Решение № 2-3639/2018 2-3639/2018 ~ М-2961/2018 М-2961/2018 от 20 июня 2018 г. по делу № 2-3639/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2018 года г.Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Мамонова К.Л. при секретаре Морозовой А.П. с участием истца ФИО1, представителей ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Петрозаводску, Министерству финансов Российской Федерации и Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании денежных сумм,

установил:

ФИО1, ссылаясь на нарушение своих имущественных прав, обратился в суд с требованиями к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Петрозаводску и Министерству финансов Российской Федерации о возмещении материального вреда, причиненного, как утверждает истец, неправомерным бездействием правоохранительных органов по расследованию совершенного в отношении имущества ФИО1 преступления. Обращение мотивировано фактом хищения у истца ДД.ММ.ГГГГ его маломерного судна и прекращением в последующем уголовного дела, возбужденного по данному факту, за истечением сроков давности уголовного преследования.

В качестве соответчика по спору привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации, а в период разбирательства в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации цена иска уменьшена до 91.680 руб. с одновременным дополнением притязаний ФИО1 требованиями компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец своё обращение в его измененном виде поддержал. Полномочные представители ответчиков, а также третье лицо ФИО5 иск не признали, сославшись на его несостоятельность. Остальные участвующие в деле лица, извещенные о месте и времени разбирательства, в том числе с учетом ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, в суд не явились.

Заслушав пояснения сторон и третьего лица, показания свидетеля <данные изъяты>, исследовав письменные материалы, суд не находит правовых оснований для удовлетворения иска.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с заявлением ФИО1 о совершенном преступлении было возбуждено уголовное дело № о тайном хищении неустановленным лицом ДД.ММ.ГГГГ в г.Петрозаводске принадлежащего истцу катера «<данные изъяты>» № <данные изъяты> года выпуска. Данное преступление не раскрыто, похищенное не найдено, а ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено за истечением сроков давности уголовного преследования, его материалы в январе 2017 года уничтожены.

Согласно ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. В частности, предусмотренное в связи с этим системное правовое регулирование нормами уголовного, уголовно-процессуального и гражданского законодательства устанавливает уголовно-наказуемые запреты за неправомерное завладение чужим имуществом (гл. 21 Уголовного кодекса Российской Федерации), активное участие потерпевшего в соответствующем производстве по привлечению виновного лица к уголовной ответственности (ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), распространение на такие случаи общих правил имущественной ответственности за причинение вреда (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данный правовой режим истцу обеспечен безотносительно к желаемому им результату установления и изобличения преступника, а также возврата похищенного. Причем, показательно, что за материальный и моральный вред, причиненный преступлением, по общему правилу, отвечает лицо, причинившее этот вред, и в случае судебного спора бремя доказывания того, что ответчик является лицом, в силу закона обязанным возместить вред (в том числе за иное лицо), – за истцом. Заявленные ФИО1 ответчики такими лицами не являются.

В то же время каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст.ст. 53 Конституции Российской Федерации, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации). Однако в ситуациях, не связанных с обстоятельствами, предусмотренными ч. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, этот вред возмещается лишь за виновные противоправные действия (бездействие). Такое условие испрошенной истцом ответственности по делу не выявлено.

Сообщение ФИО1 о преступлении принято и разрешено по существу оперативно, следствие по уголовному делу, как таковое, велось и завершено правильным процессуальным решением. При этом объективные данные об иной уголовно-правовой квалификации преступления, влияющей на момент применения п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, нежели имевшая место по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, отсутствуют. То обстоятельство, что расследование не послужило назначению виновному справедливого наказания, не свидетельствует о бездействии следователей. Отсутствие итогового позитивного для истца результата от совокупности проводимых следственных действий не является основанием для установления факта незаконного бездействия правоохранительного органа. Ответственность государства в такой сфере ограничивается надлежащей организацией расследования преступлений и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, в том числе зависящими от лица, совершившего преступление. Само по себе уклонение преступника от правосудия не влечет за собой безусловное возмещение государством имущественного или морального вреда при том, что в данном случае отсутствует совокупность всех необходимых элементов для возложения на казну испрошенной истцом гражданско-правовой ответственности.

Лицо, осуществляющее предварительное следствие по уголовному делу, самостоятельно направляет ход расследования и принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий (ст. 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Представленными суду материалами, в том числе показаниями обозначенного истцом <данные изъяты>, не установлена какая-либо незаконность хода следствия по делу №. Не свидетельствует о ней и возобновление расследования в 2010 году после его приостановления ДД.ММ.ГГГГ – такое решение возможно не только в связи с отменой соответствующего постановления, например, надзирающим прокурором, но и в порядке п. 2 ч. 1 ст. 211 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, принимается во внимание следующее.

Как указано, в соответствии со ст.ст. 12, 15, 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать возмещения причиненного ему ущерба, связанного с незаконными действиями (бездействием) федеральных государственных органов и их должностных лиц. К такому возмещению относится и компенсация морального вреда (ст. 151, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Но эти возмещения – бремя казны Российской Федерации через соответствующего главного распорядителя средств федерального бюджета. В данном случае (если бы имелись основания) – через Министерство внутренних дел Российской Федерации (ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, п. 63 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 01 марта 2011 года № 248). Соответственно, в иске к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Петрозаводску и Министерству финансов Российской Федерации следует отказать как к ненадлежащим ответчикам.

По самостоятельным позициям несостоятелен иск и в части требований компенсации морального вреда. Возложение такой ответственности возможно только при установлении нарушения личных неимущественных прав потерпевшего. Фактически же, как указывает и сторона истца, имело место умаление имущественных прав ФИО1, а в таких случаях компенсация морального вреда допустима лишь по непосредственному предписанию закона (ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). К рассматриваемым обстоятельствам подобные особые законодательные оговорки не относимы. Допустимые с учетом ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства нарушения личных неимущественных прав истца и наличия прямой причинно-следственной связи пережитых физических или нравственных страданий с действиями (бездействием) сотрудников органов внутренних дел суду не указаны и не представлены.

Выше отмечено, что государственная защита прав и свобод человека и гражданина от преступлений реализуется посредством использования механизмов уголовно-процессуального регулирования, предполагающих обязанность органов предварительного расследования при выявлении признаков преступления возбуждать уголовные дела, осуществлять от имени государства уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного обвинения, обеспечивая тем самым неотвратимость ответственности виновных лиц и защиту прав лиц, пострадавших от преступлений. Невыполнение или ненадлежащее выполнение данной обязанности может приводить к нарушению разумного срока рассмотрения дела и ограничению доступа потерпевших к правосудию, становиться, тем самым, основанием возмещения вреда в соответствии со ст.ст. 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, причем, наряду с компенсацией, предусмотренной Федеральным законом «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок». Предметом разрешаемого иска такая компенсация не является, но для спорных возмещений в этом правовом режиме тоже необходимо подтверждение виновных упущений следствия. Обоснование последних истцом одним только длительным периодом работы по уголовному делу, который к тому же обуславливался прямым предписанием закона (п. «б» ч. 1 ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации), в свете разъяснений п. 40 Постановления Пленум а Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года № 11 с очевидностью недостаточно. Одни же утверждения ФИО1 о невыполнении следователями должного объема следственных мероприятий, являясь голословными, формировать судебные выводы и итоговое решение по спору не могут (ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, заявленные ФИО1 требования признаются необоснованными, в удовлетворении его иска следует отказать.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Петрозаводску, Министерству финансов Российской Федерации и Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании денежных сумм отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Петрозаводский городской суд Республики Карелия в течение одного месяца.

Судья

К.Л.Мамонов