Решение № 2А-219/2017 2А-219/2017~М-230/2017 М-230/2017 от 2 августа 2017 г. по делу № 2А-219/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

3 августа 2017 г. г. Севастополь

Севастопольский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – судьи Антонова Г.П., при секретаре судебного заседания Стукальской Е.Ю., с участием административного истца ФИО1, единого представителя войсковых частей (изъято) и (изъято) и командиров этих же воинских частей – ФИО2, а также помощника военного прокурора – войсковая часть 90935 майора юстиции ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело № 2а-219/2017 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части (изъято) (изъято) запаса ФИО1 об оспаривании действий командиров войсковых частей (изъято) и (изъято), связанных с порядком увольнения истца с военной службы и исключения из списков личного состав воинской части,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконными приказ командира войсковой части (изъято) от 24 марта 2017 г. (номер) в части, касающейся досрочного увольнения истца с военной службы в запас и приказ командира войсковой части (изъято) от 30 марта 2017 г. (номер) в части, касающейся его исключения из списков личного состава воинской части, и обязать указанных воинских должностных лиц отменить названные приказы в указанной части, восстановив его на военной службе и в списках личного состава войсковой части (изъято).

Также административный истец просил взыскать с административных ответчиков в его пользу понесенные судебные расходы в виде уплаты государственной пошлины в размере 300 рублей.

В обоснование своих требований ФИО1 в поданном административном исковом заявлении и в судебном заседании, указал, что сразу после выявления факта употребления наркотических средств приказом командира войсковой части (изъято) от 16 февраля 2017 г. (номер) был привлечен к дисциплинарной ответственности и за это же правонарушение уволен с военной службы. Таким образом, за один и тот же проступок он был дважды привлечен к дисциплинарной ответственности, что противоречит требованиям действующего законодательства. Кроме того ФИО1 сообщил, что на момент исключения из списков личного состава воинской части он был обеспечен денежным довольствием в полном объеме. При этом ФИО1 обратил внимание на то, что только после обращения в суд он узнал, что ему не выдали вещевое имущество личного пользования.

В представленных в суд возражениях и в судебном заседании единый представитель административных ответчиков – Деревянченко требования истца не признала и просила отказать в их удовлетворении. В обоснование позиции командования указала, что в феврале 2017 г. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за потребление наркотических средств без назначения врача в общественном месте. Приказом командира войсковой части (изъято) от 16 февраля 2017 г. (номер) истец за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в совершении административного правонарушения, за которые военнослужащие несут дисциплинарную ответственность, и был привлечен к такой ответственности. Затем командованием было принято решение о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы в запас. При этом она пояснила, что при исключении из списков личного состава воинской части ФИО1 был обеспечен положенными видами довольствия за исключением вещевого. Однако неполучение истцом вещевого имущества стало возможным лишь по вине последнего, который ранее сам не прибывал для его получения на протяжении длительного времени, а в день судебного заседания получил положенное ему вещевое имущество за исключением нескольких предметов, в виду их отсутствия на складе в момент выдачи. Каких-либо нарушений прав истца в период проведения мероприятий, связанных с его досрочным увольнением с военной службы должностными лицами не допущено.

Начальник филиала ФКУ «Управление Черноморского флота» - «91 финансово-экономическая служба», извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыл, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявил, в связи с чем судом, в соответствии с ч. 6 ст. 226 КАС РФ, принято решение о рассмотрении дела без его участия.

Изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства и письменные возражения, а также выслушав доводы участвующих в деле лиц, мнение военного прокурора, полагавшего необходимым отказать истцу в удовлетворении заявленных требований, суд приходит к следующим выводам.

В июле 2014 года ФИО1 заключен новый контракт о прохождении военной службы на срок 10 лет.

Как следует из послужного списка ФИО1, с ноября 2016 года он проходил военную службу по контракту в воинской должности (изъято) войсковой части (изъято), в воинском звании (изъято).

Из сообщения начальника 1 отдела (г. Севастополь) ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ от 25 июля 2017 г. № 184/07/8208 следует, что ФИО1 не состоит на учете в качестве нуждающихся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма.

Согласно вступившему в законную силу постановлению судьи Севастопольского гарнизонного военного суда от 26 января 2017 г. ФИО1 28 декабря 2016 г. находясь в общественном месте, употребил наркотическое средство без назначения врача, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 20.20 КоАП РФ. С учетом требований ст. 2.5 КоАП РФ судья на основании ч. 2 ст. 24.5 того же Кодекса производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекратил и постановил направить соответствующие материалы командиру войсковой части (изъято) для привлечения административного истца к дисциплинарной ответственности.

После поступления в воинскую часть указанного постановления судьи и материалов проверки сообщения о совершении ФИО1 правонарушения, командиром войсковой части (изъято) издан приказ от 16 февраля 2017 г. (номер), согласно которому истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде объявления строго выговора за употребление 28 декабря 2016 г. наркотических средств, а соответствующему должностному лицу поручено подготовить документы на представление ФИО1 к досрочному увольнению с военной службы в запас по основанию, предусмотренному подп. «л» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе».

Из представления командира войсковой части (изъято) от 1 марта 2017 г. следует, что им принято решение ходатайствовать перед вышестоящим командованием о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы по основанию, предусмотренному подп. «л» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе».

24 марта 2017 г. командиром войсковой части (изъято) издан приказ (номер), в соответствии с которым ФИО1 уволен с военной службы в запас в связи с совершением административного правонарушения, связанного с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача (подп. «л» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»). При этом общая продолжительность военной службы истца в календарном исчислении на момент увольнения составила более (изъято) лет.

В целях реализации данного приказа 30 марта 2017 г. командиром войсковой части (изъято) издан приказ (номер), согласно которому ФИО1 с 7 апреля 2017 г. полагается исключенным из списков личного состава воинской части и всех видов обеспечения.

Эти обстоятельства установлены на основании исследованных в судебном заседании: выписок из приказов командиров войсковых частей (изъято) и (изъято) от 24 марта 2017 г. (номер), от 16 февраля 2017 г. (номер), от 30 марта 2017 г. (номер), материалов прокурорской проверки, представления командира войсковой части (изъято) от 1 марта 2017 г., а также пояснений административного истца и представителя административных ответчиков.

В соответствии с подп. «л» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» одним из оснований досрочного увольнения военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, является совершение административного правонарушения, связанного с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ.

Перечень мер дисциплинарной ответственности прямо предусмотрен п. 2 ст. 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и п. 54 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации. Данный перечень дисциплинарных проступков является исчерпывающим.

Такой меры дисциплинарного воздействия как увольнение с военной службы в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ ни Федеральный закон «О статусе военнослужащих», ни Дисциплинарный устав Вооруженных Сил Российской Федерации не содержат.

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу, что вопреки мнению административного истца, его увольнение с военной службы не является дисциплинарным взысканием. Поэтому издание 24 марта 2017 г. командиром войсковой части (изъято) приказа (номер) не может быть расценено как двойное привлечение к дисциплинарной ответственности за одно и то же нарушение.

Приходя к указанному выводу, суд учитывает, что помимо неукоснительного соблюдения законодательства Российской Федерации, исполнение обязанностей военнослужащего непосредственно связано с использованием оружия и военной техники для защиты государственного суверенитета и территориальной целостности Российской Федерации, обеспечения безопасности государства, что никоим образом несовместимо с употреблением наркотических средств.

Кроме того, данный вывод суда полностью корреспондирует с положением абзаца 5 п. 5 ст. 34 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», в соответствии с которым контракт о прохождении военной службы не может быть заключен с гражданами, подвергнутыми административному наказанию за потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ.

Согласно п. 9-10 Порядка реализации правовых актов по вопросам назначения военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, на воинские должности, освобождению их от воинских должностей, увольнению с военной службы и присвоению им воинских званий, утвержденного приказом Минобороны РФ от 17 декабря 2012 г. № 3733, и приказа командующего Черноморским флотом от 5 июня 2015 г. (номер), командир войсковой части (изъято) наделен полномочиями по увольнению с военной службы младших офицеров.

Как установлено п. 29 Порядка деятельности должностных лиц и органов военного управления по организации прохождения военной службы по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Минобороны РФ от 30 октября 2015 г. № 660, на военнослужащего, подлежащего увольнению с военной службы, подготавливается представление, к которому прилагаются: копия листа беседы; копия аттестационного листа (в случае увольнения военнослужащего по достижении предельного возраста пребывания на военной службе; по истечении срока контракта о прохождении военной службы; в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта; по собственному желанию); рапорт военнослужащего (в случае увольнения военнослужащего по основаниям, когда требуется его согласие на увольнение); копия заключения ВВК (в случае увольнения военнослужащего по состоянию здоровья); другие документы (материалы), подтверждающие основания к увольнению.

Представление и прилагаемые к нему документы направляются в порядке подчиненности в кадровый орган, подчиненный должностному лицу Вооруженных Сил, имеющему право увольнения военнослужащего с военной службы, с расчетом получения их кадровым органом за два месяца до истечения у военнослужащего срока военной службы.

Из представления командира войсковой части (изъято) от 1 марта 2017 г. к досрочному увольнению ФИО1 с военной службы следует, что истец был представлен к досрочному увольнению по основанию, предусмотренному подп. «л» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», представление направлено вышестоящему командиру для принятия решения с приложением необходимых для этого документов, в том числе копии листа беседы.

При таких обстоятельствах приказ командира войсковой части (изъято) от 24 марта 2017 г. (номер), изданный в рамках предоставленных ему полномочий, об увольнении ФИО1 с военной службы в запас за совершение административного правонарушения, связанного с потреблением наркотических средств без назначения врача, по подп. «л» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», является законным и обоснованным, а требования административного истца в этой части суд находит необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконными действий командира войсковой части (изъято), связанных с изданием приказа от 30 марта 2017 г. (номер) об исключении истца из списков личного состава воинской части и со всех видов обеспечения, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 11 ст. 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части, которая, по общему правилу, совпадает с днем истечения срока военной службы. Военнослужащий должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, за исключением случаев, перечисленных в данном пункте Закона, а также в иных случаях, установленных Положением о порядке прохождения военной службы.

Аналогичные правовые нормы закреплены также в п. 23 и 24 ст. 34 Положения, в которых, кроме того, отмечено, что военная служба оканчивается в день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части в связи, в том числе и с увольнением с военной службы. Военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы и не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы, за исключением случаев, предусмотренных п. 11 ст. 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» и указанным Положением.

Пунктом 16 ст. 34 Положения предписано, что военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Таким образом, действующее законодательство не предполагает возможности исключения военнослужащего, вопреки его согласию, из списков личного состава воинской части при наличии перед ним задолженности по денежному и иным видам довольствия, поскольку данное обстоятельство влечет нарушение права такого военнослужащего на установленный порядок прохождения им военной службы.

Вместе с тем, решение о восстановлении военнослужащего в списках личного состава воинской части должно приниматься судом в случае, если выявленное нарушение является столь существенным, что нарушение прав этого лица не может быть устранено без восстановления его в списках личного состава воинской части. Данная правовая позиция полностью согласуется с разъяснениями, содержащимися п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих».

Из материалов дела следует и административным истцом не оспаривалось, что его право на отдых за 2016 и 2017 годы реализовано командованием в полном объеме, а при исключении из списков личного состава воинской части он обеспечен положенным денежным довольствием. Данные обстоятельства объективно подтверждаются представленными в суд расчетно-платежной ведомостью № 2075, реестром № 2075 и справкой о денежном довольствии истца от 13 июля 2017 г. № 6987, из содержания которых следует, что на день исключения истца из списков личного состава воинской части он был обеспечен положенными ему денежными выплатами.

Что же касается ссылки ФИО1 о том, что на момент его исключения их списков личного состава воинской части он не был обеспечен положенным вещевым имуществом, то п. 2 ст. 14 Федерального закона «О статусе военнослужащих» предусмотрено, что военнослужащие обеспечиваются вещевым имуществом по нормам и в сроки, которые устанавливаются Правительством Российской Федерации, в порядке, определяемом Министерством обороны Российской Федерации (иным федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба).

Из копии требования-накладной № 607 усматривается, что за время прохождения ФИО1 военной службы у истца возникло право на получение ряда предметов вещевого имущества, которое, как следует из представленных в суд доказательств и пояснений истца, выдано ему до настоящего времени не в полном объеме.

Как пояснил в суде истец, он, начиная с ноября 2016 г. до 3 августа 2017 г. не обращался в вещевую службу за получением положенного вещевого имущества. В выдаче вещевого имущества ему не отказывали, однако в полном объеме имущество ему не было выдано из-за отсутствия на складе двух теплых тельняшек. Такие действия должностных лиц воинской части он не оспаривает.

Оценивая эти обстоятельства, суд учитывает, что согласно п. 37 Порядка вещевого обеспечения в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Минобороны РФ от 14 августа 2013 г. № 555, военнослужащие по контракту обязаны своевременно получать положенное вещевое имущество на складе воинской части.

Как пояснил в суде представитель административных ответчиков задолженность по предметам вещевого имущества перед ФИО1 образовалась за период прохождения им службы в войсковой части (изъято) начиная с ноября 2016 года. При этом за все время прохождения военной службы, истец только в день судебного заседания – 3 августа 2017 года прибыл на склад для получения положенного ему к выдаче вещевого имущества. Данное обстоятельство не оспаривал в суде и сам истец.

Анализируя вышеизложенное в своей совокупности, суд приходит к выводу, что необеспечение ФИО1 вещевым имуществом личного пользования обусловлено действиями (бездействием) самого истца, который на протяжении длительного времени не выполнял свою обязанность по получению такого имущества, фактически отказавшись и от выполнения необходимых именно с его стороны действий и для его получения перед исключением из списков личного состава воинской части.

Наряду с этим, как судом отмечено выше, решение о восстановлении военнослужащего в списках личного состава воинской части должно приниматься в случае, если выявленное нарушение не может быть устранено без восстановления его в этих списках.

Следовательно, даже в случае нарушения командованием права истца на обеспечение вещевым имуществом, само по себе это обстоятельство не может являться безусловным основанием для его восстановления в списках личного состава воинской части.

Необходимости же возложения на командира войсковой части (изъято) обязанности по обеспечению истца вещевым имуществом в настоящее время также не имеется, поскольку как следует из объяснений представителя административных ответчиков, препятствий для получения ФИО1 вещевого имущества не имеется.

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части (изъято) от 30 марта 2017 г. (номер), ФИО1 с 7 апреля 2017 г. исключен из списков личного состава воинской части. При этом основанием для издания приказа об исключении административного истца из списков личного состава воинской части явился именно приказ командира войсковой части (изъято) от 24 марта 2017 г. (номер) об увольнении ФИО1 с военной службы.

Таким образом, учитывая требования и нормы действующего законодательства в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд приходит к выводу, что оспариваемые ФИО1 действия командира войсковой части (изъято), в части его исключения из списков личного состава воинской части, каких-либо прав и законных интересов истца не нарушают, а оспариваемый приказ этого должностного лица от 30 марта 2017 г. (номер) в части, касающейся ФИО1 является законным, а требования административного истца – необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Так как требования административного искового заявления ФИО1 суд находит не подлежащими удовлетворению, то в соответствии с ч. 1 ст. 103 и ч. 1 ст. 111 КАС РФ судебные расходы по делу следует отнести на счет административного истца.

Руководствуясь ст. 103, 111, 175 - 180 и 227 КАС РФ, военный суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 об оспаривании действий командиров войсковых частей (изъято) и (изъято), связанных с порядком увольнения истца с военной службы и исключения из списков личного состав воинской части – отказать.

Судебные расходы по делу отнести на счет административного истца.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Северо-Кавказский окружной военный суд, через Севастопольский гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу Г.П. Антонов