Решение № 2-116/2018 2-116/2018(2-4300/2017;)~М-394/2017 2-4300/2017 М-394/2017 от 21 мая 2018 г. по делу № 2-116/2018

Дело № 2-116/18


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 22 мая 2018 года

Московский районный суд Санкт–Петербурга в составе:

председательствующего судьи Ершовой Ю.В.,

при секретаре Макарове А.И.,

с участием прокурора Москальцовой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ИНТАН 6» и ООО «ВАРИАНТ» о взыскании уплаченных за медицинские услуги денежных средств, компенсации морального вреда и штрафа,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «ИНТАН 6» и ООО «ВАРИАНТ», в котором просила обязать ответчиков безвозмездно устранить недостатки, явившиеся следствием некачественно оказанных ей медицинских стоматологических услуг, взыскать с ответчиков в свою пользу стоимость некачественно оказанных медицинских услуг в размере 175 016 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.06.2016 по 23.01.2017 в размере 9 760,20 рубля, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, штраф в размере 50 % от присужденной в пользу истца денежной суммы, расходы на оплату юридических услуг в размере 18 500 рублей. В обоснование своих требований ФИО1 указала, что 16.06.2016 обратилась в клинику «Интан» за оказанием платной медицинской услуги по установке зубных имплантатов (имплантатов) и дальнейшего протезирования зубов. В день обращения истцу были установлены два имплантата на месте пятого и шестого зубов справа, при этом изначально предполагалось, что, несмотря на близкое расположение имплантатов, коронки на них будут установлены, как отдельно стоящие зубы с креплением на винтах (штифтах), однако в день сдачи работы выяснилось, что коронки были установлены в виде «моста», а в качестве материала для крепления использован цемент, у края «коронки» видна полоска неприкрытого металла. Кроме того, между третьим и седьмым зубами (с опорным пятым зубом) с левой стороны челюсти был распилен мостовой протез, так как корень пятого зуба сломали, а сам зуб удалили (при этом 11 лет назад была произведена резекция десны в указанном месте и все это время зуб истца не беспокоил). В связи с этим было принято решение об установке еще двух имплантатов и мостового протеза на место удаленного зуба. 23.06.2016 эти имплантаты были установлены. Впоследующем, напротяжении трех месяцев ФИО1 испытывала сильные болевые ощущения разной степени интенсивности в области установленных имплантатов. В связи с этим ФИО1 неоднократно обращалась к врачам организации ответчика с жалобами на болевые ощущения, на что регулярно получала ответ, что болеть там ничего не может. Кроме того, щель в десне, куда были имплантированы зубные протезы не сращивалась, несмотря на длительность прошедшего после операции периода, в связи с чем ее пришлось зашивать вторично, однако проведенная манипуляция не помогла, рана в десне по-прежнему не заживала, открывая имплантат. 30.08.2016 ФИО1 ощутила внезапную резкую боль в левой части челюсти, и, при поверхностном осмотре обнаружила новообразование (язвочку), в связи с чем незамедлительно обратилась к врачу организации ответчика, который, сообщив истцу, что все нормально и так и должно быть, предложил вскрыть язвенное образование. После вскрытия язвочки боль стала утихать без каких-либо дальнейших вмешательств. По завершению реабилитационного периода, при установке формирователя десны, стало видно, что имплантаты установлены очень близко по отношению друг к другу и расположить между ними еще один (ранее запланированный) зубной протез без эстетического и физического ущерба для здоровья и внешности истца не представляется возможным. Кроме того, в промежутке между седьмым зубом и имплантатом выявлено большое расстояние (ранее не запланированное), равное одному зубу. Вместе с тем, часть коронок, которые должны были быть установлены на имплантаты, не могут быть установлены при помощи винтов, так как имплантаты поставлены неверно и в качестве крепления может быть использован только цементирующий состав, что истца не устраивало изначально и на что было указано ответчику еще до оказания услуг. Часть ранее установленных коронок не совпадают по цветовой гамме с имеющимися зубами. Также ФИО1 указала, что установленные ответчиком коронки имеют ненадлежащий эстетический вид, они явно выделяются из общего зубного ряда, и физически ощутимы в ротовой полости, между ними накапливаются остатки пищи, сложные для извлечения в быту, например, при помощи зубочисток. При этом на официальном сайте клиники «Интан» в качестве юридического лица, ответственного за проведение работ по установке зубных имплантатов указано ООО «ИНТАН 6», а на кассовых чеках, выданных истцу в подтверждение оплаты услуг указано ООО «ВАРИАНТ». В связи с выявленными в оказанных ФИО1 услугах по установке зубных имплантатов и коронок недостатками она обратилась к ответчикам с претензией о безвозмездном устранении этих недостатков, однако ей в этом было отказано.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 изменила свои требования, и, в окончательном варианте просит взыскать с ответчика в свою пользу уплаченные за медицинские услуги по протезированию денежные средства в размере 62 304,25 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.06.2016 по 08.05.2018 в размере 10 599,03 рубля, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 61 377,70 рубля, расходы по оплате рентгенологического исследования в размере 1 200 рублей, расходы по составлению заключения по результатам рентгенологического исследования в размере 2000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 61 377,70 рубля, штраф в размере 50 % от присужденной в пользу истца денежной суммы и расходы по оплате юридических услуг в размере 58 500 рублей (л.д. 217-220). В обоснование измененных исковых требований ФИО1 ссылалась на положения пункта 7 части 1 статьи 29 Федерального закона «О защите прав потребителей» и указала, что часть из обусловленных заключенным между ней и ответчиками договором и оплаченных ею медицинских услуг ей оказано не было, а часть выполнены с нарушением согласованного с истцом плана лечения, а именно установка имплантат произведена в 35, а не в 34 зуб, как было предусмотрено планом лечения, имплантат смещен в сторону и между установленным имплантатом и 33 зубом имеется большое расстояние, в связи с чем установлен навесной зуб (тело мостовидного протеза – консоль) протезирование 37 зуба вообще не произведено.

Истец ФИО1 и ее представитель, ФИО, в судебное заседание явились, измененные исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Вариант», ФИО, в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения иска ФИО1

Ответчик ООО «Интан-6» о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в порядке, предусмотренном частью 2.1 статьи 113 ГПК РФ, своего представителя в суд не направил, ходатайств и заявлений об отложении судебного заседания от указанного ответчика в суд не поступало. В связи с этим, в соответствии со статьей 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного ответчика.

Заслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора Москальцовой Н.С., полагавшей иск ФИО1 подлежащим удовлетворению в части требования о взыскании денежных средств, уплаченных за медицинские услуг, которые не были оказаны истцу, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов, изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статей 56, 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что 16.06.2016 между ООО «Вариант» (Исполнителем) в лице Генерального директора управляющей компании ООО «ХК «ИНТАН», и ФИО1 (Потребителем) заключен Договор на оказание медицинских услуг, в соответствии с которым Исполнитель принял на себя обязательства по оказанию Потребителю платных стоматологических услуг на возмездной (платной) основе, согласно разрешительному перечню Лицензий. Стоматологические услуги оказываются в соответствии с планом лечения, составленным Исполнителем, которые фиксируются в медицинской карте Потребителя. Стоматологические услуги оплачиваются Потребителем по действующему прейскуранту на период в соответствии с планом лечения, установленным Исполнителем, с которым Потребитель предварительно ознакомлен.

16.06.2016 ФИО1 ознакомлена с планом лечения (л.д. 89).

По мнению истца обусловленные Планом лечения медицинские услуги оказаны ей не в полном объеме, и не в соответствии с этим Планом.

Согласно выводам, содержащимся в Заключении № 774 от 13.10.2017, составленном экспертами Санкт-Петербургского ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» по результатам проводившейся в рамках настоящего дела судебной медицинской экспертизы недостатков оказания медицинской помощи в части имплантационного лечения ФИО1 у ответчика не установлено. Количество имплантатов, их тип, размеры и расположение выбраны верно, с учетом объективной клинической картины и в соответствии с существующими протоколами лечения (клинические рекомендации, руководства по хирургической стоматологии и дентальной имплантации). Технических недостатков при проведении операции имплантации от 21.06.2016 и от 29.06.2016 не выявлено. Согласно осмотру пациентки экспертами, расположение имплантатов на нижней челюсти справа (в позициях 5 и 6 зубов) является допустимым, с учетом анатомических особенностей челюстей и зоны имплантации, для исключения травматизации анатомически значимых структур (нижнечелюстного нерва). Расстояние между имплантатами в позициях 45 и 46 зубов и между имплантатом в позиции 45 и 44 зуба соответствует рекомендуемому (по общему хирургическому протоколу расстояние между полированной шейкой имплантата и зуба должно быть не меньше 2 мм, а между шейками имплантатов – не менее 3 мм). Расстояние между имплантатами в позициях 34 и 36 зубов явилось достаточным для изготовления мостовидного протеза (с искусственной фасеткой в области 35 зуба). Срок начала протезирования на имплантатах соблюдены. Согласно результатам осмотра пациентки экспертами 05.10.2017 каких-либо недостатков в части ортопедического лечения ФИО1 (протезирования с опорой на имплантаты) не установлено, за исключением незначительного несоответствия цвета искусственных коронок с опорой на имплантаты, установленные в проекции 34, 36 зубов с рядом стоящими искусственными коронками. Фиксация искусственных коронок на имплантаты с помощью цемента, которая была выполнена ответчиком, является общепринятой практикой и осуществляется на усмотрение врача (использовать цементную или винтовую фиксацию). Исходя из анатомических особенностей нижней челюсти, коронки с опорой на имплантаты, а иногда и с порой на зубы, при концевых дефектах рекомендуется соединять вместе, что выполнено у ФИО1 Попадание пищи между коронками с опорой на имплантаты (на что предъявляет жалобы истец) возможно также, как и при протезировании с опорой на зубы и не указывает на недостаток протезирования. Наличие искусственных протезов требует более тщательного соблюдения гигиены полости рта, применение, кроме зубных щеток, специальных приспособлений (ершиков, флоссов (нитей), суперфлоссов, ирригаторов), а также систематического посещения стоматолога для проведения профессиональной гигиены. Ортопедическое лечение пациентки в клинике Ответчика не было закончено, поскольку пациентка прервала лечение на этапе фиксации металлокерамических протезов на временный цемент. Никаких неблагоприятных последствий для здоровья ФИО1 в связи с лечением, проведенным ООО «ВАРИАНТ», не наступило. Поскольку лечение ФИО1 ответчиком не было закончено, ей в настоящее время требуется завершение протезирования с опорой на имплантаты, постоянное диспансерное наблюдение, соблюдение гигиены полости рта. Эти мероприятия направлены не на устранение недостатков медицинской помощи, а на завершение ортопедического лечения.

В ходе рассмотрения дела истцом было заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной судебной медицинской экспертизы, в связи с представлением дополнительных доказательств по делу.

Одновременно истцом представлены рентгеновские снимки челюстно-лицевой области, произведенные 14.12.2017 на цифровом носителе (диске) и описание рентгенологического исследования от 04.01.2018, составленное врачом-рентгенологом Независимого цента рентгенодиагностики «Пикассо» ФИО При этом из Описания рентгенологического исследования усматривается, что положение зуба 3.5 в зубной дуге соответствует антагонисту, относительно зуба 3.3 и имплантата 3.6 апикальная треть наклонена мезиально; коронковая часть: установлена искусственная коронка, соотношение супраструктура: имплантат – 1:1.3; минимальное расстояние до соседних структур: до зуба 3.3 – 4,0 мм, до имплантата 3.6 – 6,2 мм, положение в костной ткани: оголение коронковой трети с вестибулярной стороны до 1,5 мм, расстояние до нижнечелюстного канала: 5,9 мм, расстояние до нижнечелюстного канала: 5,9 мм.

Таким образом, из вышеприведенного описания рентгенологического исследования следует, что имплантат установлен ФИО1 в области 35 зуба, тогда как, в Заключении № 774 от 13.10.2017 судебно-медицинской экспертизы указано, что имплантат установлен ФИО1 в области 34 зуба. Рентгенологического исследования в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы не проводилось, какое-либо описание рентгеновских снимков, имеющихся в Медицинской карте стоматологического больного ФИО2, в Заключении судебно-медицинской экспертизы отсутствует, исследовались ли эти снимки в ходе экспертизы из заключения не усматривается.

В связи с этим, определением суда от 09.01.2018 по делу назначена дополнительная судебная медицинская экспертиза с целью исследования вышеназванных доказательств, представленных истцом, и получения заключения экспертов с учетом этих доказательств.

Из выводов, содержащихся в Заключении № 37/доп. к № 774 от 13.10.2017, составленном по результатам дополнительной судебной медицинской экспертизы, проводившейся на основании определения суда от 09.01.2018, следует, что при обращении ФИО1 в ООО «Вариант» 16.06.2016 был сформирован следующий план лечения: снятие мостовидного протеза с 33-37 зубов, удаление 35 зуба; имплантация в позициях 34, 36, 45, 46 зубов с горизонтальной аугментацией (наращиванием объема костной ткани) с помощью костного материала Остеоматрикс; протезирование на имплантатах с фиксацией на абатментах, возможно с винтовой фиксацией; протезирование 37 зуба металлокерамической коронкой. Согласно данным мед. карты № 399/06 в период с 16.06.2016 по 21.12.2016 ФИО1 было осуществлено лечение в соответствии с указанным планом. За исключением того, что не было проведено протезирование 37 зуба (из записей в мед. карте причины этого неясны). Кроме того, по данным мед. карты № 399/06 от 29.06.2016 имплантат был установлен в позиции 34 зуба, а по данным КТ 14.12.2017 видно, что он установлен в позиции 35 зуба, несколько смещен в его сторону; между имплантатом и 33 зубом имеется большое расстояние. Это позволило врачу ортопеду между 33 зубом и имплантатом, установленным в позицию 35 зуба, изготовить навесной зуб – тело мостовидного протеза (консоль), что не является недостатком и не повлияло на качество проведенного ортопедического лечения. Также в записях мед. карты не отражено, объединены ли между собой коронки на имплантатах в позициях 45 и 46 зубов или они выполнены отдельно. Экспертами не установлено каких-либо недостатков имплантации и ортопедического лечения ФИО1 в ООО «Вариант». Исключение составляет незначительное несоответствие цвета искусственных коронок с опорой на имплантаты, установленные на нижней челюсти слева, цвету искусственных коронок рядом расположенных зубов. При несоответствии цвета протезов, их следует переделать до тех пор, пока пациент не будет удовлетворен их цветом. Однако, судя по данным, представленной документации, пациентка была удовлетворена цветом и формой зубов (о чем имеется отметка в записи от 21.12.2016). А на заседание врачебной комиссии 09.01.2017 по рассмотрению ее претензии, не явилась, что, видимо, не дало Ответчику фактической возможности переделать протез. Судя по данным предоставленных мед. документов в КТ от 14.12.2017, осложнений имплантации (периимплантита, отторжения имплантата и пр.), у пациентки не имелось; имплантаты стабильны, устойчивы. Установка имплантата на нижней челюсти слева в промежуточной позиции (между 34 и 35 зубом) является возможным, допустимым и не отражается на качестве протезирования. У ФИО1 не наступило ухудшение состояния здоровья или каких-либо последствий для здоровья, в связи с оказанием ей медицинской помощи в ООО «Вариант». Поскольку лечение ФИО1 ответчиком не было закончено (лечение было прервано пациенткой на этапе фиксации протезов на временный цемент), ей в настоящее время требуется завершение протезирования с опорой на имплантаты (установленные на нижней челюсти справа), протезирование 37 зуба, полное диспансерное наблюдение, тщательное соблюдение гигиены полости рта. Эти мероприятия направлены не на устранение недостатков медицинской помощи, а на завершение ортопедического лечения.

Данное Экспертное заключение в полной мере отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного в ходе экспертизы исследования, изложенные в нем выводы, соответствуют исследовательской части заключения, и не оспорены сторонами не основе отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств.

В связи с этим, суд считает установленным то обстоятельство, что предусмотренные согласованным сторонами Планом лечения медицинские стоматологические услуги оказаны ответчиком истцу не в полном объеме, часть из этих услуг, выполнена иным способом, чем предусмотрено Планом лечения, который, по смыслу пункта 1 заключенного между сторонами по делу Договора, является неотъемлемой частью этого договора.

По свое правовой природе, заключенный между сторонами по делу договор обладает признаками договора бытового подряда, учитывая, что работы (услуги), которые должны были быть выполнены ответчиком в рамках этого договора предназначены удовлетворять личные потребности истца.

При этом, согласно части 1 статьи 732 ГК РФ подрядчик обязан до заключения договора бытового подряда предоставить заказчику необходимую и достоверную информацию о предлагаемой работе, ее видах и об особенностях, о цене и форме оплаты, а также сообщить заказчику по его просьбе другие относящиеся к договору и соответствующей работе сведения.

Часть 1 статьи 10 Закона «О защите прав потребителей» устанавливает обязанность изготовителя (исполнителя, продавца) своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В соответствии с пунктом 16 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 № 1006 договор о предоставлении платных медицинских услуг должен содержать, в том числе, перечень платных медицинских услуг, предоставляемых в соответствии с договором.

Пункт 27 тех же Правил устанавливает, обязанность исполнителя предоставить платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

В данном случае, условия о качестве стоматологических услуг, являющихся предметом заключенного между ООО «Варинат» и ФИО1 договора, содержатся в Плане лечения.

Таким образом, изменение плана лечения, следует расценивать, как изменение условий договора о качестве предоставляемых в рамках этого договора потребителю медицинских стоматологических услуг.

При этом в силу части 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Часть 2 той же статьи ГК РФ устанавливает исчерпывающий перечень оснований, при которых допускается изменение договора в одностороннем порядке.

Между тем ни каким-либо законом, ни заключенным между ООО «Вариант» и ФИО1 договором право на одностороннее изменение Исполнителем плана лечения не предусмотрено.

При таком положении, суд приходит к выводу о том, что ООО «Варинат», произведя оказание стоматологических услуг ФИО1 с отступлениями от согласованного с ней плана, нарушило условия Договора на оказание медицинских услуг о качестве этих услуг. То обстоятельство, что согласно заключению судебной медицинской экспертизы недостатков оказанных ООО «Вариант» истцу стоматологических услуг не имеется, ухудшение здоровья истца в результате изменения плана лечения не наступило, само по себе, не свидетельствует о том, что эти услуги соответствовали условиям заключенного между ООО «Вариант» и ФИО1 Договора, при том положении, что качество услуг – представляет собой совокупность свойств услуг, обусловливающих их способность удовлетворять потребности, для удовлетворения которых они оказываются, соответствовать своему назначению и предъявляемым требованиям. При этом качество определяется мерой соответствия услуг не только условиям и требованиям законодательства и стандартов, но и договоров и контрактов.

Вместе с тем ООО «Вариант» не уведомило истца об изменении плана лечения, согласие на такое изменение истцом ответчику не предоставлялось.

В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что ООО «Вариант» было допущено нарушение предусмотренного статьей 10 Закона «О защите прав потребителей» права ФИО1 на предоставление информации об оказываемой ей стоматологической услуге.

В связи с этим, в соответствии со статьей 15 Закона «О защите прав потребителей» требование истца о взыскании компенсации морального вреда является обоснованным.

Кроме того, статья 32 Закона «О защите прав потребителей» устанавливает право потребителя отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

30.12.2016 ФИО1 предоставила в адрес ответчика претензию с требованием о возврате уплаченных ею по Договору денежных средств в связи с ее отказом от исполнения данного договора (л.д. 17-23). Между тем, до настоящего времени это требование ООО «Вариант» не удовлетворено.

При этом из материалов дела следует, что 16.06.2016 истцом с целью протезирования 35 зуба был оплачен имплантат ADIN (Израиль) стоимостью с учетом скидки 16 507 рублей, использование костного материала «Остеоматрикс» гранулы 0,5 см, стоимостью с учетом скидки 6 101, а также установка формирователя десны, стоимостью с учетом скидки 3 906 рублей (л.д. 204, 205), и, для протезирования 45 и 46 зубов истцом были оплачены: закрытие шахты винта стоимостью, с учетом скидки 1 172 рубля, изготовление восковых шаблонов с примусными валиками, стоимостью 800 рублей, индивидуальная ложка (вся полость), стоимостью 967,50 рубля, коронка на основе каркаса из металла CoCr изг. По CAD/CFV тех. на ур. импланта, опор. часть стоимостью 29 871,75 рубля, использование ретракционной нити стоимостью 180 рублей, снятие слепков массой А-силикон» стоимостью 1042 рубля, цементировка – 837 рублей, снятие слепков массой С-силикон – 920 рублей (л.д. 212-213), а всего на сумму 62 304,25 рубля.

Между тем, указанные услуги фактически не были оказаны истцу, предназначенные для оказания этих услуг материалы не были использованы, что не оспорено ответчиком на основе отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств.

В силу части 2 статьи 450 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Часть 4 статьи 453 ГК РФ устанавливает, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Исходя из вышеприведенных норм, а также статьи 1102 ГК РФ, суд приходит к выводу об удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ответчика денежных средств, уплаченных за медицинские услуги и материалы, которые фактически ей предоставлены не были в размере 62 304,25 рубля.

То обстоятельство, что импланатат, оплаченный истцом был все же установлен, но не в позицию 34 зуба, как это было предусмотрено Планом лечения, а в позицию 35 зуба, что не было согласовано с истцом, не является основанием для возложения на истца обязанности по оплате услуг по установке имплантата в позицию 35 зуба, поскольку ее волеизъявление на оказание ей этой услуги отсутствовало, следовательно, исходя из положений статьи 432 ГК РФ, договор на оказание данной услуги с ней заключен не был.

Таким образом, поскольку с 16.06.2016 – дня выплаты истцом ООО «Вариант» указанной денежной суммы, до настоящего времени ответчик пользуется этими денежными средствами, в соответствии со статьей 395 ГК РФ требование истца о взыскании с ООО «Варинат» процентов за пользование чужими денежными средствами», - является обоснованным.

Устанавливая период, за который подлежат начислению указанные проценты, суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35, из которых следует, что вне зависимости от основания для расторжения договора сторона, обязанная вернуть имущество, возмещает другой стороне все выгоды, которые были извлечены первой стороной в связи с использованием, потреблением или переработкой данного имущества, за вычетом понесенных ею необходимых расходов на его содержание. В частности, если возвращаются денежные средства, подлежат уплате проценты на основании статьи 395 ГК РФ с даты получения возвращаемой суммы другой стороной (ответчиком).

Исходя из вышеприведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, период, за который подлежат начислению проценты за пользование ответчиком денежными средствами истца должен исчисляться с 16.06.2016 – дня получения ООО «Вариант» от ФИО1 спорной денежной суммы.

Истец просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.06.2016 по 08.05.2018. Согласно приведенному истцом расчету, размер процентов за этот период составляет 10 599,03 рубля (л.д. 221-222). Данный расчет проверен судом, произведен в строгом соответствии с требованиями статьи 395 ГК РФ, соответствует фактическим обстоятельствам дела, является арифметически верным, и не оспорен ответчиком на основе отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств.

Поскольку в ходе рассмотрения дела нашел подтверждение факт нарушения ответчиком ООО «Вариант» прав истца на предоставление информации об услуге и на своевременный возврат уплаченных по договору денежных средств, в связи с отказом от исполнения договора, в соответствии со статьей 15 Закона «О защите прав потребителей», с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей. Такой размер компенсации морального вреда в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости, соответствует характеру и степени нравственных страданий истца, перенесенных по вине ответчика, с учетом личностных особенностей истца, характера нарушенного права, степени вины ответчика в нарушении прав истца.

В связи с удовлетворением указанных требований истца, в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» с ООО «Вариант» в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 41 451,64 рубля, согласно расчету: (62 304,25 + 10 000 + 10 599,03) Х 50 / 100.

Оснований для удовлетворения требований истца к ответчику ООО «Интан 6» суд не находит, поскольку данная организация стороной заключенного с истцом договора на оказание медицинских услуг не являлась.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату судебной медицинской экспертизы и рентгенологического исследования, суд руководствуется статьями 94, 96, 98 ГПК РФ, и приходит к следующему.

По результатам экспертизы, произведенной с учетом данных представленного истцом рентгенологического исследования, опровергнута обоснованность первоначально заявленного основного требования истца в части взыскания с ответчиков денежных средств, уплаченных за фактически оказанные истцу услуги, в связи с этим, истцом был уменьшен размер основного требований, и в окончательном варианте истец просил взыскать только те денежные средства, которые уплачены за услуги и медицинские материалы, которые не были ему предоставленные.

При этом часть 1 статьи 101 ГПК РФ устанавливает, что при отказе истца от иска понесенные им судебные расходы ответчиком не возмещаются. Истец возмещает ответчику издержки, понесенные им в связи с ведением дела. В случае, если истец не поддерживает свои требования вследствие добровольного удовлетворения их ответчиком после предъявления иска, все понесенные истцом по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя, по просьбе истца взыскиваются с ответчика.

В то же время, то обстоятельство, что истец не поддерживает основное требование в части взыскания с ответчика денежных средств, уплаченных за фактически оказанные ему ответчиком услуги, не связано с добровольным удовлетворением данного требования ответчиком.

При таких обстоятельствах, исходя из системного толкования статьи 98 и части 1 статьи 101 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что судебные расходы подлежат возмещению истцу в размере пропорциональном части первоначально заявленного основного искового требования, обоснованность которой нашла подтверждение в ходе рассмотрения дела и поддержана истцом в измененном исковом заявлении, составляющей 35 % от размера первоначального основного требования, согласно расчету: 62 304,25 / 175 016 Х 100, где 62 304,25 рубля – удовлетворенная часть основного требования истца, 175 016 рублей – размер первоначально заявленного основного требования.

Таким образом, с ООО «Вариант» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы на оплату рентгенологического исследования и составление заключения по его результатам в размере 1120 рублей (3 200 Х 35 /100), и расходы по оплате судебной медицинской экспертизы в размере 20 856,50 рубля (59 590 Х 35 / 100). Факт несения истцом расходов на оплату рентгенологического исследования и составление заключения по его результатам в размере 3 200 рублей и на оплату судебной медицинской экспертизы в размере 59 590 рублей подтвержден чеками-ордерами (л.д. 188, 189), договорами на возмездное оказание медицинских услуг от 27.12.2017 и от 14.12.2017, заключенными между ООО «КТ СПб» и ФИО1 (л.д. 190-191, 193-194) кассовыми чеками (л.д. 192, 200), счетом-квитанцией (л.д. 199).

Также в соответствии со статьями 98, 100 ГПК РФ, суд приходит к выводу об удовлетворении требования истца о взыскании с ООО «Вариант» расходов на оплату услуг представителя, также, в размере, пропорциональном части первоначально заявленного основного требования истца, обоснованность которой нашла подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела и поддержана истцом в измененном исковом заявлении, что составит 20 475 рублей (58 500 Х 35 /100). Такой размер возмещения расходов на оплату услуг представителя в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости, соответствует категории сложности настоящего дела, длительности его рассмотрения судом, объему проделанной представителем истца работы (представитель истца ФИО принимал участие в одном судебном заседании по настоящему делу, представитель истца ФИО принимала участие в восьми судебных заседаниях по настоящему делу, истцу оказаны юридические услуги по составлению искового заявления, заявлений об изменении исковых требований с расчетом).

Кроме того, устанавливая размер подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца возмещения расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 согласно которым при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

В связи с частичным удовлетворением иска ФИО1, в соответствии со статьей 103 ГПК РФ и статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ООО «Варинат» в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию госпошлина в размере 2687 рублей (2 687 рублей – за требования имущественного характера и 300 рублей – за требование о взыскании компенсации морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1, - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Вариант» в пользу ФИО1 уплаченные за не оказанные медицинские услуги денежные средства в размере 62 304 рубля 25 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 10 599 рублей 03 копейки, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 41 451 рубль 62 копейки, расходы на оплату судебной экспертизы в размере 20 856 рублей 50 копеек, расходы по оплате рентгенологического исследования и составлении заключения по результатам этого исследования в размере 1 120 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 475 рублей.

В удовлетворении иска ФИО1 к ООО «Интан 6», - отказать в полном объеме.

Взыскать с ООО «Вариант» в доход бюджета Санкт-Петербурга госпошлину в размере 2687 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: