Апелляционное определение № 11-2933/2026 от 18 февраля 2026 г.

УИД 74RS0002-01-2025-000741-41

Судья Величко М.Н.

Дело № 2-2260/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-2933/2026
19 февраля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Лузиной О.Е.,

судей Рыжовой Е.В., Сердюковой С.С.,

при секретаре Галеевой З.З.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам акционерного общества «ТБанк», публичного акционерного общества «Сбербанк» на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 29 августа 2025 года по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк», акционерному обществу «ТБанк» о признании незаключенными договоров на выпуск и обслуживание кредитной карты, о применении последствий незаключенной сделки.

Заслушав доклад судьи Рыжовой Е.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционных жалоб, объяснения представителя ответчика публичного акционерного общества «Сбербанк» ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО1 ФИО3, возражавшей против доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «Сбербанк» (далее – ПАО Сбербанк), акционерному обществу «ТБанк» (далее – АО «ТБанк»), в котором с учетом уточнений просит признать незаключенным договор на выпуск и обслуживание кредитной карты ПАО Сбербанк № между ФИО1 и ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ; признать незаключенным договор на выпуск и обслуживание кредитной карты № между ФИО1 и АО «ТБанк». Истец просит применить последствия незаключенного договора в виде взыскания с ПАО Сбербанк денежных средств в пользу истца в размере 205 434,65 руб.

В обоснование требований указано, что истец ДД.ММ.ГГГГ около 07 часов 00 минут истцом было обнаружено оформление кредитной карты ПАО Сбербанк, хотя лично истец никаких заявок на оформление кредитной карты не совершала, каких-либо кодов не сообщала. Впоследствии, при обращении истца в отделение ПАО Сбербанк истцу стало известно об оформлении на истца кредитной карты в ПАО Сбербанк, с кредитным лимитом 180 000 руб., задолженность по которой составляет 175 242,95 руб., а также об оформлении на истца кредитной карты в АО «ТБанк» с кредитным лимитом в 75 000 руб. <данные изъяты>

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении иска настаивала по изложенным в иске основаниям.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании на удовлетворении иска настаивала по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика ПАО Сбербанк – ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск (т. 1 л.д. 110-120).

Представитель ответчика АО «ТБанк» участия в судебном заседании не принял, извещен, сведений о причинах неявки суду не представил, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, в письменном отзыве на иск исковые требования (т. 2 л.д. 24-32) не признал по аналогичным доводам.

Суд постановил решение, которым частично удовлетворил исковые требования ФИО1 Признал незаключенным договор на выпуск и обслуживание кредитной карты ПАО Сбербанк № между ФИО1 и ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ.

Признал незаключенным договор на выпуск и обслуживание кредитной карты № между ФИО1 и АО «ТБанк».

В апелляционной жалобе представитель АО «ТБанк» просит отменить решение суда, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска. В обоснование ссылается на то, что они не могли отказать в заключении кредитного договора с клиентом, так как клиент подал заявку из своего личного кабинета, с соблюдением требования к форме, порядку и способу заключения договора. Доводы истца об удаленном подключении третьих лиц к её телефону, получении ими СМС-кодов, введением их и заключении мошенническим путем оспариваемого договора, фактически судом не проверены, судом не были запрошены сведения о переадресации звонков и СМС-сообщений, не установлены иные способы вмешательства посторонних лиц. Обращает внимание суда на то, что совершаемые операции не соответствовали критериям подозрительных операций, а потому банк не имел право их отменять. <данные изъяты>. Полагает, что оснований для взыскания с банка компенсации морального вреда не имелось, так как доказательства недобросовестности действий банка при заключении кредитного договора, осведомленность банка о совершении в отношении клиента третьими лицами мошеннических действий, в материалы дела не представлены. Считает, что истец обязан возвратить банку полученные денежные средства в полном объеме. <данные изъяты>

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель ПАО Сбербанк просит решение суда отменить в части удовлетворенных исковых требований, принять в этой части новое решение об отказе в иске в полном объеме, взыскать с ФИО1 в пользу ПАО Сбербанк расходы по уплате госпошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 15 000 руб. Ссылается на то, что в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства заключения договора третьим лицом, а не самим истцом, факт мошенничества не установлен. При этом судом не дана оценка доказательствам, которые подтверждают совершение операций самим истцом, и что действия истца позволяли банку идентифицировать клиента и давали основания полагать, что операции осуществляются по его собственному распоряжению и волеизъявлению. Возможное разглашение истцом своих персональных данных и кодов доступа связывает истца правовыми последствиями совершенных от его имени сделок в силу доктрины видимости полномочий. Считает, что материалами дела подтвержден факт получения истцом кредитных средств, дальнейшее распоряжение ими путем перечисления на счет истца в другом банке не свидетельствует о недействительности кредитного договора. Указывает, что суд признал поведение банка недобросовестным, при этом оценка доказательствам подтверждения клиентом операций не дана, не указаны основания, причины отклонения данных доказательств. Полагает, что передача истцом средств доступа в систему «Сбербанк Онлайн» третьему лицу не является основанием для признания кредитного договора незаключенным.

Возражений на апелляционные жалобы не поступило.

Стороны о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на Интернет сайте Челябинского областного суда, в связи с чем, судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив материалы дела и решение суда в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В соответствии со ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст.178, п.2 ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если сделка нарушает установленный п.1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст.10 и п.1 или 2 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п.п.7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

На основании ч. 2 ст.5 Федерального закона от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи», простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей, или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго п.1 ст.160 настоящего Кодекса.

Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее Федеральный закон «О потребительском кредите (займе)»), установлено, что договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (ч.ч.1,3,4 ст.5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (ч.ч.1 и 9 ст.5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) четким, хорошо читаемым шрифтом (ч.12 ст.5).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в ч.9 ст.5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (ч.6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (ч.14).

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года № 2669-О, в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Принцип ответственности банка как субъекта предпринимательской деятельности на началах риска закреплен в пункте 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу положений которого лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Клиент банка - физическое лицо несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства только при наличии своей вины по основаниям, установленным частью 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичные основания ответственности и условия освобождения от ответственности предусмотрены статьями 13, 14 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее по тексту - Закон о защите прав потребителей).

Исходя из положений пунктов 2, 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также соответствующих положений пункта 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, факт надлежащего исполнения обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности, а также отсутствие вины подлежит доказыванию именно исполнителем услуги. Банк в силу своего положения является специалистом на рынке финансовых услуг, занимается предпринимательской деятельностью, в связи с чем, несет риски, определяемые характером такой деятельности.

Поскольку Банк в данном случае выступает экономически сильной стороной сделки, то именно на нем лежит обязанность проверки значимых обстоятельств, как то, реальное наличие воли заемщика на заключение договора и то, что полученные данные принадлежат именно тому лицу, которое заключает договор.

В п. 73 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» разъяснено, что в силу указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требований о его письменной форме (ст. 820 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.2 ст.836 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует и судом установлено, что в рамках договора дистанционного банковского обслуживания от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ПАО Сбербанк и ФИО1, последней был открыт счет, выпущена дебетовая карта, произведено подключение услуги «Мобильный банк» к указанной карте.

ДД.ММ.ГГГГ от имени истца в ПАО Сбербанк дистанционным способом был заключен договор на выпуск и обслуживание кредитной карты путем подтверждения Клиентом одобренных Банком условий кредита с помощью введения ключа простой электронной подписи в системе «Сбербанк Онлайн»; оформления договора на выпуск и обслуживание кредитной карты ПАО Сбербанк №; зачисления Банком денежных средств на счет истца в рамках одобренного лимита на карту <данные изъяты> (номер счета карты №).

В этот же день, в 19:57 часов (по МСК) с использованием телефона ФИО1 и системы «Сбербанк Онлайн» в системе «Сбербанк Онлайн» произведен перевод денежных средств с карты <данные изъяты> на дебетовый счет клиента №, карта <данные изъяты>, открытого в АО «ТБанк» на имя ФИО1, в размере 170 000 руб., с удержанием комиссии в размере 5 100 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и АО «ТБанк» был заключен договор расчетной карты №, с 2022 года истец являлась пользователем мобильного приложения «Т-Банк».

ДД.ММ.ГГГГ в 18:13 часов был осуществлен вход в мобильное приложение «Т-Банк» с телефона <данные изъяты>, принадлежащего ФИО1 В рамках данной сессии клиент обратился с заявкой на заключение договора кредитной карты №. Договор кредитной карты № был подписан путем ввода кода из СМС, направленного на мобильный телефон истца. Перед подписанием кредитного договора данный код был направлен истцу в личный кабинет указанного мобильного приложения.

После чего с мобильного устройства истца в личном кабинете последовало распоряжение о переводе кредитных денежных средств с предоставленной картиной карты, в размере 74 000 руб. на банковский счет в АО «Почта Банк». АО «ТБанк» совершил данную операцию. Зачисленные на счет ФИО1 со счета ПАО Сбербанк денежные средства ДД.ММ.ГГГГ в размере 168 000 руб. были переведены по распоряжению клиента через мобильное приложение «Т-Банк» на счет неустановленного получателя в «Промсвязьбанке».

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Установив отсутствие воли истца на заключение кредитных договоров, суд первой инстанции, руководствуясь вышеуказанными положениями закона, пришел к правильному выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1, признав незаключенными договоры на выпуск и обслуживание кредитных карт, заключенные между истцом и ПАО Сбербанк, АО «ТБанк».

У судебной коллегии нет оснований не соглашаться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильно установленных обстоятельствах, подтвержденных собранными по делу доказательствами, на правильном применении норм материального права и мотивированы судом.

Доводы апелляционной жалобы АО «ТБанк» о том, что они не могли отказать в заключении кредитного договора с клиентом, так как клиент подал заявку из своего личного кабинета, с соблюдением требования к форме, порядку и способу заключения договора, отклоняются судебной коллегией, поскольку соблюдение формальных процедур, в том числе введение смс-кода, использование личного кабинета, не означает наличие воли клиента на заключение договора. Материалами дела подтверждается, что в момент совершения действий по оформлению сделок, истец находилась под влиянием обмана и совершала действия под диктовку мошенников, не имея при этом намерений на заключение кредитных договоров. Банк в свою очередь, как профессиональный участник рынка, обязан обеспечивать безопасность операций, чего им сделано не было. Само по себе использование смс-кодов и личного кабинета не является безусловным доказательством того, что договор заключен именно клиентом, в соответствии с его волеизъявлением.

Довод АО «ТБанк» о том, что суд не проверил доводы об удаленном доступе и не запросил сведения о переадресации звонков и СМС –сообщений, не влекут отмену принятого по делу судебного акта. При рассмотрении дела, судом первой инстанции произведена оценка представленных доказательств в их совокупности в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на основании которой суд пришел к правильному выводу о том, что факт оформления истцом договоров под воздействием мошенников, в отсутствие её действительной воли на приобретение кредитных обязательств, нашел свое подтверждение в судебном заседании. Обстоятельства дела прямо указывают на использование социальной инженерии и технических средств обмена данными при оформлении кредитов на истца, что делает излишним детальный поиск именно переадресации звонков, так как доступ к данным был получен иным преступным путем.

Что касается довода АО «ТБанк» о том, что операции не соответствовали критериям подозрительных, в связи с чем Банк не имел права их отменять, то с ним также согласиться нельзя, так как выдача кредита и немедленный перевод всей суммы в другой Банк или на счета третьих лиц это признак сомнительной операции.

<данные изъяты>

Ссылки в жалобе АО «ТБанк» об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, не имеют отношения к рассматриваемому делу, так как судом моральный вред с ответчиков не взыскивался.

<данные изъяты>

Доводы апелляционной жалобы ПАО Сбербанк об отсутствии доказательств того, что договор заключен третьими лицами, а не самим истцом, отклоняются судебной коллегией, поскольку представленные в материалы дела доказательства в совокупности подтверждают, что действия истца были вынужденными и совершались под влиянием обмана, что свидетельствует об отсутствии воли истца на заключение кредитных договоров и является основанием для признания таких договоров незаключенными.

Ссылки в жалобе ПАО Сбербанк на то, что действия истца, при оформлении кредитного договора позволяли Банку идентифицировать клиента являются несостоятельными, поскольку как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, Банк, как профессиональный участник, должен совершенствовать системы безопасности так, чтобы отличать обычное поведение клиента от аномального (мошеннического). Формальная идентификация по смс-коду не снимает с Банка ответственности, если характер операции явно вызывает сомнения относительно заинтересованности клиента в кредите.

Доводы апелляционной жалобы ПАО Сбербанк о том, что разглашение кодов доступа связывает истца правовыми последствиями, а передача доступа третьим лицам не делает договор незаключенным, не влекут отмену принятого по делу решения суда, так как передача кодов под влиянием обмана не является добровольной передачей прав. Истец не разглашала данные осознанно, а была введена в заблуждение преступниками, действующими от имени телефонного оператора. В данном случае нашло свое подтверждение, то обстоятельство, что при наличии подписи (смс-кода), истец намерение взять кредит не имела, а сделка без воли сторон не может считаться состоявшейся.

Довод ПАО Сбербанк о том, что истец фактически получила кредитные средства на свой счет в другом банке, что подтверждает реальность договора, отклоняется судебной коллегией, так как из материалов дела следует, что зачисление денег на счет истца в «ТБанке» и их перевод в «Почта Банк» были частями преступной цепочки, по сути данный перевод являлся транзитной операцией и истец не имела реальной возможности распорядиться денежными средствами.

В ходе рассмотрения дела каких-либо доказательств, подтверждающих реальное наличие воли заемщика на заключение договоров и то, что полученные данные поступили именно тому лицу, которое заключает договор, стороной ответчика в суд предоставлено не было.

Фактически при заключении кредитных договоров с истцом Банки, исходили только из формального соблюдения порядка подписания договора, не убедились, что намерение заключить договор исходит от заемщика.

Довод ПАО Сбербанк о том, что суд не указал причины отклонения доказательств Банка, не опровергает выводы изложенные в решении суда, поскольку суд оценил все представленные в материалы дела доказательства, отклонив доказательства Банка подтверждающие лишь техническую сторону оформления кредитов онлайн способом, которые не могут опровергнуть факт того, что истец находилась под психологическим давлением и обманом.

Дополнения к апелляционной жалобе ПАО Сбербанк также не содержат доводов, которые могли бы повлиять на правильность принятого по делу решения.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции основанными на правильном применении норм материального права и сделанными без нарушений норм процессуального права, поскольку выводы, изложенные в обжалуемом судебном постановлении, соответствуют обстоятельствам дела, установленным на основании всесторонней оценки представленных по делу доказательств с соблюдением правил статей 55, 56, 59, 60, 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нормам материального права, регулирующим спорные правовые отношения, постановлены в отсутствие нарушения норм процессуального права, повлиявшего на исход дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом определены верно и полно. Мотивы, по которым суд пришел к означенным выводам, в судебном постановлении приведены со ссылками на нормы права и материалы дела.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все юридически значимые обстоятельства были установлены судом, нормы материального права истолкованы и применены правильно, а при исследовании и оценке доказательств, собранных по делу, нарушений норм процессуального права не допущено.

Доводы апелляционных жалоб фактически повторяют позицию ответчиков, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, получившую надлежащую правовую оценку и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали оспариваемые выводы суда, в связи с чем не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного постановления.

Материальный закон при рассмотрении настоящего дела судом применен верно, указаний на нарушения норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием к отмене обжалуемого судебного акта, апелляционные жалобы не содержат.

Несогласие апеллянтов с выводами суда и установленными по делу обстоятельствами, неправильное толкование подлежащих применению при рассмотрении настоящего дела норм права, и иная точка зрения, как должен быть разрешен спор, не может служить основанием для пересмотра судебного постановления в апелляционном порядке.

Принимая во внимание, что апелляционные жалобы не содержит доводов, свидетельствующих о допущенных судом нарушениях норм права, которые могут являться основанием для отмены в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции оснований для их удовлетворения не находит.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 29 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «ТБанк», публичного акционерного общества «Сбербанк» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04 марта 2026 года.