Решение № 2-2249/2021 2-2249/2021~М-1241/2021 М-1241/2021 от 14 июля 2021 г. по делу № 2-2249/2021

УИД №

Дело № 2-2249/2021


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июля 2021 года Кировский районный суд города Перми в составе:

председательствующего судьи Аристовой Н.Л.,

при секретаре судебного заседания Накоховой В.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1, по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения, заключенного 30 сентября 2002 года между ФИО3 и ФИО4, действующим в интересах несовершеннолетней дочери ФИО2, в отношении квартиры, расположенной по <адрес>, недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований истец указала, что в апреле 2019 года ей сало известно о том, что она является собственником трехкомнатной квартиры, <адрес>. Об этом истцу стало известно после того, как на её имя стали приходить судебные приказы о взыскании задолженности по коммунальным платежам. Ранее квитанции об оплате коммунальных платежей приходили на имя ответчика ФИО3 29 января 2021 года истцом через МФЦ был получен договор дарения квартиры от 30 сентября 2002 года, согласно которому ФИО3 (мать истца) подарила ФИО2 – несовершеннолетней дочери, в интересах которой действовал отец ФИО4, указанную квартиру. Согласно п. 7 договора дарения ФИО3 ставит в известность ФИО4, действующего в интересах ФИО2 о том, что в отчуждаемой квартире на момент заключения договора постоянно проживают и зарегистрированы ФИО4, ФИО3, ФИО2, которые остаются проживать и быть зарегистрированными в указанной квартире. Согласно п. 8 договора дарения в соответствии со ст. 292 ГК РФ указанные граждане имеют право пользоваться отчуждаемой квартирой на условиях, предусмотренных жилищным законодательством. Истец указывает также, что с 2018 года проживает отдельно, снимает жилье, а цель заключения договора дарения была исключительно в том, чтобы не платить коммунальные услуги. Фактически сейчас ответчик ФИО3 пользуется квартирой единолично, проживая там с несовершеннолетним У..

Истец ФИО2 в судебном заседании участия не принимала, о рассмотрении дела извещена надлежащим образом.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании на удовлетворении иска настаивала по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не участвовала, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании не участвовал, о рассмотрении дела извещался судом надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия.

Из представленного отзыва ФИО4 следует, что с исковыми требованиями он согласен. 30 сентября 2002 года был заключен договор дарения, согласно которого ФИО3 подарила ФИО2, в интересах которой он действовал, трехкомнатную квартиру <адрес>. В настоящий момент в квартире ФИО2 не проживает, квартирой пользуется ФИО3 О совершении договора дарения ФИО4 никогда не говорил. Брак с ФИО3 расторгнут, ФИО4 проживает отдельно от истца и ответчика.

Суд, выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

За несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны (п. 1 ст. 28 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 и ФИО4 являются родителями ФИО2.

30 сентября 2002 года между ФИО3 (даритель) и ФИО4, действующим в интересах своей несовершеннолетней дочери ФИО2 (одаряемая), заключен договор дарения трехкомнатной квартиры <адрес>, по условиям которого ФИО3 подарила принадлежащую ей на праве собственности квартиру, а ФИО4, действующий как законный представитель ФИО2, принял в дар указанную квартиру.

В соответствии с п. 7 указанного договора ФИО3 ставит в известность ФИО4, действующего в интересах своей несовершеннолетней дочери ФИО2 о том, что в отчуждаемой квартире на момент заключения настоящего договора постоянно проживают и зарегистрированы следующие граждане: ФИО4, ФИО3, ФИО2, что подтверждается «РЭМП Урала» Кировского района г. Перми от 23 сентября 2002 года, которые остаются проживать и быть зарегистрированными в указанной квартире на основании Постановления администрации Кировского района г. Перми от 13 сентября 2002 года № соответствии с п. 10 договора дарения право собственности на квартиру наступает без составления передаточного акта, а также после регистрации этой собственности в ПОРП.

30 октября 2002 года зарегистрировано право собственности ФИО2 на спорную квартиру в установленном законом порядке.

По состоянию на 23 сентября 2002 года на момент заключения спорной сделки на регистрационном учете по указанному адресу состояли: ФИО3, ФИО4, ФИО2

13 сентября 2002 года постановлением главы администрации Кировского района города Перми №, установлено, что права и интересы несовершеннолетней не ущемляются, дано согласие ФИО3 на дарение трехкомнатной квартиры по <адрес> своей несовершеннолетней дочери ФИО2, которая зарегистрирована в данной квартире.

В соответствии с п. 4 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения договора дарения) отчуждение жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние, недееспособные или ограниченно дееспособные члены семьи собственника, если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Таким образом, законодательство в указанной части при заключении договора дарения не нарушено, соответствующее согласие органов опеки получено.

Кроме того, 22 октября 2002 года на совершении сделки дарения ФИО4 на основании ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации дано нотариально удостоверенное согласие супруге ФИО3 на дарение в собственность их дочери ФИО2 квартиры в <адрес>.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО2, со ссылкой на ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации указала, что она с 2018 года проживает отдельно, а целью заключения указанного договора дарения было избежание уплаты коммунальных платежей.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения сделки) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Судом установлено, что спорный договор дарения исполнен, волеизъявление дарителя соблюдено, право собственности малолетней ФИО2 на квартиру по <адрес> зарегистрировано в установленном законом порядке.

Природа сделки дарения, ее правовые последствия в виде передачи ФИО2 права собственности на предмет сделки, вследствие чего право собственности ФИО3 прекращается, явно следуют из договора дарения, текст которого не допускает неоднозначного толкования.

Таким образом, воля сторон была направлена на переход права собственности от ФИО3 к ее дочери ФИО2, которая наряду с ней проживала в спорной квартире. При этом истец, как следует из искового заявления, проживала в спорной квартире до 2018 года (возраста 26 лет).

В соответствии с п. 1 ст. 28 Гражданского кодекса Российской Федерации за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны.

Таким образом, в связи с малолетним возрастом ФИО2 в ее интересах действовал ее отец ФИО4 как законный представитель в силу п. 1 ст. 28 Гражданского кодекса Российской Федерации, о чем и указано в договоре дарения.

Как следует из статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Из договора дарения от 30 сентября 2002 года следует, что сторонами согласованы все существенные условия договора.

Анализируя изложенное, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применив положения статей 166, 167, 168, 170, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной.

Довод о заключении сделки во избежание уплаты коммунальных платежей не принимается судом как несостоятельный, поскольку обязанность по оплате жилищно-коммунальных услуг за несовершеннолетних несут их родители.

При этом суд полагает возможным отметить, что собственник, оплативший задолженность по оплате коммунальных услуг, не лишен возможности защиты своих прав путем предъявления регрессного требования к другим должникам, зарегистрированным в спорный период в жилом помещении.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности сделки – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Н.Л. Аристова