Решение № 2-3948/2020 2-3948/2020~М-3071/2020 2А-3948/2020 М-3071/2020 от 21 сентября 2020 г. по делу № 2-3948/2020

Копия Мотивированное
решение изготовлено 22 сентября 2020 года

66RS0004-01-2020-004578-87

Дело № 2а-3948/2020

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 03 сентября 2020 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе

председательствующего судьи Макаровой Т.В.

при секретаре судебного заседания Романычевой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению СИЗО-3 г. Челябинска о присуждении компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению СИЗО-3 г. Челябинска о присуждении компенсации морального вреда.

В обоснование доводов иска указано, что в период с 06 сентября 2007 года по 17 марта 2008 года, 27 сентября 2012 года по 01 июля 2013 года, с 2015 года по 2017 год содержался в ФКУ «СИЗО-1 г. Екатеринбурга», в том числе находясь под следствием, а также при пересылке в больницу г. Магнитогорска ОПБ МСЧ-74. Истец ссылается на ненадлежащие условия содержания под стражей, а именно переполненность камер, ненадлежащие санитарные условия. В камерах было влажно, сырость на стенах, наличие насекомых, отсутствовали надлежащие сантехнические удобства, освещение, проветривание. Неоднократные устные жалобы истца на условия содержания игнорировались. Указанные условия, угрозы безопасности истцу из-за его жалоб, вызывали у него чувство унижения, беспомощности и страдания, ухудшение физического состояния. Ссылаясь на изложенное, просил суд взыскать компенсацию морального вреда в размере 1800000 рублей.

Также истец указывает, что 8 раз содержался в ФКУ «СИЗО № <адрес>» при пересылке в ОПБ МСЧ-74 для прохождения профилактического лечения. В указанном исправительном учреждении также допускалось нарушение права истца на надлежащие условия содержания, а именно переполненность камер, ненадлежащие санитарные условия, наличие насекомых и грызунов. В связи с изложенным, просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 160000 рублей.

Определением суда от 16 июля 2020 года исковые заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимал, о дне, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, при рассмотрении дела при проведении судебного заседания с использованием видеоконференецсвязи требования искового заявления поддержал, на удовлетворении настаивал по изложенным в иске доводам.

Представители ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2, а также представитель ФКУ «СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области» ФИО3, действующие на основании доверенностей, возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, приведенным в письменных возражениях. Представитель ФКУ «СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области» ФИО3 пояснила, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, несмотря на перелимит содержания следственно-арестованных и осужденных, не может не принимать вновь арестованных и осужденных. Нарушение санитарной нормы жилой площади происходит по независящим от администрации учреждения причинам, в том числе в силу отсутствия в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области иных площадей для размещения спецконтингента. В данном случае отсутствуют обязательные условия привлечения ответчика к ответственности, а именно нравственные и физические страдания, а также причинно-следственная связь между причиненными страданиями и неправомерными действиями (бездействием) должностных лиц.

Представитель ответчика ФКУ «СИЗО 3г. Челябинска» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований по доводам, изложенным в письменных возражениях, указала, что поскольку ФКУ «СИЗО 3г. Челябинска» является пересыльным местом содержания осужденных, нормативы по количеству содержания осужденных соблюдались, условия содержания соответствовали требованиям действующего законодательства.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотрение дела при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 2, 17, 21,53 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам. Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 от имени Российской Федерации по предъявленным к ней искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) должностных лиц или государственных органов в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

Порядок и условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений определены Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В силу ст. 4 данного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Статьи 23 и 24 указанного Федерального закона устанавливают, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В положениях ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека (подозреваемого и обвиняемого) устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В силу ч. 1 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Судом установлено и подтверждается представленными доказательствами, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 г. Екатеринбурга в периоды с по , с по , с по транзитом из ФКУ ИК-12 <адрес>; транзитом из ОПБ <адрес> в ФКУ ИК-12 <адрес>; с по транзитом из ФКУ ИК-12 <адрес> в ОПБ <адрес>; транзитом из ОПБ <адрес> в ФКУ ИК-12 <адрес>; транзитом из ФКУ ИК-12 <адрес> в ОПБ <адрес>; с по транзитом из ОПБ <адрес> в ФКУ ИК-12 <адрес>; с по из ФКУ ИК-12 <адрес> в ПБ-74 <адрес>; с по транзитом из ПБ-74 <адрес> в ФКУ ИК-12 <адрес>.

Административным истцом оспариваются условия содержания в ФКУ СИЗО-1 в камере № в период с по , в камере № в период с по , а также о содержании в ФКУ СИЗО-1 в период с 2015 по 2019 год.

По утверждению истца, камеры №, 202, помещения ФКУ СИЗО-1 в период с 2015 по 2019 год не соответствовали нормам санитарной площади, санитарное состояние и оборудование указанных камер являлось ненадлежащим, унижающим человеческое достоинство, повлияло на его здоровье.

По сведениям, представленным в материалы дела, установить камерные помещения, в которых содержался ФИО1 в периоды с по , а также количество лиц, содержавшихся с ним совместно в заявленный период не представляется возможным, в связи с тем, камерная карточка была приобщена к личному делу при его убытии из учреждения, журналы количественной проверки, содержащие данную информацию, уничтожены в установленном порядке по истечению сроков их хранения, что подтверждается акт № о выделении к уничтожению журналов отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от .

Вместе с тем, ответчиком представлены сведения о том, что в период с по ФИО1. содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН в следующих камерных помещениях:

- № в период с по , площадь камеры 20,4 кв.м., в камере оборудовано 6 спальных мест;

- в камерном помещении № в период с по . площадь камеры 14,8 кв.м., в камере оборудовано 8 спальных мест;

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 50,9 кв.м., в камере оборудовано 12 спальных мест;

- в камерном помещении № в период с по . площадь камеры 26,5 кв.м., в камере оборудовано 14 спальных мест;

- в камерном помещении № в период с по . площадь камеры 31,6 кв.м., в камере оборудовано 12 спальных мест.

В период с год по ФИО1, содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН в следующих камерных помещениях:

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 30,3 кв.м., в камере оборудовано 14 спальных мест, совместно содержалось от 20 до 21 человека;

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 29,4 кв.м., в камере оборудовано 14 спальных мест, совместно содержалось 11 человек;

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 36 кв.м., в камере оборудовано 10 спальных мест, совместно содержалось от 13 до 16 человек;

- в камерном помещении № в период с по . площадь камеры 31,4 кв.м., в камере оборудовано 16 спальных мест, совместно содержалось от 14 до 15 человек:

- в камерном помещении № в период с по . площадь камеры 31,4 кв.м., в камере оборудовано 16 спальных мест, совместно содержалось 8 человек.

- в камерном помещении № в период с по . площадь камеры 39.2 кв.м., в камере оборудовано 14 спальных мест, совместно содержалось 21 человек;

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 39,2 кв.м., в камере оборудовано 14 спальных мест, совместно содержалось от 8 до 11 человек;

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 30,7 кв.м., в камере оборудовано 8 спальных мест, совместно содержалось от 4 до 6 человек;

- в камерном помещении № в период с по , площадь камеры 30,8 кв.м., в камере оборудовано 8 спальных мест, совместно содержалось от 5 до 7 человек.

Таким образом, по сведениям, представленным в материалы дела, в камере № в период нахождения в ней истца, совместно содержалось от 20 до 21 человека при площади камеры 30,3 кв.м. и оборудовании ее 14 спальными местами, в камере № совместно содержалось от 13 до 16 человек при площади камеры 36 кв.м. и оборудовании ее 10 спальными местами, в камере № совместно содержалось 21 человек при площади камеры 39.2 кв.м. и оборудовании ее 14 спальными местами, суд приходит к выводу о незаконности действий ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по размещению истца в камере с превышением лимита заполняемости.

Достоверных и достаточных доказательств об иных нарушениях режима содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1, обращений за период его содержания в СИЗО-1 с жалобами на условия содержания, а также о произведенном негативном их влиянии на него, в материалы дела не представлено.

Доводы ответчиков о недоказанности причинение истцу каких-либо нравственных или физических страданий, необоснованны, поскольку, ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО-1 в части нарушения нормы санитарной площади на одного человека, очевидно, принесли истцу негативные душевные переживания, в связи с чем факт причинения ему морального вреда предполагается.

Доводы о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о компенсации морального вреда, судом отклоняются, поскольку согласно п. 1 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ. Суд учитывает, что требования истца в данном случае направлены на восстановление неимущественных прав путем компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием) должностных лиц в соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы ответчика об отсутствии вины в причинении вреда, вследствие невозможности увеличения санитарной площади на одного человека и недопустимость отказа в приеме спецконтингента по причине перелимита, не могут быть признаны обоснованными, поскольку ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> нарушены положения ч. 1 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при содержании ФИО1 в камерах ФКУ СИЗО-1, следовательно, в силу ст. 1069, ч. 3 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации с ответчика ФСИН России подлежит взысканию вред, причиненный истцу.

Определяя размер компенсации морального вреда суд учитывает положения ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, оценив все представленные доказательствам, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, степень нравственных страданий истца, данные о личности истца, требования разумности и справедливости, полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 10 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО 3 <адрес>, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в данной части.

Из представленных доказательств следует, что условия содержания в ФКУ СИЗО-З ГУФСИН России по <адрес> соответствуют и соответствовали нормам Федерального закона от №-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно справке по карточке Ф-1 начальника отдела специального учета ФИО5 СКВ. осужденный ФИО1 следовал через ФКУ СИЗО-З ГУФСИН России транзитом в периоды:

с по , по 01 10.2015, с по , с по , с по , с по , с по , с по , содержался в следующих камерах: № площадью 13.2 м.кв., оборудованной 3 спальными местами; № площадью 19.3 м.кв., оборудованной 4 спальными местами; № площадью 17.3 м.кв., оборудованной 4 спальными местами; № площадью 17,8 м.кв., оборудованной 4 спальными местами; № площадью 14,6 м.кв., оборудованной 3 спальными местами; № площадью 10.3 м.кв., оборудованной 2 спальными местами. По утверждению ответчика количество человек, содержащихся в данных камерах, не превышало количество спальных мест.

Все камеры ФКУ СИЗО-З ГУФСИН России по Челябинской области оборудованы в соответствии с Приказом МЮ РФ № от «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих наказания в виде лишения свободы и следственных изоляторов УИС», а тажке согласно пункта 8.57 свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», а именно: одноярусной или двухъярусной кроватью с габаритными размерами 1.9х 0.7 метра; стол и скамейка стол и скамейка с числом посадочных мест по количеству мест в камере; шкаф для продуктов; вешалка для верхней одежды; полка для туалетных принадлежностей; зеркало, вмонтированное в стену камеры; подставка под бачок для питьевой воды; бачок для питьевой воды; радиодинамик для вещания общегосударственной программы; урна для мусора; светильниками рабочего и дежурного освещения; таз для гигиенических целей и стирки одежды. Камерные помещения оборудованы чашей Генуя и раковиной. Обеспечена приватность санузла. Санузлы оборудованы дверьми. Пол в камерах деревянный. Сантехнические приборы, система водоотведения находятся в исправном состоянии. Теплоснабжение подается централизованно из городских тепловых сетей.

Указанные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, иными доказательствами не опровергнуты.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований, заявленных к ответчику ФКУ СИЗО 3 г. Челябинска, поскольку достоверных и достаточных доказательств об иных нарушениях режима содержания ФИО1 в материалы дела не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению СИЗО-3 <адрес> о присуждении компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 10000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать – отказать.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья (подпись) Т.В. Макарова

Копия верна. Судья

По состоянию на 22.09.2020 решение в законную силу не вступило

Судья