Апелляционное определение № 33-3399/2026 от 9 марта 2026 г.

судья Здоренко Д.В. 2-2225/2025 (1 инстанция)

33-3399/2026 (2 инстанция)

УИД 52RS0016-01-2025-001626-07

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 10 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Серова Д.В.,

судей Поваровой А.Е., Столбова Е.М.,

при секретаре судебного заседания Самсоновой А.В.,

с участием прокурора Прямовой П.А., истца В.С.Т. и представителя адвоката Шавина В.А., представителя ответчика ООО «ТП Инжиниринг» по доверенности ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Столбова Е.М. гражданское дело по иску В.С.Т. к ООО «ТП Инжиниринг» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе ООО «ТП Инжиниринг» на решение Кстовского городского суда Нижегородской области от 15 октября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

В.С.Т. обратился в суд с иском к ООО «ТП Инжиниринг» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований следующее.

14.08.2023 между истцом и ООО «ТП Инжиниринг» был заключен трудовой договор на должность координатора по механомонтажным работам сроком до 13.08.2024.

Основанием для заключения срочного договора был указан абз.8 ч.1 ст.59 ТК РФ в связи с работой над проектом по ремонту технологических установок ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез» в 2023 году.

14 июня 2024 года с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму и по настоящее время проходит лечение. Вследствие незаконного заключения с истцом срочного трудового договора, ответчик лишил истца постоянного заработка и возможности работать на стабильной работе.

Истец просит суд:

1. Признать срочный трудовой договор [номер] от 14 августа 2023 года, заключенный между истцом и ООО «ТП Инжиниринг» заключенным на неопределенный срок.

2. Признать незаконным увольнение истца и восстановить его на работе в прежней должности координатора на установке в Проектном офисе Кстово со дня увольнения 13 августа 2024 года.

3. Взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 13 августа 2024 года по день вынесения решения суда.

4. Взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.

Решением Кстовского городского суда Нижегородской области от 15.10.2025 года иск В.С.Т. удовлетворен частично и постановлено:

- признать трудовой договор [номер] от 14.08.2023 г., заключенный между В.С.Т. и ООО «ТП Инжиниринг», заключенным на неопределенный срок;

- признать увольнение В.С.Т. 13.08.2024 г. на основании приказа ООО «ТП Инжиниринг» №81 от 13.08.2024 г. незаконным;

- восстановить В.С.Т. в должности координатора работ на установке в ООО «ТП Инжиниринг» с 14.08.2024 г.;

- взыскать с ООО «ТП Инжиниринг» в пользу В.С.Т. средний заработок за время вынужденного прогула за период с 14.08.2024 г. по 15.10.2025 г. в размере 956 281 руб. 68 коп.;

- взыскать с ООО «ТП Инжиниринг» в пользу В.С.Т. компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей.

- в остальной части иска В.С.Т. отказать;

- взыскать с ООО «ТП Инжиниринг» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 27 125 руб. 63 коп.

Решение суда в части восстановления В.С.Т. на работе подлежит немедленному исполнению.

В апелляционной жалобе ООО «ТП Инжиниринг» поставлен вопрос об отмене решения как незаконного и необоснованного, постановленного с неправильным применением норм материального и процессуального права. Заявитель указывает, что суд первой инстанции необоснованно не применил срок исковой давности, кроме того, истцом было заявлено лишь ходатайство о восстановлении пропущенного срока по одному требованию о признании договора заключенным на неопределенный срок, по другим требованиям истец не просил восстановить пропущенный срок исковой давности; также истец указывает, что между сторонами имелись трудовые отношения срочного характера, обусловленные проектом по ремонту технологических установок ООО «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез». Считает, что сумма среднего заработка за время вынужденного прогула определена неверно.

В заседании судебной коллегии представитель ответчика доводы жалобы поддержал, просил решение суда отменить, в иске отказать в полном объеме.

Истец и его представитель просили решение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Прокурор представил заключение о законности решения суда и отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, либо их представители, не явились, не представили доказательств уважительности причин своего отсутствия, равно как и ходатайств об отложении судебного заседания; извещались надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем направления судебных извещений; кроме того, информация о деле размещена на официальном интернет-сайте суда.

В соответствии с ч.1 ст.327, ч.3, 4 ст.167 ГПК Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 ГПК Российской Федерации, с учетом ч.1 ст.327.1 ГПК Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления, и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав участвующих в деле лиц и заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, 14.08.2023 между ООО «ТП Инжиниринг» и В.С.Т. заключен срочный трудовой договор, в соответствии с которым истец принят на работу в ООО «ТП Инжиниринг» на должность координатора по механомонтажным работам в структурном подразделении.

Трудовой договор заключен на определенный срок – до 13.08.2024 со следующим обоснованием – в связи с работой над проектом по ремонту технологических установок ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез» в 2023 году.

В соответствии с п. 3.1. Трудового договора за выполнение работы работнику устанавливается должностной оклад 62 720 рублей в месяц до уплаты налогов НДФЛ.

В соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 01.02.2024, с 01.02.2024 В.С.Т. переведен в структурное подразделение Проектный офис Кстово на должность координатор работ по установке.

С 01.02.2024 за выполнение работы В.С.Т. устанавливается должностной оклад в размере 64 512 рублей в месяц (п.3.1. дополнительного соглашения).

05 августа 2024 года работодателем в адрес В.С.Т. было направлено уведомление №1 от 02 августа 2024 года о расторжении с 13 августа 2024 года срочного трудового договора от 14 августа 2023 года №119 в связи с истечением срока трудового договора на основании пункта 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ.

Приказом от 13.08.2024 №81 г. В.С.Т. уволен 13.08.2024 по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Обращаясь в суд с иском, В.С.Т. указал, что увольнение истца является незаконным, полагая, что заключенный между сторонами трудовой договор следует признать заключенным на неопределенный срок.

Разрешая спор, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, руководствуясь положениями ст. 58, 59, 77 ТК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции исходил из того, что срок действия трудового договора с истцом не привязан к сроку действия договора подряда с ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез», в период работы у ответчика по срочному трудовому договору истец привлекался к выполнению обязанностей, связанных с исполнением ответчиком обязательств перед другими контрагентами, в связи с чем пришел к вывод об удовлетворении требований В.С.Т. о признании трудового договора, заключенным с истцом на неопределенный срок, признании увольнения незаконным и восстановлении истца на работе.

Установив нарушение ответчиком прав истца как работника, суд взыскал в пользу последнего компенсацию морального вреда на основании ст. 237 ТК РФ в размере 40000 руб.

Разрешая требования истца в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 394 ТК РФ, принимая во внимание, что в базу для расчета среднего заработка включается только заработная плата работника за расчетный период, оплата отпуска, компенсация отпуска и пособие по временной нетрудоспособности не учитывается, поскольку в указанный период работник не работал, пришел к выводу о взыскании с ООО «ТП Инжиниринг» в пользу В.С.Т. среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 14.08.2024 г. по 15.10.2025 г. в размере 956 281 руб. 68 коп., исходя из представленного ответчиком расчета среднего дневного заработка истца.

Кроме того, суд первой инстанции признал причины пропуска истцом срока обращения с иском в суд уважительными и отказал ответчику в применении последствий пропуска срока.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда, поскольку считает их основанными на правильном применении норм материального права, с учетом установленных при рассмотрении дела юридически значимых обстоятельств.

Доводы заявителя апелляционной жалобы, что между истцом и ответчиком заключен Срочный трудовой договор, трудовые отношения не носили постоянного характера, не могут быть основанием для отмены решения суда, поскольку данные доводы опровергаются материалами дела и подлежат отклонению судебной коллегией по следующим основаниям.

Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.

Обязательными для включения в трудовой договор являются в том числе условие о трудовой функции (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом (абзацы третий, четвертый части второй статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положениями статей 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены правила заключения срочных трудовых договоров.

Согласно части первой статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть вторая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок (часть третья статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (часть пятая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок (часть шестая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведены основания для заключения срочного трудового договора.

В части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых трудовой договор заключается на определенный срок в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения. Среди них - заключение трудового договора с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации определен перечень случаев, при наличии которых по соглашению сторон допускается заключение срочного трудового договора.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). В соответствии с частью второй статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), такой договор в силу части второй статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации прекращается по завершении этой работы. При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом соответствующих обстоятельств дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 19 мая 2020 г. № 25-П «По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО2.» (далее также - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. № 25-П), законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционно значимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя. Такой подход согласуется и с позицией Международной организации труда, которая, в частности, в Конвенции от 22 июня 1982 г. № 158 «О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя» (Российской Федерацией не ратифицирована) указала на необходимость закрепления мер, направленных на предотвращение использования договоров о найме на определенный срок (срочных трудовых договоров) в целях уклонения от предоставления работникам защиты, предусмотренной данной конвенцией (пункт 3 статьи 2), а в принятой в ее развитие одноименной Рекомендации № 166 предложила ограничивать применение таких договоров именно теми 12 случаями, в которых невозможность установления трудовых отношений на неопределенный срок обусловлена характером предстоящей работы, условиями ее выполнения или интересами самого работника (подпункт 2 «а» пункта 3) (абзацы шестой, седьмой пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г., № 25-П).

Действуя в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта и участника гражданского оборота, к сфере ответственности которого относится заключение гражданско-правовых договоров и их пролонгация, выбор контрагентов и их замена и т.п., работодатель самостоятельно несет и все риски, сопутствующие осуществляемому им виду экономической деятельности. Так, вступая в договорные отношения с иными участниками гражданского оборота, именно он несет риски, связанные с исполнением им самим и его контрагентами своих договорных обязательств, сокращением общего объема заказов, расторжением соответствующих договоров и т.п. Работник же, выполняя за гарантированное законом вознаграждение (заработную плату) лишь определенную трудовым договором трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, не является субъектом осуществляемой работодателем экономической деятельности, а потому не может и не должен нести каких бы то ни было сопутствующих ей рисков и не обязан разделять с работодателем бремя такого рода рисков. В противном случае искажалось бы само существо трудовых отношений и нарушался бы баланс конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац второй пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. № 25-П).

Если в качестве работодателя выступает организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, то предметом трудовых договоров, заключаемых с работниками, привлекаемыми для исполнения обязательств работодателя перед заказчиками услуг, является выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. При этом надлежащее исполнение таким работодателем обязанности по предоставлению своим работникам работы, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами, предполагает в числе прочего своевременное заключение им с иными участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг (абзац второй пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. № 25-П).

Ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров (абзац четвертый пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. № 25-П).

Учитывая, что срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг в той или иной сфере деятельности (в том числе в области охранной деятельности), устанавливаемый при их заключении по соглашению между работодателем, оказывающим данные услуги, и заказчиками соответствующих услуг, сам по себе не предопределяет срочного характера работы, выполняемой работниками в порядке обеспечения исполнения обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации не может быть применен в качестве правового основания для заключения с этими работниками срочных трудовых договоров (абзац второй пункта 8 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. № 25-П).

Из материалов дела следует, что 14 августа 2023 года между ООО «ТП Инжиниринг» и В.С.Т. заключен срочный трудовой договор [номер], в соответствии с которым истец принят на работу в ООО «ТП Инжиниринг» на должность координатора по механомонтажным работам в структурном подразделении Блок организации работ.

Трудовой договор заключен на определенный срок – до 13 августа 2024 года в связи с работой над проектом по ремонту технологических установок ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез» в 2023 году (п. 2.3 трудового договора) (т. 1, л.д. 80-83).

В соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 01 февраля 2024 года, с 01 февраля 2024 года В.С.Т. переведен в структурное подразделение Проектный офис Кстово на должность координатор работ по установке.

С 01 февраля 2024 года за выполнение работы В.С.Т. устанавливается должностной оклад в размере 64 512 рублей в месяц (п.3.1. дополнительного соглашения) (том 1, л.д. 86).

Таким образом, основанием заключения срочного трудового договора между сторонами являлся проект по ремонту технологических установок ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез» в 2023 гг., а также договор подряда от 30.12.2022 г. (том 1, л.д. 119-120).

Дополнительным соглашением от 29 декабря 2023 года действие данного договора подряда продлено до 31.05.2024, а в части взаимных расчетов – до полного завершения (том 1 л.д. 118).

При этом согласно выписке из ЕГРЮЛ ответчик осуществляет такие виды деятельности как ремонт металлоизделий, ремонт машин и оборудования, ремонт электрического оборудования, монтаж промышленных машин и оборудования, то есть механомонтажные работы являются задекларированными видами деятельности ответчика.

Установлено, что срок действия трудового договора с истцом не привязан к работе над проектом по ремонту технологических установок ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез» в 2023 гг..

Таким образом, договор между ООО «ТП Инжиниринг» и ООО «ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез» по выполнению комплекса механомонтажных работ перезаключен на новый период.

Суд первой инстанции, установив, что выполнение трудовых обязанностей В.С.Т. в рамках заключенного трудового договора от 14.08.2023 и его срочный характер, не были обусловлены исключительным выполнением обязанностей в рамках работы над проектом по ремонту технологических установок ООО «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез» в 2023 году, при этом работа истца не выходила за рамки обычной хозяйственной деятельности предприятия, которую ответчик осуществляет на постоянной основе, имея долгосрочные контракты, пришел к правильному выводу, что обстоятельства, предусмотренные ч. 1 ст. 59 ТК РФ, при заключении срочного трудового договора с истцом отсутствовали.

В связи с чем, судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции о признании трудового договора [номер] от 14.08.2023, заключенным с истцом на неопределенный срок, о признании незаконным увольнения истца приказом от 81 от 13.08.2024 и восстановлении его на работе, правомерными и законными.

Несостоятельными являются и доводы апелляционной жалобы о включении периодов временной нетрудоспособности в «вынужденный прогул» и неверном расчете суммы, поскольку в соответствии с разъяснениями пункта 62 Постановления Пленума Верховного суд Российской Федерации от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что получение одновременно двух выплат пособия по временной нетрудоспособности и среднего заработка за время вынужденного прогула, у истца возникает неосновательное обогащение, не могут быть приняты во внимание, поскольку являются необоснованными.

Доводы ответчика, что суд первой инстанции не применил положения Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, положения Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» основаны на неверном толковании норм права. Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции при рассмотрении спора обоснованно руководствовался разъяснениям, данными в абзаце 4 пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»,

Доводы апелляционной жалобы ответчика, что истцом пропущен срок на обращение в суд в соответствии со ст. 392 ТК Российской Федерации без уважительной причины, что является самостоятельным основанием для отказа в иске, признаются судебной коллегией несостоятельными ввиду следующего.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены ст. 392 ТК Российской Федерации.

Частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (ч. 5 ст. 392 ТК Российской Федерации).

В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора содержатся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15) и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. (абз. 1 п. 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. № 15).

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. № 15).

Исходя из нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок по их ходатайству может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Как усматривается из материалов дела, 14.06.2024 В.С.Т. на рабочем месте была получена травма (электротравма, электроожог правой кисти), относящая к категории «легкая», что подтверждается актом [номер] о несчастном случае от [дата].

Приказом ООО «ТП Инжиниринг» №81 от 13.08.2024 трудовой договор от 14.08. 2023 [номер], заключенный с В.С.Т., прекратил свое действие, В.С.Т. уволен 13 августа 2024 года в связи с истечением срока трудового договора, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 10.04.2025 В.С.Т. обратилсь в суд о признании увольнения незаконным.

Материалами дела подтверждается, что в период с 14.06.2024 по 12.03.2025 В.С.Т. находился на лечении (том 1, л.д. 25-29).

Суд первой инстанции, при разрешении заявления ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд с иском, принял во внимание всю совокупность обстоятельств, в том числе состояние здоровья, которые не позволили В.С.Т. своевременно обратиться в суд с требованием о признании действий работодателя незаконными.

Кроме того суд первой инстанции исходил из того, что поскольку истец, уволенный 13.08.2024 года, не был ознакомлен с приказом об увольнении, копию приказа не получал, трудовая книжка была вручена ему 27.03.2025, то обращение в суд с иском В.С.Т. 10.04.2025 осуществлено в установленные статей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции и приходит к выводу, что указанные фактические обстоятельства дела дают основание для вывода о наличии уважительных причин пропуска срока для обращения в суд по спору об увольнении, предусмотренного ч. 1 ст. 392 ТК Российской Федерации.

Ссылка заявителя жалобы на то, что судом неверно применены нормы материального права судебной коллегией отклоняется, поскольку указанные доводы основаны на ошибочном толковании действующего законодательства.

Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к общему несогласию с выводами суда первой инстанции и переоценке доказательств, и не содержат фактов, которые не были бы проверены или не были учтены судом первой инстанции при разрешении спора и опровергали бы выводы суда, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для изменения или отмены решения суда.

Относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, заявителем апелляционной жалобы не представлено и в материалах гражданского дела не имеется.

Изложенные в решении выводы суда мотивированы, соответствуют обстоятельствам, установленным по делу, подтверждены и обоснованы доказательствами, имеющимися в деле, основания к отмене решения суда, предусмотренные ст. 330 ГПК Российской Федерации, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 328-329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кстовского городского суда Нижегородской области от 15 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 марта 2026 г.