Решение № 2-547/2018 2-547/2018~М-597/2018 М-597/2018 от 7 ноября 2018 г. по делу № 2-547/2018

64RS0022-01-2018-000837-92

Дело № 2-547/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 ноября 2018 года г. Маркс

Марксовский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Мурго М.П.,

при секретаре Погониной И.А.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

представителя третьего лица ФИО3 - ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6, третьи лица: ФИО3, главный специалист администрации Подлесновского муниципального образования Марксовского муниципального района Саратовской области ФИО7 о признании завещания недействительным, признании права на ? долю в праве собственности на жилое помещение,

установил:

истец, в лице представителя по доверенности ФИО1, обратилась в Марксовский городской суд Саратовской области с иском к ответчику о признании завещания недействительным, признании права на ? долю в праве собственности на жилое помещение. В обоснование заявленных требований указывает, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец истца – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. После его смерти открылось наследство, заключающееся в ? доли жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Истец и ее брат являются единственными наследниками первой очереди по закону после умершего ФИО4 Обратившись к нотариусу за оформлением своих наследственных прав, истец узнала, что 07 июня 2017 года ее отцом было составлено завещание, согласно которого все свое имущество после смерти он завещал ответчику ФИО6 Завещание было заверено главным специалистом администрации Подлесновского муниципального образования Марксовского муниципального района Саратовской области (далее – администрация Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области) по реестру № 131 ФИО7 Ответчику на праве собственности принадлежит ? доля спорного жилого помещения и с 25 мая 2017 года по 15 июня 2017 года она находилась в с. Подлесное Марксовского района. Умерший ФИО4, в связи с перенесенными операциями, имел инвалидность и принимал медицинские препараты, но до последнего дня своей жизни в разговорах упоминал, что ? долю в праве на спорный жилой дом желает передать по наследству истцу и ее брату. Полагает, что в момент составления завещания в пользу ФИО6 он не был полностью дееспособным. В результате, при наличии данного завещания нарушены права истца, как наследника по закону. ФИО4 не понимал всех последствий совершаемых действий и не имел намерения завещать все свое имущество ответчику. По указанным основаниям, с учетом дополнений о подписании завещания от 07 июня 2017 года не ФИО4, а иным лицом, а также не соответствия завещания закону, в связи с его удостоверением не уполномоченным лицом и нарушением тайны завещания, в виду присутствия при его оформлении ответчика, передачи ей текста завещания, просит признать завещание, составленное ФИО4 в пользу ФИО6 07 июня 2017 года и удостоверенное главным специалистом администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области по реестру № 131 ФИО7 недействительным, признать за ФИО5 право собственности на ? долю в праве на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.

Истец ФИО5, третье лицо ФИО3, будучи надлежащим образом извещенными о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ходатайствуя о рассмотрении дела в свое отсутствие с участием представителя.

Представитель истца, третьего лица ФИО3 - ФИО1, действующий на основании доверенности 64 АА 2490263 от 29 июня 2018 года сроком на пять лет, в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал и просил их удовлетворить, по доводам, изложенными в исковом заявлении с учетом уточнений.

Ответчик ФИО6, будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, ходатайствуя о рассмотрении дела в свое отсутствие с участием представителя. Ранее в судебном заседании исковые требования не признала и просила отказать в их удовлетворении, указывая на непосредственное предложение ФИО4 оформить завещание в ее пользу, а также его абсолютное адекватное состояние как в период составления завещания, так и до самой смерти. Являясь собственником ? доли в праве собственности на жилого помещения по адресу: <адрес>, полученное по наследству после смерти мамы ФИО10, с которой ФИО4 прожил около 34 лет, она не имеет финансовой заинтересованности в наследственном имуществе, однако при жизни ФИО4, между ними была договоренность о передаче части наследственного имущества его детям, что она и намерена сделать после оформления наследственных прав.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности 64 АА 2490363 от 05 июля 2018 года, возражала относительно удовлетворения заявленных требований и просила отказать в их удовлетворении, пояснив, что в день составления завещания ФИО6 действительно пришла совместно с ФИО4 в администрацию Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области и находилась в здании администрации в период его оформления. При этом, в кабинет к специалисту ФИО7 прошел один ФИО4

Третье лицо – главный специалист администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области ФИО7, будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, ходатайствуя о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании полагала необоснованными исковые требования и просила отказать в их удовлетворении, указывая, что в июне 2017 года житель с. Подлесное ФИО4 обратился в администрацию Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области по вопросу составления завещания. На основании Распоряжения главы администрации функции по совершению нотариальных действий возложены на нее. Пройдя к ней в кабинет, ФИО4 конкретно и четко выразил свою волю, адекватно отвечал на все поставленные вопросы. Во время беседы с ФИО4 ни малейших сомнений в его дееспособности у нее не возникло. Оснований для отказа в удостоверении завещания не было. В кабинете при составлении завещания присутствовали только она и наследодатель. Завещание было записано со слов ФИО4, полностью им прочитано до подписания и подписано собственноручно завещателем в ее присутствии с соблюдением тайны завещания и разъяснениями ему положений ст. 1149 ГК РФ. Сведения об удостоверении завещания ФИО4 были направлены ею в форме электронного документа, подписанного квалифицированной электронной подписью в нотариальную палату Саратовской области в порядке, установленном федеральным законодательством. После смерти ФИО4, на предъявленном ФИО6 завещании она ставила отметку, что оно не отменялось и не изменялось наследодателем.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

При рассмотрении дела, относительно обстоятельств заключения оспариваемой сделки, судом были допрошены свидетели.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО11 в судебном заседании показала, что являлась социальным работником умершей три года назад ФИО10, с которой ФИО4 много лет жил в гражданском браке. Часто бывала у них дома, продолжая общаться с ФИО4 и оказывать ему помощь и после смерти ФИО10 Крайнее общение с ФИО4 было с мая 2017 года по ДД.ММ.ГГГГ, когда она уехала. При этом ФИО4 приезжал к ней на автомашине, привозил фрукты и овощи в дорогу. В одном из разговоров он сказал, что оформил завещание на ФИО6 Каких-либо сомнений относительно психического состояния ФИО4 у нее не возникло.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показала, что была знакома с ФИО4 с 2007 года, проживая по соседству в доме своей матери на <адрес>. Подтвердила, что при общении с ФИО4 летом 2017 года он производил впечатление абсолютно адекватного человека, много шутил, самостоятельно делал работу по дому, подвозил ее на автомашине.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показала, что является дальней родственницей гражданской супруги ФИО4 – ФИО14, после смерти которой, она часто созванивалась с ним, встречалась на поминках. Подтвердила, что ФИО4 производил впечатление человека в здравом уме, в разговорах относился к ФИО6 как к дочери, при этом упоминал, что хотел бы часть наследства оставить детям.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании подтвердила, что являясь внучкой ФИО14, после смерти которой в 2015 году, ФИО4 стал жаловаться на боли в груди, осуществляла за ним послеоперационный уход. Расстройством психики ФИО4 не страдал, он принимал лишь сильнодействующие обезболивающие.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО16 в судебном заседании показал, что являлся другом ФИО4, общаясь с ним почти ежедневно. Подтвердил, что ФИО4 был психически уравновешенным человеком, не заговаривался, почти до ноября 2017 года самостоятельно управлял автомобилем, вел домашнее хозяйство после смерти супруги, оплачивал коммунальные услуги. Никаких сомнений, неадекватного поведения в общении с ним он не отмечал. ФИО4 созванивался как с детьми, проживающими на Украине, так и с семьей Кейних, проживающей в Германии, для чего не отключал городской телефон, несмотря на наличие мобильного телефона. В его разговоре упоминал, что хотел бы чтобы и дети после его смерти что-то получили

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, приходит к следующему.

Статьей 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации гарантируется право наследования.

В силу ч. 1, 5 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно ч. 1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 1124 ГК РФ, завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных п. 7 ст. 1125, ст. 1127 и п. 2 ст. 1128 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 3 ст. 1125 ГК РФ, завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

В соответствии с п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Таким образом, применительно к данному спору, юридически значимыми и в силу ст. 56 ГПК РФ подлежащими доказыванию истцом обстоятельствами являются неспособность наследодателя ФИО4 в момент составления спорного завещания понимать значение своих действий или руководить ими.

В ходе рассмотрения заявленных требований судом установлено, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14).

Истец ФИО5, третье лицо ФИО3 являются детьми умершего ФИО4 (л.д. 20, 21-26 наследственного дела).

При жизни, 07 июня 2017 года, ФИО4 было совершено завещание, которым он завещал все движимое и недвижимое имущество, какое ко дню его смерти откажется ему принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где оно не находилось в случае своей смерти, он завещал ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Завещание удостоверено главным специалистом администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области ФИО7 07 июня 2017 года и зарегистрировано в реестре за № 131 (л.д. 12 наследственного дела).

09 января 2018 года по заявлению наследника ФИО6 нотариусом нотариального округа г. Маркс и Марксовский район Саратовской области заведено наследственное дело № 2/2018 к имуществу ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ, (л.д. 28).

29 июня 2018 года к нотариусу нотариального округа г. Маркс и Марксовский район Саратовской области обратились ФИО3, ФИО5 с заявлениями о выдаче свидетельств о праве на наследство по закону на имущество умершего отца ФИО4 и отложении выдачи свидетельства о праве на наследство по завещанию ФИО6 (л.д. 15-18 наследственного дела).

Объяснениями ответчика, ее представителя, показаниями свидетелей установлено, что ответчик являлась дочерью гражданской супруги наследодателя, что не оспаривалось стороной истца.

Выпиской из ЕГРН от 25 июля 2018 года подтверждается право собственности ответчика на ? доли в праве собственности на жилого помещения по адресу: <адрес> на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию (л.д. 139).

В обоснование доводов о недействительности завещания истец, указывает, что умерший ФИО4 в связи с перенесенными операциями принимал медицинские препараты и в момент составления завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими, при этом подпись в завещании от 07 июня 2017 года поставлена иным лицом, завещание не соответствует закону, в связи с его удостоверением не уполномоченным лицом и нарушением тайны завещания.

Основание недействительности сделки, предусмотренное п. 1 ст. 177 ГК РФ, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

В целях выяснения вопроса о способности ФИО4 на момент составления завещания 07 июня 2017 года отдавать отчет своим действиям и руководить ими, судом была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено специалистам ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии».

Согласно заключению комиссии экспертов от 18 сентября 2018 года № 1397 ФИО4 в период оформления завещания 07 июня 2017 года каким-либо психическим расстройством, лишающим его способности понимать значение своих действий и руководить ими в течении жизни, а также в период оформления завещания не страдал. Выявленное у ФИО4 в 2015 году онкологическое заболевание не сопровождалось какими-либо нарушениями психических функций (не описывалось нарушений мышления, памяти, внимания, интеллекта, сознания, воли). Поэтому он мог понимать значение своих действий (отдавать отчет своим действиям) и руководить ими в период оформления завещания 07 июня 2017 года (л.д. 125-130).

Данная экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях психиатрии, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, следует отметить, что заключение комиссии экспертов не противоречит совокупности имеющихся в материалах дела иных доказательств.

Учитывая, что судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение комиссии экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ с учетом фактических обстоятельств по делу, согласуется с исследованными судом иными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей, суд принимает результаты заключения комиссии экспертов для определения состояния здоровья ФИО4 на момент составления оспариваемого завещания, а также ответа на вопрос, страдал ли наследодатель каким-либо психическим заболеванием, расстройством, лишающим его возможности понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки.

Для проверки доводов истца о несоответствии подписи ФИО4 умершего ДД.ММ.ГГГГ – подписи в завещании от 07 июня 2017 года, по делу назначалась судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Исследовательский центр судебной экспертизы».

Согласно заключению эксперта № 166 от 29 октября 2018 года, подпись от имени ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ, на завещании составленном ФИО4 в пользу ФИО6 07 июня 2017 года, удостоверенном главным специалистом администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области ФИО7 по реестру № 131, выполнена самим ФИО4 (л.д. 163-169).

Оснований ставить под сомнение достоверность выводов проведенной судебной экспертизы, у суда не имеется. Каких-либо достаточных и допустимых доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено. С учетом изложенного, суд признает заключение эксперта ООО «Исследовательский центр судебной экспертизы» допустимым и достоверным доказательством, поскольку при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, согласуется с другими доказательствами, является мотивированным и обоснованным, соответствует фактическим обстоятельствам дела, содержит подробное описание проведенного исследования, ответ на поставленный судом вопрос, составлено экспертом, имеющим специальное образование и достаточный стаж работы, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО4 в момент составления завещания от 07 июня 2017 года понимал значение своих действий, отдавал отчет своим действиям, руководил ими, понимал последствия составления завещания и поставил свою подпись, тем самым выразил свою волю в установленном законом порядке, имея намерения при жизни, оставить принадлежащее ему имущество ФИО6

Исследуя доводы представителя истца о нарушении порядка удостоверения завещания и его тайны, влекущее его недействительность суд исходит из следующего.

В случае, когда право совершения нотариальных действий предоставлено законом должностным лицам органов местного самоуправления, завещание может быть удостоверено вместо нотариуса соответствующим должностным лицом с соблюдением правил ГК РФ о форме, порядке его нотариального удостоверения и тайне завещания, в соответствии с п. 7 ст. 1125 ГК РФ.

Согласно ч. 4 ст. 1 Федерального закона от 11 февраля 1993 года № 4462-1 «Основы законодательства Российской Федерации о нотариате», в редакции, действующей на день удостоверения завещания, в случае, если в поселении или расположенном на межселенной территории населенном пункте нет нотариуса, право совершать нотариальные действия, предусмотренные статьей 37 настоящих Основ, в том числе, удостоверять завещания, имеют соответственно глава местной администрации поселения и специально уполномоченное должностное лицо местного самоуправления поселения или глава местной администрации муниципального района и специально уполномоченное должностное лицо местного самоуправления муниципального района, сведения о которых направляются в территориальный орган юстиции для учета по форме и в порядке, которые установлены федеральным органом юстиции.

Из смысла ст. 1125 ГК РФ следует, что завещание, записанное нотариусом (уполномоченным должностным лицом органа самоуправления) со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса (уполномоченного должностного лица органа самоуправления).

В силу ст. 1123 ГК РФ нотариус, другое удостоверяющее завещание лицо, переводчик, исполнитель завещания, свидетели, нотариусы, имеющие доступ к сведениям, содержащимся в единой информационной системе нотариата, и лица, осуществляющие обработку данных единой информационной системы нотариата, а также гражданин, подписывающий завещание вместо завещателя, не вправе до открытия наследства разглашать сведения, касающиеся содержания завещания, его совершения, изменения или отмены. В случае нарушения тайны завещания завещатель вправе потребовать компенсацию морального вреда, а также воспользоваться другими способами защиты гражданских прав, предусмотренными настоящим Кодексом. Не является разглашением тайны завещания представление нотариусом, другим удостоверяющим завещание лицом сведений об удостоверении завещания, отмене завещания в единую информационную систему нотариата в порядке, установленном Основами законодательства Российской Федерации о нотариате.

Судом установлено, что 07 июня 2017 года ФИО4 совершил завещание, которым завещал все свое имущество ответчику ФИО6 Завещание было совершено ФИО4 посредством его написания со слов завещателя главным специалистом администрации, полностью прочитано в присутствии главного специалиста администрации и подписано ФИО4 собственноручно. 07 июня 2017 года данное завещание удостоверено главным специалистом администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области ФИО7, разъяснившей завещателю содержание ст. 1149 ГК РФ. При этом уполномоченным должностным лицом подтверждено, что содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя, завещание написано со слов завещателя, полностью прочитано завещателем до подписания, а также ею вслух для завещателя до подписания. Личность завещателя ею установлена, дееспособность его проверена, а также, что завещание собственноручно подписано завещателем в ее присутствии и зарегистрировано в реестре за № 131.

Распоряжением и.о. главы администрации Подлесновского муниципального образования Марксовского муниципального района от 11 сентября 2012 года № 01-20-115 на основании ст. 14.1 Федерального закона от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», ч. 3 ст. 39 ФЗ Федерального закона от 11 февраля 1993 года № 4462-1 «Основы законодательства Российской Федерации о нотариате», Инструкции о порядке совершения нотариальных действий главами местных администраций поселений и специально уполномоченными должностными лицами местного самоуправления поселений, утвержденной приказом Минюста РФ от 27 декабря 2007 года № 256, Устава Подлесновского муниципального образования, совершение нотариальных действий на территории Подлесновского муниципального образования возложено на главного специалиста администрации Подлесновского МО ФИО7 (л.д. 37). Удостоверение завещания является нотариальным действием должностного лица местного самоуправления, согласно п.п.1 п. 3 Инструкции о порядке совершения нотариальных действий главами местных администраций поселений и специально уполномоченными должностными лицами местного самоуправления поселений, утвержденной приказом Минюста РФ от 27 декабря 2007 года № 256 (л.д. 58 –оборот).

Таким образом, доводы представителя истца об отсутствии у ФИО7 полномочий по удостоверению завещания ФИО4, которое по его мнению должна была удостоверить глава администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области, обладающая нотариальными полномочиями как глава органа местного самоуправления, основан на неверном токовании нормы права, поскольку данные полномочия возложены именно на ФИО7 распоряжением главы администрации от 11 сентября 2012 года.

Кроме того, в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» даны разъяснения, согласно которым завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

В ходе рассмотрения дела третьим лицом ФИО7 в судебном заседании 03 августа 2018 года, отрицалось присутствие ответчика в кабинете при совершении завещания ФИО4 и его удостоверении. Из объяснений представителя ответчика М.Т.МБ. следует, что ФИО6 в день составления завещания пришла совместно с ФИО4 и находилась в период оформления завещания в здании администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области, однако в кабинет специалиста ФИО4 прошел один.

Препровождение наследодателя и хранение завещания у наследника, не относится к безусловным основаниям для признания завещания недействительным, поскольку законодатель защищает тайну завещания, если сам наследодатель заинтересован в сохранении этой тайны. При этом по данному делу не приводилось каких-либо фактических обстоятельств, указывающих на то, что ФИО4 возражал против хранения завещания у ФИО6 и что право ФИО4 на свободное выражение волеизъявления при таком хранении было нарушено.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Учитывая, что при разрешении вопроса о признании завещания действительным либо недействительным законодатель требует учитывать влияние на понимание воли наследодателя каких-либо нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, суд принимает во внимание, что после составления завещания 07 июня 2017 года и до дня смерти ФИО4 – ДД.ММ.ГГГГ завещатель свое волеизъявление не отменял, другое завещание не составлял, о намерении отменить или составить другое завещание никому не заявлял, что не оспаривалось и истцом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемое завещание от 07 июня 2017 года соответствует требованиям закона, поскольку составлено в письменной форме, текст завещания записан со слов ФИО4 уполномоченным должностным лицом администрации Подлесновского МО ФИО8 Саратовской области, прочитан ФИО4, который понимал значение своих действий и последствия составления завещания, подписан завещателем собственноручно. При этом подлинность подписи завещателя под печатным текстом завещания, его способность данный текст прочесть самостоятельно и услышать от лица, выполняющего полномочия функции нотариуса, в судебном заседании не оспорена.

Исследовав установленные по делу обстоятельства, проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе показания свидетелей, заключения судебных экспертиз, руководствуясь приведенными правовыми нормами, регулирующими спорные правоотношения, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании завещания недействительным, поскольку предусмотренных законом оснований для признания недействительным завещания не имеется, допустимых и достаточных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что в момент составления оспариваемого завещания ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить, равно как подписание завещания иным лицом и его удостоверение неуполномоченным лицом суду не представлено.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом. В силу ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Поскольку наследство после смерти ФИО4 принято наследником по завещанию, права на получение наследственного имущества в порядке наследования по закону у истца не возникло, прав на получение обязательной доли в соответствии со ст. 1149 ГК РФ истец не имеет, в связи с чем, требования о признании за ней права собственности на наследственное имущество удовлетворению не подлежат.

По указанным обстоятельствам, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО6, третьи лица: ФИО3, главный специалист администрации Подлесновского муниципального образования Марксовского муниципального района Саратовской области ФИО7 о признании завещания недействительным, признании права на ? долю в праве собственности на жилое помещение – отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца через Марксовский городской суд Саратовской области со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.П. Мурго