Решение № 2А-593/2018 2А-593/2018~М-477/2018 М-477/2018 от 26 июля 2018 г. по делу № 2А-593/2018

Дело № 2а-593/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июля 2018 года г. Николаевск-на-Амуре

Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в составе председательствующего судьи Е.Н. Головиной,

с участием:

- административного истца ФИО4,

- административного ответчика ФИО5,

- представителя административного ответчика ОМВД России по Николаевскому району, действующей на основании доверенности № 8 от 12.02.2018 г., ФИО6,

при секретаре Исаченковой Н.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное исковое заявление ФИО4 к должностным лицам ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району ФИО5, ФИО7, ОМВД России по Николаевскому району о признании незаконными действий сотрудников полиции ФИО5, ФИО7, привлечении указанных должностных лиц к административной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец обратился в суд с вышеуказанными требованиями к административным ответчикам, мотивируя это тем, что 29 марта 2018 года в 16:01 он ехал со своей супругой по ул. Советская, со стороны ул. Свердлова в сторону ул. Володарского, перед перекрестком с ул. Володарского его остановили двигающиеся ему навстречу на патрульном автомобиле два инспектора: сотрудники полиции ФИО7 и ФИО5 Сотрудник полиции ФИО7 подошел первым, представился, не назвав своего звания, попросил предъявить документы, на что административный истец ответил, чтобы он разъяснил ему причину и основания для остановки транспортного средства, на что сотрудник полиции назвал ему номер какого-то приказа, не объяснив самой причины и цели остановки, а после вообще заявил, что отчитываться не обязан и вновь потребовал документы. Сотрудник полиции ФИО5 вел видеозапись на свой личный телефон и фиксировал административного истца и его супругу, не спросив при этом их разрешения, а далее фотографировал на него и документы, переданные административным истцом, что является нарушением ст.24 Конституции РФ. Административный истец передал сотруднику полиции ФИО7 водительское удостоверение и свидетельство о регистрации ТС, а также попросил путевой лист в связи с тем, что автомобиль принадлежит не мало известному ООО «Дискон-ДВ», на что административный истец указал, что не обязан его иметь, тогда сотрудник полиции ФИО7 отошел в сторону и к административному истцу обратился уже второй сотрудник полиции ФИО5, который тоже представился, также не назвав своего звания, и также не объяснил самой причины и цели остановки, попросил в утвердительной форме передать путевой лист. Сотрудники полиции между собой сказали, что к административному истцу будет применена статья 19.3 КоАП РФ, незаконные действия сотрудников полиции ФИО7 и ФИО5 ограничили административного истца в праве на свободное передвижение, согласно п.1 ст.27 Конституции РФ, а также нарушили приказ МВД России от 23.08.2017 г. № 664, п.45 п.106, не разъяснив административному истцу основания для остановки транспортного средства и не назвав свои звания. Административный истец подчинился незаконным требованиям сотрудников полиции ФИО7 и ФИО5 и передал путевой лист. Далее сотрудник полиции ФИО5 спросил, где отметка о прохождении медицинского осмотра, на что административный истец ответил, что он не является грузоперевозчиком, пассажирские перевозки и перевозки багажа также не оказывает. Для какой цели административному истцу нужен путевой лист, ни один из сотрудников полиции не объяснил. После чего сотрудник полиции ФИО5 сказал, что административный истец должен пройти к ним в автомобиль для составления протокола, и он задержан, на что административный истец ответил, что составление протокола не является задержанием. Тогда сотрудник полиции ФИО5 начал придумывать причины, не связанные с правовыми нормами и действующим законодательством, а именно произнес следующие фразы: «мне не нравится ваше состояние», «глазки красные», то есть, как понял административный истец, предъявил ему первичные признаки опьянения, что послужило его задержанию и сопровождению в патрульный автомобиль, но самого протокола об отстранении на месте составлено не было, как и протокола задержания. Идя к патрульному автомобилю, сотрудники полиции ФИО7 и ФИО5 заявили административному истцу, что в патрульном автомобиле снимать на камеру запрещено, на что административный истец попросил назвать какими документами это запрещено, и как это может ограничить его права на съемку проводящихся с ним мероприятий по проверке опьянения и составления протокола за неимение медицинского освидетельствования, на что сотрудник полиции ФИО5 в убедительной форме снова попросил прекратить съемку, в противном случае к административному истцу будет применена статья 19.3 КоАП РФ, на что административный истец ответил «хорошо» и прекратил съемку, отложив камеру в сторону, не выключая. Также, идя к патрульному автомобилю, сотрудники полиции ФИО7 и ФИО5 подвергли жизнь административного истца опасности, переводя его через дорогу к патрульному автомобилю, где имелось движение транспорта, а также пешеходный переход, обозначенный знаками 5.19.1 и 5.19.2 (пешеходный переход). Далее полицейские привлекли понятных, ими были ФИО1 и ФИО2 Сотрудник полиции ФИО5 составил протокол об отстранении от управления транспортным средством, а также акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, освидетельствование в патрульном автомобиле показало отрицательный результат, отказа от освидетельствования административный истец не проявлял, потому как в отношении него был бы составлен административный протокол по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, что предполагает лишение права управления транспортным средством. Далее ему также было предложено пройти медицинское освидетельствование в медицинском учреждении, административный истец отказа от его прохождения также не проявил, поскольку в отношении него также мог быть составлен административный материал по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ. Освидетельствование в медицинском учреждении, как и в патрульном автомобиле, показало отрицательный результат. Прибыв обратно, к месту остановки транспортного средства, административному истцу были переданы копии протокола 27 АМ № 360080 и акт 27 АА № 103148, никаких других материалов не составлялось, статьи никакие ему не разъяснялись, как и право на обжалование действий сотрудников полиции. 29 марта 2018 г. им было написано заявление в дежурную часть ОМВД России по Николаевскому району о незаконных действиях сотрудников полиции ФИО7 и ФИО5, позже административному истцу пришел ответ, что в действиях сотрудника нарушений не установлено. Административный истец считает, что действиями сотрудников полиции ФИО7 и ФИО5 нарушено его право на свободное передвижение по территории РФ, данное ему от рождения, ст.27.1 Конституции РФ, также он был неправомерно задержан сотрудниками полиции более двух часов. Также в отношении него производилась незаконная мера государственного принуждения, а именно задержание без составления при этом протоколов на месте. Вместе с тем, административный истец необоснованно подвергся прохождению процедуры по освидетельствованию на состояние опьянения, с привлечением сторонних лиц как понятных, в глазах которых он может потерять деловую репутацию, как и в глазах общественности, родственников, друзей и клиентов. Также сотрудники полиции ФИО7 и ФИО5 нарушили право административного истца на проведение видеосъемки проходивших с его участием мероприятий, согласно ст.152 прим.1 ГК РФ и ст.24 КоАП РФ, также своими действиями сотрудники полиции, по мнению административного истца, превысили должностные полномочия. Руководствуясь положениями главы 22 КАС РФ, просит суд признать незаконными действия сотрудников полиции ФИО7 и ФИО5, привлечь административных ответчиков к установленной КоАП РФ ответственности, взыскать с них уплаченную за подачу иска государственную пошлину в размере 300 рублей.

В судебном заседании административный истец полностью поддержал заявленные исковые требования к ответчикам, по существу иска показал, что данные сотрудники полиции нарушили приказ МВД № 664, нормы ФЗ № 3 «О полиции» в части ст.27, т.е. сотрудник полиции обязан соблюдать Конституцию РФ, другие нормативные акты, ст.5 Закона о том, что полиция осуществляет свою деятельность на основании уважения и соблюдения прав и свобод гражданина и человека. 29.03.2018 г. сотрудниками полиции ФИО7 и ФИО5 необоснованно и беспричинно произведена остановка его транспортного средства, после чего административный истец был задержан на 2 часа без составления протокола о задержании, человек считается задержанным только после составления материалов дела, но его задержали без протокола, чем нарушили его конституционное право на свободу передвижения, предусмотренное ч.1 ст.27 Конституции РФ, отвели в патрульный автомобиль и там уже начали составлять документы: отстранение от управления, отстранение начали составлять не в его автомобиле, а в патрульном, затем составлять акты, его отстранили по признакам алкогольного опьянения, по подозрению нахождения в таком состоянии, но причиной изначально остановки его транспортного средства послужила проверка документов, которая не имела оснований, поскольку проверка документов осуществляется только на каком-то основании согласно п.106 Административного регламента, оснований не было, далее он был задержан для проверки документов и составления какого-то там протокола и документов за отсутствие у него путевого листа, и когда административный истец отказался пройти в патрульный автомобиль, ответчик ФИО5 сказал, что он уже задержан на других основаниях, по подозрению нахождения в состоянии алкогольного опьянения, т.е. он преследовал цель не выяснить обстоятельства дела, а просто обвинить человека в чем-нибудь. Кроме того имеются знаки дорожного движения и все граждане должны выполнять правила дорожного движения, являясь участниками дорожного движения, выход полицейского на проезжую часть допустим только для пресечения правонарушения, его жизнь и здоровье данные сотрудники полиции поставили под угрозу, подвергли опасности, поскольку перевели его через дорогу при имеющемся пешеходном переходе буквально в 10 метрах, вне его зоны, при этом осуществлялось по дороге движение автомобилей, в этом видит нарушение своих конституционных прав также. Далее, не доходя до патрульного автомобиля, оба сотрудники полиции ему поясняли, что в автомобиле запрещено снимать на видеокамеру, хотя тем же приказом разрешено это делать для предотвращения коррупции и коррупционной составляющей, таким образом были нарушены его конституционные права, так как ему разъяснили, что если он камеру не выключит, ему сотрудники полиции угрожали применением положений ст.19.3 КоАП РФ, в этом видит нарушение своих конституционных прав, делали это неоднократно, 3 раза, дальше незаконно задержали на 2 часа, в пределах указанного времени необоснованно проводили с ними процессуальные действия: отстранение от управления, освидетельствование, направление на мед.освидетельствование, поездка в мед.учреждение, результат оказался отрицательным и возврат на место остановки транспортного средства. Если у сотрудников полиции возникло подозрение о нахождении его в состоянии алкогольного, наркотического опьянения, то сотрудники полиции должны были сразу его отвезти на медицинское освидетельствование, этого не было сделано, в этом также видит нарушение его конституционных прав. Согласно п.38 Административного регламента, в случае использования сотрудниками полиции средств фото- и видеофиксации и записывающей аппаратуры, в том числе устанавливаемой в патрульном автомобиле, сотрудник полиции обязан уведомить человека об этом, сотрудник полиции ФИО5 ничего об этом не говорил, производя запись на свой личный мобильный телефон как его, так и его супругу, для какой цели это было сделано, не разъяснялось, были нарушены его этим конституционные права – защита его права на изображение, фото- и видео снимали без его согласия, на тот момент никакого состава правонарушения не было установлено сотрудниками полиции, поэтому фиксировать его (административного истца) он имел право только с разрешения административного истца и должен был об этом предупредить. Сами сотрудники полиции в момент остановки его транспортного средства находились по форме, административный истец понимал, что перед ним находятся сотрудники полиции. Сотрудник полиции ФИО7 не назвал ему свою должность, звание, не назвали ему причину и основание для остановки транспортного средства, этим были нарушены его конституционные права, так как административному истцу было непонятно какие действия с ним и кто хочет проводить, так как его необоснованно остановили и ограничили его право на передвижение. Он подтверждает, что отстранение от управления транспортным средством проводилось в присутствии двух понятых с составлением процессуального документа, затем проведено освидетельствование также в присутствии двух понятых, ему было предложено пройти мед.освидетельствование, на что он согласился, с составлением процессуальных документов. Что касается признаков опьянения, которые послужили основанием для его отстранения - поведение, не соответствующее обстановке, то с 2014 г. в мед.учреждениях и в правоохранительных органах нет такой графы как поведение, не соответствующее обстановке. ОМВД нарушило его конституционные права, поскольку за действия своих должностных лиц отвечает ОМВД, потому оно и было привлечено административным истцом в качестве ответчика. Кроме того, считает, что остановка его автомобиля была связана не с необходимостью проверки документов, а из личных неприязненных отношений к нему данных сотрудников полиции, их предвзятом отношении к нему, поскольку он неоднократно жаловался на их действия и данные сотрудники полиции неоднократно привлекались к дисциплинарной ответственности по его жалобам.

В судебном заседании административный ответчик ФИО5 с административным иском не согласился в полном объеме, по существу дела показал, что 29.03.2018 г. он находился при исполнении своих служебных обязанностей на маршруте патрулирования, автопатруля № 111 совместно с другим инспектором ОГИБДД, ст.лейтенантом полиции ФИО7, двигались по ул. Советская в восточном направлении, на встречу им двигался автомобиль ФИО4, в соответствии приказом МВД 2017 г., административным регламентом – п.84 пп.13, а также в соответствии с ФЗ «О полиции», ст.13 п.20, решили остановить данное транспортное средство для проверки документов, из патрульного автомобиля вышел сотрудник полиции ФИО7 и жестом руки предъявил требование автомобилю, которым управлял ФИО4 об остановке, ФИО4 остановился. К нему подошел ФИО7, представился, ФИО4 находился в машине на водительском месте, на пассажирском сиденье находилась какая-то женщина, ФИО7 потребовал передать ему для проверки документы: водительское удостоверение, свидетельство о регистрации ТС и страховой полис, так как автомобиль зарегистрирован на фирму, в соответствии с законодательством у данного гражданина должен быть при себе путевой лист, после чего ФИО7 потребовал у ФИО4 путевой лист, ФИО4 ответил, что путевой лист у него есть, но он его предоставлять не будет, поскольку он не осуществляет перевозки, ему было объяснено, что в его автомобиле находится пассажир, которого он перевозит. Уточняет, что после того как к ФИО4 подошел ФИО7, административный истец попросил его объяснить причину остановки транспортного средства, ФИО7 ему указал, что это п.84 пп.13 Административного регламента Приказа МВД № 664, основание – проверка документов, ФИО4 стал говорить что это за Приказ и требовал его показать. После того, как ФИО4 отказался предоставить инспектору ОГИБДД ФИО7 путевой лист, подошел административный ответчик ФИО5 и начал осуществлять видеосъемку, представился ФИО4, назвал свою фамилию, должность и звание, также попросил предоставить его путевой лист, на что он отказал его предоставить и ФИО5, после чего ФИО5 и начал производить видеосъемку на свой телефон, разъяснив ФИО4, что если он не передаст путевой лист, то он будет привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.19.3 КоАП РФ за неповиновение сотруднику полиции, данный факт зафиксирован им был на телефон, так как в автомобиле находился пассажир, и в рамках административного расследования, данная видеозапись была приложена. При общении с ФИО4, у него возникло подозрение о нахождении последнего в состоянии опьянения по клиническим признакам - поведение, не соответствующее обстановке и внешний вид, были красноватые глаза, ему было предложено пройти в патрульный автомобиль, ФИО4 прошел с ними, в автомобиле в присутствии двух понятых он был отстранен от управления транспортным средством, ему было предложено пройти освидетельствование на месте, он согласился, было проведено освидетельствование, результат которого был отрицательный, но так как у него имелись клинические признаки опьянения, был составлен протокол о направлении на медицинское освидетельствование, ему было предложено пройти медицинское освидетельствование по основанию наличия достаточных данных полагать, что лицо, управляющее транспортным средством находится в состоянии опьянения по вышеуказанным признакам и наличия отрицательного результата освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, ФИО4 также согласился. Затем они убыли в психоневрологический интернат, где ФИО4 прошел мед.освидетельствование, по результатам которого состояние опьянения не было установлено, они возвратились к месту остановки транспортного средства, где ФИО4 собственноручно написал объяснение по данному факту и там же на месте было вынесено постановление о прекращении производства по делу по п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ за отсутствие в его действиях состава административного правонарушения по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, ФИО4 была вручена копия и гражданин был отпущен. Причиной остановки послужила проверка документов, после остановки и проверки документов установлено, что автомобиль зарегистрирован на юридическое лицо и сотрудник ФИО7 потребовал путевой лист, который ФИО4 отказался предоставить, после чего у ФИО5, подошедшего к автомобилю, в процессе общения с ФИО4 возникло подозрение о нахождении последнего в состоянии опьянения по вышеуказанным клиническим признакам, и с ФИО4 стали проводиться процессуальные действия, связанные с этим, т.е. с составлением процессуальных документов в патрульном автомобиле. Также после смены ими был написан рапорт на имя начальника ОГИБДД, что в действиях юридического лица усматриваются признаки административного правонарушения по ст.12.31.1 КоАП РФ, по которым, по результатам административного расследования были возбуждены административные производства, составлены протоколы. Что касается произведения им видеосъемки на свой телефон, то данную съемку он проводил для фиксации административного правонарушения как по ст.19.3 ч.1 КоАП РФ, так и то, что гражданин перевозил пассажира, в соответствии с п.76 Приказа № 664 Административного регламента, сотрудник полиции имеет право производить аудио- и видеофиксацию, фотофиксацию любыми приборами, которые находятся на вооружении полиции и иными приборами, позволяющими производить аудио-, фото- и видеофиксацию, и согласия лица, в отношении которого это производится, не требуется. Право на свободное передвижение ФИО4 по территории РФ ими не нарушалось, остановка ФИО4 имела законный характер, для проверки документов, неправомерного задержания более 2-х часов не имелось, с ФИО4 производились процессуальные действия, связанные с подозрением нахождения последнего в состоянии опьянения, кроме того, до 3-х часов, если произведено задержание, протокол о задержании не составляется, только более 3-х часов, тогда составляется протокол, это все прописано в приказе МВД № 664, пункт не помнит. Все процессуальные действия ими проведены в рамках закона, обоснованно, нарушение прав ФИО4 с их стороны не имелось, статья 19.3 ч.1 КоАП РФ ему разъяснялась по причине того, что он отказался выполнить требование сотрудника полиции о предоставлении ему путевого листа, что касается нарушения его права на видеосъемку, то данное право он не нарушал, находясь в патрульном автомобиле, сотрудник полиции ФИО5 попросил ФИО4 не махать камерой перед ним, и пояснил ему, что у них в патрульном автомобиле находится три регистратора, и административный истец может предоставить эту запись, так как он не выключал камеру и продолжал все записывать, им все приобщено к иску, права на съемку его никто не лишал, съемка им производилась, камеру он не выключал. Что касается утверждения истца о том, что они подвергли жизнь административного истца опасности, переводя его через дорогу вне зоны пешеходного перехода поясняет, что сотрудники полиции находились на дороге и несли службу на перекрестке и самой дороге, что прописано и в их должностных обязанностях (они несут службу на указанных участках), с соблюдением мер личной безопасности. Когда человек задержан, они находятся на проезжей части и переводят человека в патрульный автомобиль также через проезжую часть с соблюдением мер личной безопасности и всех мер безопасности гражданина, пешеходный переход находился от них далеко, не 10 метров, как утверждает административный истец, до него они не дошли, так как шли к патрульному автомобилю. Никакого превышения своих должностных полномочий не было, он выполнял свои должностные обязанности в рамках закона. К дисциплинарной ответственности он привлекался только один раз в виде замечания и только потому, что он не назвал свою должность, никакого предвзятого отношения к административному истцу он не имеет.

В судебном заседании представитель административного ответчика ОМВД России по Николаевскому району, действующая на основании доверенности № 8 от 12.02.2018 г. и в пределах предоставленных полномочий, ФИО6, с административным иском как к ОМВД России по Николаевскому району, так и к административным ответчикам ФИО5 и ФИО7 не согласилась в полном объеме и просит в иске отказать, по существу дела показала, что административным истцом не указано в иске, чем ОМВД России по Николаевскому району нарушило его конституционные права и какие, поскольку административный истец описывает ситуацию именно с действиями сотрудников ОГИБДД, что ими нарушены его права, кроме того, не считают обоснованными и требованиями административного истца к конкретным должностным лицам – ФИО7 и ФИО5, сотрудники действовали в рамках предоставленных полномочий, в соответствии с ФЗ № 3 «О полиции», сотрудник полиции имеет право составлять протоколы об административном правонарушении, применять меры обеспечения, и все, что происходило 29.03.2018 г., это составление протокола об отстранении от управления, медицинское освидетельствование, просто освидетельствование, все ими производилось в рамках обеспечительных мер в рамках возбужденного производства по делу об административном правонарушении, полномочия на это у сотрудников были, они находились на службе, все основания остановки сотрудники назвали, п.84.13 является самостоятельной причиной остановки, они ее назвали, хотя истец и утверждает, что она не была названа, выявив нарушение, начали составлять все необходимые процессуальные действия, потому что отстранение от управления происходит до установления факта управления транспортным средством в состоянии опьянения, у сотрудников возникло подозрение о том, что истец находится в состоянии опьянения, и после отстранения уже производится процедура подтверждения либо не подтверждения данного факта, т.е. все было сделано последовательно и в рамках предоставленных полномочий, нарушений не было. По обращению ФИО4 была проведена проверка, 22.04.2018 г. было обращение, 29.04.2018 г. проверка была окончена, административному истцу был дан ответ, а 30.04.2018 г. было подготовлено заключение.

В судебное заседание административный ответчик ФИО7 не явился, извещен в надлежащем порядке, о чем в материалах дела имеется соответствующая расписка, заявлений, ходатайств суду не представил, согласно выписки из приказа (справка) № 203888 от 27.07.2018 г., неявка в судебное заседание связана с уважительной причиной, нахождением административного ответчика в отпуске с 30.06.2018 г. по 31.08.2018 г. с выездом из г. Николаевска-на-Амуре.

В соответствии с ч.6 ст.226 КАС РФ лица, участвующие в деле об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, их представители, а также иные участники судебного разбирательства извещаются о времени и месте судебного заседания.

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела, если суд не признал их явку обязательной.

В связи с чем суд находит возможным рассмотреть административное исковое заявление в отсутствие административного ответчика ФИО7 по имеющимся в деле материалам, по правилам ч.6 ст.226 КАС РФ, поскольку последний извещен в надлежащем порядке о месте и времени рассмотрения дела, при этом судом явка указанного административного ответчика в судебное заседание, обязательной не признавалась.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии с ч.9 ст.226 КАС РФ если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В соответствии с ч.11 ст.226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Таким образом административный истец должен доказать нарушены ли его права, свободы и законные интересы, либо созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности, а также доказать соблюдены ли сроки обращения в суд.

Сроки обращения в суд административным истцом не нарушены, последний обратился в суд с соблюдением 3-х месячного срока, а именно 15.06.2018 г. (л.д.7).

Как установил суд, должностные лица ОМВД России по Николаевскому району ФИО7 и ФИО5 занимают должности инспекторов ДПС ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району, а именно с 2007 г. ФИО5 и с 2007 г. ФИО7, что не оспаривалось участниками процесса и подтверждено исследованными материалами дела, в частности представленным заключением служебной проверки от 30.04.2018 г. (л.д.34-38), имеют специальные звания: старшего лейтенанта полиции - ФИО5 и старшего лейтенанта полиции - ФИО7 (л.д.34-38).

Из проанализированных материалов дела судом установлено, что 29.03.2018 г. в отношении ФИО4 как водителя транспортного средства, должностным лицом ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району, инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району ФИО5 составлен протокол 27 АМ № 360080 об отстранении от управления транспортным средством 29.03.2018 г. в 16 часов 10 минут на ул. Советская в районе дома № 64 г. Николаевска-на-Амуре, указано процессуальное основание отстранения - подозрение о нахождении в состоянии опьянения, отстранение произведено в присутствии понятых, что не оспаривалось участниками процесса (л.д.12).

Согласно акта освидетельствования ФИО4 на состояние алкогольного опьянения от 29.03.2018 г. 27 АА № 103148, при наличии у него клинических признаков опьянения, отраженных в акте: резкое изменение окраски кожных покровов лица и поведение, не соответствующее обстановке, уполномоченным должностным лицом, инспектором ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району ФИО5, проведено освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, по результатам которого установлен отрицательный результат, с указанным результатом ФИО4 согласился, что им подтверждено его подписью, освидетельствование также проведено в присутствии двух понятых, что не отрицалось участниками процесса (л.д.13).

29.03.2018 г. в отношении ФИО4 тем же должностным лицом составлен протокол о направлении на медицинское освидетельствование 27 АК № 338073 по п.3 протокола, о чем в протоколе имеется запись управомоченного должностного лица, с направлением на медицинское освидетельствование ФИО4 согласен, что им не отрицалось и подтверждено подписями понятых (л.д.14).

Согласно акта медицинского освидетельствования № 55 от 29.03.2018 г., по результатам его проведения состояние опьянения у ФИО4 не установлено (л.д.15).

Согласно постановления по делу об административном правонарушении с последними цифрами № 7049 от 29.03.2018 г., вынесенного должностным лицом – инспектором группы ДПС ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району, имеющему специальное звание - лейтенантом полиции ФИО7, указано: 29.03.2018 г. в 16 часов 10 минут ФИО4 управлял автомобилем по ул. Советская в районе дома № 64 г. Николаевска-на-Амуре Хабаровского края с признаками опьянения (резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке), чем нарушил п.2.7 ПДД РФ, руководствуясь ст.28.6, 29.10 КоАП РФ постановил: административное производство, возбужденное по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ в отношении ФИО4 прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения по п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, копия постановления ФИО4 получена под роспись 29.03.2018 г. и им в порядке главы 30 КоАП РФ, не обжаловано (л.д.16).

На л.д.17 административным истцом представлено заявление (жалоба) на действия указанных сотрудников полиции по событию 29.03.2018 г. о незаконном задержании и применении к нему вышеуказанных административных процедур, в котором он указал, что считает такие действия сотрудников полиции незаконными и нарушившими его права и свободы согласно ч.1 ст.27 Конституции РФ.

Ответом ОМВД России по Николаевскому району б/н и без числа за подписью врио заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка) ФИО3 указано, что по результатам рассмотрения заявления истца, нарушений требований Административного регламента и процессуальных норм КоАП РФ, в действиях сотрудников полиции ФИО5 и ФИО7, не установлено (л.д.19-20).

В судебном заседании также просмотрен видеофайл со звуком длительностью 27 минут 51 секунд, МVI № 0004 на диске № 1, предоставленного истцом, об обстоятельствах остановки транспортного средства административного истца и применения к нему в дальнейшем административных процедур, связанных с отстранением от управления транспортным средством, подлинность записи в судебном заседании подтверждена как административным истцом, так и административным ответчиком ФИО5 (л.д.21).

На л.д.34-38 административным ответчиком ФИО5 представлено заключение проверки от 30.04.2018 г., по заявлению ФИО4 от 28.04.2018 г. по обстоятельствам 29.03.2018 г., по проверке аналогичных обстоятельств, которые в рамках административного иска оспаривает истец, по результатам проверки нарушений в действиях вышеуказанных сотрудников полиции не установлено, данное заключение (л.д.34-38) и ранее направленный ответ (л.д.19-20), административным истцом в рамках иска не оспариваются.

Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 23 августа 2017 г. № 664 утвержден Административный регламент исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения (далее по тексту - Административный регламент).

Данный нормативный правовой акт является действующим и подлежащим обязательному применению на территории РФ.

Пункт 84 Административного регламента предусматривает перечень оснований для предъявления сотрудником требования об остановке водителем транспортного средства.

Согласно подпункту 84.13 Административного регламента таким основанием является проверка документов на право пользования и управления транспортным средством, документов на транспортное средство и перевозимый груз.

Исходя из положений статьи 5, пункта 2 статьи 30 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», безопасность дорожного движения обеспечивается, в том числе, посредством осуществления уполномоченными федеральными органами исполнительной власти федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения согласно их компетенции в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Федеральный государственный надзор в области безопасности дорожного движения осуществляется в целях обеспечения соблюдения осуществляющими деятельность по эксплуатации автомобильных дорог, транспортных средств, выполняющими работы и предоставляющими услуги по техническому обслуживанию и ремонту транспортных средств юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями и гражданами - участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения (пункт 1 статьи 30 Федерального закона «О безопасности дорожного движения»).

В силу пункта 19 части 1 статьи 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» государственный контроль (надзор) за соблюдением правил, стандартов, технических норм и иных требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения возложен на полицию.

Подпунктом 27 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 г. № 699, к полномочиям министерства относятся формирование государственной политики в области безопасности дорожного движения и участие в реализации основных направлений обеспечения безопасности дорожного движения в Российской Федерации; организация и проведение мероприятий по предупреждению дорожно-транспортных происшествий и снижению тяжести их последствий; организация и осуществление в соответствии с законодательством Российской Федерации федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения в Российской Федерации, а также осуществление специальных контрольных, надзорных и разрешительных функций в области обеспечения безопасности дорожного движения.

Полномочие Министерства внутренних дел Российской Федерации по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения предусмотрено Положением о федеральном государственном надзоре в области безопасности дорожного движения, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 19 августа 2013 г. № 716, а полномочия по разработке и утверждению административного регламента, устанавливающего сроки и последовательность административных процедур (действий) федерального органа исполнительной власти при осуществлении государственного контроля (надзора), определены Правилами разработки и утверждения административных регламентов исполнения государственных функций, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 16 мая 2011 г. № 373.

Таким образом, Административный регламент утвержден уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Порядок принятия нормативного правового акта, а также требования к его государственной регистрации и опубликованию соблюдены.

В соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 13 Федерального закона «О полиции» полиция вправе: останавливать транспортные средства, если это необходимо для выполнения возложенных на полицию обязанностей по обеспечению безопасности дорожного движения; проверять документы на право пользования и управления ими, документы на транспортные средства и перевозимые грузы, наличие страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства.

Федеральный государственный надзор в области безопасности дорожного движения включает в себя осуществление Госавтоинспекцией таких административных процедур, как: надзор за дорожным движением, проверка документов, остановка транспортного средства (подпункты "а", "б", "г" пункта 8 Положения о федеральном государственном надзоре в области безопасности дорожного движения).

Как следует из пункта 60 Административного регламента, надзор за дорожным движением может осуществляться в пешем порядке, на патрульном автомобиле в движении или стационарном положении, на стационарном посту.

Правила дорожного движения Российской Федерации, утвержденные постановлением Совета Министров - Правительством Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, предоставляют регулировщикам, к которым относятся и сотрудники полиции, право останавливать транспортные средства с помощью соответствующих сигналов, предусмотренных Правилами (пункты 1.2 и 2.4), но не определяют специальные места для остановки сотрудниками полиции транспортных средств, предусматривая общие требования к остановке (пункт 12.1) и места, где она запрещена (пункт 12.4).

В связи с чем доводы административного истца о реализации сотрудниками полиции права проверки документов на право пользования и управления транспортным средством, документов на транспортное средство и перевозимый груз в нарушение требований закона и Конституции РФ, поскольку остановка транспортного средства и самого административного истца 29 марта 2018 года была незаконной, поскольку, как указывает административный истец, причины (оснований) остановки не имелись, не основаны на нормах права, а потому - несостоятельны.

Сотрудники полиции находились при исполнении своих должностных обязанностей, в рамках осуществления своей служебной деятельности по надзору в сфере безопасности дорожного движения, произвели законную остановку транспортного средства ФИО4 для проверки документов, указанную причину остановки, что является самостоятельным основанием, четко назвали административному истцу с указанием пункта и подпункта Приказа № 664, административного регламента (п.84 пп.13), что четко видно и слышно на просмотренной видеозаписи истца, в связи с чем в данной части иск противоречит обстоятельствам просмотренной видеозаписи и каких-либо нарушений конституционных прав ФИО4 не имелось, равно как и не были созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов.

Ссылка на предвзятое отношение и личные неприязненные отношения указанных сотрудников полиции к административному истцу основаны исключительно на субъективной оценке истца об этом и являются его предположением, ссылка на жалобы на действия указанных сотрудников полиции, результатом которых имели место случаи привлечения их к дисциплинарной ответственности, не влияют на изложенную позицию суда, поскольку их подача и результат рассмотрения само по себе не может служить достаточным основанием для утверждения о предвзятом отношении к административному истцу, как установил суд, остановка административного истца связана с исполнением 29.03.2018 г. данными должностными лицами своих обязанностей, последние находились на службе, а не осуществили остановку транспортного средства административного истца вне рамок служебной деятельности или по собственной инициативе.

Таким образом указание сотрудниками полиции при остановке транспортного средства на подпункт 84.13 Административного регламента не противоречит приведенным нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, соответствует целям Федерального закона «О безопасности дорожного движения», указанным выше правам и обязанностям полиции и никоим образом не нарушают права административного истца.

Каких-либо нарушений конституционных прав административного истца при остановке транспортного средства не имелось, из просмотренной видеозаписи усматривается, что оба сотрудника полиции административному истцу представились, назвав свою должность и полностью фамилию, имя, отчество, в данном случае не указание своего звания никак не повлияло на конституционные права административного истца, они ничем не были нарушены, никаких негативных последствий для административного истца это не повлекло, какие-либо препятствия для реализации прав административному истцу созданы не были, доказательств обратного в деле не имеется, ФИО4 подтвердил, что сотрудники полиции были одеты по форме, он понимал, что это сотрудники ОГИБДД, и в совокупности с тем, что оба сотрудника полиции представились, назвав свою должность и ФИО полностью, каких-либо нарушений конституционных прав ФИО4, не имелось и этим не были созданы какие-либо препятствия.

Нарушение конституционных прав административного истца в части запрета ведения видеосъемки со стороны сотрудника полиции ФИО5 не привело к нарушению каких-либо конституционных прав ФИО4, телефон у последнего не изымался, какое-либо физическое давление на ФИО4 из-за его записи общения на телефон с сотрудниками полиции 29.03.2018 г., не применялось, процессуальные документы, включая составление каких-либо протоколов, в том числе, по ст.19.3 КоАП РФ в отношении административного истца за неповиновение сотрудникам полиции (в части не выключения телефона или производства им видеосъемки), не составлялось и не проводилось, при этом ФИО4 не был лишен и в дальнейшем производить на свой телефон видеозапись и аудиозапись разговора с сотрудниками полиции 29.03.2018 г., которую и предоставил в суд для просмотра, таким образом его конституционные права ничем не были нарушены, какие-либо препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов созданы не были, а также на истца не были незаконно возложены и какие-либо обязанности.

В соответствии с п.76 Административного регламента, утвержденного Приказом МВД России от 23.08.2017 № 664 (ред. от 21.12.2017 г.) «Об утверждении Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения» при надзоре за дорожным движением допускается использование специальных технических средств, принадлежащих государственным и муниципальным органам, общественным объединениям и организациям, а также использование иных технических средств фото-, звуко- и видеозаписи.

Таким образом инспектор ДПС имеет право использовать фото-, видео- и звукозаписывающую аппаратуру, уведомив об этом водителя (п. п. 38, 39, 40 Регламента).

В соответствии с п.2 ст.26.7 КоАП РФ документы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К документам относятся материалы фото- и киносъемки, звуко- и видеозаписи, информационных баз и банков данных и иные носители информации.

Из пояснений участников процесса, а также просмотренного видеофайла, предоставленного административным истцом, усматривается, что инспектор ДПС ФИО5 производил видеосъемку на мобильный телефон открыто, данное действие было явно очевидным для административного истца, в связи с чем отдельное уведомление об этом не требуется, равно как и согласие административного истца об этом, требования вышеуказанного п.38 Регламента, на который сослался административный истец, не предусматривает его согласие, а предусматривает лишь уведомительный характер, в связи чем какого-либо нарушения конституционного права административного истца, в том числе права на съемку его изображения, не имелось и никаких негативных последствий для истца это не повлекло, его изображение без его согласия нигде не было распространено, кроме как приложено на диске к административным материалам, возбужденным в отношении него же.

Что касается утверждения заявителя о том, что действиями сотрудников полиции ФИО5 и ФИО7 нарушено его право на свободное передвижение по территории РФ, данное административному истцу от рождения, ст.27 ч.1 Конституции РФ, неправомерного задержания сотрудниками полиции более двух часов, производства в отношении административного истца незаконной меры государственного принуждения, без составления протокола задержания на месте, а также прохождения необоснованной процедуры освидетельствования на состояние опьянения, указанные ссылки суд признает несостоятельными полностью.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте, выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления, уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять следующие меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении: 5) отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида.

Пунктом 93 Административного регламента закреплено, что сотрудник вправе предложить участнику дорожного движения занять место в патрульном автомобиле либо пройти в служебное помещение, когда его участие необходимо для оформления процессуальных документов.

Как установил суд из пояснений участников процесса и представленных материалов дела, в том числе просмотренным файлом видеозаписи, предоставленной административным истцом, установлено, что при осуществлении государственной функции по охране общественного порядка и общественной безопасности в области дорожного движения, инспектором ОГИБДД ФИО5 административному истцу было предложно выйти из машины и пройти в служебный автомобиль, поскольку у инспектора ОГИБДД появились обоснованные подозрения о нахождении ФИО4 в состоянии опьянения по клиническим признакам, которые были ему озвучены инспектором (подтверждено просмотренной видеозаписью) и также последовательно указаны в составленных процессуальных документах: поведение, не соответствующее обстановке и резкое изменение кожных покровов лица.

Приведенным нормативным положениям действия сотрудников полиции, обусловленные обоснованным подозрением названного лица в управлении транспортным средством в состоянии опьянения, не противоречат.

В соответствии со ст.27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения.

Лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (п.1.1 ст.27.12 КоАП РФ).

Отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида (п.2 ст.27.12 КоАП РФ).

Таким образом инспектора ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району в рамках процессуальных требований закона вправе составлять соответствующие процессуальные документы в рамках требований ст.27.12 КоАП РФ.

Об отстранении от управления транспортным средством, а также о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения составляется соответствующий протокол, копия которого вручается лицу, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении (п.3 ст.27.12 КоАП РФ).

В протоколе об отстранении от управления транспортным средством соответствующего вида, а также в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения указываются дата, время, место, основания отстранения от управления или направления на медицинское освидетельствование, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о транспортном средстве и о лице, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении (п.4 ст.27.12 КоАП РФ).

Протокол об отстранении от управления транспортным средством, а также протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения подписывается должностным лицом, их составившим, и лицом, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении (п.5 ст.27.12 КоАП РФ).

В случае отказа лица, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении, от подписания соответствующего протокола в нем делается соответствующая запись.

Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (п.6 ст.27.12 КоАП РФ).

Составленные должностными лицами ОГИБДД ФИО5 и ФИО7 последовательно процессуальные документы в отношении административного истца по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ по событию 29.03.2018 г., полностью соответствуют требованиям указанного процессуального закона, административный истец изначально был отстранен от управления транспортным средством в присутствии понятых, что им не отрицалось и в суде, по признакам наличия достаточных оснований полагать, что лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянения, о чем составлен соответствующий протокол в надлежащей процессуальной форме 27 АМ № 360080 от 29.03.2018 г., процессуальным должностным лицом в акте освидетельствования 27 АА № 103148 от 29.03.2018 г. указаны клинические признаки опьянения – резкое изменение окраски кожных покровов лица и поведение, не соответствующее обстановке, результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения – не установлен (0,00 мг/л), впоследствии обоснованно административный истец направлен и на медицинское освидетельствование согласно акта 27 АК № 338073 от 29.03.2018 г., основанием которого послужило наличие достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, о чем в протоколе должностным лицом сделана ссылка на п.3 (обведен как основание направления), по результатам которого составлен акт медицинского освидетельствования № 55 от 29.03.2018 г., состояние опьянения медицинским работником не установлено.

Таким образом требованиями процессуального закона последовательно указано при выявлении подозрения процессуальным должностным лицом наличия клинических признаков опьянения соблюдения процедуры, начиная с отстранения от управления транспортным средством с составлением процессуального документа – протокола об отстранении от управления транспортным средством, затем проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения самим должностным лицом (при наличии согласия испытуемого, в рамках данного иска получено от ФИО4), с составлением процессуального документа – акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, последующего направления на медицинское освидетельствование (при наличии согласия испытуемого, в рамках данного иска также получено согласие от ФИО4) в случае наличия оснований полагать о нахождении лица в состоянии опьянения и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с составлением процессуального документа – протокола о направлении на медицинское освидетельствование.

В соответствии с п.6.1 ст.27.12 КоАП РФ критерии, при наличии которых имеются достаточные основания полагать, что лицо находится в состоянии опьянения и подлежит направлению на медицинское освидетельствование, и порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Действительно, согласно Приказа Минздрава России от 18.12.2015 г. № 933н «О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического)» (Зарегистрировано в Минюсте России 11.03.2016 г. № 41390) критериями, при наличии хотя бы одного из которых имеются достаточные основания полагать, что лицо, совершившее административное правонарушение (за исключением лиц, указанных в частях 1 и 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), находится в состоянии опьянения и подлежит направлению на медицинское освидетельствование, являются: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы и шаткость походки; в) нарушение речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица, такой признак, как поведение, не соответствующее обстановке, не предусмотрено (п.6).

Вместе с тем, данной приказ не распространяется на лиц, указанных в ч.1 и 1.1 ст.27.12 КоАП РФ, в отношении которых предусмотрен иной порядок, установленный Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 № 475 (ред. от 10.09.2016 г.), являющийся специальным, и которым в соответствии со статьей 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Правительство Российской Федерации утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов; правила определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством.

Так, согласно Постановления Правительства РФ от 26.06.2008 № 475 (ред. от 10.09.2016 г.) «Об утверждении Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством» достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы; в) нарушение речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица; д) поведение, не соответствующее обстановке.

При выявлении одного из указанных признаков сотрудник полиции вправе отстранить водителя от управления транспортным средством, что и было сделано сотрудником полиции - составлен протокол об отстранении административного истца от управления транспортным средством.

Указанные первичные признаки отражены в составленных процессуальных документах данных должностных лиц от 29.03.2018 г., в связи с чем основания отстранения от управления транспортным средством административного истца и проведении в отношении него последующих административных процессуальных процедур, являлись законными и обоснованными.

Последующее вынесение управомоченным должностным лицом постановления о прекращении производства по делу по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ от 29.03.2018 г. в отношении административного истца по п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения, также является обоснованным.

Право вынесения указанного процессуального документа – постановления о прекращении производства по делу от 29.03.2018 г. инспектором ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району ФИО7 соответствует требованиям закона, так, в частности, в соответствии со ст.22.2 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Кодексом, рассматривают в пределах своих полномочий должностные лица, указанные в главе 23 настоящего Кодекса, к которым отнесены и инспекторы ОГИБДД, имеющие специальные звания как иные должностные лица, осуществляющие в соответствии с федеральными законами (ФЗ № 3 «О полиции», ст.13 ч.1 п.8) либо нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации или Правительства Российской Федерации надзорные или контрольные функции (ст.22.2 КоАП РФ).

В соответствии с п.8 ч.1 ст.13 ФЗ «О полиции» полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляются следующие права, в том числе, составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.

В соответствии с ч.1 ст.28.1 КоАП РФ поводами к возбуждению дела об административном правонарушении являются: 1) непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

В соответствии с ч.2 ст.28.1 КоАП РФ, указанные в частях 1 и 1.1 настоящей статьи материалы, сообщения, заявления подлежат рассмотрению должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях.

При этом в соответствии с ч.4 ст.28.1 КоАП РФ дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента, в том числе, составления первого протокола о применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренных статьей 27.1 настоящего Кодекса, к которым относится и составление протокола об отстранении от управления транспортным средством.

В соответствии с ч.1 ст.28.3 КоАП РФ протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Кодексом, составляются должностными лицами органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии с главой 23 настоящего Кодекса, в пределах компетенции соответствующего органа.

В силу части 1 пункта 2 статьи 28.3 КоАП РФ к должностным лицам, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, включая состав по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, относятся и должностные лица органов внутренних дел (полиции).

В соответствии с ч.1 ст.28.9 КоАП РФ при наличии хотя бы одного из обстоятельств, перечисленных в статье 24.5 настоящего Кодекса, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, выносят постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении с соблюдением требований, предусмотренных статьей 29.10 настоящего Кодекса.

В связи с чем сотрудники ДПС ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району, инспекторы ДПС ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району, имеющие специальные звания – ст.лейтенант полиции ФИО7 и ФИО5, управомочены составлять протоколы об отстранении от управления транспортным средством и по результатам проведения административных процедур выносить постановления в случае прекращения дела по ст.24.5 КоАП РФ в рамках ст.28.9 КоАП РФ, с соблюдением требований, предусмотренных ст.29.10 КоАП РФ, поскольку протокол об административном правонарушении по результатам проведения указанных административных процедур и процессуальных действий, не составлялся.

В соответствии со ст.27.3 КоАП РФ административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

Административное задержание вправе осуществлять должностные лица органов внутренних дел (полиции) - при выявлении административных правонарушений, дела о которых в соответствии со статьей 23.3 настоящего Кодекса рассматривают органы внутренних дел (полиции), либо административных правонарушений, по делам о которых в соответствии со статьей 28.3 настоящего Кодекса органы внутренних дел (полиция) составляют протоколы об административных правонарушениях (п.1 ст.27.3 КоАП РФ).

В соответствии со ст. 27.4 КоАП РФ об административном задержании составляется протокол, в котором указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о задержанном лице, время, место и мотивы задержания (п.1 ст.27.4 КоАП РФ). В соответствии со ст.27.5 КоАП РФ срок административного задержания не должен превышать три часа, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 и 3 настоящей статьи (п.1 ст.27.5 КоАП РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 02.07.2013 г. № 1049-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО8 на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 1070 и абзацем 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 27.1, частью 1 статьи 27.3 и частью 3 статьи 27.5 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации» указал, что само по себе то обстоятельство, что задержанное лицо не было впоследствии привлечено к административной ответственности и не предстало перед судом, не обязательно означает, что задержание было незаконным и нарушало требования статьи 22 Конституции Российской Федерации и подпункта "с" пункта 1 статьи 5 Конвенции. Факты и сведения, которые дают основания для применения задержания как предварительной меры принуждения с целью обеспечения производства по делу об административном правонарушении, могут оказаться впоследствии недостаточными для принятия решения об административной ответственности. Требования, обусловливающие правомерность задержания, не предполагают, что компетентное должностное лицо уже в момент задержания должно иметь доказательства, достаточные для разрешения дела по существу. Целью задержания как обеспечительной меры является создание условий для проведения производства по делу о соответствующем административном правонарушении, с тем чтобы были проверены факты, подтверждены или устранены конкретные подозрения, обосновывающие задержание, подготовлены необходимые документы для передачи дела на рассмотрение суда.

Административное задержание является правомерным, если оно, отвечая критериям, вытекающим из статей 22 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с подпунктом "с" пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, обусловлено характером правонарушения и необходимо для последующего исполнения решения по делу об административном правонарушении.

Исходя из требований закона и фактически установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что поскольку административное задержание в отношении административного истца применено уполномоченными должностными лицами органов полиции в пределах их компетенции и было обусловлено необходимостью применения к административному истцу мер обеспечительного производства по делу в рамках КоАП РФ по обоснованному подозрению сотрудника полиции о нахождении ФИО4 в состоянии опьянения, что отражено в составленных процессуальных документах, действия сотрудников полиции по административному задержанию ФИО4 закону не противоречат, оснований для удовлетворения заявленных требований у суда не имеется.

Само по себе то обстоятельство, что производство по делу об административном правонарушении в отношении административного истца по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ было прекращено в связи с отсутствие состава административного правонарушения по п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, не может являться безусловным доказательством противоправности и незаконности действий должностных лиц по применению к административному истцу мер обеспечительного производства по делу в рамках КоАП РФ, в отсутствие очевидных нарушений законодательства, регламентирующего производство по делам об административных правонарушениях, и не означает, что задержание было незаконным и нарушало его права, гарантированные ст. 22 Конституции Российской Федерации.

В соответствии со ст. 29.10 КоАП РФ в постановлении по делу об административном правонарушении указаны все обстоятельства, установленные при рассмотрении дела.

Доводы о том, что протокол о задержании не составлялся, не обоснован, и закону не противоречит, поскольку задержание ФИО4 длилось не более 2-х часов, требование закона о составлении такого протокола предписывает его составление при задержании более 3-х часов.

Что касается довода административного ответчика о нарушении его конституционных прав в части того, что его жизнь и здоровье была подвергнута опасности в виду перевода его сотрудниками полиции через проезжую часть вне зоны действия пешеходного перехода, то доказательств этому административным истцом не представлено, в связи с чем какого-либо нарушения его конституционных прав судом не установлено, равно как и нет доказательств чем этим были созданы препятствия к осуществлению истцом прав, свобод и реализации его законных интересов.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что порядок действий сотрудников полиции - инспекторов ДПС ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району ФИО7 и ФИО5 соответствовал Административному регламенту, нормам закона «О полиции», и факт незаконных действий (бездействий) данных должностных лиц, в результате которых нарушались бы конституционные права истца, создавались для него какие-либо препятствия в их реализации или на административного истца была бы возложена незаконно какая-либо обязанность, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с ч.2 ст.227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается одно из следующих решений: 1) об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление; 2) об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными.

В связи с тем, что каких-либо нарушений прав и законных интересов административного истца со стороны вышеуказанных должностных лиц и ОМВД России по Николаевскому району не допущено, в административном иске следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.218-227 КАС РФ, судья,

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО4 к должностным лицам ОГИБДД ОМВД России по Николаевскому району ФИО5, ФИО7, ОМВД России по Николаевскому району о признании незаконными действий сотрудников полиции ФИО5, ФИО7, привлечении указанных должностных лиц к административной ответственности, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 30 июля 2018 года.

Судья Е.Н. Головина