Апелляционное определение № 22-8155/2025 от 24 декабря 2025 г.

Председательствующий: Пацалюк С.Л. дело № 22-8155/2025

№

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Красноярск 25 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе: председательствующего судьи Барсукова В.В.,

судей Кемаевой Н.И., Рубан Е.И.,

при помощнике судьи ФИО8,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Кисельмана А.В.,

адвоката Ефимовой Е.Н. в интересах осуждённого ФИО1,

осуждённого ФИО1 посредством системы ВКС

рассмотрела в открытом судебном заседании от 25 декабря 2025 года уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями к ней адвоката Чарду Т.Б. в интересах осуждённого ФИО1 на приговор Илимпийского районного суда Красноярского края от 13 августа 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, несудимый

осуждён по ч.4 ст.111 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу. В срок наказания зачтено время задержания и содержания под стражей – 06 июня 2023 года и с 04 марта 2024 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима; время содержания под домашним арестом с 07 июня 2023 года по 03 марта 2024 года из расчета два дня содержания под домашним арестом за один день лишения свободы.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением 300 000 рублей, а также в пользу несовершеннолетней ФИО3 в лице законного представителя Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением 300 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Рубан Е.И. по обстоятельствам дела и доводам апелляционных обращений, объяснения осуждённого ФИО1, выступление адвоката Ефимовой Е.Н., подержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Кисельмана А.В. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено в ночь с 5 на <дата> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1, не отрицая нанесение ударов ФИО, оспаривал квалификацию содеянного.

В апелляционной жалобе и в дополнениях адвокат Чарду Т.Б. в интересах осуждённого ФИО1, выражая несогласие с приговором, ставит вопрос об отмене ввиду неправильного применения уголовного закона и допущенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Ссылается на то, что в ходе судебного заседания были исследованы, но не нашли отражения в приговоре показания свидетелей Свидетель №5 и ФИО10, а также не отражено в приговоре постановление о признании и приобщении к материалам дела предметов, в то время как эти предметы послужили средством обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Обращает внимание, что суд, признав действия потерпевшего ФИО противоправными и установив, что Ботулу в ходе конфликта и последующей драки умышленно причинил тяжкий вред здоровью потерпевшего, не учел то, какие именно действия были совершены потерпевшим и каким образом они повлияли на действия Ботулу. Установив, что поводом для совершения Ботулу преступления явилась противоправность поведения потерпевшего, суд в то же время указал в приговоре, что мотивом преступления со стороны осужденного явились неприязненные отношения, вызванные противоправными действиями потерпевшего.

Считает, что показания ФИО1 в ходе судебного заседания не опровергнуты, а свидетели ФИО28 и Свидетель №2 не могли видеть происходящее между Ботулу и ФИО, поскольку они находились в сенях, из которых не просматривается полностью помещение кухни.

По мнению адвоката, показания Ботулу о том, что он махал ножом в области колен ФИО, чтобы тот не подходил к нему, поскольку перед этим последний ударил Ботулу ногой в правую голень, согласуются с исследованными в судебном заседании протоколом проверки показаний на месте подозреваемого Ботулу, протоколом следственного эксперимента, а также заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у Ботулу обнаружены телесные повреждения в виде ушибленной раны и кровоподтека правого предплечья, поверхностной раны левого плечевого сустава, ссадины правой голени.

Со ссылкой на положения ст. 37 УК РФ, разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19, автор жалобы полагает, что действия ФИО1 следует квалифицировать по ч. 1 ст. 114 УК РФ, поскольку потерпевший ФИО спровоцировал конфликт и первым применил в отношении Ботулу насилие, не опасное для жизни последнего, а Ботулу, защищаясь, первоначально действовал в рамках необходимой обороны, но в дальнейшем, когда потерпевший ФИО, не имея в руках каких-либо предметов и высказывал угрозы, что побьет его, Ботулу избрал способ защиты, явно не соответствующий характеру опасности посягательства, превышая пределы необходимой обороны, стал хаотично махать ножом в области ног ФИО и нанес удар в левую голень.

Считает, что суд необоснованно сослался на показания специалиста ФИО11, поскольку на бланке о разъяснении ему прав отсутствует подпись председательствующего судьи.

Указывает также, что суд принял решение о виновности ФИО1 в отсутствие материалов дела у судьи. В подтверждение этого довода автор жалобы ссылается на то, что рассмотрение уголовного дела было назначено в Илимпийском районном суде, 1, 4, <дата> подсудимый участвовал в судебном заседании посредством ВКС из СИЗО-1 <адрес>. <дата> заседание продолжено в том же составе участников, при этом подсудимый ФИО1 и председательствующий судья находились в Железнодорожном районном суде <адрес>, где подсудимому была предоставлена возможность просмотреть копии видеозаписи на ДВД диске, протокола следственного эксперимента, а также копии видеозаписи на ДВД диске №,2., а другим участникам процесса – государственному обвинителю и защитнику предоставлена возможность просмотра вышеперечисленных дисков в Илимпийском районном суде в кабинете секретаря, который <дата> вскрыл конверты с дисками, находящимися в материалах дела, причем все 4 тома были в наличии у секретаря судебного заседания.

Просит приговор отменить, дело направить на новое разбирательство в суд первой инстанции.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства совершённого преступления и пришёл к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в умышленном причинении ФИО тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, по неосторожности повлекшего смерть потерпевшего.

Доводы стороны защиты о причинении ФИО тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, высказаны вопреки материалам дела и фактическим обстоятельствам. Все они были тщательно проверены судом первой инстанции, и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются доказательствами, приведенными в приговоре, анализ которых свидетельствует о том, что ФИО1 совершил преступление в условиях, исключающих возникновение права на необходимую оборону.

Основания ставить под сомнение выводы суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Осуждённый ФИО1, не отрицая, что в ходе борьбы нанес ФИО удар ножом в голень, утверждает, что тот ему угрожал, в связи с чем он, испугавшись, взял нож и стал им махать. Когда ФИО замахнулся на него ногой, он (Ботулу) попал ему ножом в ногу.

Из исследованных показаний свидетеля ФИО13, данных им на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, следует, что Ботулу в состоянии алкогольного опьянения ведет себя неадекватно, провоцирует людей на конфликт. <дата> у него дома по адресу: <адрес> «а»-2, совместно с Ботулу, ФИО распивали водку. Между Ботулу и ФИО, которые находились на кухне, произошел словесный конфликт. Он видел, как Ботулу и ФИО боролись, валялись на полу, он их разнял, сказал, чтобы они ушли из квартиры. Потом видел, как Ботулу взял в правую руку нож и нанес один удар в область левой ноги ФИО. После удара ФИО схватил за руку Ботулу, оттолкнул в сторону и вышел из дома на холодную веранду. Он пошел следом за ФИО и увидел, что на полу осталась лужа крови. Он предложил ФИО вызвать скорую помощь, но тот отказался. Следом за ним вышел Ботулу и сказал «давайте перетянем рану». Он зашел в квартиру, с халата ФИО2 снял пояс, после чего подошел к ФИО и стал перетягивать ногу в районе бедра. Ботулу помогал ему затягивать пояс. Он спросил самочувствие у ФИО, тот ответил, что все нормально. Ботулу извинился перед ФИО, он и Ботулу перетянули ногу ФИО поясом от халата, Свидетель №2 вытащил из кофты Ботулу белый шнурок и также перетянул им ногу ФИО, как он понял, что они помирились и ушел спать. Около 23 часов он проснулся и пошел на улицу. Выходя из дома, на холодной веранде он увидел, что ФИО лежит без сознания. Он сходил к соседу, попросил вызвать скорую, приехала бригада скорой помощи, которая констатировала смерть ФИО (т.2 л.д.62-64, 65-68).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №2, из которых следует, что <дата> он находился дома у Удыгира и ФИО2, затем в квартиру пришли Ботулу и ФИО, которые были в сильном алкогольном опьянении. Он и Удыгир сидели в коридоре. Ботулу и ФИО были между коридором и кухней. Из коридора частично видно кухню, полному обзору мешает перегородка. Около 22 часов 30 минут Ботулу и ФИО, находясь между прихожей и кухней, стали бороться, он сначала подумал, что они балуются, и не стал вмешиваться. ФИО28 сидел рядом. Потом Ботулу и ФИО переместились на кухню. В какой-то момент он услышал, как кричит ФИО30: «Стас, угомонись, ты что делаешь? Брось нож». Он и ФИО28 зашли на кухню, он увидел как ФИО идет в их сторону и держится рукой за ногу, а Ботулу, находясь за его спиной, машет ножом сзади, в районе живота. ФИО прошел в прихожую, хотел сесть на стул, но съехал с него и упал на пол. Ботулу вышел в прихожую. Он сказал Ботулу, чтобы бросил нож. Ботулу бросил нож, при этом сказал «я сейчас другой возьму». ФИО потерял сознание. Он взял шнурок с кофты Ботулу и перетянул им ногу ФИО, Ботулу вернулся на кухню. Так как он сильно испугался, он (Свидетель №2) убежал из квартиры. Он не может показать, как именно Ботулу нанес удар ножом. Угроз убийством Ботулу не высказывал. У ФИО1 каких-либо телесных повреждений он не видел, может быть просто не обратил внимания. Ботулу в состоянии алкогольного опьянения ведет себя неадекватно, хватается за ножи.

По показаниям свидетеля Свидетель №6, об обстоятельствах смерти ФИО ей стало известно со слов Свидетель №2 Ботулу и ФИО были друзьями, они общались семьями, никогда не ругались, конфликтов между ними она не замечала, только боролись друг с другом в шутку и показать, кто из них сильнее.

Оперуполномоченный ОУР ОМВД России по <адрес> ФИО12 пояснил, что <дата> в 00 часов 30 минут в дежурную часть ОМВД России по <адрес> поступило телефонное сообщение о том, что в квартире, расположенной по адресу: <адрес>А, <адрес> зарезали ФИО. Приехав, на место, они зашли в квартиру и обнаружили там труп ФИО, также на месте присутствовал ФИО1, ФИО13, ФИО14, а позже в квартиру зашел Свидетель №2, указанные лица находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. Свидетель №2 и ФИО13 сообщили о том, что между ФИО и Ботулу произошел конфликт, в ходе которого последний нанес ему ножевое ранение.

Согласно показаниям фельдшера скорой медицинской помощи КГБУЗ «ТМБ» Свидетель №4, <дата> в 00 часов 39 минут из дежурной части ОМВД России по <адрес> поступило сообщение, что убили ФИО по адресу <адрес>А, <адрес>. Он совместно с фельдшером Свидетель №5 выехали по указанному адресу, где их встретил ФИО28, который сообщил, что ФИО1 ударил ножом ФИО, а также сказал, что ФИО1 находится в неадекватном состоянии. На полу холодной веранды лежал мужчина в черных штанах, был без сознания, у него были ранние признаки биологической смерти, был проведен осмотр и констатирована смерть. На полу были лужи бурого цвета, похожие на кровь, на ноге у мужчины было наложено два жгута из белого шнурка и пояса светлого цвета, предположительно халата. Зайдя на кухню, они увидели лужу крови у кухонного гарнитура.

Заключением эксперта № от <дата> установлено, что причиной смерти ФИО явилась острая кровопотеря вследствие одиночного колото-резаного ранения задней поверхности левой голени с повреждением подколенных артерии и вены. При судебно-медицинской экспертизе у трупа ФИО обнаружены: повреждение в виде одиночного колото-резаного ранения задней поверхности левой голени с повреждением подколенных артерии и вены (рана №), возникшее от однократного воздействия орудия (оружия, предмета), обладающего колюще-режущими свойствами, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью; а также телесное повреждение в виде колото-резаного ранения задне-наружной поверхности левого бедра с повреждением мягких тканей бедра (рана №), возникшее от однократного воздействия орудия (оружия, предмета), обладающего колюще-режущими свойствами, незадолго до наступления смерти и по аналогии с живыми лицами причинило легкий вред здоровью. Отношения к причине смерти не имеет.

Раневой канал раны № идет сверху вниз, сзади наперед, слева направо, заканчиваясь в области наружного мыщелка бедренной кости, с длиной раневого канала 3 см. Раневой канал раны № идет сзади наперед, снизу вверх, слева направо, заканчиваясь в области подколенной мышцы, с длиной раневого канала 6 см. В момент причинения повреждений нападавший находился с левой стороны от потерпевшего. Причинение данных телесных повреждений собственной рукой маловероятно (т.1 л.д. 96-104).

При наличии таких, а также иных, приведённых в приговоре доказательств вывод суда о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, является правильным.

При решении вопроса о направленности умысла ФИО1 суд исходил из совокупности всех обстоятельств содеянного, способа и орудия преступления, локализации телесных повреждений и пришел к правильному выводу о том, что, совершая преступление, ФИО1 действовал с умыслом на причинение вреда здоровью потерпевшего.

Вопреки доводам жалобы, по результатам рассмотрения уголовного дела судом правильно установлено, что преступление совершено осужденным на почве внезапно возникшего личного неприязненного отношения к ФИО, вызванного противоправными действиями последнего, которые реальной угрозы для жизни и здоровья ФИО1 не создавали.

Судом первой инстанции проверялись доводы о том, что ФИО1 оборонялся от противоправных действий потерпевшего, в связи с чем его действия должны быть переквалифицированы на ч. 1 ст. 114 УК РФ, и обоснованно отвергнуты, как объективно не подтверждённые.

При решении вопроса о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, должны учитываться соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, характер опасности, угрожающей обороняющемуся, его силы и возможности по отражению посягательства, а также иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищающегося.

Таким образом, превышение пределов необходимой обороны может быть лишь тогда, когда нападение существует в действительности или когда нападение хотя и прекратилось, но для обороняющегося в силу сложности обстановки или по обстоятельствам дела не был ясен момент окончания нападения.

На основе исследованных доказательств судом установлено, что в ходе совместного распития спиртных напитков между Ботулу и ФИО возникла ссора, сопровождавшаяся обоюдным нанесением ударов.

По показаниям свидетеля Свидетель №6 (сожительницы ФИО1), подобное поведение - «борьба» - было свойственно Ботулу и ФИО, которые являлись друзьями и «в шутку мерялись силой».

Свидетель Свидетель №2 пояснил, что борьбу между Ботулу и ФИО они восприняли как баловство, поэтому никто не вмешивался. Однако в какой-то момент он услышал, как кричит ФИО30: «Стас, угомонись, ты что делаешь? Брось нож». Зайдя на кухню, они с ФИО28 увидели, как ФИО идет в их сторону и держится рукой за ногу, а Ботулу, находясь за его спиной, машет ножом сзади, в районе живота. Он сказал Ботулу, чтобы бросил нож. Ботулу бросил нож, при этом сказал «я сейчас другой возьму».

Свидетель ФИО13 видел, как Ботулу и ФИО боролись, валялись на полу, он их разнял, сказал, чтобы они ушли из квартиры.

Соглашаясь с юридической оценкой действий осужденного ФИО1, судебная коллегия отмечает, что оба участники насильственного конфликта находились в состоянии алкогольного опьянения (у потерпевшего установлена тяжелая степень опьянения), «борьба», которая являлась для них постоянным спутником застолья, сопровождалась нанесением обоюдных ударов руками и ногами по различным частям тела; характер совершаемых ФИО действий не свидетельствовал о намерении нанести непоправимый вред здоровью Ботулу; словесные угрозы в адрес последнего не звучали.

Кроме того, объективная обстановка свидетельствовала о наличии возможности для предотвращения наступивших последствий. В частности, размер кухни позволял Ботулу, который, по его словам испугался ФИО, беспрепятственно покинуть помещение кухни; находившиеся в доме лица, которые не воспринимали происходящее всерьез, могли оказать помощь Ботулу в случае угрозы, но тот не счёл необходимым позвать на помощь. Напротив, после того, как ФИО28 разнял дерущихся, Ботулу не воспрепятствовал продолжению драки.

Изложенное свидетельствует, что ФИО1 не воспринимал наличие в действиях ФИО. угрозы для своей жизни и здоровья и, не желая смерти потерпевшего, умышленно нанес ему удар ножом в ногу.

Ссылка автора жалобы на наличие у ФИО1 телесных повреждений не опровергает вывода суда в части квалификации, поскольку, как отмечено выше, конфликт между осужденным и потерпевшим сопровождался взаимным обменом ударами.

Таким образом, установленные судом обстоятельства дела дают основания согласиться выводом суда о том, что причинение потерпевшему ножевых ранений вызвано не наличием реальной угрозы для жизни и здоровью и намерением защититься от действий потерпевшего, а личной неприязнью, внезапно возникшей вследствие противоправного поведения потерпевшего, которое обоснованно признано судом в качестве смягчающего наказание осуждённому обстоятельством.

Судом проверялись все доводы, выдвинутые осуждённым и его защитником в защиту, исследовалась допустимость доказательств, правильность квалификации действий. В приговоре указано, по каким причинам суд принимает одни доказательства и отвергает другие, в том числе показания ФИО1 о том, что он защищался от действий ФИО В приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд отверг версию стороны защиты. Оснований не согласиться с предложенной мотивацией не имеется. Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Оснований для дополнения приговора указанием на наличие иных доказательств не имеется. Каких-либо фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, содержания письменных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Доводы автора жалобы о нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона со ссылкой на то, что в приговоре суд не привел содержание показаний свидетелей Свидетель №5 и ФИО10, судебная коллегия считает необоснованными, поскольку данные показания согласно протоколу судебного заседания были исследованы, содержание показаний свидетеля Свидетель №5 аналогично приведенным в приговоре показаниям свидетеля Свидетель №4, а свидетель ФИО10 очевидцем преступления не являлся, он лишь подтвердил, что по просьбе Удыгира позвонил в полицию. Отсутствие в приговоре содержания показаний указанных свидетелей не ставит под сомнение изложенные в приговоре обстоятельства совершения осужденным преступления и не свидетельствует о его невиновности.

Как видно из протокола судебного заседания, эксперт ФИО11 дважды допрашивался в ходе судебного разбирательства. В судебном заседании от <дата> эксперту разъяснены процессуальные права и обязанности, он предупрежден об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 310 УК РФ, отобрана соответствующая подписка, заверенная подписью судьи (т. 5 л.д. 49). То обстоятельство, что подписка о предупреждении эксперта ФИО11 об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 310 УК РФ, отобранная в судебном заседании <дата>, не заверена судьей (т. 5 л.д. 75), вопреки доводам адвоката, не влечет отмену приговора, поскольку показания эксперта, данные в судебном заседании <дата>, не приведены в приговоре.

Вопреки доводам адвоката, суд обоснованно не привел в качестве доказательства виновности ФИО1 постановление о признании и приобщении к материалам дела предметов, поскольку указанный процессуальный документ в силу ст. 74 УПК РФ к числу доказательств не относится.

Оснований считать, что судом рассмотрено уголовное дело и постановлен приговор в отсутствие материалов дела, судебная коллегия не усматривает. Как установлено, судебное разбирательство с согласия участников процесса, в том числе стороны защиты, происходило с использованием видео-конференцсвязи. При этом для обеспечения участия осужденного и его защитника в исследовании вещественных доказательств – видеозаписей проверки показаний ФИО1 на месте и следственного эксперимента было произведено копирование видеофайлов с дисков на флэш-носитель (т. 5 л.д. 62). Просмотр видеозаписей состоялся в судебном заседании <дата>, всем сторонам обеспечена возможность ознакомления с видеозаписями, замечаний после исследования данных доказательств не поступило, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Оценив психическое состояние ФИО1, суд обоснованно признал осужденного вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния, приняв во внимание заключение психиатрической экспертизы, наличие у него логического мышления и адекватное поведение в ходе всего судебного следствия.

При назначении осужденному наказания суд учёл характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, данные о личности виновного, его характеристику, возраст, состояние здоровья, сведения из КНД, КПНД, заключение судебно-психиатрической экспертизы, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи,

Обстоятельствами, смягчающими наказание суд признал частичное признание вины, состояние здоровья, наличие малолетнего ребенка, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступление, принесение ему извинений при жизни, публичное принесение извинений потерпевшей Потерпевший №1 в судебном заседании и путем публикации в газете, предложение возместить ущерб в судебном заседании.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено, что позволило применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 и ст. 73 УК РФ должным образом мотивированы.

Полагая справедливым избранный осужденному ФИО1 вид наказания, судебная коллегия не может согласиться с размером назначенного наказания, исходя из следующего.

Так, приговором Илимпийского районного суда Красноярского края от 4 марта 2024 года ФИО1 был осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, к 5 годам лишения свободы.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 22 мая 2025 года указанный приговор отменен с возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Как видно из содержания апелляционного определения, основанием для отмены судебного решения явились нарушения уголовно-процессуального закона, выразившиеся в необоснованном усилении предъявленного ФИО1 обвинения путем добавления квалифицирующего признака «с применением предмета, используемого в качестве оружия», который органом предварительного расследования ФИО1 не вменялся.

Несмотря на то, что уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для решения вопроса о квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, у суда первой инстанции при новом рассмотрении дела не имелось оснований для усиления наказания, назначенного отмененным приговором, поскольку новое обвинение по степени тяжести инкриминируемого преступления, квалификации и фактическим обстоятельствам не отличается от обвинения, признанного доказанным приговором от 4 марта 2024 года.

То обстоятельство, что в апелляционном представлении прокурора, ставившего вопрос об отмене приговора, указывалось на мягкость назначенного ФИО1 наказания, однако ссылка в обоснование своих доводов на непризнание ФИО1 вины, дачу противоречивых показаний с целью освобождения от ответственности за совершенное преступление, невозмещение морального вреда, противоречит требованиям закона, поэтому не могла учитываться при назначении осужденному наказания. Суждений о наличии не учтенных судом отягчающих наказание обстоятельств, о необоснованном признании каких-либо обстоятельств, смягчающими наказание, прокурором в представлении не приводилось, в связи с чем судебная коллегия, отменяя приговор, не сочла необходимым признать доводы о мягкости наказания заслуживающими внимания.

Судебная коллегия также отмечает, что судом первой инстанции при назначении ФИО1 наказания не учтено, что по результатам предыдущего рассмотрения уголовного дела суд признал обстоятельством, смягчающим наказание, раскаяние ФИО1 в содеянном, ссылка на которое в обжалуемом приговоре отсутствует, что ухудшает положение осужденного.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает необходимым на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание, раскаяние в содеянном, назначенное ФИО1 – смягчить до 5 лет лишения свободы.

Вид исправительного учреждения, в котором осуждённым надлежит отбывать наказание - исправительная колония строгого режима, определен правильно.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав. Нематериальные блага, принадлежащие лицу: жизнь, здоровье, личная неприкосновенность, после его смерти в соответствии со ст. 150 ГК РФ другими лицами могут защищаться лишь в случаях, прямо предусмотренных законом.

Согласно положениям ст. 42 УПК РФ по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть потерпевшего, предусмотренные данной статьей права переходят к близким родственникам погибшего, которые вправе требовать с виновного, в том числе и компенсацию морального вреда, причиненного им в результате смерти потерпевшего.

Признав ФИО1 виновным в смерти ФИО, суд обоснованно взыскал с осуждённого денежную компенсацию морального вреда в пользу близких родственников погибшего – его супруги и дочери. Мотивы принятого судом решения в части размера денежных сумм, подлежащих взысканию с осуждённого для компенсации морального вреда, в приговоре приведены, они полностью основаны на материалах дела. Размер компенсации морального вреда определен, исходя из фактических обстоятельств, при которых он был причинен, на основе принципов разумности и справедливости, а также степени вины причинителя вреда, противоправного поведения погибшего, индивидуальных особенностей потерпевших и характера причиненных им нравственных страданий, вызванных смертью близкого человека, что в полной мере соответствует требованиям ст. ст. 151, 1101 ГК РФ.

Предусмотренных законом оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда по делу не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Илимпийского районного суда Красноярского края от 13 августа 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание, раскаяние в содеянном.

Наказание, назначенное ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, смягчить до 5 лет лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Чарду Т.Б. в интересах осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор суда первой инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного определения, осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения его копии.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о личном участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Копия верна

Судья