Апелляционное постановление № 10-9577/2025 от 19 мая 2025 г. по делу № 01-0195/2025

Дело № 10-9577/2025 Судья Соколова А.А.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Москва 20 мая 2025 года

Московский городской суд в составе председательствующего судьи Галимовой А.Г.,

при помощнике судьи Кульбякине П.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры г. Москвы Дмитриева К.В.,

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, ФИО1,

адвоката Богомолова Д.В., представившего удостоверение и ордер,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Булкина А.И. на постановление Тимирязевского районного суда г. Москвы от 20 марта 2025 года, которым в отношении

Малабекова Эльмана, паспортные данные, гражданина адрес, имеющего среднее образование, состоящего в браке, нетрудоустроенного, имеющего троих малолетних детей, зарегистрированного по адресу: адрес, ранее не судимого,

прекращено уголовное преследование по ч.1 ст.264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей на основании ст.25 УПК РФ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления постановления в законную силу оставлена без изменения.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Доложив обжалуемое постановление и доводы апелляционного представления, выступление прокурора Дмитриева К.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, мнение лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, ФИО1, и адвоката Богомолова Д.В., полагавших постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

фио обвиняется в совершении нарушения правил дорожного движения, то есть нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Обжалуемым постановлением суда уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с примирением с потерпевшей на основании ст. 25 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Булкин А.И. выражает свое несогласие с указанным постановлением, находит его незаконным, необоснованными и немотивированным. Отмечает, что суд первой инстанции не учел, что основным объектом преступления, в совершении которого обвинялся фио, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств и не сослался в своем решении на то, какие именно действия ФИО1 расценены, как загладившие вред этим общественным интересам. Согласие потерпевшей и её законного представителя на прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон, возмещение потерпевшей причиненного ущерба не устраняет наступившие последствия в виде допущенных нарушений в сфере безопасности дорожного движения, не свидетельствует о заглаживании вреда, причиненного основному объекту преступного посягательства. По мнению автора жалобы, принятые ФИО1 меры являются недостаточными, носят формальный характер и бесспорно не свидетельствуют о снижении степени общественной опасности совершенного преступления. Так же, суд проигнорировал дополнительный объект инкриминируемого преступления – здоровье несовершеннолетнего ребенка, защита прав и интересов которого является приоритетным в системе развития общества и государства.

Просит постановление суда отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Прекращая уголовное дело по ходатайству законного представителя потерпевшей, суд сослался на то, что фио, на учётах в НД и ПНД не состоит, женат, имеет на иждивении троих малолетних детей, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, впервые обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести, примирился с потерпевшей и ее представителем, загладил причиненный вред в полном объеме, возместил ущерб, извинился и извинения были приняты, что, по мнению потерпевшей и ее представителя является достаточным. Учитывая вышеуказанные обстоятельства в совокупности, суд посчитал, что фио не нуждается в применении к нему меры государственного принуждения в виде уголовного наказания, и прекратил уголовное дело в связи с примирением с потерпевшей на основании ст. 25 УПК РФ.

Вместе с тем, судом при принятии обжалуемого решения не учтено следующее.

В соответствии со ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

При этом в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 4 июня 2007 г. № 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

Указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Такая же позиция нашла отражение в п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при раз-решении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей ст.76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего (п.10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 19).

Различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, поэтому предусмотренные ст.76 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния.

Таким образом, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое, обоснованное и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые виновным для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Однако, указанные требования закона при принятии решения по настоящему уголовному делу судом не выполнены, поскольку не учтен ряд обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела.

Как следует из материалов уголовного дела, органами предварительного расследования фио обвиняется в совершении нарушения правил дорожного движения, то есть нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Вместе с тем, суд, прекращая уголовное дело, не установил, каким образом заглажен вред, причиненный преступлением. Делая вывод исключительно на пояснениях ФИО1 суд не учел, что не является основаниями для прекращения уголовного дела за примирением сторон, лечение потерпевшей в медицинском учреждении путем оказания бесплатных медицинских услуг.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд не оценил, в какой степени принятые ФИО1 действия по возмещению реально причиненного материального ущерба позволяли в полном объеме нивелировать наступившие от этого преступления негативные последствия. Исходя из конкретных обстоятельств дела, объекта преступного посягательства, вызывает сомнение, что учтенные судом данные о личности ФИО1, отраженные в судебном решении судом первой инстанции, повлияли как на изменение общественной опасности личности последнего, так и обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного при условии отсутствия каких-либо смягчающих обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, его ролью и поведением во время или после совершения преступления.

Как верно отмечено в апелляционном представлении, судом оставлено без внимания то, что основным объектом преступления, в совершении которого обвинялся фио являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Дополнительным объектом преступного посягательства в данном деле выступают здоровье и жизнь человека.

При этих обстоятельствах отсутствие лично у потерпевшей претензий к ФИО1, а также ее мнение о полном возмещении материального ущерба и морального вреда в размере сумма, принесение извинений потерпевшим, не могут устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в наступлении тяжких последствий для фио

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что само примирение, может быть не признано судом достаточным для освобождения виновного от уголовной ответственности, даже если он предпринял действия, направленные на заглаживание причиненного потерпевшему вреда, однако, изменение вследствие этого степени общественной опасности лица, совершившего преступление, сохраняет основание для применения к нему государственного принуждения.

Само по себе возмещение материального ущерба и морального вреда не может безусловно свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшей фио и представителя несовершеннолетней потерпевшей ФИО2 претензий к ФИО1, а также их субъективное мнение о полном заглаживании вреда, не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности. Кроме того, суд не привел суждений о том, соответствует ли прекращение уголовного дела по данному основанию общественным интересам и способны ли меры, которыми ограничился суд, предотвратить в будущем подобное отношение ФИО1 к охраняемым законом общественным отношениям и ценностям, на которые общественно опасные деяния посягают.

Следует обратить внимание, что, соглашаясь на примирение потерпевшие своим согласием лишь создают предпосылки к процессуальному решению о прекращении уголовного преследования, которое, однако, окончательно принимается судом, в рамках его полномочий и лишь при наличии оснований для этого, предусмотренных статьей 76 УК РФ. Такое решение не только определяет права, обязанности и законные интересы потерпевшего, но и затрагивает прерогативы государства осуществлять преследование по уголовному делу либо отказаться от него.

Следует отметить, что принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного - в виде лишения права управления транспортными средствами.

Изложенное позволяет усомниться в справедливости принятого решения о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, поскольку оно не отвечает задачам, закрепленным в ст. 2 УК РФ, в связи с чем выводы суда апелляционной инстанции о соблюдении судом первой инстанции требований уголовного и уголовно-процессуального законов при разрешении судом ходатайства потерпевшей фио, ее законного представителя ФИО2, являются преждевременными, о чем верно указано в апелляционном представлении.

При таких обстоятельствах обжалуемое постановление суда нельзя признать законными и обоснованными, в связи с чем оно подлежат отмене, а уголовное дело – передаче на новое судебное разбирательство.

На основании изложенного 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Тимирязевского районного суда г. Москвы от 20 марта 2025 года в отношении Малабекова Эльмана о прекращении уголовного преследования по ч.1 ст.264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей на основании ст.25 УПК РФ отменить.

Уголовное дело в отношении Малабекова Эльмана по ч.1 ст.264 УК РФ передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционное представление удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке во Второй кассационной суд общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ, через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. фио вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: