Решение № 2-115/2024 2-3/2025 2-3/2025(2-115/2024;2-3766/2023;)~М-2466/2023 2-3766/2023 М-2466/2023 от 5 февраля 2025 г. по делу № 2-115/2024

Дело № 2-3/2025 (2-115/2024)

УИД 11RS0005-01-2023-003766-13


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Изъюрова С.М., при секретаре судебного заседания Писаревой М.А., с участием истицы ФИО1, представителя истицы ФИО2, представителя ответчика ГБЗУ РК «Ухтинская городская больница №1» ФИО3, прокурора Лошаковой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухте Республики Коми 06 февраля 2025 года гражданское дело иску ФИО1 к ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК», ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК», Министерству здравоохранения Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда, признании незаконным установление третьей группы инвалидности, обязании установить вторую группу инвалидности, взыскании убытков,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» (с учетом уточнений к иску) о взыскании компенсации морального вреда в размере 10000000 руб., 500000 руб. и 500000 руб., соответственно. В обоснование исковых требований истец указывает на наличии дефектов в оказании медицинской помощи на этапах госпитализации, амбулаторного и стационарного лечения, в связи с произошедшим <...> г. года и последующим лечением. Так же ФИО1 обратилась в суд с иском к ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» о признании незаконными протокола проведения МСЭ гражданина № .... от <...> г., справки об установлении третьей группы инвалидности, акта № .... МСЭ гражданина от <...> г., обязании установить вторую группу инвалидности с <...> г.. В обоснование требований указав, что решением Бюро № 12 - филиалу ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Коми» Минтруда России от <...> г. ФИО1 установлена 3 группа инвалидности сроком на один год, с которым истец не согласна, поскольку экспертиза была проведена на основании неполного перечня медицинских обследований, необходимых для получения клинико-функциональных данных, отсутствуют осмотр врачей невролога, травматолога и врача-специалиста по профилю сопутствующего заболевания, рентгенография костей черепа, результаты нейровизуализации КТ головного мозга, дуплексное сканирование интракраниальных брахиоцефальных сосудов, не проведена комплексная оценка состояния организма гражданина, отсутствует заключение по одному из основных видов стойких расстройств функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами нарушения, обусловленные физическими внешним уродством (деформации лица, головы, туловища, конечностей приводящие к внешнему уродству), заключение о видах и степени выраженности ограничений основных категорий жизнедеятельности человека в отсутствие каких-либо данных, сведений, информации, основания для установления группы инвалидности были исследованы не в полном объеме, о чем свидетельствует отсутствие выводов, касающихся дефекта черепа и его размеров, вследствие чего не была определена степень выраженности стойких нарушений функций организма, учитываемая при установлении группы инвалидности. Так же ФИО1 просит взыскать с ответчиков убытки в сумме 1745359,79 руб., в том числе 1400 000 руб. страховую выплату, просроченные платежи и штрафные санкции по кредитному договору № .... от <...> г. года за период с <...> г. года в сумме 241210,35 руб., недополученной пенсии по инвалидности второй группы за период с <...> г. в сумме 104149,44 руб.

Определениями суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК», ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» Министерства труда и социальной защиты РФ и Министерство здравоохранения Республики Коми.

В судебное заседание представители ответчиков ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК», ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» Министерства труда и социальной защиты РФ не прибыли, о месте и времени рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом, ранее представили в адрес суда письменные отзывы на исковое заявление.

Министерство здравоохранения Республики Коми, извещенное надлежащим образом о дате и месте рассмотрения дела в суд своего представителя не направило, ходатайствовало об отложении судебного заседания в связи с необходимостью ознакомления с материалами дела.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело без участия представителей ответчиков, поскольку они были извещены о дате и месте рассмотрения дела заблаговременно. У представителя Министерства здравоохранения Республики Коми имелось достаточно времени для ознакомления с материалами дела.

Истица ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивала, подтвердила обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, в уточнении к исковому заявлении, не согласилась с выводами проведенных по делу судебных экспертиз.

Представитель истицы ФИО2 поддержала доводы искового заявления, указала, что при проведении экспертизы по установлению группы инвалидности истцу указано, что не представляется возможным установить состояние истца на момент экспертизы 2020 года, МСЭ не может ответить на этот вопрос. Дополнительные документы ими не запрашивались, но у истца имеются сведения о размерах дефекта черепа и они гораздо больше тех, что указаны в направлении, выданном ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» в 2020 году. Дефект черепа на тот момент соответствовал критериям 2 группы инвалидности. ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» не собрала необходимый перечень исследований, в результате чего эксперты МСЭ достоверно и полно определить состояние здоровья истца не смогли, что привело к установлению неверной группы инвалидности. Кроме того, эксперты не обратились к суду и не запросили эти документы, а мы не знали, что необходимо их представить.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница №1» ФИО3 действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по доводам письменного отзыва, в удовлетворении требований просила отказать.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшего исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 12 ГК РФ определены способы защиты гражданских прав, в том числе путем компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч.1 ст.17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч.2 ст.17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст.18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст.41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Пунктом 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ) установлено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. Пациент имеет право, в числе прочего, на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям.

На основании ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

Согласно пунктам 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

На основании ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу п.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

На основании ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении дела установлено, подтверждено сторонами и представленной медицинской документацией, что <...> г. у истицы произошел разрыв мешотчатой аневризмы артерий с массивным кровоизлиянием внутри головного мозга. Для оказания медицинской помощи были вызваны сотрудники ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК». По результатам проведенной компьютерной томографии в ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница №1» был установлен диагноз «

<...> г. ФИО1 в экстренном порядке была доставлена в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер», где ей было проведено оперативное лечение в виде резекционной трепанации лобной и височной костей черепа и клипирования аневризмы артерий. Дальнейшее лечение проводилось истцу по месту жительства в ГБЗУ РК «Ухтинская городская поликлиника».

Основанием для подачи рассматриваемого искового заявление является позиция истца об оказании ответчиками ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» медицинской помощи не надлежащего качества, неверного проводимого лечения, отсутствия реабилитационных мероприятий, что повлекло ухудшение состояния здоровья истца – наличие дефекта костей черепа большого размера, постоянные головные боли, физическое нервное напряжение, ухудшилась память, появились рассеянность внимания и проблемы со сном.

Для проверки указанных доводов истца судом были назначена судебно-медицинская экспертиза.

Из заключения экспертов ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки» № .... от <...> г. следует, что по результатам изучения представленной на экспертизу медицинской документации нарушений и недостатков (дефектов) в оказании медицинской помощи ФИО1 на этапах обследования и лечения в ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» в отношении диагностированного у неё сосудистого заболевания головного мозга в форме субарахноидального кровоизлияния экспертной комиссией не установлено.

Имеют место дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» в отношении диагностированного у неё злокачественного новообразования прямой кишки:

а)

б)

По результатам изучения представленных на экспертизу материалов установлены следующие нарушения порядка направления на медикосоциальную экспертизу:

- при первичном направлении ФИО1 на медико-социальную экспертизу (в ноябре 2020 года) в направлении на МСЭ нет указаний на осмотры терапевта (врач общей практики), невролога (либо нейрохирурга), офтальмолога, психиатра, УЗДГ МАГ (ДС БЦ А)17, не в полном объеме проведены лабораторные исследования крови;

- на МСЭ не представлено заключение о детальном исследовании размеров дефекта костей черепа в раннем послеоперационном периоде (в описательной части представленного МРТ черепа от 04.06.2020 года указано только о состоянии после клипирования аневризмы передней коммуникантной артерии и наличии трепанационного дефекта с постоперационной субдуральной гематомой);

- для оценки когнитивных функций ФИО1 необходимо было выполнить ЭПИ (экспериментально-психологическое исследование с определением IQ). В заключении психиатра отсутствует шкала MMSE19.

В контексте своевременного направления на МСЭ экспертной комиссией нарушений не усматривается.

По результатам изучения представленных на экспертизу медицинских материалов в отношении ФИО1 обращает на себя внимание регистрация осмотров лечащими врачами поликлиники (невролог, терапевт) с достаточной регулярностью, значительный объем проводимого лечения и отсутствие значимого положительного эффекта от него во время всего периода её нетрудоспособности (182 дня по медицинским данным).

Основанием для направления ФИО1 на медико-социальную экспертизу явилось заболевание в форме « общее соматическое состояние, а также длительное пребывание на листке нетрудоспособности (на момент направления на МСЭ - 182 дня).

Согласно приказа Министерства здравоохранения РФ от 23.11.2021 № 1089Н п. III. «Формирование листка нетрудоспособности при направлении граждан на медико-социальную экспертизу: Гражданину, имеющему стойкие нарушения функций организма, обусловленные заболеваниями, последствиями травм, отравлений или дефектами, после проведения медицинской организацией необходимых диагностических, лечебных и реабилитационных или абилитационных мероприятий по решению врачебной комиссии листок нетрудоспособности формируется и продлевается при: очевидном неблагоприятном клиническом и трудовом прогнозе - на срок не более четырех месяцев с даты начала временной нетрудоспособности; благоприятном клиническом и трудовом прогнозе - на срок не более 10 месяцев с даты начала временной нетрудоспособности и не более 12 месяцев при лечении туберкулеза». Таким образом, направление ФИО1 на МСЭ на 2-ом, 3-ем, 4-ом, 5-ом месяцах должны оценивать лечащие врачи, исходя из прогноза и выполненных реабилитационных мероприятий.

Определение процентов стойкой утраты общей трудоспособности в отношении сосудистого заболевания головного мозга у ФИО1 (равно как и иных заболеваний, не являющихся последствиями «различных травм, отравлений и других «последствий воздействия внешних причин») не применимо. Из имеющихся материалов можно указать, что на момент направления на МСЭ ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности в течение 182 дней, что можно расценивать как временную трудоспособность (до установления ей группы инвалидности). Следует отметить, что критериями установления группы инвалидности являются стойкие нарушения функций организма человека, приводящие к ограничению категорий жизнедеятельности, виды и степени выраженности таковых у ФИО1 приведены в материалах первичной и последующих повторных медикосоциальных экспертиз.

Таковым неблагоприятным последствием у пациентов с костными дефектами черепа является так называемый «синдром трепанированного черепа» или «синдром запавшего кожного лоскута». В клинической картине он включает в себя:

а)

По результатам изучения представленной на экспертизу медицинской документации дефектов в оказании медицинской помощи ФИО1 на этапах обследования и лечения в ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» в отношении диагностированного у неё сосудистого заболевания головного мозга в форме комиссией не установлено.

Таким образом, логических оснований для решения вопроса «Имеется ли причинно-следственная связь между наступившим неблагоприятными последствиями для истца: эпилепсия, заболевание печени, онкология либо иными и допущенными дефектами при оказания медицинской помощи со стороны ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1», ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» применительно к оказанию медицинской помощи в связи с сосудистым заболеванием головного мозга в форме у ФИО1 не имеется.

Таким образом, логических оснований для решения вопроса «Имеется ли причинно-следственная связь между наступившим неблагоприятными последствиями для истца: эпилепсия, заболевание печени, онкология либо иными и допущенными дефектами при оказания медицинской помощи со стороны ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница №1», ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» применительно к оказанию медицинской помощи в связи с онкологическим заболеванием у ФИО1 не имеется.

Каких-либо причинно-следственных связей (прямой либо косвенной) между онкологическим заболеванием, возникшим у ФИО1 и сосудистым заболеванием головного мозга в форме вследствие не имеется.

Из данных специальной медицинской литературы следует понимать, что депрессия - одно из самых распространенных психических расстройств, развивающихся после церебрального инсульта. Она удлиняет продолжительность госпитализации, замедляет процесс реабилитации, снижает качество жизни и ухудшает исходы ОНМК. Наряду с депрессией выделяют парадепрессивные расстройства; этим термином обозначают расстройства, «имеющие те или иные точки соприкосновения с клиническим пространством депрессивных симптомов, но не являющихся таковыми». К парадепрессивным расстройствам относят тревожные расстройства, апатию, патологическую усталость (астению), катастрофическую реакцию, эмоциональные нарушения и др. САК принципиально отличается от других форм церебральных инсультов. В связи с этим можно предположить, что природа развития психических нарушений после САК может иметь уникальные особенности. Условно механизмы развития психических расстройств после САК можно подразделить на психологические и биологические. Наиболее характерным симптомом САК является острая и высокоинтенсивная («громоподобная») головная боль, поэтому с психологической точки зрения развитие САК представляет собой значительный дистресс, который может привести к развитию острых и хронических психических расстройств. Психологическая травма, связанная с САК, персистирует в течение длительного времени. Осложнения САК (вазоспазм с вторичной ишемией и гидроцефалия) могут вносить свой вклад в развитие психических расстройств как в остром, так и в восстановительном периодах. К другим потенциальным причинам развития депрессии и парадепрессивных нарушений после САК можно отнести последствия оперативного лечения аневризм (клипирование и эмболизацию), применение некоторых лекарственных средств (в частности, патологическая усталость может развиться вследствие приема (3-блокаторов для контроля артериального давления), а также снижение физической выносливости вследствие вынужденной гиподинамии в течение острого периода заболевания. Частота депрессии у пациентов, перенесших САК, колеблется от 5 до 50% и стабильно высока как при аневризматических, так и неаневризматических (например, перимезэнцефалических) кровоизлияниях. Депрессия может наблюдаться в течение длительного времени после САК: частота депрессии через 3 месяца после кровоизлияния составляет 39%, через 1 год — 41%, а через 2—5 лет — 54%. При этом 71% тех, у кого депрессия была выявлена через 3 месяца после инсульта, страдали ею и через 2—5 лет.

Поскольку в представленной медицинской документации нет объективно зарегистрированных данных о наличии депрессивных расстройств у ФИО1 в период до 27.05.2020, вполне вероятно их появление как осложнения имевшего у неё место . Вместе с тем, оснований для утверждения возникновения депрессивных расстройств у ФИО1 в связи только с последствиями , исключив при этом возможность влияния на их развитие и личностных особенностей, не имеется.

Дефектом оказания медицинской помощи наблюдение на дому не является, поскольку состояние ФИО1 было первично оценено сначала врачом-терапевтом <...> г., а затем врачом-неврологом <...> г., рекомендованы осмотры в поликлинике: показаний для постоянного наблюдения пациентки на дому не было, ввиду отсутствия у неё значимых координаторных нарушений и параличей.

Согласно данным специальных медицинских источников:

Налоксон: Фармакологическое действие - блокирующее опиатные рецепторы; предотвращает, ослабляет или устраняет эффекты опиоидных агонистов. Восстанавливает дыхание, уменьшает седативное и эйфоризирующее действие, ослабляет гипотензию.

Показания: острое отравление наркотическими анальгетиками: полными (морфин, дол, фентанил) и частичными (бупренорфин) агонистами и агонистами-антагонистами (пентазоцин, буторфанол, налбуфин и др.); прекращение действия наркотических анальгетиков; восстановление дыхания у новорожденных после введения роженице опиоидных анальгетиков; диагностика опиоидной зависимости.

Противопоказания: гиперчувствительность, беременность, грудное вскармливание».

Причины развития коматозного состояния обусловлены нарушениями работы структур головного мозга. Различают первичные, вызванные механическими повреждениями тканей при травмах, опухолях различной этиологии, кровоизлияниях при инсультах, и вторичные, спровоцированные метаболическими изменениями (эндокринные, инфекционные заболевания, интоксикации). Коматозное состояние проявляется как осложнение основной болезни, травмы или иных факторов, вызвавших нарушения деятельности отделов головного мозга и ЦНС. В зависимости от причин, вызывавших коматозное состояние, различают первичную (неврологическую) и кому вторичного генеза, вызванную соматическим заболеванием. От правильной дифференциации и этиологии зависят как реанимационные и терапевтические меры. Первичная кома (неврологическая, церебральная) возникает при очаговом поражении головного мозга, влекущим за собой патологические реакции со стороны различных органов тела и систем жизнеобеспечения. Структурные нарушения головного мозга вследствие травм, кровоизлияний, развития опухолевых процессов и воспалительных процессов в тканях мозга являются ведущими в патогенезе состояния. Наиболее частая причина церебральной комы и коматозного состояния в целом - инсульт, геморрагический или ишемический, вызывающий нарушения или полную остановку притока крови к отдельным участкам мозга. Инфаркт мозга (формирование участка мертвой ткани вследствие длительного отсутствия кровоснабжения) и субарахноидальное кровоизлияние, при котором кровь накапливается в пространстве между двумя оболочками мозга — паутинной и мягкой мозговой, также могут вызывать кому; травматический тип, следствие черепно-мозговой травмы; гипертензионный или опухолевый, вызванный гипертензией из-за развития опухолевых новообразований в головном мозге; эпилептический, провоцируемый эпилептическими приступами; менингоэнцефалический, возникающий при воспалительных процессах тканей головного мозга и его оболочек в результате инфекций, вызывающих нарушение метаболизма клеток вследствие интоксикации; апоплектиформный, обусловленный вторичными нарушениями кровообращения мозга, когда заболевание (например, инфаркт миокарда) вызывает снижение или прекращение притока крови к тканям мозга. Неврологическая (церебральная) кома вызывает сильное торможение функций нервной системы вследствие первичного поражения головного мозга. На долю первичной комы относится наибольший процент коматозных состояний.

Соматогенная кома вторичного генеза провоцируется различными хроническими заболеваниями и состояниями, а также интоксикацией организма. По статистическим данным, на втором месте после инсульта, как причины коматозного состояния, находится кома вследствие использования высоких доз наркотических веществ (14,5% пациентов). Злоупотребление алкоголем также вызывает кому, на долю больных с передозировкой алкоголя приходится 1,3 % об общей статистики.

Дифференциальная диагностика проводится в зависимости от вызвавшего кому заболевания, коматозные состояния различаются по симптоматике.

Таким образом, по данным научных исследований и медицинской практики, налоксон может применяться бригадой скорой медицинской помощи с диагностической целью в процессе постановки дифференциального диагноза комы. Дальнейшие исследования проводились при поступлении ФИО1 в приемное отделение стационара.

Каких-либо неблагоприятных последствий от введения налоксона у ФИО1 по результатам представленных на экспертизу материалов не установлено: согласно клиническим данным «на введение налоксона 1,0 - пришла в сознание. На 2-ой инъекции налоксона 1,0 - встала на ноги».

Оценивая заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что данное заключение является допустимым доказательством, поскольку содержит подробное описание проведенных исследований, в обоснование сделанных выводов эксперты приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основываются на объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.

Суд находит, что экспертное заключение в силу ст.60 ГПК РФ может быть отнесено к числу допустимых, поскольку оснований не доверять экспертам данного учреждения не установлено, нарушение требований закона при проведении указанной экспертизы не допущено. Эксперты обладают необходимой квалификацией, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение соответствует требованиям ч.2 ст.86 ГПК РФ. Доказательств некомпетентности экспертов, его личной заинтересованности в исходе рассматриваемого дела, равно как и доказательств нахождения экспертов в служебной или иной зависимости от кого-либо из лиц, участвующих в деле, их представителей, а также указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение выводы заключения, суду не представлено. При таких обстоятельствах, оснований не доверять заключению судебной медицинской экспертизы у суда не имеется. Таким образом, заключение ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки» отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют. Учитывая изложенное, суд принимает заключение судебной экспертизы в качестве относимого и допустимого доказательства.

Оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы, суд не усматривает.

Таким образом, довод истицы о наличии недостатков медицинской помощи при ее оказании ответчиком ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» нашел свое подтверждение при рассмотрении настоящего дела и вышеуказанным ответчиком не опровергнут.

Рассматривая требования истицы к ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» о признании незаконными протокола проведения МСЭ гражданина № .... от <...> г., справки об установлении третьей группы инвалидности, акта № .... гражданина от <...> г., обязании установить вторую группу инвалидности с <...> г. судом установлено следующее.

ФИО1 была впервые освидетельствована Бюро № 12 – филиалом ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» <...> г. заочно в соответствие с Временным порядком признания лица инвалидом, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 16.10.2020 № 1697. Истице была установлена третья группа инвалидности, причина инвалидности «общее заболевание», инвалидность установлена была на 1 год с <...> г.

Истицей решение Бюро № 12 – филиалом ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» <...> г. было обжаловано. Решением экспертного состава № .... ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» от <...> г. вышеназванное решение от <...> г. оставлено без изменений.

<...> г. истице третья группа инвалидности продлена до <...> г., а <...> г. продлена до <...> г..

При освидетельствовании истицы <...> г. в очном порядке решением Бюро № 12 - филиалом ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» установлена ФИО1 вторая группа инвалидности до <...> г..

Истица полагает, что вышеуказанным ответчиком экспертиза проведена на основании неполного перечня медицинских исследований, не проведена комплексная оценка состояния организма истицы здоровья.

Государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, определяет Федеральный закон от 24.11.1995 № 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" (преамбула).

В соответствии со ст. 1 указанного Федерального закона инвалид - лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты. Ограничение жизнедеятельности - полная или частичная утрата лицом способности или возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, ориентироваться, общаться, контролировать свое поведение, обучаться и заниматься трудовой деятельностью. В зависимости от степени расстройства функций организма лицам, признанным инвалидами, устанавливается группа инвалидности, а лицам в возрасте до 18 лет устанавливается категория "ребенок-инвалид". Признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.02.2006 № 95 были утверждены Правила признания лица инвалидом (далее - Правила), которые действовали до 01.07.2022 и применимы к спорным правоотношениям.

На основании п.1 – п.3 Правил они определяют в соответствии с Федеральным законом "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" порядок и условия признания лица инвалидом. Признание лица (далее - гражданин) инвалидом осуществляется федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы: Федеральным бюро медико-социальной экспертизы (далее - Федеральное бюро), главными бюро медико-социальной экспертизы (далее - главные бюро), а также бюро медико-социальной экспертизы в городах и районах (далее - бюро), являющимися филиалами главных бюро. Признание гражданина инвалидом осуществляется при оказании ему услуги по проведению медико-социальной экспертизы. Медико-социальная экспертиза проводится исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием классификаций и критериев, утверждаемых Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации.

Согласно п.5, п.6 Правил условиями признания гражданина инвалидом являются: а) нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами; б) ограничение жизнедеятельности (полная или частичная утрата гражданином способности или возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, ориентироваться, общаться, контролировать свое поведение, обучаться или заниматься трудовой деятельностью); в) необходимость в мерах социальной защиты, включая реабилитацию и абилитацию. Наличие одного из указанных условий не является основанием, достаточным для признания гражданина инвалидом.

Для проверки доводов истицы определением суда была назначена судебная медико-социальная экспертиза, производство которой поручено ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по г. Санкт-Петербург».

Как следует из экспертного заключения ФКУ «

Основания для установления ФИО1 первой или второй группы инвалидности при проведении медико-социальной экспертизы <...> г. по представленным данным медицинской организаций (направление на МСЭ по форме №088/у (протокол ВК № .... от <...> г. года)) отсутствовали.

Определение оснований для признания незаконными протокола проведения МСЭ ФИО1 № .... от <...> г., справки об установлении третьей группы инвалидности, акта № 6.... МСЭ гражданина от <...> г. не относится к компетенции учреждений медико-социальной экспертизы.

Согласно перечня медицинских обследований, необходимых для получения клинико-функциональных данных в зависимости от заболевания в целях проведения медико-социальной экспертизы, утвержденному Приказом Минтруда России № 52н, Минздрава России № 35н от 31.01.2019, действовавшему на момент оспариваемых решений, ФИО1 по основному заболеванию с кодом по МКБ-10 169.2, указанном в направлении на МСЭ (протокол ВК № 621 от 25.11.2020 года), не были произведены необходимые исследования. Вместе с тем, однозначно оценить влияло ли отсутствие результатов необходимых исследований на установление группы инвалидности на момент вынесения оспариваемых решений ФИО1 не представляется возможным, так как это зависит от результатов обследований.

По представленным медицинским документам имеются разные размеры посттрепанационного дефекта. Установить точный размер посттрепанационного дефекта по представленному рентгенологическому снимку ФИО1 от <...> г. не представляется возможным в виду разного масштаба прямой и боковой проекции, отсутствия исследования, записанного на диск с возможностью использовать программное обеспечение с измерительными приборами, точное измерение размеров костного дефекта.

Дефект черепа ФИО1 являлся стойким нарушением на момент определения группы инвалидности при проведении медико-социальной экспертизы <...> г. и <...> г..

Ответчиком ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» проводилась оценка степени выраженности основных видов стойких нарушений функций организма истицы, в соответствии с Классификациями и критериями, утвержденными Приказом Минтруда России от 27.08.2019 № 585н, в том числе, психических, языковых и речевых, сенсорных (зрительных), а также нарушений, обусловленных физическим внешним уродством. Данная оценка должна проводиться учреждениями медико-социальной экспертизы.

На момент установления группы инвалидности при проведении медико-социальной экспертизы <...> г. и <...> г. у истицы имелись стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных, связанных с движением (статодинамических функций, стойкие незначительные нарушения сенсорных (зрительных) функций, стойкие незначительные нарушения психических функций. Стойких нарушения языковых и речевых функций не имелось.

Перечнем медицинских обследований, необходимых для получения клинико-функциональных данных в зависимости от заболевания в целях проведения медико-социальной экспертизы, утвержденным Приказом Минтруда России № 52н, Минздрава России № 35н от 31.01.2019, действовавшим на момент оспариваемых истцом решений, обследования при наличии дефекта костей черепа не предусмотрены.

Вместе с тем, в направлении на МСЭ (протокол ВК № .... от <...> г.) основное заболевание определено с кодом по МКБ-10 169.2. При данной рубрике МКБ-10 в Перечень не входит обследование рентгенография костей черепа.

Структура ограничений основных категорий жизнедеятельности истца установлена на основании определений основных категорий жизнедеятельности человека, отраженных в п.7 Классификаций и критериев, используемых при осуществлении медикосоциальной экспертизы федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27.08.2019 № 585н. Степень выраженности ограничений основных категорий жизнедеятельности истца определена на основе анализа клинико-функциональных данных, исходя из оценки их отклонения от нормы, соответствующей определенному периоду (возрасту) биологического развития человека.

Оценка реабилитационного потенциала осуществлена на основе анализа клиникофункциональных, профессионально-трудовых и психологических данных истца. Не собраны сведения и не проведены обследования условий и характера социально-бытового положения гражданина в связи с проведением медико-социальной экспертизы <...> г. и <...> г. заочно (без личного присутствия). Не в полном объеме собраны сведения и не проведены обследования условий и характера профессиональной деятельности. Вместе с тем, сведения о профессиональной деятельности указаны по данным, предоставленным ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» г. Ухта в направлении на медико-социальную экспертизу (протокол ВК № .... от <...> г.).

Оценка степени нарушений функций организма истца проведена исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клиникофункциональных, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием Классификаций и критериев, утверждаемых Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации.

Степень выраженности стойких нарушений функций организма истца, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами, была установлена в соответствии с количественной системой оценки, предусмотренной приложением № 1 к Классификациям и критериям.

На момент вынесения оспариваемых истцом решений оснований для проведения оценки степени выраженности стойких нарушений таких функций организма как языковые и речевые, а также нарушений, обусловленных физическим внешним уродством, не имелось. Имелись основания для проведения оценки степени выраженности стойких нарушений психических функций и стойких нарушений сенсорных (зрительных) функций организма.

Дефект костей черепа размером более 10 х 10 см не является нарушением, обусловленным физическим внешним уродством. Клинико-функциональная характеристика стойких нарушений функций организма человека, обусловленных дефектом костей черепа определена в пп. 15.1.3.1.1, 15.1.3.1.2, 15.1.3.1.3 Приложения №1 к Классификациям критериям.

При проведении медико-социальной экспертизы гражданину с дефектом костей черепа размером более 10 х 10 см, имеющийся до проведения пластики, является стойким расстройством функций.

В соответствии с п. 5 классификаций и критериев, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27.08.2019 № 585н, при наличии нескольких стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами, отдельно оценивается и устанавливается степень выраженности каждого из таких нарушений в процентах. Сначала устанавливается максимально выраженное в процентах нарушение той или иной функции организма человека, после чего определяется наличие (отсутствие) влияния всех других имеющихся стойких нарушений функций организма человека на максимально выраженное нарушение функции организма человека. При наличии указанного влияния суммарная оценка степени нарушения функции организма человека в процентном выражении может быть выше максимально выраженного нарушения функций организма, но не более чем на 10 процентов.

На момент первых дней после перенесенной истцом операции <...> г. определить структуру и степень выраженности основных категорий жизнедеятельности не представляется возможным ввиду отсутствия стойких нарушений функций вследствие нарушений здоровья, возникших после перенесенного геморрагического инсульта от <...> г. и оперативного лечения ( от <...> г..

На момент проведения истцу медико-социальной экспертизы <...> г. и <...> г. ограничений основных категорий жизнедеятельности III степени у истца не имелось.

На настоящий момент определить структуру и степень выраженности категорий жизнедеятельности не представляется возможным ввиду отсутствия на МСЭ (формы № 088/у), содержащего данные о состоянии здоровья гражданина, отражающих степень нарушения функций органов и систем организма на настоящий момент.

У суда не имеется оснований сомневаться в правильности и достоверности проведенной по делу судебной медико-социальной экспертизы. Заключение экспертной комиссии основано на анализе материалов гражданского дела, сведений о состоянии здоровья ФИО1, медицинских документах, экспертиза проведена экспертами, обладающими специальными познаниями в соответствующей области, являющимися лицами, не заинтересованными в рассмотрении дела, которые были предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение.

С учетом изложенного суд принимает вышеприведенное экспертное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу.

Иных доказательств наличия у истицы ограничений основных категорий жизнедеятельности не имеется, а само по себе субъективное восприятие истицей состояния здоровья основанием для установления истице в 2020 году инвалидности второй группы не является.

С учетом вышеизложенных правовых норм, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд считает требование истицы о признании незаконными протокола проведения МСЭ гражданина № .... от <...> г., справки об установлении третьей группы инвалидности, акта № .... гражданина от <...> г., обязании установить вторую группу инвалидности с <...> г. не подлежащим удовлетворению.

Пунктом 2 ст.2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст.151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В абз.3 п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п.12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (ч.2 ст.1064 ГК РФ).

В п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации № 33 в п.25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В п.27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.30 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст.151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст.151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В силу ч.1 ст.19 и ч.3 ст.123 Конституции РФ истец и ответчик равны перед законом и судом, а разрешение судом возникшего между ними спора должно осуществляться в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторона, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом из ст.57 ГПК РФ следует, что доказательства предоставляются сторонами. В силу ч.3 ст.67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как указано в п.5 ст.10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Данная норма закрепляет презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений, которая означает, что лицо, являющееся участником гражданских правоотношений, считается действовавшим законно (правомерно) и добросовестно до тех пор, пока не будет доказано обратное.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст.1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Учитывая, установленные по делу обстоятельства, тот факт, что ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» не представлены доказательства надлежащего оказания медицинской помощи истице, равно как и доказательства отсутствия своей вины в причинении морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, несвоевременно и не в полном объеме, суд приходит к выводу о вине указанного ответчика при оказании истице медицинской помощи.

В этой связи суд полагает исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» подлежащими частичному удовлетворению.

-

Кроме того, по результатам изучения представленных на экспертизу материалов установлены нарушения порядка направления на медикосоциальную экспертизу:

- при первичном направлении ФИО1 на медико-социальную экспертизу (в ноябре 2020 года) в направлении на МСЭ нет указаний на осмотры терапевта (врач общей практики), невролога (либо нейрохирурга), офтальмолога, психиатра, УЗДГ МАГ (ДС БЦ А)17, не в полном объеме проведены лабораторные исследования крови;

- на МСЭ не представлено заключение о детальном исследовании размеров дефекта костей черепа в раннем послеоперационном периоде (в описательной части представленного МРТ черепа от 04.06.2020 указано только о состоянии после клипирования аневризмы передней коммуникантной артерии и наличии трепанационного дефекта с постоперационной субдуральной гематомой);

- для оценки когнитивных функций ФИО1 необходимо было выполнить ЭПИ (экспериментально-психологическое исследование с определением IQ), в заключении психиатра отсутствует шкала MMSE19.

Указанные недостатки при оказании медицинской помощи, безусловно, причинили ФИО1 нравственные страдания, поскольку влияли на ход лечения заболевания, а неполнота проведенных исследований могло повлиять на оценку здоровья истицы на МСЭ. С учетом степени вины причинителя вреда, требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика ГБУЗ РК «Ухтинская городская поликлиника» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

При недостаточности имущества ответчика, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф Республики Коми» возникшим на основании настоящего судебного акта, в соответствии с положениями абзаца второго ч.5 ст.123.22 Гражданского кодекса РФ необходимо возложить на Республику Коми в лице Министерства здравоохранения Республики Коми за счет казны Республики Коми.

В связи с отсутствием доказательств наличия дефектов и недостатков при оказании медицинской помощи истице ответчиками ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница №1», ГБУ РК «Территориальный центр медицины и катастроф РК» суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истицы о взыскании компенсации морального вреда и убытков с указанных ответчиков.

Доводы стороны истца о некорректном поведении сотрудников ГБУ РК «Территориальный центр медицины катастроф РК» не нашли своего подтверждения при рассмотрении настоящего дела, ввиду чего судом отклоняются. Суд учитывает, что истица с обращениями по вопросу некорректного поведения сотрудников скорой помощи не обращалась. Введение препарата налоксона сотрудниками скорой помощи к каким-либо неблагоприятным последствиям не привело, что следует из выводов экспертов.

Требования истицы о взыскании с ответчиков убытков в размере 1745359,79 руб., в том числе в виде страховой выплаты в размере 1400000 руб., просроченных платежей и штрафных санкций по кредитному договору в размере 241210,35 руб., а так же в виде недополученной пенсии по инвалидности 2 группы за период с <...> г. в сумме 104149,44 руб., не подлежит удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что оснований для установления истице второй группы инвалидности с 01.12.2020 не имелось, в связи с чем, убытки в виде недополученной пенсии не подлежат удовлетворению.

Истицей не представлены в материалы дела доказательства того, что ответчики являются лицами, в результате действий которых возник ущерб в виде страховой выплаты в размере 1 400 000 руб., просроченных платежей и штрафных санкций по кредитному договору в размере 241 210,35 руб.

Кроме того, стороной истца не представлены доказательства несения таких убытков.

В этой связи суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истицы о взыскании с ответчиков убытков.

Руководствуясь ст. 194 -199 ГПК РФ, суд,

решил:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Ухтинская городская поликлиника» (1102017196) в пользу ФИО1, <...> г. года рождения, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1, в том числе, к ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница №1», ГБУ РК «Территориальный центр медицины и катастроф РК», ФКУ «Главное бюро МСЭ по РК» и Министерству здравоохранения Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда, признании незаконным установление третьей группы инвалидности, обязании установить вторую группу инвалидности, взыскании убытков, отказать.

При недостаточности имущества Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Ухтинская городская поликлиника», на которое может быть обращено взыскание в целях исполнения решения суда, возложить субсидиарную ответственность по взысканию компенсации морального вреда на Министерство здравоохранения Республики Коми за счет казны Республики Коми.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Ухтинская городская поликлиника» государственную пошлину в доход бюджета муниципального округа «Ухта» Республики Коми в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья С.М. Изъюров

Мотивированное решение изготовлено 19.02.2025 года.