Решение № 2А-35/2020 2А-35/2020~М-33/2020 М-33/2020 от 12 апреля 2020 г. по делу № 2А-35/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 апреля 2020 года г. Новороссийск

Новороссийский гарнизонный военный суд в составе председательствующего судьи Петрова Д.Г., при секретаре судебного заседания Гребенюк Н.А., с участием административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя административного ответчика – начальника Службы <данные изъяты> – ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-35/2020 по заявлению военнослужащего названной Службы <данные изъяты><данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командования, связанных с отказом в изменении даты заключения контракта о прохождении военной службы,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором просит признать незаконным решение начальника Службы <данные изъяты> (далее Служба) от 20 января 2020 года об отказе в изменении даты заключения нового контракта о прохождении военной службы и обязать должностное лицо указать датой заключения контракта день, следующий за датой окончания предыдущего контракта.

В судебном заседании административный истец ФИО1 и ее представитель Узунян каждый в отдельности требования, изложенные в заявлении, поддержали и просили их удовлетворить. При этом Узунян пояснил, что командование было обязано заключить с ФИО1 новый контракт о прохождении военной службы сразу после окончания срока предыдущего контракта, в октябре 2015 года, однако, это было сделано только в июле 2016 года по выходу истца из отпуска по уходу за ребенком, что нарушает права военнослужащего, поскольку эти действия командования привели к необоснованному увеличению срока прохождения военной службы по контракту на 9 месяцев и этот период не охватывается сроком действия контракта.

Представитель административного истца Сарбаш в судебном заседании требования, содержащиеся в административном исковом заявлении, не признал и просил отказать в их удовлетворении, пояснив о том, что прав ФИО1 командование не нарушало. Так, впервые о своем желании заключить новый контракт ФИО1 заявила в июле 2016 года по выходу из отпуска, о чем подала соответствующий рапорт. По итогам рассмотрения рапорта командованием тогда же принято решение о заключении с ФИО1 нового контракта, который последняя собственноручно добровольно подписала, заключив его фактической датой 20 июля 2016 года, о чем ей было достоверно известно.

Выслушав стороны и их представителей, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что административное исковое заявление удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 проходит военную службу по контракту в Службе на должности <данные изъяты> и в воинском звании <данные изъяты><данные изъяты>. В сентябре 2013 года ФИО1 установленным порядком предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, то есть до июля 2016 года. В октябре 2015 года у ФИО1 окончился срок заключенного контракта о прохождении военной службы, однако, она продолжила свое нахождение в указном отпуске и после его окончания, в июле 2016 года, прибыла на службу, тогда же впервые изъявив желание заключить новый контракт о прохождении военной службы, о чем установленным порядком подала рапорт. На основании заключения аттестационной комиссии правомочным командованием принято решение о заключении с ФИО1 нового контракта, который фактически подписан самой ФИО1 20 июля 2016 года, о чем объявлено соответствующим приказом Службы. Продолжив прохождение службы в соответствии с заключенным контрактом, в декабре 2019 года ФИО1 обратилась к командованию с просьбой об изменении даты заключенного с ней контракта, посчитав, что контракт должен быть заключен в день, следующий за днем окончания срока предыдущего контракта, однако, в январе 2020 года в этом ей было отказано.

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании копиями контрактов о прохождении военной службы, справками командования о датах нахождения в отпуске по уходу за ребенком, копией свидетельства о рождении ребенка, рапортов ФИО1 о предоставлении отпуска и выходе на службу, о заключении нового контракта и об изменении даты заключения контракта, а также отказом должностного лица.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» в контракте о прохождении военной службы закрепляются добровольность поступления гражданина на военную службу, срок, в течение которого гражданин обязуется проходить военную службу, и условия контракта.

Заключение контракта о прохождении военной службы, прекращение его действия, а также иные отношения, связанные с ним, регулируются названным Федеральным законом, Положением о порядке прохождения военной службы, а также законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, определяющими порядок прохождения военной службы и статус военнослужащих.

Согласно ст. 9 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащий, проходящий военную службу по контракту и желающий продолжить ее прохождение, заключает новый контракт при окончании срока предыдущего контракта.

Для заключения нового контракта военнослужащий, у которого заканчивается срок действующего контракта, не менее чем за четыре месяца до истечения его срока подает по команде рапорт должностному лицу, которое вправе заключать с ним новый контракт.

Анализ вышеприведенных норм позволяет сделать вывод о том, что заключение контракта о прохождении военной службы, в том числе и нового, происходит исключительно на добровольной основе с учетом волеизъявления военнослужащего в строго определенные сроки.

Между тем, в судебном заседании установлено, что на момент истечения срока контракта, в октябре 2015 года, ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком, в связи с чем рапорт о заключении нового контракта в сроки, установленные ст. 9 Положения, не подавала, что объективно исключало возможность заключения правомочным должностным лицом с ФИО1 нового контракта по окончанию срока предыдущего.

В данном случае применению подлежит п. 12 ст. 9 Положения о порядке прохождения военной службы, согласно которому военнослужащий, проходящий военную службу по контракту в условиях, объективно исключающих возможность заключения нового контракта, к которым отнесено нахождение в отпуске по беременности, родам и уходу за ребенком, и желающий продолжить военную службу по истечении срока действующего контракта, продолжает прохождение военной службы по контракту.

При прекращении указанных обстоятельств он заключает новый контракт в течение одного месяца после прибытия в воинскую часть или увольняется с военной службы.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 согласно вышеприведенной норме рапорт о заключении с ней нового контракта подала 12 июля 2016 года, то есть сразу после окончания отпуска и прибытии на службу.

В свою очередь, руководство Службы установленным порядком зарегистрировало рапорт ФИО1, рассмотрело его, назначило проведение аттестационной комиссии для решения вопроса заключения с ней нового контракта и на основании заключения комиссии приняло соответствующее решение о заключение нового контракта.

При этом сам контракт с ФИО1 подписан правомочным должностным лицом 20 июля 2016 года, то есть в срок, предусмотренный п. 12 ст. 9 Положения.

Суд отмечает, что вышеприведенная норма Положения направлена на защиту прав военнослужащих, желающих продолжить военную службу, в том числе служит средством усиления социальных гарантий военнослужащих-женщин, находящихся в отпуске по беременности, родам и уходу за ребенком, и не может рассматриваться как нарушающая права военнослужащих, что согласуется с разъяснением, содержащимся в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2017 года № 217-О.

Более того, подлежит учету и тот факт, что период времени, прошедший с даты окончания срока предыдущего контракта, то есть с 7 октября 2015 года, по день заключения нового контракта, 20 июля 2016 года, засчитан в выслугу лет ФИО1.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для изменения даты заключенного с ФИО1 нового контракта о прохождении военной службы.

Поэтому суд признает оспариваемое решение начальника Службы от 20 января 2020 года законным, не нарушающим прав ФИО1, а требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Не противоречат этим выводам суда и показания допрошенных в судебном заседании по ходатайству истца и его представителя свидетелей А,, К. и И. А.П., поскольку каждый из них пояснил, что все вопросы, касающиеся заключения нового контракта с военнослужащими-женщинами, находящимися в отпуске по уходе за ребенком, разрешаются руководством Службы по выходу таких военнослужащих из отпуска.

Кроме того, доводы представителя истца о том, что в данном случае командование должно было принять решение о заключении нового контракта с ФИО1 сразу после окончания срока предыдущего, а документально оформить это решение уже по выходу последней из отпуска, являются необоснованными, продиктованными субъективной трактовкой норм действующего законодательства.

Пояснения административного истца о том, что ранее предыдущий контракт о прохождении службы был заключен с ней командованием именно в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком, судом отвергаются, как не имеющие отношения к предмету рассматриваемого дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении заявления <данные изъяты><данные изъяты> ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Южного окружного военного суда через Новороссийский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу Д.Г. Петров