Апелляционное определение № 33-8198/2026 от 15 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№33-8198/2026
16 апреля 2026 г.
г. Уфа
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Валиуллина И.И.,

судей: Искандарова А.Ф.,

ФИО3,

при секретаре Насртдинове Р.И.,

с участием прокурора Алсынбаева Р.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 29 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Искандарова А.Ф., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указал, что в ДТП, произошедшем дата по вине ответчика, погиб его брат ФИО7 Приговором Бугульминского городского суда Республики Татарстан от дата ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ и освобожден от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Гражданский иск потерпевшего оставлен без рассмотрения, за ним признано право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства. Смертью брата истцу причинены нравственные страдания.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб.

Решением Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 29 января 2026 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, в его пользу с ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 700 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить решение, ссылается на пропуск срока исковой давности в части требования о взыскании материального ущерба, тяжелое материальное положение и наличие заболевания.

Лица, участвующие в деле и не явившиеся на апелляционное рассмотрение дела, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. В соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения дела была размещена на сайте Верховного Суда Республики Башкортостан.

Судебная коллегия, принимая во внимание отсутствие возражений, руководствуясь статьями 167, 327 ГПК РФ, рассмотрела дело без участия неявившихся лиц.

Проверив оспариваемое судебное постановление в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, изучив и обсудив доводы жалобы, выслушав явившихся участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором Бугульминского городского суда Республики Татарстан от дата ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ, а именно: в период времени с 14 ч. 51 мин. до 15 ч. 00 мин. дата водитель ФИО2, управляя технически исправным автомобилем ... с государственным регистрационным знаком №..., в светлое время суток в условиях достаточной видимости, двигался по третьей полосе движения на 1445 километре автомобильной дороги М5 «Урал» «Самара - Уфа - Челябинск» в сторону г. Самара, по сухой проезжей части шириной 15,7 м, предназначенной для двух направлений движения, не имеющей дефектов дорожного полотна, со скоростью не менее 102 км/ч, в зоне действия запрещающего дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости», предусмотренного приложением №1 «Дорожные знаки» к Правилам дорожного движения, утверждённым Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. №1090 (в редакции от 27 августа 2018 г.), согласно которому на данном участке дороги запрещается движение со скоростью, превышающей 70 км/ч, создавая тем самым опасность для других участников дорожного движения.

В указанное время на 1445 километре автомобильной дороги М5 «Самара - Уфа - Челябинск», расположенной на территории адрес, водитель ФИО7, управляя технически исправным автомобилем марки ... с государственным регистрационным знаком №..., совершал манёвр перестроения на полосу движения, предназначенную для разворота в сторону адрес. Водитель ФИО2 в период с дата дата на 1445 километре автомобильной дороги М5 «Урал» «Самара - Уфа - Челябинск», расположенной на территории адрес, приближаясь к участку автомобильной дороги, где в указанное время водитель ФИО7, управляя автомобилем марки ..., совершал манёвр перестроения на полосу для разворота в сторону адрес предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий и, пренебрегая безопасностью участников дорожного движения, без достаточных к тому оснований, самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, в нарушение требований пункта 10.1 Правил дорожного движения, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, не избрал безопасную скорость движения управляемого им автомобиля и, заметив автомобиль марки «Renault Sandero» под управлением водителя ФИО7, мер для предотвращения столкновения путём торможения не предпринял.

Вместо этого ФИО2, не снижая скорости движения автомобиля, которая составляла не менее 102 км/ч, совершил манёвр уклонения влево на полосу движения, предназначенную для разворота в сторону адрес, то есть в сторону направления движения автомобиля марки ... под управлением водителя ФИО7, где допустил столкновение с последним.

В результате вышеуказанных действий и допущенных нарушений пункта 10.1 Правил дорожного движения ФИО2 водителю автомобиля марки ... с государственным регистрационным знаком №... ФИО7 причинены телесные повреждения в виде: ...

Смерть ФИО7 наступила в дата. дата в ГБУЗ РБ «Городская клиническая больница адрес» от ....

Вышеуказанным приговором ФИО2 назначено наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 (два) года.

От назначенного основного и дополнительного наказаний ФИО2 освобождён ввиду истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Татарстан от 23 сентября 2025 г. приговор Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 18 июня 2025 г. в отношении ФИО2 оставлен без изменения.

Рассматривая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции из того, что смертью брата истцу причинены значительные нравственные страдания, в связи с чем взыскал компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 700 000 руб.

Поскольку приговором Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 18 июня 2025 г. за потерпевшим признано право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства и его иск, предъявленный в рамках уголовного дела, оставлен без рассмотрения, суд первой инстанции взыскал с ответчика расходы истца, понесенные им на оплату услуг представителя (убытки) в размере 100 000 руб.

Проверяя законность решения, судебная коллегия исходит из следующего.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).

Согласно разъяснениям пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33, по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).

В соответствии с разъяснениями пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, учитывал фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу страданий, вызванных внезапной гибелью близкого человека (брата), наличие тесных семейных отношений с погибшим, обстоятельства гибели потерпевшего, требования разумности и справедливости, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о том, что присужденная истцу сумма компенсации морального вреда является разумной и справедливой компенсацией в связи с потерей близкого человека.

Отклоняя доводы автора апелляционной жалобы о снижении размера компенсации в связи с его имущественным положением и наличием заболевания, судебная коллегия отмечает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

По мнению судебной коллегии определенный судом размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, и приведенные ответчиком доводы не являются основаниями для дальнейшего снижения его размера.

Отклоняя доводы жалобы об истечении срока исковой давности по требованию о взыскании расходов на оплату услуг представителя (убытков), судебная коллегия отмечает, что эти убытки понесены истцом дата и дата, что подтверждается представленными в материалы дела квитанциями, и срок исковой давности по ним истцом не пропущен.

Таким образом, при разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено, юридически значимые обстоятельства установлены полно и правильно, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда и не содержат предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

В силу изложенного решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 29 января 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 апреля 2026 г.