этом с истцом было совершено процессуальное действие – ознакомление с постановлением. Уголовное дело до настоящего времени находится в производстве, в рамках него истец имеет статус обвиняемого. В связи с изложенным, просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме. В порядке ст. 35 ГПК РФ представила в материалы дела письменные возражения на исковое заявление.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО5, действующая на основании доверенности, заявленные истцом требования не признала, указав, что в исковом заявлении истец ставит вопрос о незаконности действий сотрудника ОМВД России по Черлакскому району Омской области в части вынесении постановления о приводе, в связи с чем, считает Министерство финансов Российской Федерации ненадлежащим ответчиком по иску, так как оно не является главным распорядителем бюджетных средств по отношению к ОМВД России по Черлакскому району Омской области, в связи с чем, указала на то, что надлежащим ответчиком по иску является Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации. По существу заявленных требований указала на отсутствие оснований для наступления ответственности по ст. 1069 ГК РФ. Считает, что истцом не приведены основания, влекущие возникновение права на возмещение морального вреда, а также доказательства, обосновывающие размер причиненного морального вреда. Заявленную истцом в возмещение морального вреда сумму посчитала чрезмерно завышенной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости. На основании изложенного, просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме за необоснованностью. Поддержала доводы письменного отзыва на исковое заявление, приобщенного к материалам дела в порядке ст. 35 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель ответчика Управления Федерального казначейства по Омской области ФИО5, действующая на основании доверенности, поддержала позицию представителя Министерства финансов Российской Федерации, просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме за необоснованностью.

В судебном заседании представитель ответчика ОМВД России по Черлакскому району участия не принимал, извещен надлежаще. В представленных в материалы дела в порядке ст. 35 ГПК РФ письменных возражений относительно заявленных истцом требований просил рассмотреть дело в его отсутствие, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме. В обоснование указал на то, что Следственный отдел ОМВД России по Черлакскому району, старший следователь ФИО2, ОМВД России по Черлакскому району являются ненадлежащими ответчиками по делу, так как Следственный отдел является структурным подразделением самостоятельного юридического лица - ОМВД России по Черлакскому району, а старший следователь ФИО2 является сотрудником данного структурного подразделения и, следовательно, не могут выступать ответчиками по настоящему делу. При этом ОМВД России по Черлакскому району не является распорядителем средств федерального бюджета (по ведомственной принадлежности по отношению к органам дознания, предварительного следствия), в связи с чем, так же является ненадлежащим ответчиком по делу. Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) органов МВД России, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает МВД России, как главный распорядитель бюджетных средств. По существу заявленных требований указал на то, что истцом не доказано наличие оснований ответственности государства за действия должностных лиц, а так же факт причинения ему морального вреда. В ходе проверки, проведенной прокуратурой Черлакского района по обращению истца, а так же в ходе проведения служебной проверки в отношении старшего следователя ФИО2, в действиях последней установлены нарушения уголовно-процессуального законодательства, выразившиеся в ненадлежащем извещении ФИО1 Вместе с тем, ФИО1 неоднократно извещался посредством телефонной связи о необходимости его явки к следователю для проведения следственных действий, однако от явки по вызову следователя уклонялся, о невозможности своей явки по уважительной причине не сообщил, что явилось основанием для вынесения следователем постановления о приводе. При таких обстоятельствах, решение о применении к истцу принудительного привода принято при наличии достаточных оснований, свидетельствующих об уклонении истца от явки к следователю. Сам факт нарушения следователем процессуальных норм при применении к истцу меры процессуального принуждения в виде привода, не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца и не является достаточным и безусловным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Доказательств, подтверждающих причинение истцу нравственных или физических страданий, в связи с действиями следователя, наличие причинно-следственной связи между совершенными в отношении истца действиями по принудительному приводу и возникновением моральных страданий, истцом не представлено, равно как и не предоставлено доказательств причинения, по мнению истца, вреда его здоровью в виде заболевания, возникшего вследствие принудительного привода. Таким образом, отсутствие совокупности условий, необходимых для наступления ответственности за причинение вреда, лишает истца права на компенсацию морального вреда.

В судебном заседании представитель ответчика Следственного отдела ОМВД России по Черлакскому району участия не принимал, извещен надлежаще.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства с позиции относимости и допустимости, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что в рамках уголовного дела № старшим следователем СО ОМВД РФ по Черлакскому району ФИО2 было вынесено постановление от 22.12.2018 года о приводе подозреваемого ФИО1 к старшему следователю СО ОМВД РФ по Черлакскому району ФИО2 25.12.2018 года к 11 час. 00 мин., с указанием на то, что ФИО1 неоднократно вызывался в качестве подозреваемого по данному уголовному делу, однако до настоящего времени в СО ОМВД РФ по Черлакскому району не явился.

11.01.2019 года с жалобой на незаконность действий старшего следователя СО ОМВД РФ по Черлакскому району ФИО2 ФИО1 обратился в прокуратуру Черлакского района Омской области.

По результатам рассмотрения указной жалобы 21.01.2019 года прокурором Черлакского района Омской области было вынесено постановление об удовлетворении жалобы ФИО1

Обратившись в суд с данным иском, ФИО1 просит о взыскании в его пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 550 000 рублей, в связи с тем, что он был подвергнут незаконному приводу, в результате чего причинены нравственные страдания.

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации, достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба (статья 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46).

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом ответственность государства за действия должностных лиц, предусмотренная ст. ст. 16, 1069 ГК РФ, наступает только при совокупности таких условий, как противоправность действий (бездействия) должностного лица, наличие вреда и доказанность его размера, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные, заслуживающие внимания, фактические обстоятельства дела.

В силу требований ст. 46 Уголовного кодекса РФ подозреваемым является лицо:

1) либо в отношении которого возбуждено уголовное дело по основаниям и в порядке, которые установлены главой 20 настоящего Кодекса;

2) либо которое задержано в соответствии со статьями 91 и 92 настоящего Кодекса;

3) либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со статьей 100 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 113 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в случае неявки по вызову без уважительных причин подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, свидетель и лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением с ним досудебного соглашения о сотрудничестве, могут быть подвергнуты приводу.

Привод состоит в принудительном доставлении липа к дознавателю, следователю или в суд.

Судом установлено, что в производстве старшего следователя СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2 находится уголовное дело №, в рамках которого, 22.12.2018 года старшим следователем ФИО2 было вынесено постановление о приводе подозреваемого ФИО1 на 25.12.2018 года к 11 часам.

25.12.2018 года сотрудниками ОУР ОМВД России по Черлакскому району подозреваемый ФИО1 был доставлен к старшему следователю ФИО2, которая ознакомила его с постановлением об изменении состава следственной группы по уголовному делу. После этого следователь ФИО2 совместно с ФИО1 выехала к месту его проживания в с. Новоселецк Таврического района Омской области, где на основании постановления о производстве выемки произвела выемку у него автомобиля марки «ГАЗ-2705», государственный регистрационный знак <***>, на котором последний совместно с <данные изъяты> перевозил похищенное имущество в целях сбыта, а также осмотр данного автомобиля.

Удовлетворяя жалобу ФИО1 на указанные выше действия старшего следователя СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2, прокурор Черлакского района Омской области в своем постановлении от 21.01.2019 года указал на то, что, в нарушение требований ст. 113 УПК РФ, подозреваемый ФИО1 о необходимости явки к следователю надлежащим образом не уведомлялся. Установлено, что до вынесения данного постановления следователем повестки ФИО1 не исправлялись. Он вызывался в телефонном режиме, однако к следователю так и не явился. Данные факты свидетельствуют о нарушении норм действующего уголовно-процессуального законодательства старшим следователем СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2 По результатам проверки начальнику СО ОМВД России по Черлакскому району 21.01.2019 года было вынесено представление об устранении нарушений действующего законодательства.

Письмом прокуратуры Черлакского района от 21.01.2019 года № 2ж-19/210 ФИО1 проинформирован о том, что постановление от 22.12.2018 года о приводе вынесено старшим следователем СО ОМВД России по Черлакскому району ФИО2 с нарушением требований, установленных ст. 113 УПК РФ. По фактам выявленных нарушений начальнику СО ОМВД России по Черлакскому району внесено представление об устранении нарушений действующего законодательства. С результатами рассмотрения представления он можете ознакомиться в прокуратуре Черлакского района по истечении установленного законом срока для его рассмотрения. /л.д. 7/.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом изложенного, суд считает установленным факт незаконности принудительного привода, которому истец ФИО1 был подвергнут 25.12.2018 года на основании постановления старшего следователя СО ОМВД РФ по Черлакскому району ФИО2 о приводе подозреваемого от 22.12.2018 года, поскольку в ходе проверки, проведенной прокуратурой Черлакского района по обращению истца, а так же в ходе проведения служебной проверки в отношении старшего следователя ФИО2, в действиях последней установлены нарушения уголовно-процессуального законодательства, выразившиеся в ненадлежащем извещении ФИО1, что влечет нарушение прав ФИО1, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить истцу страдания и переживания, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для удовлетворения требования истца о взыскании компенсации морального вреда.

Таким образом, проанализировав вышеизложенное, суд считает, что требование истца о компенсации морального вреда, заявленное в порядке гражданского судопроизводства, является основанным на законе. Данный вывод основан на законе и доказательствах, которым судом дана соответствующая требованиям ст. 56 ГПК РФ мотивированная оценка.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В п. 2, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими, в том числе на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.п.). Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд учитывает объем и характер нарушений прав истца, их длительность, степень страданий истца, а также требования разумности и справедливости, и считает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 2 000 рублей.

Кроме того, при определении указанного размера компенсации судом принят во внимание факт того, что истец неоднократно ранее привлекался к уголовной ответственности, являлся подозреваемым по уголовному делу №, возбужденному 04.03.2017 года. О необходимости явиться к следователю подозреваемый ФИО1 уведомлялся посредством телефонной связи, но не явился. Кроме того, в порядке ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено суду доказательств причинения вреда его здоровью в виде простудного заболевания, возникшего вследствие его принудительного привода 25.12.2018 года.

Определенный судом размер компенсации, подлежащий взысканию в пользу истца, отвечает требованиям разумности и справедливости, поскольку соразмерен характеру причиненного истцу вреда, и не приведет к неосновательному обогащению последнего.

При определении надлежащего ответчика по делу, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Пунктом 3 ст. 125 ГК РФ установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Статьей 6 Бюджетного кодекса РФ определено понятие главного распорядителя бюджетных средств (главного распорядителя средств соответствующего бюджета) - орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Согласно п/п 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Определяя субъекта ответственности по заявленному иску, суд учитывает в соответствии со ст. 47 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции» финансовое обеспечение деятельности полиции, в структуру (состав) которой входит СО ОМВД, является расходным обязательством Российской Федерации и обеспечивается за счет средств федерального бюджета.

Таким образом, в рассматриваемом случае, с учетом приведенных выше норм действующего законодательства, суд считает, что ответственность за вред, причиненный истцу ФИО1 в результате принудительного привода в качестве обвиняемого, осуществленного на основании постановления старшего следователя СО ОМВД РФ по Черлакскому району ФИО2, в действиях которой по вынесению указанного постановления от 22.12.2018 года установлены нарушения уголовно-процессуального законодательства, следует возложить на Российскую Федерацию в лице МВД России за счет казны Российской Федерации, которое является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.

Соответственно правовых оснований для удовлетворения требований истца к старшему следователю СО ОМВД России по Черлакскому району, УМВД России по Омской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Омской области о компенсации морального вреда суд не находит.

Истцом так же заявлено требование о взыскании в его пользу расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из материалов дела следует, что при обращении в суд с данным иском истцом ФИО1 была оплачена государственная пошлина в размере 300 рублей /л.д. 2/.

С учетом вышеприведенных положений закона, принимая во внимание объем удовлетворенных исковых требований, суд находит возможным взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к старшему следователю СО ОМВД России по Черлакскому району, УМВД России по Омской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Омской области о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Омский областной суд через Центральный районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Л.В. Ямчукова