Решение № 2-424/2019 2-7/2020 2-7/2020(2-424/2019;)~М-407/2019 М-407/2019 от 30 января 2020 г. по делу № 2-424/2019

Дело № 2-7/2020


Решение

Именем Российской Федерации

<адрес> 30 января 2020 года

Пестовский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Брайцевой Л.В., при помощнике судьи Бодрове С.Н., с участием истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 – законному представителю несовершеннолетнего ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к наследственному имуществу ФИО11 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Заявленные требования мотивированы тем, 05 июня 2015 года между ней (продавцом) и ФИО11 (покупателем) заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. Переход права собственности зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 02 августа 2016 года.

Считает, что указанная сделка является мнимой, так как была заключена без намерения создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, с целью избежать обращения взыскания на земельный участок в счет погашения имеющейся у нее задолженности по кредитным обязательствам. На момент заключения договора купли-продажи она и ФИО11 состояли в фактических брачных отношениях, денежные средства за участок продавцу не передавались, расписка о передаче денег не составлялась, земельный участок не выбывал из пользования и владения продавца, так как она (ФИО2) искала покупателя на земельный участок и расположенный на нем недостроенный дом.

При заключении сделки также нарушен запрет, установленный пунктом 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, так как допущено отчуждение земельного участка ФИО11 без находящегося на нем дома, который был фактически снесен, но право собственности на него не прекращено и он не был снят с кадастрового учета.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО2 просила суд: признать недействительным договор купли-продажи (купчую) земельного участка от 05 июня 2015 года, заключенный между ФИО2 и ФИО11; применить последствия недействительности ничтожной сделки: исключить из наследственного имущества ФИО11 земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 908 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенного по адресу: <адрес>; погасить в Едином государственном реестре недвижимости регистрационную запись о праве собственности ФИО11 на указанный земельный участок; восстановить в Едином государственном реестре недвижимости регистрационную запись о праве собственности ФИО2 на спорный земельный участок.

В процессе рассмотрения дела определениями суда в качестве ответчика по делу привлечена ФИО3 – законный представитель несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО6, нотариус <адрес> ФИО7, Управление Росреестра по <адрес>; исключены из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариусы <адрес> ФИО10, ФИО12

В судебном заседании истец ФИО2 требования поддержала по указанным в иске основаниям. Пояснила, что она состояла в фактических брачных отношениях с ФИО1 около 10 лет, в этот период приобрела в собственность земельный участок по адресу: <адрес>, на котором был расположен уничтоженный пожаром жилой дом. Вместе с ФИО1 они расчистили земельный участок, начали на нем строить дом без получения разрешения на строительство. Из-за наличия у нее задолженности по кредитным договорам, с целью недопущения обращения взыскания на земельный участок, они заключили между собой мнимую сделку купли-продажи указанного недвижимого имущества. В августе-сентябре 2016 года они с ФИО11 расстались. В 2018-2019 годах планировали вместе продать спорный земельный участок и расположенный на нем недостроенный дом, а вырученные от сделки денежные средства поделить между собой пополам. Нашли покупателя, однако сделка не была заключена в связи со смертью ФИО11

Ответчик ФИО3, ее представитель ФИО4 исковые требования не признали, считают, что истец не доказал мнимость сделки купли-продажи земельного участка. ФИО3 пояснила, что с 2016 года она проживала с ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ у них родился сын ФИО1 Спорным земельным участком ФИО11 владел и пользовался как своим собственным: посадил дерево, строил на нем дом, мечтал передать его сыну.

Третьи лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО6, нотариус <адрес> ФИО7, а также представитель Управления Росреестра по <адрес>, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились. От нотариуса ФИО7 поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. От остальных не явившихся участников ходатайств не поступило.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд определил рассмотреть дело при указанной явке.

Исследовав доказательства по делу, суд находит исковые требования ФИО2 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам (пункт 2)

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.

В пункте 1 статьи 549 ГК РФ закреплено, что по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Как установлено в судебном заседании, 05 июня 2015 года между ФИО2 (продавцом) и ФИО11 (покупателем) заключен договор купли-продажи (купчая) земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. Цена передаваемого по договору имущества составила <данные изъяты> рублей.

Переход права собственности зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 02 августа 2016 года.

04 июня 2019 года ФИО11 умер, что подтверждается копией актовой записи о смерти.

Из сообщения нотариуса <адрес> ФИО7 следует, что после смерти ФИО11 наследство принял ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В силу пункта 4 статьи 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Следовательно, собственником спорного земельного участка в настоящее время является несовершеннолетний ФИО1

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что сделка по отчуждению ФИО11 имущества является мнимой, поскольку стороны обязательства по договору не исполнили, покупатель продавцу деньги не передал, земельный участок не выбывал из пользования истца, сделка совершена в целях избежания обращения взыскания на земельный участок в счет погашения имеющейся у ФИО2 задолженности по кредитным обязательствам.

Разрешая исковые требования, суд исходит из того, что положения пункта 1 статьи 170 ГК РФ о мнимости сделки подлежат применению лишь в случае отсутствия у сторон намерения исполнять сделку либо требовать ее исполнения.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Допустимых и относимых доказательств мнимости оспариваемой сделки купли-продажи, как считает суд, истцом не представлено.

Так, в соответствии со статьями 432, 433 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества.

Согласно статьям 550, 551, 556 ГК РФ договор купли-продажи недвижимости заключается в письменной форме, передача недвижимости продавцом и передача ее покупателем осуществляется по подписанному сторонами передаточному акту, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Из материалов дела следует, что ФИО2 и ФИО11 05 июня 2015 года заключили письменный договор купли-продажи земельного участка, указанная сделка подписана сторонами лично, составлен передаточный акт, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, следовательно, договор соответствует требованиям, предъявляемым ГК РФ к его форме и содержанию.

Денежные средства в размере согласованной сторонами стоимости недвижимости - <данные изъяты> рублей переданы покупателем продавцу до подписания договора, что следует из абзаца 3 пункта 2.1 договора купли-продажи.

Учитывая, что письменным доказательством передачи денежных средств от покупателя к продавцу является непосредственно договор купли-продажи, подтверждающий факт расчета по сделке до подписания договора, с которым ФИО2 согласилась, подписав договор, отсутствие в материалах дела расписки о передаче денежных средств по договору правового значения не имеет.

То, что спортный земельный участок выбыл из пользования ФИО2 подтверждается сведениями из Единого государственного реестра недвижимости о регистрации права собственности на земельный участок за ФИО11 со 02 августа 2016 года, а также пояснениями участников процесса о том, что именно ФИО11 осуществлял правомочия собственника. Так, ответчик ФИО3 пояснила, что с 2016 года до дня смерти ФИО11 владел и пользовался спорным земельным участком. Свидетель ФИО8 показала, что летом 2018 году ФИО11 предложил ей приобрести дом с земельным участком в д. <адрес>, то есть выражал намерение распорядится спорным недвижимым имуществом. Указанные обстоятельства не опровергнуты ФИО2 Размещение истцом в сети интернет объявлений о продаже недостроенного дома в д. <адрес> не может свидетельствовать о том, что спорный земельный участок фактически находился в ее пользовании.

Из пояснений ФИО2 и свидетеля ФИО9, находящейся в дружеских отношениях с истцом, следует, что ФИО2 планировала передать спорный земельный участок в собственность другому лицу (ФИО11), чтобы избежать обращения на него взыскания.

Однако, как следует из сведений с сайта Федеральной службы судебных приставов в отношении должника ФИО2 на дату заключения договора купли-продажи (05 июня 2015 года) отсутствовали исполнительные производства, на день его государственной регистрации (02 августа 2016 года) – имелись два исполнительных производства по взысканию задолженности по кредитным платежам, возбужденные на основании судебных приказов от 29 марта 2016 года и 12 апреля 2016 года. Других доказательств, свидетельствующих о наличии у истца задолженности по кредитным договорам, в том числе имевшей место по состоянию на 05 июня 2015 года, не имеется.

О том, что между ФИО2 и ФИО11 был заключен договор купли-продажи земельного участка свидетели ФИО5 В.А. и ФИО8 не знали. Свидетелю ФИО9 о данном договоре известно со слов ФИО2, с ФИО11 по данному поводу не общалась.

Таким образом, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих, что воля ФИО2 была направлена не на продажу земельного участка, а воля ФИО11 – не на приобретение этого же недвижимого имущества в свою собственность, истцом не представлено.

Сам по себе факт продажи ФИО2 недвижимости лицу, которое находилось с ней в фактических брачных отношениях, и наличие у истца экземпляра договора купли-продажи ФИО11 не свидетельствует о мнимости сделки.

Из вышеизложенного следует, что оспариваемый договор купли-продажи повлек для сторон договора именно те правовые последствия, которые возникают при заключении договора купли-продажи, условия сделки соответствуют требованиям закона, договор совершен в письменной форме, подписан сторонами, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, сделка исполнена, имущество выбыло из собственности ФИО2 и перешло в собственность ФИО11, а после его смерти - к несовершеннолетнему ФИО1

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости на индивидуальный жилой дом по адресу: <адрес>, указанный объект недвижимости снят с кадастрового учета 19 апреля 2014 года, следовательно, на момент заключения договора купли-продажи спорного земельного участка (05 июня 2015 года) на земельном участке объекты недвижимого имущества отсутствовали, а потому не было допущено нарушений требований, установленных пунктом 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, согласно которым отчуждение здания, сооружения, находящихся на земельном участке и принадлежащих одному лицу, проводится вместе с земельным участком.

При указанных обстоятельствах суд не усматривает оснований для признания сделки, заключенной между ФИО2 и ФИО11, недействительной.

В соответствии с требованиями части 3 статьи 144 ГПК РФ принятую судом меру по обеспечению иска в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий со спорным земельным участком необходимо сохранить до вступления в законную силу решения суда.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В иске ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки отказать.

Меру по обеспечению иска в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий с земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес>, сохранить до вступления в законную силу решения суда.

Решение может быть обжаловано в Новгородский областной суд через Пестовский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья подпись Л.В. Брайцева

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.