Апелляционное постановление № 22-4470/2019 от 17 сентября 2019 г. по делу № 22-4470/2019

Судья Девятайкина Е.В. Дело №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Титовой Т.В.

при ведении протокола помощником судьи Леончик Е.А.

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела прокуратуры Новосибирской области Богера Д.Ф.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Бакулина А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 18 июня 2019 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее судимый: 1.,

- осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права управлять транспортным средством на срок 1 год 6 месяцев.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу, ФИО1 заключен под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО1 исчислен с ДД.ММ.ГГГГ.

На основании п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона № 186-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) засчитано в срок наказания время содержания под стражей до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч. 33 ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ № 186-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ).

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Доложив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав осужденного ФИО1 и адвоката Бакулина А.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе, государственного обвинителя Богера Д.Ф., полагавшего приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

по приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть ДНЯ

Преступление совершено им 20 сентября 2017 года на территории <адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении преступления признал полностью.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) осужденный ФИО1 просит приговор изменить, переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 264 УК РФ на ч. 1 ст. 264 УК РФ, по которой назначить наказание с применением положений п.п. «г», «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

В обоснование жалоб осужденный указывает, что суд сослался в приговоре, но фактически не учел в качестве смягчающих наказание обстоятельств наличие у него малолетнего ребенка и добровольное возмещение им материального ущерба и морального вреда, причиненных преступлением.

Просит учесть его поведение после совершения преступления, а именно те обстоятельства, что непосредственно после дорожно-транспортного происшествия он вызвал на место происшествия сотрудников полиции и скорую медицинскую помощь, что, по мнению осужденного, следует признать в качестве таких смягчающих обстоятельств как явка с повинной и оказание первой медицинской помощи потерпевшей, неоднократно навещал потерпевшую в больнице, где встречался с заведующим отделением, интересовался состоянием здоровья потерпевшей, приобретал необходимые медикаменты, принес извинения, деятельно раскаялся в содеянном.

Полагает, суд ошибочно учел наличие у него судимости, наказание по которой им отбыто, оставил без внимания те обстоятельства, что он освобожден условно-досрочно, после чего окончил техникум, трудоустроился, имеет постоянное место жительства, по месту работы и жительства характеризуется положительно, создал семью, воспитывает малолетнего сына, заботится о матери-инвалиде III группы, которая проживает совместно с ним, общественный порядок не нарушал, к уголовной ответственности за иные преступления не привлекался, с момента совершения преступления до постановления приговора находился на свободе, от следствия и суда не скрывался, в связи с чем полагает, что общественной опасности не представляет.

Обращает внимание, что потерпевшая на протяжении 21 дня находилась на стационарном лечении, в ходе указанного срока потерпевшей не установлен диагноз, который явился причиной смерти, не назначалось профилактическое лечение, в связи с чем ставит под сомнение наличие прямой причинно-следственной связи между его действиями и смертью потерпевшей.

Полагает, судом нарушен принцип презумпции невиновности и его право на защиту, поскольку не разрешен тот вопрос, могла ли потерпевшая остаться в живых в случае своевременного установления диагноза, явившегося причиной смерти, и своевременного назначения профилактического лечения.

Кроме того, просит смягчить дополнительное наказание в связи с тем, что является основным кормильцем в семье, основной доход его семьи связан с наличием у него водительского удостоверения, ему необходимо отвозить малолетнего ребенка в детский сад, а мать в поликлинику.

Полагает, с учетом выше изложенных обстоятельств суд необоснованно не применил при назначении наказания положения ст. 73 УК РФ, тогда как он встал на путь исправления, совершил неосторожное преступление, относящееся к категории средней тяжести, после смерти потерпевшей принес извинения родственникам последней и попросил прощения.

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

К выводу о совершении СДН инкриминируемого ему преступления суд пришел в результате исследования предоставленных сторонами допустимых доказательств и их всесторонней оценки.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом правильно, а вывод суда о доказанности вины осужденного соответствует фактическим обстоятельствам дела и мотивирован.

Виновность ФИО1 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть ДНЯ, полностью установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка, в том числе: признательными показаниями осужденного ФИО1, данными в судебном заседании, показаниями потерпевшей СТЯ и свидетелей: ШАМ, ОТН, АЮД, а также письменными доказательствами: протоколами осмотра места происшествия, заключениями экспертов, и иными доказательствами, исследованными судом и положенными в основу приговора.

Вопреки доводам жалобы суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что между неосторожными действиями ФИО1 и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.

Как следует из материалов уголовного дела и верно установлено судом, телесные повреждения, повлекшие по неосторожности смерть, причинены ДНЯ в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в связи с противоправными действиями ФИО1

Вопреки доводам осужденного оснований полагать, что имевшиеся у ДНЯ повреждения, причиненные в результате дорожно-транспортного происшествия, в причинно-следственной связи с ее смертью не состоят, а смерть ДНЯ явилась следствием несвоевременного диагностирования и лечения, суд апелляционной инстанции не находит.

Такие доводы опровергаются, в том числе заключением дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 25 марта 2019 года (т. 1 л.д. 205-217), в соответствии с которым, учитывая характер повреждений, механизм их образования при дорожной травме и течение травматического процесса осложненного развитием жировой эмболии (наличие жировых эмболов в капиллярах перегородок легкого при гистологическом исследовании) выявленные у ДНЯ повреждения оцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Смерть ДНЯ наступила в результате жировой эмболии сосудов легких с развитием острой дыхательной недостаточности и отека легких, отека головного мозга в связи с осложнением тупой сочетанной травмы головы, туловища, конечностей, сопровождавшейся переломами костей скелета. Развитие жировой эмболии явилось закономерным осложнением полученной травмы с переломом костей скелета, в том числе переломов костей таза. На данный момент специфическая терапия синдрома жировой эмболии не разработана.

Оснований сомневаться в обоснованности состоявшихся по делу заключений экспертиз не имелось, поскольку экспертизы проведены в соответствии с требованиями ст.ст. 195-199 УПК РФ, выполнены экспертами, обладающими специальными знаниями и назначенными в порядке, предусмотренном УПК РФ, экспертам разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Заключения экспертиз соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, оформлены надлежащим образом, научно обоснованы.

При таком положении доводы осужденного о нарушении судом принципа презумпции невиновности, вызванном неразрешением вопроса о том, могла ли потерпевшая остаться в живых в случае своевременного установления диагноза, явившегося причиной смерти, и своевременного назначения профилактического лечения, не могут быть признаны состоятельными, поскольку опровергаются исследованными судом и положенными в основу приговора доказательствами.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с доводами осужденного, изложенными в суде апелляционной инстанции, о нарушении его права на защиту вследствие оказания ему ненадлежащей юридической помощи адвокатами.

Как видно из материалов дела, ФИО1 на основании положений ст. 51 УПК РФ обеспечен профессиональной юридической помощью, его защиту на стадии предварительного следствия и судебного разбирательства осуществляли адвокат НО «Коллегия адвокатов Ленинского района г. Новосибирска» КАВ и адвокат Коллегии адвокатов «Патронус» УАВ, от услуг которых осужденный не отказывался, вопрос о ненадлежащем исполнении защитниками своих процессуальных обязанностей не ставил.

Оснований полагать, что, осуществляя защиту ФИО1, адвокаты КАВ и УАВ действовали вопреки интересам подзащитного, не имеется. Они разделяли избранную им позицию, присутствовали при проведении следственных действий с СДН и в судебных заседаниях, выполняли свои профессиональные обязанности, оказывали юридическую помощь на основании надлежаще оформленных ордеров, имеющихся в материалах дела (т. 1 л.д. 161, т. 2 л.д. 49, 137). Обстоятельства, предусмотренные ст. 72 УПК РФ, исключающие участие адвокатов КАВ и УАВ в производстве по настоящему уголовному делу, не установлены.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, признав ФИО1 виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, и верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Квалификация действий осужденного ФИО1 соответствует фактическим обстоятельствам дела, оснований для ее изменения, в том числе для переквалификации действий ФИО1 на ч. 1 ст. 264 УК РФ, а так же оснований для сомнений в виновности осужденного и его оправдания не имеется.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению в силу следующего.

Согласно требованиям ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступления, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии со ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ, и с учетом положений Общей части Уголовного кодекса РФ. При назначении наказания необходимо учитывать характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Однако судом не в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание осужденного, оценка которых в совокупности с иными обстоятельствами могла повлиять на выводы суда о назначении наказания за содеянное.

В соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, назначая ФИО1 наказание, суд правомерно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

При этом суд признал смягчающими наказание обстоятельствами и вопреки доводам апелляционной жалобы в полной мере учел в качестве таковых полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшей извинений, принятие мер к добровольному возмещению ущерба, причиненного преступлением, наличие на иждивении осужденного малолетнего ребенка, состояние здоровья матери осужденного.

Вместе с тем, наличие долговых кредитных обязательств, равно как и те обстоятельства, что после совершенного преступления ФИО1 дорожно-транспортных происшествий не допускал, к административной ответственности не привлекался, не относятся к числу обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих наказание.

Судом первой инстанции учтены все сведения о личности осужденного, которые нашли документальное подтверждение в материалах уголовного дела и имеют значение при решении вопроса о наказании.

Данные о том, что ФИО1 от наказания, назначенного по приговору от 2 декабря 2002 года, освобожден условно-досрочно, имеет средне-специальное образование, трудоустроен, имеет постоянное место жительства, по месту работы и жительства характеризуется положительно, женат, к уголовной ответственности за иные преступления не привлекался, от следствия и суда не скрывался, неоднократно навещал потерпевшую в больнице, где интересовался состоянием ее здоровья, приобретал необходимые медикаменты, были известны суду и приняты во внимание, о чем указано, в том числе, во вводной и описательно-мотивировочной частях приговора, в связи с чем ссылка в жалобе на все перечисленные обстоятельства на справедливость назначенного наказания не влияет.

Вопреки доводам осужденного суд верно учел, что на момент совершения преступления ФИО1 судим, поскольку судимость по приговору Кировского районного суда г. Новосибирска от 2 декабря 2002 года не погашена.

Отягчающих наказание осужденного обстоятельств не установлено.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории средней тяжести, фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного, суд, вопреки доводам жалобы, справедливо нашел обстоятельства, смягчающие наказание, недостаточными для назначения наказания с учетом правил, предусмотренных ст.ст. 64, 73 УК РФ, а так же ч. 6 ст. 15 УК РФ, свои выводы в указанной части мотивировал, оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении наказания судом обоснованно применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вид исправительного учреждения назначен ФИО1 в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ с учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного, с приведением убедительных мотивов, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не находит.

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела и установлено судом апелляционной инстанции, непосредственно после совершения преступления ФИО1 вызвал для потерпевшей скорую медицинскую помощь, то есть фактически оказал потерпевшей иную помощь, что в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ подлежит обязательному учету в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Данное обстоятельство подтверждается ответом фельдшера ГБУЗ НСО «Станция скорой медицинской помощи» на запрос следователя (т. 1 л.д. 194) и рапортом и.о. следователя ШМА о том, что указанный в ответе номер телефона, с которого осуществлен вызов скорой медицинской помощи, находился в пользовании ФИО1 (т. 1 л.д. 195).

Кроме того, на основании информации, полученной судом апелляционной инстанции из дежурной части полка ДПС ГИБДД Управления МВД России по г. Новосибирску, непосредственно после вызова скорой медицинской помощи (спустя четыре минуты) ФИО1 с сотового телефона, находившегося в его пользовании, сообщил в полицию о совершенном с его участием дорожно-транспортном происшествии, в результате которого сбита женщина.

Данное обстоятельство суд апелляционной инстанции находит необходимым признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства – явки с повинной.

Вопреки доводам государственного обвинителя, изложенным в суде апелляционной инстанции, факт совершения преступления в условиях очевидности не исключал возможность ФИО1 явиться с повинной и сообщить о совершенном им преступлении.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает необходимым признать оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления и явку с повинной в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, и смягчить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ как основное, так и дополнительное наказание.

Вместе с тем, вопреки доводам осужденного и его защитника, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности осужденного оснований для применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ суд апелляционной инстанции не находит, поскольку ни каждое в отдельности из смягчающих обстоятельств, ни их совокупность существенно не повлияли на степень общественной опасности содеянного.

Вопреки утверждению осужденного тот факт, что до постановления приговора ФИО1 находился на свободе, не является безусловным основанием к назначению наказания с применением положений ст.ст. 64, 73 УК РФ.

Кроме того, подлежит уточнению резолютивная часть приговора, в которой судом допущена ошибочная формулировка при назначении осужденному дополнительного наказания: так, суд лишил ФИО1 права управления транспортным средством, в то время, когда следовало лишить осужденного права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством.

Предусмотренных законом оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений закона, влекущих отмену приговора либо внесение в него иных изменений, при рассмотрении данного уголовного дела судом апелляционной инстанции не установлено.

По изложенным основаниям апелляционная жалоба осужденного ФИО1 подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 38920, ст. 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 18 июня 2019 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить в резолютивной части приговора, что ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством.

Признать обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления и явку с повинной.

Смягчить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы до 1 года 5 месяцев.

Смягчить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, до 1 года 5 месяцев.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в кассационную инстанцию Новосибирского областного суда.

Председательствующий Т.В. Титова