Решение № 2-602/2018 2-602/2018~М-514/2018 М-514/2018 от 26 октября 2018 г. по делу № 2-602/2018

Дело № 2-602/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 октября 2018 г. г.Невельск

Невельский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи - Плешевеня О.В.,

при секретаре - Кирьяновой А.А.

рассмотрев, в открытом судебном заседании, гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «РН-Востокнефтепродукт» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о возмещении материального ущерба,

У С Т А Н О В И Л:

28 августа 2018 г. ООО «РН-Востокнефтепродукт» к ФИО1, ФИО10, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО11, ФИО9 о возмещении материального ущерба, по следующим основаниям.

Ответчики являются работниками истца: ФИО1 принята на работу согласно приказа о приеме на работу от 27 октября 2009 г. и трудового договора от 16 октября 2009 г.; ФИО10 – приказ о приеме на работу от 09 ноября 2007 г., трудовой договор – от 05 ноября 2007 г.; ФИО3, - приказ о приеме на работу от 16 июня 2015 г., трудовой договор – от 15 июня 2015 г.; ФИО5 – приказ о приеме на работу от 17 июля 2013 г., трудовой договор от 15 июля 2013 г.; ФИО6 – приказ о приеме на работу от 29 июля 2015 г., трудовой договор от 17 июля 20115 г.; ФИО7 – приказ о приеме на работу от 16 июня 2015 г., трудовой договор от 15 июня 2015 г.; ФИО11 – приказ о приеме на работу от 16 октября 2015 г., трудовой договор от 15 октября 2015 г.; ФИО9 – приказ о приеме на работу от 26 июля 2013 г., трудовой договор от 24 июля 2013 г. Ответчик ФИО4 была принята на работу согласно приказа от 09 марта 2016 г. и трудового договора от 04 марта 2016 г., на основании приказа от 26 октября 2017 г. трудовые отношения с ней были прекращены. Местом работы ответчиков является обособленное подразделение автозаправочного комплекса № филиала №. С коллективом АЗК 19 июня 2017 г. истцом заключен договор о полной коллективной материальной ответственности. 29 августа 2017 г., на основании приказа ООО «РН-Востокнефтепродукт» № от 15 августа 2017 г., на АЗК № была проведена плановая инвентаризация нефтепродуктов и денежных средств, по результатам которой выявлено сверхнормативная недостача: ДТЛ – 1, 192, 23 кг; АИ-95 – 4 294, 89 кг; АИ-92 – 5 784, 67 кг; Н-80 – 91,77 кг. Распоряжением № от 06 сентября 2017 г. была назначена комиссия по проведению служебного расследования, направленного на выявление причин, способствовавших образованию сверхнормативных недостач, установлению виновных лиц. Ранее, 18 мая 2017 г., на АЗК № была переустановлена АСУ АЗК, в связи с чем проведены инвентаризации нефтепродуктов с применением ручных средств измерений показателей плотности, температуры и высоты взлива по всем резервуарам, сверхнормативных недостач не выявлено. Плановые инвентаризации с мая по июль 2017 г. проводились согласно распоряжений филиала №, их результаты принимались к сведению, в программе СУ АЗК IВС GAS Complex, бухгалтерском и коммерческом учете, - не отражались до момента доработки программного обеспечения, установленного на АЗК. Кроме того, на АЗК № используется СИ «Струна», акт о пригодности которой имеется. В ПО «Trade House» не отключена возможность ручной корректировки показаний уровнемера, учет нефтепродуктов ведется путем занесения в программу ручных фактических замеров. Результаты инвентаризации от 28 августа 2018 г. были отражены в бухгалтерском и коммерческом учетах и включили в себя недостачи, возникшие в период с мая 2017 г. В рамках проведения служебного расследования с коллектива АЗК № были истребованы объяснительные, исходя из которых сверхнормативные недостачи связаны с тем, что при приеме бензовозов обнаруживаются расхождения между показаниями плотности ТТН и ручных замеров. Комиссией по проведению служебного расследования были исследованы сменные отчеты и журнал приема нефтепродуктов, в ходе анализа которых обнаружено, что сверхнормативные расхождения данных бухгалтерского учета с фактическими формировались в сменных отчетах после приема автоцистерн. Однако акты на недостачу к сменным отчетам не прилагались и служебных записок от коллектива по данному вопросу не поступало. С учетом изложенного, сделан вывод о том, что возникновение недостач обусловлено неправильным отражением коллективом плотностей нефтепродуктов. В нарушение должностных обязанностей, коллективом АЗК № не осуществлялся контроль за движением нефтепродуктов, не велся достоверный учет за операциями прихода/расхода нефтепродуктов. В связи с этим, поскольку коллективом АЗК № не обеспечивался достоверный учет вверенного работодателем имущества, топливо утрачено в результате их виновных действий, в связи с чем истцу причинен ущерб на сумму 452 350 рублей 97 копейки. На основании изложенного, со ссылкой на статьи 232, 238, 240 Трудового кодекса Российской Федерации, просит суд взыскать в его пользу с ответчиков: ФИО1 – <данные изъяты> рублей; ФИО12 – <данные изъяты> рублей; ФИО3 – <данные изъяты> рублей; ФИО4 – <данные изъяты> рублей; ФИО13 – <данные изъяты> рублей; ФИО6 – <данные изъяты> рублей; ФИО7 – <данные изъяты> рублей; ФИО11 – <данные изъяты> рублей; ФИО9 – <данные изъяты> рублей; возложить на ответчиков расходы по уплате государственной пошлины.

В дополнении к исковому заявлению истец ссылается на положения пунктов 1, 5.1 договора о полной коллективной ответственности, согласно которых коллектив принял на себя коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему для осуществления деятельности. В случае необеспечения по его вине сохранности вверенных ему материальных ценностей коллектив обязался возместить работодателю прямой действительный ущерб. Также указывает, что ущерб к возмещению каждым членом коллектива АЗК работодателем определен с учетом фактически отработанного времени, на основании табелей учета рабочего времени и стоимости недостающего товара, числящейся по данным бухгалтерского учета.

Судом установлено, что в настоящее время фамилии ответчика ФИО12 и ФИО11, соответственно, - Задорожная и Попова.

В судебном заседании по делу представитель истца ФИО14 исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям.

Ответчики ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 исковые требования не признали в полном объеме ввиду отсутствия с их стороны виновных действий в образовании сверхнормативных недостач нефтепродуктов, а также реального ущерба, причиненного работодателю. В обоснование указывают, что до момента введения новой программы в мае 2018 г. коллектив АЗК № отработал 10 лет и никаких недостач ранее не имело место. Обучение коллектива при установке новой программы проводилось в сокращенные сроки, кроме того, было проведено не в полном объеме, в связи с чем на момент ее введения четкое понимание механизма программы, а также практические навыки по работе в программном обеспечении, - отсутствовали. Дебаланс в резервуаре № АИ-95 был выявлен сразу после установки программы 21 мая 2017 г., - по причине неправильного внесения плотности фактического остатка на конец смены, - 0, 0746. Некорректное внесение было обусловлено человеческим фактором, о чем сообщено в службу поддержки ООО ИК «Сибинтек», однако корректировка не проводилась. Кроме того, сразу же после установки программы по всем остальным видам нефтепродуктов также стали выявляться отклонения, что отражено в отчетах и инвентаризационных протоколах. Сменные отчеты в филиал № поступали ежедневно, однако никаких мер со стороны работодателя принято не было. Самостоятельно произвести корректировку показателей технической возможности не имелось.

Назначенная в качестве представителя ответчика ФИО4 в связи с неизвестностью ее места жительства адвокат Гаврилова Е.А., согласно телефонограмме, исковые требования не признала, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Выслушав участников процесса, исследовав совокупность представленных доказательств, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ответчики являются работниками ответчика, в том числе, работали в обществе в период с мая по август 2017 г.

Ответчик ФИО4 уволена на основании приказа от 26 октября 2017 г.

19 июня 2017 г. между ООО «РН-Востокнефтепродукт» и членами коллектива АЗК № участка АЗС филиала № общества, в лице руководителя коллектива, управляющей ФИО7, заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, согласно которого коллектив (бригада) приняли на себя полную коллективную (бригадную) материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества работодателя, вверенного ему для осуществления деятельности по реализации нефтепродуктов, сопутствующих товаров, услуг, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

При этом работодатель обязался создать коллективу условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору.

В соответствии с пунктом 5.1 договора, основанием для привлечения членов коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный коллективом работодателю, а также ущерб, возникший у работодателя в случае возмещения им ущерба иным лицам.

Согласно приложения № к договору, с ним ознакомлены: ФИО3, ФИО9, ФИО1, ФИО15, ФИО4, ФИО6, ФИО5

Ранее, 01 января 2017 г., с данным коллективом, в лице управляющей ФИО10, был заключен аналогичный договор, с которым ознакомлены: ФИО1, ФИО4, ФИО15, ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО3

15 августа 2017 г. ООО «РН-Востокнефтепродукт» издан приказ № о проведении инвентаризаций, согласно которого всем инвентаризационным комиссиям предписано провести инвентаризацию нефтепродуктов и денежных средств на АЗС/АЗК и нефтебазах.

06 сентября 2017 г. руководителем филиала № ООО «РН-Востокнефтепродукт» ФИО17 издано распоряжение о создании комиссии в связи с обнаружением факта сверхнормативных недостач и излишков, в том числе, на АЗС №.

15 сентября 2017 г. комиссией филиала № в лице председателя ФИО18, членов комиссии, - ФИО19 и ФИО20, составлен акт служебного расследования, согласно которого на АЗК № выявлена сверхнормативная недостача ДТЛ – 1, 192, 23 кг; АИ-95 – 4 294, 89 кг; АИ-92 – 5 784, 67 кг; Н-80 – 91,77 кг.

Согласно выводов комиссии, сверхнормативные отклонения в сменных отчетах образовались за период с 18 мая 2017 г. по 29 августа 2017 г. и сформировались с нарастанием ввиду некорректного ведения учета в ПО «Trade House». Так как плотный график тиражирования по вводу СУ АЗК IВС GAS Complex не позволил в достаточном объеме освоить материал по порядку действий при возникновении ошибочных ситуаций, а именно, корректного внесения и контроля всех значений результатов ручных и автоматических измерений параметров нефтепродуктов в сменный отчет работниками АЗК, комиссия допускает образование недостач за счет некорректного расчета реализации, фактических и книжных остатков в ПО «Trade House» в межинвентаризационный период, ввиду слабых теоретических и практических навыков операторов.

Комиссией предложено, в частности: сверхнормативные недостачи нефтепродуктов на 29 августа 2017 г. отразить в бухгалтерском учете с учетом норм технологических потерь; уменьшить размер сверхнормативной недостачи АИ-95 на 1, 671, 75 кг в связи с неправильным расчетом массы реализованного нефтепродукта, по причине неверно внесенной плотности, - считать ее равной 2 623, 14 кг.; в связи с некорректным ведением НП в ПО «Trade House», сверхнормативные недостачи списать за счет прибыли предприятия.

Акт служебного расследования подписан лишь членами комиссии ФИО19 и ФИО20, подпись председателя ФИО18, - отсутствует.

Согласно объяснений представителя истца ФИО16 от 24 октября 2018 г., указанный акт не имеет юридической силы ввиду отсутствия данной подписи, в связи с чем заявлено ходатайство об его исключении из числа доказательств по делу.

11 мая 2018 г. ООО «РН-Востокнефтепродукт» издан приказ № о создании комиссий для проведения внутреннего расследования по недостачам на 16 АЗС/АЗК в 2017 г., а также определения корректности действий членов комиссии филиала № по проведению служебного расследования в 2017 – 2018 годах.

Согласно представленного в копии акта от 08 июня 2018 г. внутреннего расследования, предписано отменить результаты расследований, проведенных комиссиями филиала № в части выводов и предложений, а также инициировать взыскание ущерба в судебном порядке в размере недостач, превышающих расчетный объем, в объеме 91 927, 6 кг на сумму, - 3 858 834, 72 рубля.

Статьями 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину; бережно относиться к имуществу работодателя.

Работодатель имеет право, в том числе: требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В силу статей 232 – 233 Трудового кодекса Российской Федерации, сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Положениями статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работника возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно статьи 239 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В силу статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.

Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины.

При добровольном возмещении ущерба степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом.

В соответствии с положениями пунктов 4 – 5, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ).

При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исследовав совокупность представленных доказательств, суд приходит к выводу о недоказанности со стороны истца факта причинения действиями ответчиков как реального ущерба в виде уменьшения имущества общества, так и его размера.

Как указано выше, сверхнормативная недостача на АЗК № с указанием расхождений по соответствующим видам нефтепродуктов, выявлена актом служебного расследования от 15 сентября 2018 г., который истец просит исключить из числа доказательств по делу.

В представленной истцом копии акта внутреннего расследования от 08 июня 2018 г. показателей сверхнормативной недостачи по АЗК №, - не содержится.

В материалы дела истцом представлен неподписанный свод результатов движения НП по АЗС филиала № за межинвентаризационный период, согласно которого отражены изложенные в акте служебного расследования от 15 сентября 2018 г. показатели сверхнормативной недостачи, однако в данном своде также отражены причины дебалансов, с отражением соответствующих показателей: недовоз нефтепродуктов бензовозами, некорректная плотность по реализации, невыясненные причины.

Вместе с тем, при расчете суммы ущерба истцом взяты за основу сверхнормативные недостачи в полном объеме.

Иных, надлежащим образом заверенных документов, достоверно подтверждающих причинение истцу реального ущерба и его размера, - в материалы дела не представлено.

Кроме того, из представленных истцом в материалы дела копий писем членов инвентаризационной комиссии ФИО19 и ФИО20, без даты, направленных в адрес председателя комиссии – заместителя генерального директора ООО «РН-Востокнефтепродукт» ФИО22, следует, что со стороны сектора коммерческого учета при проверке сменных отчетов были выявлены растущие дебалансы по нефтепродуктам. Специалисты неоднократно выезжали на объекты с целью проведения технологических проливов, проводились контрольные сливы бензовозов, рассматривались служебные записки от управляющих АЗС/АЗК. Одним из ключевых факторов увеличения дебалансов явилась установка автоматической сверки на АЗС/АЗК. Программа GAS Complex получает данные от СИ «Струна», на АЗС/АЗК филиала № многие струны были признаны неисправными, данные от СИ «Струна» часто не совпадали с данными фактических замеров и расчет в данной программе был неверным. Расчет массы реализованного продукта в сменных отчетах производился по средней плотности, сформированной СИ «Струна», которая на практике значительно отличалась от результатов ручных измерений. Вместе с тем, корректировки операторами не производились, так как операции по внесению корректировок в контрольные сверки были запрещены. Заявки на отключение автоматического ввода параметров также не подавались, так как данный алгоритм был введен в практику гораздо позже и операторы указанному порядку обучены не были. Также отражено то обстоятельство, что факт хищения не установлен.

Изложенные обстоятельства не позволяют суду сделать вывод как о доказанности со стороны истца факта причинения ему действиями ответчиков реального ущерба, размера ущерба, а также причинно-следственной связи между ущербом и действиями работников.

Недоказанность размера ущерба подтверждается и тем обстоятельством, что первоначально, 11 мая 2018 г., истцом было предложено ответчикам представить заявление на удержание на 2017 г. на сумму 477 416, 70 рублей.

10 июля 2018 г. от истца поступило требование ответчикам переписать заявление на удержание суммы в размере 452 350, 97 рублей.

В связи с отказом ответчиков выплатить указанную сумму в добровольном порядке предъявлена к взысканию сумма ущерба вновь, в размере 452 350, 97 рублей, однако в расчете ущерба вновь отражена сумма в размере 477 416, 70 рублей.

При принятии решения суд также исходит из следующего.

Согласно протокола заседания рабочей инвентаризационной комиссии филиала № в г.Южно-Сахалинске от 19 июня 2017 г. на АЗК № г.Невельска выявлена сверхнормативная недостача по всем видам нефтепродуктов.

Вместе с тем, комиссией предложено результаты инвентаризации принять к сведению до доработки ПО, установленной на АЗС.

Из протокола инвентаризации от 27 июля 2017 г. также следует об увеличении показателей сверхнормативной недостачи, в связи с чем предложено результаты инвентаризации принять к сведению, в бухгалтерском учете не отражать.

Согласно протокола инвентаризации от 29 августа 2017 г. комиссией предложено результаты инвентаризации отразить в бухгалтерском учете и потери по нефтепродуктам списать за счет естественной убыли.

Изложенное подтверждает доводы ответчиков о том, что работодателю было известно о возникновение дебаланса по нефтепродуктам на АЗК №, а также свидетельствует о том, что на протяжении нескольких месяцев истец не принимал мер к обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, что является основанием для освобождения работников от материальной ответственности в соответствии с положениями статьи 239 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, при разрешении вопроса о правомерности предъявленных требований суд принимает во внимание то обстоятельство, что заключенные истцом договора о полной коллективной материальной ответственности не соответствуют требованиям Типовой форме договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденной Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85.

Исходя из положений статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации, а также Типовой формы договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

Вместе с тем, как указано выше, представленные истцом договора заключены лишь с управляющими АЗК №, тогда как иные работники с ними лишь ознакомлены.

При этом, в приложении к договору от 19 июня 2017 г. отсутствует подпись ответчика ФИО2, в договоре от 01 января 2017 г., - ФИО9

В нарушение положений части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, объяснение от ответчиков ФИО2, ФИО9 и ФИО4, - не истребовалось.

При таких обстоятельствах, ввиду непредоставления истцом доказательств причинения действиями ответчиков реального ущерба, его размера, причинно-следственной связи между причиненным ущербом и действиями данных работников, с учетом непринятия работодателем мер к обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работникам, а также изложенных нарушений действующего трудового законодательства при заключении договоров о полной коллективной материальной ответственности и привлечении к материальной ответственности, - у суда не имеется оснований для удовлетворения исковых требований, в связи с чем суд отказывает ООО «РН-Востокнефтепродукт» в иске в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «РН-Востокнефтепродукт» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о возмещении материального ущерба, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Невельский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 31 октября 2018 г.

Председательствующий судья О.В.Плешевеня