Решение № 2-2839/2017 2-2839/2017~М-3018/2017 М-3018/2017 от 15 ноября 2017 г. по делу № 2-2839/2017

Дело № 2-2839/2017


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 16 ноября 2017 г.

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия

в составе

судьи Ионовой О.Н.,

при секретаре Алексейкиной О.В.,

с участием:

истца ФИО2 у.,

представителей истца адвоката Кильмаева Е. А., действующего на основании ордера №87 от 18 октября 2017 г., доверенности 13 АА 0667279 от 01 ноября 2017 г., адвоката Родиной М. А., действующей на основании ордера №13 от 23 октября 2017 г.,

ответчика Министерства финансов Российской Федерации,

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности от 29 июня 2017 г. г. №09-19-07/6391,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Прокуратуры Республики Мордовия, в лице представителя ФИО4, действующей на основании доверенности №25 от 25 июля 2017 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия, в лице представителя ФИО5, действующей на основании доверенности №194 от 16 октября 2017 г.

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 у. к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

установил:

ФИО2 У. обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации.

В обоснование иска указано, что органами предварительного расследования ФИО2 У. обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111, частью 1 статьи 116 УК Российской Федерации.

Приговором Октябрьского районного суда г.Саранск от 31 октября 2016 г., по уголовному делу №1-162/16, уголовное преследование ФИО2 У. по части 1 статьи 116 УК Российской Федерации прекращено на основании части 2 статьи 10 УК Российской Федерации и пункта 2 части 1 статьи 24 УПК Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления. Приговор суда вступил в законную силу. Этим же приговором суд переквалифицировал действия ФИО2 У. с части 4 статьи 111 УК Российской Федерации на часть 1 статьи 116 УК Российской Федерации. При этом за ФИО2 У., в соответствии с частью 1 статьи 134 УПК Российской Федерации, признано право на частичную реабилитацию, связанную с переквалификацией его действий с части 4 статьи 111 УК Российской Федерации на часть 1 статьи 116 УК Российской Федерации.

Истец указывает, что с момента своего задержания и до завершения судебного разбирательства он отрицал свою вину в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК Российской Федерации, не отрицая при этом своей вины в совершении преступления, предусмотренного часть 1 статьи 116 УК Российской Федерации.

ФИО2 У. задержан в порядке статей 91, 92 УПК Российской Федерации 19 ноября 2015 г. В отношении него 21 ноября 2015 г. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 13 января 2016 г. срок содержания ФИО2 У. под стражей продлён до 2 месяцев 28 суток, до 16 февраля 2016 г.; 12 февраля 2016 г. срок содержания под стражей продлён на 00 месяцев 28 суток, то есть до 03 месяцев 28 суток, до 16 марта 2016 г.; 10 марта 2016 г. срок содержания под стражей продлён на 00 месяцев 28 суток, то есть до 04 месяцев 28 суток, до 16 апреля 2016 г., 13 апреля 2016 г. срок содержания под стражей продлен на 00 месяцев 28 суток, то есть до 05 месяцев 28 суток. До 16 мая 2016 г.;, 10 мая 2016 г. срок содержания под стражей продлен на 00 месяцев 22 суток, то есть до 06 месяцев 22 суток, до 09 июня 2016 г. 07 июня 2016 г. суд продлил срок содержания по стражей на 06 месяцев для рассмотрения уголовного дела по существу. Из под стражи истец освобождён в зале суда 31 октября 2016 г. В общей сложности он содержался по стражей по уголовному делу 11 месяцев 11 суток.

Истец указывает, что мотивируя ходатайства об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении ему срока содержания под стражей следствие указывало на подозрение и обвинение его в совершении особо тяжкого преступления, каковым и является часть 4 статьи 111 УК Российской Федерации. Суды в своих постановлениях также обосновывали необходимость содержания его под стражей тяжестью вменённою ему в вину преступления, не признанием вины, возможностью скрыться от органов следствия и суда желая избежать уголовной ответственности в виде лишения свободы на длительный срок.

Истец указывает, что 26 ноября 2015 г. ему предъявлено обвинение лишь по части 4 статьи 111 УК Российской Федерации, а по части 1 статьи 116 УК Российской Федерации оно было предъявлено только 28 апреля 2016 г., то есть после вынесения судом постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу 21 ноября 2015 г. Таким образом, если бы ему не предъявили обвинение в совершении преступления, которого он не совершал, то он был бы на свободе.

Кроме того, истец указывает, что часть 1 статьи 116 УК Российской Федерации (в редакции действовавшей 21 ноября 2015 г. - день избрания меры пресечения) не предусматривает наказание в виде лишения свободы и поскольку данное преступление относится к преступлениям небольшой тяжести, то в силу части 1 статьи 108 УПК Российской Федерации к нему мера пресечения в виде заключения под стражу применена быть не могла, даже если рассматривать исключительные случаи, поскольку он имел постоянное место жительства в <адрес>, где был зарегистрирован, личность его была установлена, ранее избранных мер пресечения он не нарушал, от органов предварительного расследования и суда он не скрывался.

Таким образом, истец считает, что содержание его под стражей по уголовному делу напрямую связано с необоснованным обвинением его в совершении преступления, и моральный вред, который был ему причинён содержанием его под стражей должен быть возмещен в полном размере.

Истец указывает, что уголовное преследование в отношении него осуществлялось в течение длительного периода времени, за которое он потерял работу. Результатом незаконных действий правоохранительных органон стала утрата физического благополучия, содержание под стражей в нечеловеческих условиях, психологическое давление, оказываемое сотрудниками правоохранительных органов.

Основывая свои требования на положениях статей 151, 1070, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит суд:

- взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования по части 4 статьи 111 УК Российской Федерации, в пользу ФИО2 У. в размере 1 500 000 рублей.

09 ноября 2017 г. от истца ФИО2 У. поступило заявление о возмещении судебных расходов размере 20 000 руб., состоящих из расходов на оплату услуг адвоката Родиной М.А.

В судебное заседание истец ФИО2 У., представитель истца адвокат Родина М.А., третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО7 не явились по неизвестной причине, о времени и месте судебного заседания извещались своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили, при этом истец представил заявления о рассмотрении дела в его отсутствие.

При таких обстоятельствах и на основании частей 3, 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, а стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда, суд рассматривает дело в отсутствие истца, поскольку им представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, и в отсутствие представителя истца, третьего лица, поскольку ими не представлено сведений о причинах неявки.

В судебном заседании представители истца адвокат Кильмаев Е.А., исковые требования поддержал по заявленным основаниям, просил удовлетворить их в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 не оспаривая право истца на реабилитацию, просила определить размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, уменьшить размер судебных расходов.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Прокуратуры Республики Мордовия ФИО4 против удовлетворения исковых требований не возразила, полагая, что они подлежат удовлетворению в значительно меньшем размере.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия ФИО5 против удовлетворения исковых требований возразила, по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, где, в частности указывает, что причинение морального вреда, связанного с переквалификацией состава преступления и прекращение уголовного преследования в связи с этим, истцом не представлено. По этим основаниям просила в иске отказать.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства и оценив в совокупности представленные доказательства, суд находит исковые требования ФИО2 У. подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

При рассмотрении дела установлено, что 16 ноября 2015 г., старшим следователем Октябрьского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия ФИО6, по факту причинения ФИО1 телесные повреждения, и смерти ФИО1 на месте происшествия в результате <данные изъяты> травмы, возбуждено уголовное дело №23585 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

19 ноября 2015 г. ФИО2 У. был задержан в качестве подозреваемого в совершении данного преступления.

20 ноября 2015 г. в отношении ФИО2 У. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и установлен срок содержания под стражей 02 месяца 00 суток, то есть до 18 января 2016 г.

Постановлением от 26 ноября 2015 г., ФИО2 У. привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела установлено, что 13 января 2016 г. срок содержания ФИО2 у. под стражей продлён до 02 месяцев 28 суток, до 16 февраля 2016 г.; 15 февраля 2016 г. срок содержания под стражей продлён на 01 месяцев 00 суток, а всего до 03 месяцев 28 суток, до 16 марта 2016 г.; 10 марта 2016 г. срок содержания под стражей продлён на 01 месяц, а всего до 04 месяцев 28 суток, до 16 апреля 2016 г., 13 апреля 2016 г. срок содержания под стражей продлен на 01 месяц, а всего до 05 месяцев 28 суток, то есть по 16 мая 2016 г.; 11 мая 2016 г. срок содержания под стражей продлен на 24 суток, а всего до 06 месяцев 22 суток, до 09 июня 2016 г.; 07 июня 2016 г. суд продлил срок содержания по стражей на 06 месяцев, то есть до 27 ноября 2016 г., для рассмотрения уголовного дела по существу, что подтверждается постановлениями о продлении срока содержания под стражей Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 20 ноября 2015г., 13 января 2016 г., 15 февраля 2016 г., 10 марта 2016 г., 13 апреля 2016 г., 11 мая 2016 г., 07 июня 2016 г.

Из содержания указанных постановлений, следует, что основанием, как для избрании меры пресечения, так и продления срока содержания под стражей в отношении ФИО2 у., послужили те обстоятельства, что ФИО2 у обвиняется в совершении умышленного, особо тяжкого преступления, наказание за которое предусмотрено на срок до 15 лет лишения свободы. При этом у суда имелись основания полагать, что ФИО2 у. осознает меру ответственности, что имеет существенное значение при оценке риска того, что лицо скроется от правосудия, так как имеются основания разумно полагать, что подобный риск был изначально установлен. При этом суд полагал, что ограничения, связанные с содержанием ФИО2 у под стражей в качестве меры пресечения, соразмерны тяжести преступления, его личности, а также наказанию, которое в случае признания его виновным, может быть назначено, указав, что в данном конкретном случае интересы общества являются более приоритетными в сравнении с нормами уважения личной свободы подозреваемого.

Приговором Октябрьского районного суда г. Саранска от 31 октября 2016 г. уголовное преследование в отношении подсудимого ФИО2 у., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 116 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 г. №420-ФЗ) по эпизоду применения насилия в отношении потерпевшего ФИО1 прекращено на основании статьи 10 УК Российской Федерации и части 2 и пункта 2 части 1 статьи 24 УПК Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления.

Избранная ранее мера пресечения в отношении ФИО2 у. в виде содержания под стражей отменена, ФИО2 у. освобожден из-под стражи в зале суда.

Этим же приговором, в соответствии с частью 1 статьи 134 УПК Российской Федерации за ФИО2 у. признано право на частичную реабилитацию, связанную с переквалификацией его действий с части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации на часть 1 статьи 116 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 г. №420-ФЗ).

Приговор Октябрьского районного суда г. Саранска от 31 октября 2016 г. вступил в законную силу.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, участниками процесса не оспариваются и сомнений в достоверности не вызывают.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба (статья 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть первая статья 46).

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт пятый статьи 5), Протокола N 7 к данной Конвенции (статья 3) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт "a" пункта третий статьи 2, пункт пятый статьи 9 и пункт шестой статьи 14), закрепляющие право на компенсацию, принадлежащее каждому, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки.

В соответствии с пунктом первым статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения - заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Обязанность по компенсации морального вреда в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности лежит на Казне Российской Федерации.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутым уголовному преследованию такой порядок установлен УПК Российской Федерации.

УПК Российской Федерации, исходя из необходимости охраны прав и свобод человека и гражданина в сфере уголовного судопроизводства, устанавливает, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением не только защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, но и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (часть первая статьи 6); при этом отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания (часть вторая статьи 6).

В соответствии с подпунктами 34, 35, 55 статьи 5 УПК Российской Федерации, реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть первая статьи 133 УПК Российской Федерации Российской Федерации).

Согласно части второй статьи 133 УПК Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 (в редакции от 09 февраля 2012 г.) "О практике применения норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17), учитывая, что уголовно-процессуальным законом для реабилитированных установлен упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения имущественного вреда, при рассмотрении требований реабилитированных о возмещении такого вреда суд в случае недостаточности данных, представленных реабилитированным в обоснование своих требований, оказывает ему содействие в собирании дополнительных доказательств, необходимых для разрешения заявленных им требований, а при необходимости и принимает меры к их собиранию.

Таким образом, исходя из анализа вышеуказанных норм, истец ФИО2 у. в отношение которого прекращено уголовное преследование, на основании пункта второго части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, обоснованно поставил вопрос о наличии у него права на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, не нашедшим подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Порядок возмещения вреда, причиненного гражданину в ходе уголовного судопроизводства, гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействиями) органов государственной власти или их должностных лиц.

Данный порядок определяется статьями 151, 1069, 1070, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1100 ГК Российской Федерации, компенсация морального вреда взыскивается независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно статье 1101 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, судом принимаются во внимание следующие обстоятельства: истец ФИО2 У. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК Российской Федерации, которое, в силу части 5 статьи 15 УК Российской Федерации, относиться к категории преступлений особой тяжести. В общей сложности он содержался по стражей по уголовному делу 11 месяцев 11 суток.

Из материалов дела усматривается, что 26 ноября 2015 г. истцу предъявлено обвинение лишь по части 4 статьи 111 УК Российской Федерации, а по части 1 статьи 116 УК Российской Федерации оно было предъявлено только 28 апреля 2016 г., то есть после вынесения судом постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу 21 ноября 2015 г.

Часть 1 статьи 116 УК Российской Федерации (в редакции действовавшей на 21 ноября 2015 г. - день избрания меры пресечения) не предусматривала наказание в виде лишения свободы и поскольку данное преступление относится к преступлениям небольшой тяжести, то в силу части 1 статьи 108 УПК Российской Федерации к нему мера пресечения в виде заключения под стражу применена быть не могла, даже если рассматривать исключительные случаи, поскольку истец имел постоянное место жительства в <адрес>, где был зарегистрирован, личность его была установлена, ранее избранных мер пресечения он не нарушал, от органов предварительного расследования и суда он не скрывался.

Таким образом, по мнению суда, содержание истца под стражей по уголовному делу напрямую связано с необоснованным обвинением его в совершении преступления предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое в ходе судебного разбирательства не подтвердилось.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу распределения обязанности по доказыванию юридически значимых обстоятельств по делу, истец освобожден от доказывания причинения ему моральных и нравственных страданий, при этом истец обязан представить доказательства в обоснование размера причиненного морального вреда.

Как указывалось выше, в соответствии со статьей 133 УПК Российской Федерации, право на реабилитацию имеют лица, по уголовным делам которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным подпунктами 1, 2, 5, 6 части первой статьи 24, подпунктами 1, 4 - 6 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным подпунктами 1, 2 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации, и некоторые другие лица.

Пунктами девятым, десятым, двадцатым Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17 основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части второй статьи 133 УПК Российской Федерации, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

В соответствии с положениями статей 135 и 138 УПК Российской Федерации требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке. При этом суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК Российской Федерации, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

Иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со статьей 136 УПК Российской Федерации предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Исходя из анализа вышеуказанных норм, лицо, которому причинен вред в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности может обратиться с требованием о компенсации морального вреда независимо от порядка, установленного главой 18 УПК Российской Федерации.

В силу положений пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17, при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 67 ГПК Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, доводы истца, изложенные в обоснование заявленных требований, определяя размер компенсации морального вреда и учитывая при этом степень испытанных истцом нравственных страданий, тяжесть незаконно предъявленного истцу обвинения, суд полагает завышенной и неразумной сумму денежной компенсации морального вреда в размере 1500 000 рублей, которую указывает истец, и посчитал, что причиненный моральный вред с учетом принципа разумности и справедливости и конкретных обстоятельств дела может быть компенсирован выплатой в пользу истца суммы в размере 300 000 рублей.

К конкретным обстоятельствам дела, которые судом учитываются при определении размера компенсации морального вреда, суд относит тяжесть преступления, которое вменялось в вину истцу ФИО2 у., но не нашло своего подтверждения, и которое в силу части 5 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации относится к особо тяжким преступлениям, за которое предусмотрено наказание до 15 лет лишения свободы.

Судом также учитывается, что в отношении истца ФИО2 у. была избрана самая суровая из предусмотренных процессуальным законодательством мер пресечения – заключение под стражу, предусматривающая наибольшее количество ограничений, в том числе лишение свободы и, как следствие, свободы передвижения, общения, проживания в семье, где он находился в течении 11 месяцев 11 дней.

Судом принимается во внимание то обстоятельство, что истец ФИО2 у., по сути, необоснованно содержался под стражей, <данные изъяты>

При этом доказательств того, что заболевания состоит в причинно-следственной связи с незаконным уголовным преследованием, стороной истца не представлено.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся:

суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;

расходы на оплату услуг представителей;

расходы на производство осмотра на месте;

другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Пунктом первым статьи 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками государственной пошлины признаются организации и физические лица.

Согласно подпункту десятому и девятнадцатому пункта первого статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, государственные органы и органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции в качестве истцов или ответчиков, освобождены от уплаты государственной пошлин.

Следовательно, истец ФИО2 У. и Министерство финансов Российской Федерации не относится к числу субъектов, являющихся в установленном порядке плательщиком государственной пошлины и освобождены от возмещения данных расходов.

Вместе с тем, расходы истца по оплате услуг представителя подлежат частичному возмещению, исходя из следующего.

В своем заявлении истец ФИО2 У. просит возместить ему судебные расходы на оплату услуг представителя адвоката Родиной М.А. в размере 20 000 руб., в подтверждении чего предоставлены квитанции № от 21 октября 2017 г. на сумму 20000 руб., договор поручения №6 от 21 октября 2017 г.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 12,13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК Российской Федерации, статья 112 КАС Российской Федерации, часть 2 статьи 110 АПК Российской Федерации).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК Российской Федерации, статьи 111, 112 КАС Российской Федерации, статья 110 АПК Российской Федерации).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Проанализировав указанные правовые нормы, суд находит заявление ФИО2 У. о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя адвоката Родиной М.А. обоснованным, поскольку по делу состоялось решение суда в его пользу.

Учитывая нормы гражданского процессуального законодательства, регулирующие рассматриваемые правоотношения, вышеприведенную правовую позицию, объем выполненной представителем истца адвокатом Родиной М.А. работы составление искового заявления, сложность спора, количество судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца адвокат Родина М.А., ходатайство ответчика о снижении размере услуг представителя, суд полагает возможным удовлетворить заявление Хакиомва Х.Х.У. о возмещении расходов по оплате услуг представителя частично в размере 8 000 рублей, взыскав их с ответчика.

На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия

решил:

Исковые требования ФИО2 у. к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 у. компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, судебные расходы в размере 8000 руб., а всего 308000 (триста восемь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья Ленинского районного

суда г. Саранска Республики Мордовия О.Н. Ионова

Мотивированное решение принято 20 ноября 2017 г.

Судья - О.Н. Ионова