Решение № 2-351/2017 2-351/2017~М-326/2017 М-326/2017 от 18 сентября 2017 г. по делу № 2-351/2017

Дело № 2-351/2017


Р Е Ш Е Н И ЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 сентября 2017 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Данилкиной А.Л.,

при секретаре Шестериной О.А.,

с участием прокурора Махова В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Южуралзолото Группа Компаний» (далее АО «ЮГК»), в котором просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 450 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что он работал в АО «Южуралзолото Группа Компаний» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ему был установлен диагноз профессионально заболевания – <данные изъяты>. По результатам расследования комиссии в составе представителей РосПотребНадзора, ОАО «ЮГК» и трудового коллектива шахты Центральная ДД.ММ.ГГГГ составлен акт расследования профессионального заболевания, которым установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов. Непосредственной причиной возникновения заболевания послужило воздействие на организм пострадавшего спектров локальной вибрации, характеризующихся превышением допустимых уровней на 4-16 дБ в области частот 31.5 – 500 Гц, а корректированного уровня на 12-17 дБ. ДД.ММ.ГГГГ ему установлен второй диагноз профессионального заболевания – <данные изъяты>. По результатам расследования ДД.ММ.ГГГГ составлен акт расследования профессионального заболевания, которым установлено, то заболевание является профессиональным и возникло в результате повышенной влажности и тяжелого физического труда. Его вины в профессиональных заболеваниях не установлено. В настоящее время ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40 процентов и третья группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> и в размере 20 процентов в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>. В результате профессионального заболевания он испытал и до сих пор испытывает нравственные и физические страдания. Физические страдания выражаются в постоянных болевых ощущениях в суставах, в костях, головная боль. У его нарушена мелкая моторика и чувствительность пальцев, постоянно мерзнут кисти рук. Нравственные страдания выражаются в страхе за свое здоровье, переживаниях за невозможность вести прежний образ жизни, для выполнения многих бытовых действий, требующих точных движений пальцами рук, ему приходится прибегать к посторонней помощи. В постоянных болевых ощущениях в области поясницы и глубинных тканях в зоне тазобедренного, коленного и коленностопного суставов, острая, «простреливающая» боль от поясницы в ягодичную область и по ноге до пальцев, боль у него может развиться внезапно, после резкого движения, подъема тяжести. Он переживает за свою дальнейшую жизнь, из-за заболевания он потерял работу и достойный заработок. Он вынужден сидеть дома. Он боится, что теперь придется постоянно принимать лекарственные препараты и посещать врачей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, по доводам, изложенным в нем.

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 54), просила в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку истец осознанно работал во вредных условиях труда, понимая наступления последствий по состоянию здоровья, после проведения установления профессионального заболевания продолжал работать, ухудшая свое состоянии здоровья, истец не обосновал характер причиненных физических и нравственных страданий, представила письменный отзыв на исковое заявление (л.д. 40-41).

Заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Согласно требованиям ч. 8 ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

На основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Частью 3 статьи 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда компенсация морального вреда осуществляется, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданину», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работал в ОАО «Южуралзолото Группа Компаний» в должностях подземных проходчик 3 разряда на подземном участке «<данные изъяты>» шахты Центральная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, крепильщиком на ремонте горных выработок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, горнорабочим бункеровщиком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается записями в трудовой книжке (л.д. 13-15), личной карточкой работника (л.д. 42-45), приказами о приеме работника, о переводе на другую работу, о прекращении трудового договора (л.д. 46-50, 53). ОАО «ЮГК» ДД.ММ.ГГГГ переименовано в АО «ЮГК».

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз – <данные изъяты> от локальной вибрации. Стаж работы в данной профессии – 9 лет 8 месяцев. Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: воздействие на организм спектров локальной вибрации, характеризующиеся превышением допустимых уровней на 4 – 16 дБ в области частот 31,5 – 500 Гц, а корректированного уровня на 12-17 дБ (п. 20 акта). В ходе расследования факта грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного здоровью, вины истца не выявлено (п. 19 акта). На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным, и возникло у истца в результате выполнения пострадавшим своих трудовых обязанностей при производстве работ по бурению шпуров ручными телескопными перфораторами, при проходке горных выработок и отбойке запасов полезного ископаемого в подземных условиях (п. 20 акта) (л.д. 6-7).

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз – <данные изъяты>. Стаж работы в данной профессии – 10 лет 11 месяцев. Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: тяжелый физический труд (масса груза, перемещаемого в ручную – до 48 кг), сменный грузооборот – 0,146 тн., региональная – перемещение груза до 1 м – 1768 кг. (п. 20 акта). В ходе расследования факта грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного здоровью, вины истца не выявлено (п. 19 акта). На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным, и возникло у истца в результате выполнения пострадавшим своих трудовых обязанностей при производстве работ по бурению шпуров ручными телескопными перфораторами, при проходке горных выработок и отбойке запасов полезного ископаемого в подземных условиях (п. 20 акта) (л.д. 8-9).

Факт наличия у истца указанных профессиональных заболеваний также подтвержден справкой № Центра профессиональной патологии МУЗ «<данные изъяты>» (л.д. 10).

В соответствии со справкой серии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40 % в связи с профессиональным заболеванием, установленным актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, сроком с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, на основании акта № освидетельствования в федеральном государственном учреждении медикосоциальной экспертизы (л.д. 11).

В соответствии со справкой серии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена третья группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием сроком до ДД.ММ.ГГГГ, на основании акта № освидетельствования в федеральном государственном учреждении медикосоциальной экспертизы (л.д. 11).

В соответствии со справкой серии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % в связи с профессиональным заболеванием, установленным актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, сроком с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, на основании акта № освидетельствования в федеральном государственном учреждении медикосоциальной экспертизы (л.д. 11).

Программами реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания за 2012-2016 годы истцу рекомендованы: лекарственные средства, санаторно-курортное лечение, трудовые рекомендации – указано, что противопоказан тяжелый физический труд, длительная ходьба, подземный труд, может выполнять труд не по профессии, но с использованием проф.навыков. Из технических средств реабилитации – указано о необходимости трости опорной (л.д. 20-33).

Разрешая спор, проанализировав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу причиненного ему морального вреда, поскольку в период работы истца у ответчика у истца было выявлено два профессиональных заболевания, находящиеся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей в ОАО «Южуралзолото Группа Компаний».

Исходя из смысла ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Работодатель может быть освобожден от компенсации работнику морального вреда, при представлении доказательств, что физические и (или) нравственные страдания были причинены работнику вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника. Таких доказательств ответчиком не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда, в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд учитывает характер физических и нравственных страданий истца - испытывает чувство постоянной физической боли, ощущает дискомфорт и неудобства в быту, в общении с другими людьми; период работы истца у ответчика (более восьми лет), недостаточность принимаемых работодателем мер по охране труда и технике безопасности, что подтверждается актами о случае профессионального заболевания (п. 22 каждого из актов); степень установленной утраты профессиональной трудоспособности – 40% и третья группа инвалидности по заболеванию пояснично-крестовая радикулопатия и 20 % по профессиональному заболеванию – <данные изъяты> от локальной вибрации; состояние здоровья истца, в силу которого имеется необходимость в постоянном приеме лекарственных средств и лечении, пользовании тростью для ходьбы, что исключает работу по профессии, что следует из и программ реабилитации, и считает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 250 000 рублей.

С учетом изложенных обстоятельств, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в полном объеме.

Доводы представителя ответчика о том, что истец после установления ему профессиональных заболеваний продолжал работать, ухудшая свое состояние здоровья, не являются основанием для отказа истцу во взыскании компенсации морального вреда с работодателя, что предусмотрено нормами действующего законодательства.

Согласно п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

В соответствии с пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Статья 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает размер государственной пошлины при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц – 300 рублей.

Таким образом, с ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей 00 копеек в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

В остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, ФИО1 отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в местный бюджет государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: