Апелляционное определение № 33-10069/2025 33-213/2026 от 14 января 2026 г.

Судья Марданов Н.Р. УИД 16RS0050-01-2024-013459-62

Дело № 2-414/2025 (2-6763/2024;)

№ 33-213/2026 (33-10069/2025;)

Учёт № 137г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 января 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Тазиева Н.Д.,

судей Мелихова А.В., Муртазина А.И.,

с участием прокурора Кириллова Э.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Садыковой Н.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Тазиева Н.Д. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Приволжского районного суда г. Казани от 4 апреля 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО5 к ФИО6 о признании утратившей право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, выселении оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО6 к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения и применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от <дата>, заключенного между ФИО6 к ФИО5.

Применить последствия недействительности сделок, прекратив право собственности ФИО5 на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый .....

Признать за ФИО6 право собственности на недвижимое имущество - квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, Профессора Камая, <адрес>, кадастровый .....

Обязать ФИО2 возвратить ФИО1 денежные средства в размере 7 000 000 рублей.

Поручить Управлению Судебного департамента в Республики Татарстан перечислить на расчетный счет ГАУЗ «РКПБ им. акад. ФИО13», ...., к/сч ...., .... наименование платежа: за проведение судебно-психиатрической экспертизы ФИО6, денежные средства в счет возмещения стоимости судебной экспертизы в размере 17 000 рублей, поступившие от ФИО6 по квитанции от 12 ноября 2024 года (50 000 рублей). Оставшиеся денежные средства в размере 33 000 рублей возвратить ФИО6.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ФИО4 - ФИО7, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ФИО8 ФИО9 – ФИО10, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора Кириллова Э.В., полагавшего решение суда подлежащим отмене с принятием в нового решения об частичном удовлетворении иска ФИО4 и об отказе удовлетворения иска ФИО8 ФИО9, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО11 о признании утратившим право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, выселении, в обосновании указав, что на основании договора купли-продажи квартиры от <дата>, заключенного между ФИО4 к ФИО11, истцом приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>. В соответствии с пунктом 9 договора купли-продажи квартиры ФИО11 обязуется сняться с регистрационного учета и освободить указанную квартиру в течение 14 дней с момента перехода права собственности. Срок в соответствии с договором истек <дата>, при этом ФИО11 продолжает проживать в указанной квартире, с регистрационного учета не снялась.

На основании изложенного просила признать ФИО11 утратившей право пользования на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, со снятием с регистрационного учета, выселить ФИО11 из указанного жилого помещения, взыскать судебные расходы.

ФИО11 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договор купли-продажи жилого помещения от 09 августа 2024 года, заключенный между ФИО11 и ФИО4; применении последствия недействительности сделки в виде возврата жилого помещения в состоянии, отраженном в договоре купли-продажи от <дата>.

В обоснование иска указано, что между ФИО11 и ФИО4 заключен договор купли-продажи жилого помещения от 9 августа 2024 года. По договору ФИО11 передала в собственность ФИО4 жилое помещение по адресу: <адрес>, площадью 49 кв.м., кадастровый ...., а ответчик принял жилое помещение и уплатил за него денежные средства в размере 7 000 000 рублей. Однако указанный договор содержит пороки влекущие его недействительность по основаниям ст. 166-167 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ФИО11 совершила сделку под влиянием обмана и злоупотребления доверием.

В последующим ФИО11 уточнила основания иска, указав, что в момент заключения договора купли-продажи квартиры она не понимала значение своих действий.

На основании изложенного, ФИО11 просила признать недействительным договор купли-продажи от <дата> жилого помещения, расположенного по адресу: Российская Федерация, <адрес>, применить последствия недействительности сделки.

Определением от <дата> гражданское дело .... (ранее - ....) и гражданское дело .... объединены в одно производство.

Суд исковые требования ФИО1 оставил без удовлетворения, иск ФИО2 удовлетворил, постановив решение в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе представителя ФИО4 – ФИО7 просит отменить решение и принять новое решение об удовлетворении иска ФИО4 и отказе в удовлетворении иска ФИО11 В жалобе приводиться доводы аналогичные доводам в исковом заявлении. Податель жалобы указывает, что договор купли-продажи между ФИО11 и ФИО4 составлялся при сопровождении агентства недвижимости «Риэлтгрупп», который подписан обеими сторонами, а риелтор выступал со стороны ФИО4 При заключении договора купли-продажи неоднократно были установлены намерения обеих сторон, договор заключен добровольно, о чем гласит пункт 19 договора. Также указывает, что ФИО11 ссылается на обстоятельства обмана со стороны третьих лиц, на основании чего возбужденное уголовное дело по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту мошенничества в особо крупном размере. Из постановления о возбуждении уголовного дела .... видно, что квалифицирующим признаком данного деяния является материальный ущерб в особо крупном размере, а не факт, повлёкший лишение права гражданина на жилое помещение, то есть ФИО11 самостоятельно распорядилась денежными средствами, которые получила за сделку купли-продажи недвижимости. Считает, что амбулаторная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертизы не может быть признана надлежащим и допустимым доказательством. Выражает мнение о том, что суд первой инстанции вынес неисполнимое решение в части возврата денежных средств, поскольку судом не установлено наличие движимого/недвижимого имущества у ФИО11, а также наличие денежных средств у ФИО11, учитывая, что денежные средства от продажи квартиры она передала третьим лицам.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции установлено, что ФИО11 умерла <дата>.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от <дата> произведена процессуальная замену ФИО6 на ее правопреемника - дочь ФИО23 ФИО3.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся участников дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1).

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ФИО12 на праве собственности на основании договора купли-продажи от <дата> .... принадлежала квартира по адресу: Российская Федерация, <адрес>.

<дата> между ФИО12 и ФИО4 заключен договор купли-продажи указанной выше квартиры за 7 000 000 руб., уплачиваемых в день подписания настоящего договора и сдачи документов в Управление Росреестра по РТ.

Договор купли-продажи был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан 13.08.2024.

На основании заявления ФИО11 постановлением старшего следователя СО ОП № 8 «Горки» Управления МВД России по г. Казани от 20.08.2024 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации, а также в отношении неустановленного лица, в деяниях которого усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Из указанного постановления следует, что неустановленное лицо, в период времени с <дата> по <дата> в неустановленное следствием время, находясь в неустановленном следствием месте, при неустановленных следствием обстоятельствах, неустановленным следствием способом, из корыстной заинтересованности, путем обмана ФИО11, <дата> года рождения, похитило денежные средства в размере 7 025 000 руб., причинив ФИО11 материальный ущерб в особо крупном размере.

Определением суда первой инстанции от <дата> была назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой были поставлены вопросы в отношении ФИО11

Из заключения судебно-психиатрических экспертов ГАУЗ Республиканской клинической психиатрической больницы имени академика В.М. Бехтерева Министерства Здравоохранения Республики Татарстан от <дата> .... следует, что у ФИО12 во время совершения в отношении нее преступления признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживалось. На момент подписания договора купли-продажи квартиры ФИО11 находилась в состоянии повышенного эмоционального напряжения с нарушениями тестирования реальности, актуальностью убежденности в достоверности обстоятельств и сведений со стороны звонивших, с резким подъемом страха и тревоги за свое будущее, страха за будущее семьи дочери, опасности утраты возможности с ней общаться, со снижением произвольного контроля своего поведения, нарушениями критической оценки происходящего. Её состояние возникло в результате целенаправленного психологического воздействия третьих лиц в совокупности с имеющимися индивидуально-психологическими особенностями (в виде излишней доверчивости, избегания конфликта, повышенной ответственности, исполнительности, подтвержденности влиянию авторитетных лиц в депрессивно-тревожном состоянии с признаками хронической дезадаптации, страх потерь, склонность к фиксированным страхам), предрасполагающего к подчиненному поведению по отношению к значимым лицам. Указанное состояние лишало ФИО11 способности к эффективной защите от посягательств путем целенаправленного осознанно-волевого поведения в конкретной ситуации, что оказало существенное влияние на ее поведение в юридически значимой ситуации, нарушив ее способность понимать значение своих действий и руководить ими при совершении сделки по купле-продаже квартиры 09.08.2024.

Свидетель ФИО14 в суде первой инстанции пояснил, что он с семьей искал квартиру, в ходе которой риэлтор обратила внимание на квартиру, по адресу: <адрес>. В ходе осмотра квартиры, а также совершения договора купли-продажи квартиры ФИО11 была приветлива, общительна, показала квартиру, двор, указав, что всю мебель оставляет покупателям; каких-либо сомнений в том, что она не могла понимать значение своих действий, у свидетеля не возникло. Продавец мотивировал отчуждение квартиры необходимостью переезда к дочери в Швецию. ФИО11 попросила время на выезд из квартиры, поскольку документы на выезд не были готовы. В последующем, ФИО11 сообщила, что ее обманули мошенники, денежные средства от продажи квартиры она передала неизвестным лицам, покидать квартиру отказалась.

Свидетелем ФИО15 даны аналогичные показания.

Свидетель ФИО16 указала, что является сотрудником ООО «Риэлт Групп». К ней обратилась ФИО11 о продаже принадлежащей ей квартиры в связи с переездом к дочери в Швецию. В ходе поиска покупателей по инициативе ФИО11 в связи со срочностью цена объекта недвижимости была снижена, в связи с чем свидетель указанную квартиру предложила ФИО17, которые хотели приобрести квартиру по цене 7 000 000 рублей, ожидали окончания ремонта иной квартиры для приобретения в той же местности. Каких-либо сомнений в ее психическом состоянии в ходе осуществления продажи квартиры не возникло.

Удовлетворяя исковые требования ФИО11, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО11 в момент совершения сделки купли-продажи от 09.08.2024 была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими, то есть сделка была совершена с пороком воли. Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО4, суд первой инстанции исходил из того, что удовлетворение исковых требований ФИО11 исключает удовлетворение требований ФИО4 о признании утратившим право пользования и выселении ФИО11

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Разъясняя эту правовую норму, Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что по смыслу данной статьи при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (пункт 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В связи с этим в качестве элемента, имеющего ключевое значение для признания того или иного юридически значимого акта сделкой, закон и судебная практика принимают не столько истинную волю лица, составляющую внутреннюю, субъективную сторону, сколько внешнее проявление воли лица - волеизъявление, непосредственно порождающее определенные гражданско-правовые последствия.

Вопросы об истинной воле лица, о ее отличии от волеизъявления, равно как и о свободном характере ее формирования возникают только в строго определенных законом случаях, являющихся основаниями для признания заключенной лицом сделки недействительной в связи с теми или иными пороками воли или волеизъявления (недееспособность стороны, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия или угрозы либо неблагоприятных обстоятельств и прочее).

Изначально ФИО11 в качестве оснований исковых требований о признании сделки недействительной ссылалась на совершение их под влиянием обмана и злоупотребления доверием. В последующим ФИО11 уточнила основания иска, указав, что в момент заключения договора купли-продажи квартиры она не понимала значение своих действий.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие в момент составления договора купли-продажи психического расстройства у продавца, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, возможность осознавать последствия заключения этого договора.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО11 в момент совершения сделки купли-продажи от 09.08.2024 была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими на основании заключения судебно-психиатрических экспертов ГАУЗ Республиканской клинической психиатрической больницы имени академика В.М. Бехтерева Министерства Здравоохранения Республики Татарстан от <дата> .....

Между тем, в указанном заключении эксперты указали лишь на то, что состояние ФИО11 в юридически значимой ситуации нарушило ее способность понимать значение своих действий и руководить ими. При этом эксперты однозначно указали, что у ФИО12 во время совершения в отношении нее преступления признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживалось. В указанном заключении эксперты не указали, что ФИО11 при заключении договора купли-продажи была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Из материалов дела следует, что ФИО11 сама обратилась к риелторам для продажи квартиры, показывала квартиру покупателям, мотивировала отчуждение квартиры необходимостью переезда к дочери в Швецию, подписала договор купли-продажи, получила денежные средства по договору. Указанные обстоятельства подтверждают, что ФИО11 желала совершить именно сделку купли-продажи квартиры и понимала ее сущность. Допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что факт волеизъявления ФИО11 на заключение договора купли-продажи квартиры, сущность которого и порождаемых им гражданско-правовых последствий (переход права собственности на недвижимое имущество) является общеизвестной, не соответствовал действительной ее воле не представлено. Из доводов искового заявления ФИО11 и других материалов дела следует, что она желала совершить именно оспариваемую ею сделку купли-продажи недвижимости и наступления соответствующих правовых последствий, которые вместе с тем, по ее мнению, должны были быть впоследствии аннулированы.

Заблуждение ФИО11 относительно мотивов (обстоятельств, характеризующих основной мотив сделки), полагавшей, что она заключает оспариваемый договор для пресечения совершаемых в отношении нее мошеннических действий, равно как и ее заблуждение относительно последствий, то есть в том, что совершенная сделка будет аннулирована, а право собственности на квартиру будет ей возвращено, в данном случае основанием для признания совершенной ею сделки купли-продажи недействительной являться не может.

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности, таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Под природой сделки следует понимать тип сделки, то есть совокупность признаков, позволяющих отличить один тип сделки от другого, под тождеством - полное совпадение реального предмета сделки с представлением о нем у стороны, совершавшей сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу закона сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные правовые последствия, а не те, которые он имел в виду в действительности.

Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.

Также, согласно абзацу 3 пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Заблуждение ФИО11 связано с мотивами сделки, а не с ее существом, а заблуждение относительно мотивов совершения сделки в силу прямого указания закона (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации) правового значения не имеет.

Преступные действия третьих лиц при совершении сделки не могут рассматриваться как обман по смыслу статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку доказательства того, что покупатель по сделки ФИО4 знала или должна была знать об обмане, суду представлены не были, что с учетом положений абзаца 3 пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает признание сделки недействительной.

Также суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно данной норме суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

При рассмотрении настоящего дела недобросовестного поведения ФИО4 при заключении оспариваемой сделки не установлено. Судебная коллегия, оценив представленные в материалы дела доказательства, показания свидетелей в суде первой инстанции, приходит выводу, что стороны договора не были связаны обязанностью заключить его, рассматриваемый договор заключен по обоюдной воле сторон, его условия не являются крайне невыгодными. То обстоятельство, что квартира являлась для ФИО11 единственным жильем, само по себе не может являться достаточным основанием для признания договора купли-продажи недействительным, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества в виде жилого помещения любому лицу, учитывая также, что ФИО11 мотивировала продажу квартиры необходимостью переезда к дочери в Швецию.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО11 не имелось, решение суда в части удовлетворении ее требований подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе удовлетворении исковых требований ФИО8 ФИО9 (правопреемника ФИО11) к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения и применении последствий недействительности сделки.

Как пояснили представители сторон в суде апелляционной инстанции, спорная квартира находиться в пользовании ФИО8 ФИО9, в квартире находятся вещи ФИО11, собственником которых после ее смерти стала ФИО8 ФИО9, доступ в квартиру у ФИО4 отсутствует.

В силу статей 209, 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением.

Статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с частью 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Поскольку в настоящее время ФИО8 ФИО9 членом семьи истца не является, соглашение о сохранении за ней и за ФИО11 права пользования спорным жильем не заключалось, добровольно освободить квартиру ФИО11 отказывалась, а также отказывается ее правопреемник ФИО8 ФИО9, что нарушает права собственника, который не может владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ей жилым помещением в соответствии с его назначением, оснований для сохранения за ФИО8 ФИО9 права пользования спорным жилым помещением не имеется.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности требований ФИО4 о признании ФИО8 ФИО9, как правопреемника ФИО11, утратившей право пользования спорным жилым помещением и ее выселении, поскольку каких-правовых оснований у ФИО8 ФИО9 для пользования и проживания в спорной квартире не имеется. Требования ФИО4 о снятии с регистрационного учета по месту жительства ответчика не подлежит удовлетворению, поскольку ФИО8 ФИО9 на регистрационном учете в спорной квартире не состоит.

С учётом изложенного оспариваемое решение части отказа удовлетворения иска ФИО4 также подлежит отмене с принятием нового решения о частичном удовлетворении ее исковых требований.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Приволжского районного суда <адрес> от <дата> по данному делу отменить и принять новое решение.

Иск ФИО5 к ФИО25 ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, выселении удовлетворить частично.

Признать ФИО23 ФИО3 (....) утратившей права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Выселить ФИО23 ФИО3 (.... из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

В удовлетворении остальных исковых требований отказать.

В удовлетворении иска ФИО25 ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения и применении последствий недействительности сделки отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трёх месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 22 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи