Апелляционное определение № 11-3799/2026 от 3 марта 2026 г.

УИД 74RS0030-01-2025-003374-67

дело №2-2152/2025

судья Мухина О.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-3799/2026

04 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе: председательствующего Белых А.А., судей Саранчук Е.Ю., Лисицына Д.А., при секретаре Щегольковой Н.В., рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Челябинске гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 17 ноября 2025 года по иску ФИО1 к автономной некоммерческой организации «Хоккейный клуб «Металлург» о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Белых А.А. об обстоятельствах дела, объяснения истца ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика – ФИО2. ФИО3, полагавших решение суда законным и обоснованным, принимавших участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с Правобережным районным судом г. Магнитогорска Челябинской области, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к автономной некоммерческой организации «Хоккейный клуб «Металлург» (далее – АНО «ХК «Металлург») о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в размере 174 000 руб., судебных расходов.

В обоснование иска указал, что 28 февраля 2023 года произошло ДТП с участием автобуса «MAN LION» под управлением водителя ФИО4, который в нарушение п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, совершая маневр движения задним ходом, совершил наезд на стоящий автомобиль «Хендай Санта Фе», принадлежащий ФИО1 на праве собственности. На момент ДТП водитель ФИО4 находился в трудовых отношениях с АНО «ХК «Металлург». Истец обратился с заявлением о возмещении ущерба в ПАО САК «Энергогарант». 10 марта 2023 года между ФИО1 и ПАО САК «Энергогарант» было заключено соглашение об урегулировании убытка. Истцу была произведена выплата страхового возмещения в размере 71 900 руб. Однако, выплаченного страхового возмещения недостаточно для восстановления автомобиля. Для определения фактического размера ущерба истец обратился к эксперту ФИО5, согласно заключению которого рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по повреждениям, полученным в результате ДТП от 28 февраля 2023 года, составила 245 900 руб. Разница между страховым возмещением и фактическим размером ущерба составила 174 000 руб.

Суд постановил решение об отказе в удовлетворении требований ФИО1 к АНО «ХК «Металлург» о взыскании материального ущерба, причиненного в результате ДТП.

Дополнительным решением от 23 декабря 2025 года в удовлетворении требований ФИО1 к АНО «ХК «Металлург» о взыскании расходов по уплате государственной пошлины, услуг эксперта, оплате услуг представителя отказано. Суд взыскал с ФИО1 в пользу АНО «ХК «Металлург» в счет возмещения расходов на оплату услуг экспертизы 20 000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение об удовлетворении его требований в полном объеме. Указывает, что суд первой инстанции, отказывая в иске, незаконно и необоснованно счел доказанным, что на момент ДТП от 28 февраля 2023 года фара правая автомобиля «Хендай Санта Фе» уже имела следы ремонтного воздействия, обнаруженные в результате осмотра в рамках судебной экспертизы. Ссылается на то, что обстоятельства ДТП от 23 февраля 2025 года судебным экспертом, в рамках судебной экспертизы не исследовались, в связи с чем, пояснения судебного эксперта ФИО6 являются только предположением, и не могут служить доказательством по делу. Указывает, что в ходе судебного заседания пояснял, что в 2022 году, после предшествующего ДТП от 31 августа 2022 года, он заменил фару правую, установив новую оригинальную деталь.

В возражении на апелляционную жалобу АНО «ХК «Металлург» просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Полагает, что заключение эксперта ФИО9 является обоснованным и надлежащим доказательством по делу. Ссылается на то, что истец не предоставил доказательства восстановительного ремонта и письменные доказательства его стоимости.

Третьи лица АО «СОГАЗ», ПАО САК «Энергогарант», ФИО4 о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в суд не явились, в связи, с чем судебная коллегия на основании ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с п. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, и проверив материалы дела, судебная коллегия не находит оснований к отмене постановленного судом первой инстанции решения.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

В силу положений ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931 ГК РФ, п. 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из материалов дела следует, что 28 февраля 2023 года на ул. Северо-Западная в г. Магнитогорске у д. 4/12 произошло ДТП с участием автобуса «MAN LION» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО4, принадлежащего на праве собственности АНО «ХК «Металлург», и автомобиля «Хендай Санта Фе» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО1, принадлежащего ему на праве собственности (т.1 л.д.9-10). В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения. Виновным в ДТП признан водитель ФИО4, нарушивший требования п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, двигаясь задним ходом на автобусе «MAN LION» совершил наезд на автомобиль «Хендай Санта Фе». На момент ДТП водитель ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в качестве водителя в АНО «ХК «Металлург», что не оспаривалось сторонами.

ДТП было оформлено по правилам ст. 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) без оформления ДТП уполномоченными на то сотрудниками полиции. При соблюдении перечисленных условий и составлении участниками ДТП извещения по установленной форме размер страхового возмещения, причитающегося потерпевшему в счет возмещения вреда, причиненного его транспортному средству, не может превышать 100 000 руб. (п. 4 ст. 11.1 Закона об ОСАГО).

Гражданская ответственность водителя ФИО1 на момент ДТП была застрахована в ПАО САК «Энергогарант» по договору ОСАГО серии <данные изъяты> №, водителя ФИО4 – в АО «СОГАЗ» по договору ОСАГО серии <данные изъяты> №.

10 марта 2023 года ФИО1 обратился в ПАО САК «Энергогарант» с заявлением о страховом возмещении. В заявлении истцом выбран вариант страхового возмещения путем перечисления безналичным расчетом на представленные реквизиты (т.1 л.д.40-41).

10 марта 2023 года между ФИО1 и ПАО САК «Энергогарант» было заключено соглашение об урегулировании убытка. Согласно п. 2 соглашения стороны пришли к соглашению о том, что страховщик обязуется произвести потерпевшему выплату страхового возмещения в размере 71900 руб., рассчитанного согласно Единой методике (т.1 л.д.51).

13 марта 2023 года ПАО САК «Энергогарант» произвел выплату страхового возмещения в размере 71 900 руб., что подтверждается платежным поручением № (т. 1 л.д. 39).

Для определения реального размера причиненного ущерба, ФИО1 обратился к независимому эксперту ИП ФИО8 Согласно экспертному заключению ИП ФИО8 № от 01 июля 2025 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по среднерыночным ценам составила без учета износа 245 900 руб., с учетом износа - 107 100 руб. (т. л.д.13-30).

Поскольку выплаченного страхового возмещения недостаточно для ремонта автомобиля, истец обратился в суд к непосредственному виновнику ДТП.

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству ответчика несогласного с размером заявленных требований, по делу назначена судебная оценочная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ИП ФИО9 (т. 1 л.д.113-115).

Согласно заключению судебного эксперта ИП ФИО9 от 27 октября 2025 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в соответствии с Единой методикой № 755-П на дату ДТП 28 февраля 2023 года с учетом износа составила 63 300 руб., без износа - 109 724 руб. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Хендай Санта Фе» по среднерыночным ценам на дату ДТП 28 февраля 2023 года без учета износа составила 47 111 руб. (т. 1 л.д.208-242).

Согласно заключению судебного эксперта в результате ДТП образованы следующие механические повреждения: - бампер передний – трещины, разрывы в правой части; фара права задир на рассеивателе в нижней части (следы кустарного ремонт корпуса в верхней части, следы с/у рассеивателя); - крыло переднее право повреждено ЛКП в передней части; - форсунка омывателя фары правой – разрушен корпус в месте ранее не качественного произведенного ремонта; - пленка защитная фары правой –задиры в нижней части. Иные повреждения передней части автомобиля, по локации и морфологическим признакам противоречит рассматриваемому ДТП.

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции эксперт ФИО9 поддержал в полном объемы выводы судебной экспертизы, дополнительно указав, что фотографии после спорного ДТП свидетельствуют о наличии следов кустарного ремонтного воздействия на фару, имелись следы герметика в нижней части, производились работы, замена рассеивателя. Следы ремонтного воздействия на корпусе фары правой противоречат повреждениям, полученным от ДТП 28 февраля 2023 года, а также от ДТП 23 февраля 2025 года.

После допроса в судебном заседании экспертом <данные изъяты> предоставлено дополнительное заключение № <данные изъяты> котором указано, что при условии, что на момент ДТП 28 февраля 2023 года фара правая уже имела обнаруженные в результате осмотра в рамках судебной экспертизы,следы ремонтного воздействия и повреждения (иллюстрация 6-9), стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Хендай Санта Фе» по среднерыночным ценам на дату ДТП 28 февраля 2023 года без учета износа составила 47 111 руб. При условии, что на момент ДТП 28 февраля 2023 года фара правая не имела следов ремонта и повреждений, обнаруженных при осмотре (иллюстрация 6-9), стоимость восстановительного ремонта автомобиля по среднерыночным ценам на дату ДТП 28 февраля 2023 года без учета износа составила 158 868 руб.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, признав заключение эксперта ИП ФИО9 достоверным и обоснованным, установив, что потерпевший реализовал свое право на получение страхового возмещения путем заключения с ПАО САК «Энергогарант» соглашения об урегулировании страхового случая, которое не признано судом недействительным, обязанность по выплате страхового возмещения страховщиком исполнена в полном объеме, пришел к правильному выводу, что поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля по среднерыночным ценам без учета износа (47 111 руб.) не превышает страховое возмещение, полученное истцом от ПАО САК «Энергогарант» (71900 руб.), то оснований для взыскания стоимости восстановительного ремонта с АНО «ХК «Металлург» не имеется.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследовании доказательств, их оценке в соответствии с правилами, установленными в ст.67 ГПК РФ, и соответствуют нормам материального права, регулирующим возникшие между сторонами правоотношения. Оснований для переоценки представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

В силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с п.п. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом п. 16.1 ст. 12 вышеуказанного закона установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего. В частности, подпунктом «ж» указанного пункта установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу п/п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит. Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закона об ОСАГО также не предусматривает.

Как следует из материалов дела, ФИО1 заключил с ПАО САК «Энергогарант» соглашение о выплате страхового возмещения в размере 71900 руб. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном п/п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а, следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

В соответствии с п.п. 18 и 19 ст. 12 Закона об ОСАГО, а также с учетом разъяснений, изложенных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оплата стоимости восстановительного ремонта осуществляется страховщиком с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов).

Поскольку между ФИО1 и ПАО САК «Энергогарант» имело место соглашение в рамках урегулирования спора по договору ОСАГО, что является законным основанием для выплаты страхового возмещения в денежной форме с учетом износа, в действиях страховой компании нарушений прав истца не усматривается.

ФИО1, как потерпевший в ДТП и получивший страховую выплату в денежной форме на основании п/п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, в силу положений ст. 1072 ГК РФ вправе требовать возмещения ущерба с причинителя вреда в части, не покрытой страховым возмещением.

В соответствии с разъяснением в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст.1079, ст. 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате ДТП, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Ответственность страховщика в рамках договора ОСАГО ограничена размером ущерба, определенным по Единой методике определения расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка России от 04 марта 2021 года №755-П, и установленным законом лимитом ответственности страховщика.

Сверх определенной таким образом суммы ущерба ответственность перед потерпевшим несет причинитель вреда, который в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в силу ст. 1072 ГК РФ.

Таким образом, выплата страхового возмещения по договору ОСАГО сама по себе не освобождает причинителя вреда от обязанности возместить разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в силу норм действующего законодательства.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 № 1838-О, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда.

Требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда.

Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования.

Возмещение вреда в полном объеме означает восстановление транспортного средства до состояния, предшествовавшего причинению вреда, исключая неосновательное его улучшение, устанавливаемое судом в каждом конкретном случае. При этом выбор способа защиты нарушенного права - путем взыскания фактически произведенных расходов либо расходов, которые необходимо произвести, - по смыслу приведенных выше положений статьи 15 ГК РФ принадлежит лицу, право которого нарушено.

Размер фактически произведенных расходов либо расходов, которые необходимо произвести, по настоящему делу установлен заключением судебного эксперта ИП ФИО9 от 27 октября 2025 года, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Хендай Санта Фе» по среднерыночным ценам на дату ДТП 28 февраля 2023 года без учета износа составила 47 111 руб.

Учитывая установленные обстоятельства, поскольку полная стоимость восстановительного ремонта без учета износа согласно экспертному заключению равна 47 111 руб., а ПАО САК «Энегогарант» перечислило истцу ФИО1 страховое возмещение по договору ОСАГО в размере 71900 руб., судебная коллегия приходит к выводу о том, что истцом не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что действительный размер понесенного истцом ущерба превышает сумму полученного им страхового возмещения, поэтому в силу ст.1072 ГК РФ правовые основания для удовлетворения исковых требований в заявленном истцом размере отсутствуют.

Довод апелляционной жалобы ФИО1 о том, что заключение судебного эксперта ИП ФИО9 является недопустимым доказательством по делу, судебная коллегия считает несостоятельным по следующим основаниям.

В соответствии с ч.ч. 2, 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из заключения эксперта ИП ФИО9 № следует, что на корпусе фары имеются повреждения и следы ремонта до исследуемого ДТП (иллюстрация 6-9 Заключения). На форсунке омывателя фары имеются следы кустарного ремонта (иллюстрация 10 Заключения).

Согласно п. 7.16 Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, разработанных ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, если составная часть, подлежащая замене, уже имела не устраненные повреждения до рассматриваемого события происшествия, то эти предыдущие повреждения должны быть учтены. Их учет осуществляется либо применением дополнительного износа заменяемой составной части с учетом данных таблицы 2 приложения 2.5 «Определение дополнительного износа составной части КТС» к Методическим рекомендациям, либо путем следующего расчета. От совокупных затрат на замену составной части (стоимости составной части и работ на ее замену) вычитают затраты на ее ремонт вследствие повреждений, которые были до рассматриваемого события. Полученное отрицательное значение свидетельствует о необходимости замены составной части вследствие предыдущего повреждения. В этом случае при определении стоимости восстановительного ремонта и размера ущерба от рассматриваемого события стоимость таких составных частей в расчетах не учитывается, а учитывается только их демонтаж-монтаж при ремонте, если это необходимо.

Судебным экспертом в соответствии с п. 7.16 Методических рекомендаций, в связи с наличием на момент ДТП не устраненных повреждений корпуса фары правой, следов кустарного ремонта, сделан вывод о том, что фара правая требовала замены до рассматриваемого происшествия, в связи с чем исключена из расчета стоимости восстановительного ремонта. Потребительские свойства и техническое состояние фары правой, в результате повреждений, полученных в рамках рассматриваемого ДТП, не ухудшилось, поэтому ущерб в части повреждения фары правой, не причинен.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9 дополнительно пояснил, что в результате осмотра автомобиля истца на фаре, кроме повреждения рассеявателя, были обнаружены следы кустарного ремонта. Это следы склеивания, потеки эпоксидной смолы, клея. В связи с чем в соответствии с п. 7.16 Методических рекомендаций фара была исключена из расчета. Эксперт не смог определить, когда был произведен кустарный ремонт фары. В заключении есть фара на момент осмотра, которая участвовала в ДТП. В процессе осмотра автомобиля были заданы все вопросы ФИО1 На осмотре автомобиля ФИО1 говорил, что это вновь установленная фара после ДТП с автобусом. ФИО1 соглашался, что это та самая фара. Указал, что на данный момент истец просто придумал другую историю с фарой, после ознакомления с результатами судебной экспертизы.

В рамках данного ДТП нет следов прямого взаимодействия на фару. На фаре есть след, который есть на фотографиях осмотра страховой компании, на фотографиях с места ДТП. Для рассматриваемого случая имеет значение, был ли ремонт фары после ДТП с автобусом. Все, что было до ДТП не имеет значения. В рамках с ДТП с автомобилем «Ниссан» такие повреждения не могли образоваться. Все следы ремонта в верхней части корпуса фары, при ДТП с автомобилем «Ниссан» повреждения находились в нижней части корпуса фары. Фара имела разрушение рассеивателя, повреждения корпуса, ее отремонтировали и поставили до ДТП с автобусом.

В судебном заседании суда первой инстанции эксперт ФИО9 провел осмотр фары, представленной истцом ФИО1

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 на вопрос суда пояснил, что с 2023 года не обнаруживал запотевания фары, после ДТП с автомобилем «Ниссан Альмера». Только в 2025 году появилось запотевание фары. Фара снимается легко, необходимо только два болта снять. Он заклеил фару и запотевание прекратилось. В 2025 году автомобиль «Хендай Санта Фе» участвовал в ДТП 2 раза, была повреждена та же самая фара. Он не знал, что была фара повреждена. Когда ремонтировал автомобиль на деньги, выплаченные страховой компанией после ДТП с автобусом, их не хватило. Он отремонтировал бампер частично, внутренние мелкие запчасти. Ремонт производил в сервисе, который не представил документов, поскольку была устная договоренность. Снимали ли фару в сервисе пояснить не смог.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 пояснил, что после ознакомления с экспертизой ИП ФИО9, в которой эксперт исключил из расчета фару, в судебное заседание суда первой инстанции была представлена фара на осмотр эксперту. Указал, что на момент ДТП с автобусом на автомобиле стояла новая фара, без каких-либо повреждений.

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции свидетель ФИО10 пояснил, что у хоккейного клуба заключен договор с автомоечным комплексом, который находится на <данные изъяты> там моют автобусы клуба. 28 февраля 2023 года ему позвонил водитель и сказал, что наехал на автомобиль. Поврежден был бампер автобуса, на автомобиле «Хендай Сента Фе» аварийный комиссар нашел три повреждения: бампер, крыло, фара. Когда произошло столкновение, бампер принимал на себя все давление, и он разрезал пленку и сделал царапину. На судебном осмотре он сразу на это обратил внимание. Фара, которая была на судебной экспертизе, именно та фара, которая была в день ДТП на автомобиле истца. Три полосы было от повреждения, три глубоких царапины, вмятин не было.

Вместе с тем, о выполнении ремонтного воздействия на фару после ДТП 23 февраля 2025 года, при осмотре в ходе проведения экспертизы истец не указывал, на что в судебном заседании указал эксперт ФИО9, а также представители ответчика, участвующие при проведении осмотра. О том, что на момент осмотра автомобиля фара правая была в таком же состоянии, как и на день спорного ДТП, пояснил свидетель ФИО10

Проанализировав содержание заключения эксперта ИП ФИО9 судебная коллегия приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. В заключении эксперт указал исходные данные, которые были им исследованы и проанализированы при выполнении экспертизы, а именно материалы гражданского дела, фотоматериал, произвел осмотр автомобиля истца «Хендай Санта Фе».

Эксперт ФИО9 имеет соответствующее образование, опыт в проведении экспертиз, заключение дано в пределах его специальных познаний, был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований сомневаться в его выводах у судебной коллегии не имеется.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что заключение эксперта ФИО9 является недостоверным, истцом представлено не было.

Таким образом, судебная коллегия разделяет выводы суда первой инстанции о допустимости заключения эксперта ИП ФИО9 в качестве доказательства. Оснований для переоценки собранных по делу доказательств судебная коллегия не усматривает.

Суд правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, и разрешил спор в соответствии с требованиями закона. Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 17 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 марта 2026 года.