Апелляционное определение № 22-698/2026 от 18 марта 2026 г.

Председательствующий судья Бушмина А.В. дело №22-698/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 19 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего – судьи Красноярского краевого суда Барсукова В.М.,

судей Красноярского краевого суда Золотого В.В., Кемаевой Н.И.,

при секретаре Антипенко А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Пестуновой М.В., на приговор Сосновоборского городского суда Красноярского края от 08 июля 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>

- 24.11.2008 приговором Советского районного суда г. Красноярска, с учетом постановления от 28.03.2012, кассационных определений Красноярского краевого суда от 10.05.2012, от 08.05.2014, постановления от 19.04.2017, постановления от 09.12.2022, по ч.1 ст.105 УК РФ к лишению свободы на срок 11 лет 9 месяцев; постановлением от 19.06.2017 освобожден условно-досрочно 03.07.2017 на неотбытый срок 2 года 26 дней;

- 25.09.2019 приговором Березовского районного суда Красноярского края, с учетом постановления от 09.12.2022, по ст.264.1 УК РФ, к лишению свободы на срок 1 год 2 месяца, на основании ст.73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с самостоятельным исполнением приговора от 24.11.2008;

- 11.03.2021 приговором Березовского районного суда Красноярского края, с учетом постановления от 09.12.2022, по ч.1 ст.228 УК РФ, к лишению свободы на срок 1 год 10 месяцев, с самостоятельным исполнением приговоров от 25.09.2019 и от 24.11.2008;

- 07.04.2021 приговором Березовского районного суда Красноярского края, с учетом апелляционного постановления от 26.08.2021, постановления от 09.12.2022, по п. п. «а, в» ч.2 ст.158, ст.70 УК РФ (приговор от 25.09.2019), ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от 11.03.2021) к лишению свободы сроком на 2 года 10 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 1 год;

- 14.05.2021 приговором Ленинского районного суда г. Красноярска, с учетом апелляционного постановления Красноярского краевого суда от 07.10.2021, постановления от 09.12.2022, по п. п. «б, в» ч.2 ст.158, ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от 07.04.2021), к 3 годам 4 месяцам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 1 год;

- 21.01.2022 приговором Ленинского районного суда г. Красноярска, с учетом постановления от 09.12.2022, по ч.3 ст.159, ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от 14.05.2021) к лишению свободы на срок 4 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 1 год; постановлением Емельяновского районного суда Красноярского края от 10.07.2023 освобожден условно-досрочно 26.07.2023 на неотбытый срок 1 год 6 месяцев 28 дней;

- 22.11.2024 приговором Березовского районного суда Красноярского края, с учетом апелляционного постановления от 18.03.2025, кассационного постановления от 26.11.2025, по ч.2 ст.160 УК РФ, с применением ч.4 ст.69, ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от 21.01.2022) к лишению свободы на срок 04 года 01 месяц, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 01 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

-осужден по п. п. «а, з» ч.2 ст.126 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 05 лет 06 месяцев; по п. п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 03 года. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 05 лет 10 месяцев. На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частного сложения наказания по настоящему приговору с наказанием по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 22.11.2024, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 06 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Кемаевой Н.И., выступление осужденного ФИО1 и адвоката Пестуновой М.В., по доводам апелляционных жалоб, мнение прокурора Мальцевой Я.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным и осужден за похищение человека, группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений; и за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Преступления ФИО1 совершены <дата> в <адрес> края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений не признал, судом был постановлен вышеуказанный приговор.

В апелляционной жалобе с дополнениями, поданными в интересах осужденного ФИО1, адвокат Пестунова М.В., указывает, что суд безосновательно осудил ФИО1 за преступления, которые не доказаны стороной обвинения.

В приговоре отсутствуют доводы защиты, приведенные в ходе судебного следствия и прениях.

Кроме того, следователем права ФИО1 были нарушены, поскольку отклонялись и оставались без должного внимания его ходатайства. Таким нарушением является проигнорированное следователем ходатайство ФИО1 о ведении видеозаписи в ходе очной ставки с ФИО27, которая была необходима в целях фиксации достоверных ответов и пояснений участвующих лиц, и действий следователя.

Согласно материалам дела, по месту жительства ФИО1 были изъяты денежные средства в сумме 24500 рублей, однако сумма указана 24400 рублей, купюры с переписанными номерами в деле отсутствуют. Результаты проверки в порядке ст.144-145 УПК РФ, стороне защиты представлены не были.

Судом оставлены без внимания последовательные и подробные показания ФИО1, и приняты во внимание показания потерпевшей Потерпевший №1, которая неоднократно путалась, и ее состояние свидетельствует, что она находилась под воздействием препаратов или алкоголя, что повлияло на ее восприятие и фантазирование относительно изъятия у нее денежных средств.

Согласно материалам дела, посредством установленного приложения на телефоне потерпевшей, был осуществлен перевод денежных средств на телефон Свидетель №5, однако, связь между ним и ФИО1 не установлена, как не нашли свое подтверждение квалифицирующие признаки п. п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, которые построены только на догадках следствия, сумма ущерба, вменяемая ФИО1, не установлена, поэтому указанная квалификация дана неверно.

Кроме того, ссылаясь на п.8 постановления Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми», указывает, что орган следствия вменил ФИО1 два деяния, которые взаимоисключают друг друга, поэтому квалификация по п. «з» ч.2 ст.126 УК РФ, является незаконной.

Указывает, что свидетель Свидетель №1, единственный очевидец, которая пояснила, что потерпевшей Потерпевший №1 без применения силы, предложили сесть в автомобиль, в итоге в транспортное средство она села самостоятельно.

Кроме того, судом <дата> оглашен протокол осмотра диска с участием ФИО1 и его пояснениями по видео, до допроса названного лица.

Суд игнорировал просьбы и ходатайства стороны защиты об установлении порядка в судебном заседании, так как в ходе допроса свидетеля Свидетель №2, председательствующий не ограничивал агрессивных выпадов свидетеля в сторону ФИО1 и защитника, корректировал вопросы стороны защиты и обвинения, не отводя их, чем позволил усомниться в беспристрастности и законности судебного следствия.

Полагает, что приговор в отношении ФИО1 является незаконным, немотивированным, вынесен с процессуальными нарушениями. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

Государственным обвинителем ФИО7 на жалобу защитника поданы возражения, об оставлении приговора в отношении ФИО1 без изменения.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1, указывает, что дело рассмотрено незаконным составом суда, поскольку в качестве доказательств его вины суд использовал протокол обыска в жилище от 02.02.2024, в ходе которого были изъяты денежные средства и телефон, который постановлением судьи Ивановой А.В. (она же судья Бушмина А.В.) от 06.02.2024 признан законным. При этом, защитой оспаривалась относимость изъятых в ходе обыска предметов.

Кроме того, им было заявлено ходатайство о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей (т.6 л.д.158-177), аналогичное ходатайство было заявлено и при повторном подписании ознакомления с делом. Однако, предварительное слушание было назначено судом для решения вопроса о допустимости доказательств и возвращения дела прокурору, а его ходатайство не разрешено судом, чем нарушено его право на рассмотрение дела с участием присяжных.

Указывает, что судом свидетелям ФИО26, Свидетель №2, Свидетель №1, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, Свидетель №6, ФИО27, Свидетель №3, ФИО37, ФИО28 не разъяснялись положения ст.56 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ, а разъяснение положений ст. 307, 308 УК РФ не может подменить вышеизложенное, поэтому в качестве доказательств показания указанных свидетелей не могут быть использованы, они являются недопустимыми доказательствами.

Показания свидетелей ФИО38, суд необоснованно использовал в качестве доказательств его виновности, поскольку они являются оперуполномоченными сотрудниками полиции. Кроме того, очевидцами преступления не являлись, а в показаниях выразили только лишь мнение о результатах оперативных мероприятий, указали сведения, которые стали им известны в связи со служебной деятельностью, их показания в приговоре приведены ни для решения вопроса о допустимости доказательств, а в целях подтверждения его виновности, поэтому также являются недопустимыми доказательствами.

Указывает на противоречивость показаний потерпевшей ФИО27, данных в суде и на предварительном следствии, о сумме денежных средств, якобы похищенных у нее, о том, кто надевал на нее наручники, о том, кто присутствовал в автомобиле при хищении у нее денег, кто забирал ее с работы <дата>, что ей отдали телефон во время звонка дочери, о времени перевода денежных средств с ее карты, которые не были устранены в суде, являются недопустимыми доказательствами, как и протокол очной ставки ФИО27 от <дата>.

Показания свидетелей ФИО26, Свидетель №2, Свидетель №3, которым ничего не известно относительной предъявленного ему обвинения, они не подтверждают его виновность, не имеют никакого отношения к делу, подлежат исключению, а показания свидетеля ФИО27 являются недопустимым доказательством, поскольку он сын потерпевшей.

Кроме того, являются недопустимыми доказательствами и не могут быть использованы в качестве доказательств его вины: протокол осмотра места происшествия от <дата>, поскольку является недостоверным; заключение эксперта № от <дата>, поскольку с постановлением о назначении экспертизы они с защитником были ознакомлены после ее проведения; вещественные доказательства – денежные средства в сумме 24500 рублей, изъятые <дата> в ходе обыска его жилища, поскольку принадлежат ребенку; протокол обыска от <дата>, поскольку в деле отсутствуют сведения о своевременном направлении следователем уведомления о производстве обыска в случаях, не терпящих отлагательств, а выписка из протокола распределения дел свидетельствует о фальсификации доказательств.

Кроме того, суд в приговоре необоснованно сослался на протокол осмотра места происшествия от <дата>, протоколы выемки от <дата>, от <дата>, от <дата>, поскольку они служат только целям подтверждения проведенных оперативных и следственных действий, но не доказывают его вину, поэтому подлежат исключению из приговора.

Кроме того, указывает, что суд при вынесении приговора сослался на постановление от <дата> (т.1 л.д.210), постановление от <дата> (т.2 л.д.172), постановление от <дата> (т.2 л.д.179), постановление от <дата> (т.2 л.д.207), постановление от <дата> (т.2 ст.186), постановление от <дата> (т.2 л.д.221), постановление от <дата> (т.3 л.д.30), постановление от <дата> (т.4 л.д.238), протокол осмотра предметов от <дата> (т.5 л.д.156-158), которые в судебном заседании не исследовались.

В ходе предварительного и судебного следствия он утверждал, что преступление по п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, он не совершал. Виновность его в совершении данного преступления построена только на показаниях потерпевшей ФИО27, которая является заинтересованным лицом, других доказательств не имеется.

Ссылаясь на положения ст. ст. 14 УПК РФ, 37, 39, 40, 42 УК РФ, излагает свои показания, указывает, что нахождение ФИО27 в состоянии наркотического опьянения, представляло опасность для нее и других лиц, охраняемым законом интересам общества, однако, судом не были проверены и опровергнуты наличие обстоятельств крайней необходимости.

Ссылаясь на аудиопротокол и на протокол судебного заседания, указывает на допущенные судом в ходе рассмотрения дела нарушения ст. ст.262, 266, 271 УПК РФ, которые являются грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона, повлияли на исход дела, и являются основанием к отмене приговора.

Кроме того, считает незаконным и необоснованным постановление суда об отказе в возвращении дела прокурору, полагает, что данное ходатайство подлежит удовлетворению, поскольку о дне предъявления обвинения сторона защиты уведомлена в этот же день; не расписан умысел на совершение преступления, когда он возник, какое сопротивление оказывала потерпевшая, по каким основаниям вменено два состава, кто снимал ФИО27 на камеру, как, и чем подавляли ее волю к сопротивлению, как он мог выхватить у потерпевшей телефон с уже открытым доступом в личный кабинет, взаимосвязь между ним, ФИО28 и Свидетель №5, где они были на протяжении 1 часа 15 минут, кто именно причинил потерпевшей телесные повреждения, дважды расписан один и тот же состав преступления, не правильно указано место совершения преступления, предусмотренного ст.161 УК РФ. При этом, указывает, что данные обстоятельства совершения преступления, судом установлены неправильно. Указывает на то, что судом нарушены требования ст.252 УПК РФ, поскольку в ходе судебного разбирательства установлены обстоятельства дела, существенно отличающиеся от обстоятельств обвинения, и указывающие на наличие более крупного ущерба, причиненного преступлением. Также, постановлением суда от <дата> ему был установлен срок ознакомления с делом на 3-е суток. Значит, он мог знакомиться с делом 3 рабочих дня, то есть 24 часа, но он знакомился около 6 часов, после чего было вынесено постановление о прекращении ознакомления. Полагает, что данные нарушения не могли быть устранены в суде, поэтому приговор подлежит отмене, а дело возврату прокурору.

Излагая обстоятельства совершения преступлений, предусмотренных ст.126, 161 УК РФ, указывает, что судом без приведения мотивов изменено описание преступного деяния с грабежа на вымогательство, поскольку установлено, что они совершили похищение человека, группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений в целях совершения грабежа, то есть открытого хищения имущества, а не в целях выдвижения требований материального характера, а именно необходимости передачи денежных средств в целях предотвращения наступления негативных последствий, связанных с уголовным преследованием, то есть вымогательства, как указано в выводах суда абз.3 стр.29).

Кроме того, указывает, что установленные судом обстоятельства инкриминируемых ему преступлений, не доказаны и опровергаются материалами дела. Излагая версию признаков вышеуказанных преступлений, указывает, что, несмотря на отсутствие в его действиях состава преступления по ст.126 УК РФ, он в любом случае подлежал освобождению от уголовной ответственности по примечанию 1 к ст.126 УК РФ, поскольку потерпевшая была добровольно освобождена, а открытое хищение имущества потерпевшей совершено уже после ее освобождения.

Также излагает обстоятельства неразъяснения права на отвод, которые были предметом рассмотрения в ходе вынесения постановления от 12.12.2025, что им были поданы замечания на протокол судебного заседания, о его несоответствии требованиям закона, однако, в их удовлетворении в полном объеме отказано (постановление, что свидетельствует об отсутствии надлежаще оформленного протокола судебного заседания.

Указывает, что судом было нарушено его право на защиту, выразившееся в неразъяснении перед его допросом прав, предусмотренных ст.47 УПК РФ, ст.51 Конституции РФ, и оглашении до его допроса протокола осмотра диска с его участием.

Кроме того, указывает на несправедливость приговора, поскольку с учетом данных о его личности, смягчающих и иных обстоятельств, суд необоснованно не установил обстоятельств для применения при назначении наказания ч.3 ст.68, ст.64 УК РФ, но и не нашел оснований для назначения минимального размера наказания.

Полагает, что допущенные судом нарушения в ходе рассмотрения дела, являются существенным. Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор по п. п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих его вину, уголовное преследование по п. п. «а, з» ч.2 ст.126 УК РФ прекратить в связи с отсутствием в деянии состава преступления, либо рассмотреть вопрос об освобождении от уголовной ответственности по примечанию к ст.126 УК РФ. Если суд апелляционной инстанции не согласится с его доводами о вынесении оправдательного приговора и о прекращении уголовного преследования, то просит отменить приговор, с направлением дела на новое рассмотрение.

Заслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возравжений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ч.4 ст.7, ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Вопреки апелляционным доводам, судом в судебном заседании на основании совокупности исследованных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и приведенных в приговоре допустимых доказательств, правильно установлены фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений.

Доводы осужденного ФИО1 и адвоката Пестуновой М.В., изложенные в апелляционных жалобах с дополнениями, несостоятельны, они опровергаются совокупностью представленных суду доказательств, а выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных п. п «а, з» ч.2 ст.126, п. п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, являются правильными, и основанными на изложенных в приговоре доказательствах.

Содержащиеся в апелляционных жалобах с дополнениями доводы о непричастности ФИО1 к инкриминируемым преступлениям, об отсутствии у него умысла и доказательств его виновности в преступлениях, о неверной квалификации его действий, об излишней квалификации его действий по ст.126 УК РФ, о применении примечания к ст.126 УК РФ, о допущенных нарушениях требований уголовно – процессуального законодательства в ходе предварительного и судебного следствия, и в целом о незаконности, необоснованности приговора, о необходимости его отмены и оправдания ФИО1, а также о возвращении дела прокурору, как видно из материалов уголовного дела, суду первой инстанции были известны, они достаточно подробно и тщательно проверялись судом, обоснованно с приведением убедительных мотивов признаны судом несостоятельными и отвергнуты в обжалуемом приговоре, поскольку опровергаются рассмотренными в судебном заседании доказательствами. Судебная коллегия с данной оценкой суда соглашается и не усматривает оснований к отмене либо изменению приговора по доводам апелляционных жалоб.

Так, вопреки апелляционным доводам, виновность ФИО1 в совершении преступлений материалами дела установлена и подтверждается собранными в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании доказательствами, показаниями потерпевшей Потерпевший №1, о том, что <дата> вечером на такси она приехала к остановке вблизи ТЦ «Енисей» г. Сосновоборска, зашла в магазин Вайлберриз, забрала заказ и направилась домой, около 19 часов 20 минут, проходя с задней стороны ТЦ «Айсберг» и киоска с мороженным, в сторону дома, она заметила движущийся позади нее автомобиль, который обогнал ее и остановился, она пошла дальше. В тот момент, когда автомобиль находился спереди нее, к ней спереди и сзади подбежали двое мужчин, и начали своими телами толчками двигать ее в сторону автомобиля. Затем они встали с обеих сторон, как позже стало известно, ФИО8 достал удостоверение красного цвета, представился сотрудником полиции, стал им махать перед ее лицом и говорить, что это досмотр, что сейчас будет личный досмотр вещей, что она подозрительная, она в удостоверение не всматривалась. Как позже стало известно, ФИО1 ограничивал ее в маневрах и не давал дернуться, чтобы уйти. Они оба были агрессивными, но ФИО1 был более агрессивен, прижимал ее к машине, все указания исходили от него, они стали заталкивать ее в машину руками и своими телами, а она начала кричать о помощи, сопротивляться, отталкивать их от себя, пыталась вырваться, но у нее не получалось. Они оба, против ее воли, силой усадили ее на заднее сиденье машины, применив силу и толкая ее, при этом еще на улице ФИО1 надел на нее наручники. После того, как они усадили ее в машину, оба сели на передние места, и стали говорить, что они сотрудники полиции, но не представлялись и не давали всматриваться в удостоверение, спрашивали, сколько у нее денег. Затем поехали на машине вдоль ее дома, сказали, что направляются для оперативных мероприятий в полицию. Она попыталась открыть дверь, неоднократно ее дергала, но дверь была заблокирована. Они доехали до магазина «Радуга», расположенного около отдела полиции, она там тоже пыталась открыть дверь, но не получилось, по очереди они поднесли к ее лицу телефон, сказали, что снимают ее и заставили признаться в совершении преступления, в краже. Она полностью соглашалась с тем, что они говорили ей делать, говорила, что все расскажет, но, находилась в непонимании, что вообще происходит. Она предложила им дойти до полиции, которая находится рядом, но они сказали, что к местным сотрудникам не пойдут. Она просила снять с нее наручники, ФИО8, который был за рулем, снял наручник с правой руки, с левой она сняла сама, поскольку был слабо затянут. Затем ее куда-то повезли, помнит, что они выехали из <адрес> в сторону <адрес> по трассе. Пока ехали, они также включали телефон и снимали ее, говорили, чтобы она признавалась, что украла вещи из магазина «Хороший», что продает наркотики, однако она этого не совершала, о чем говорила им, но их это не устраивало и они говорили, чтобы она признавалась в краже на камеру. В <адрес> они подъехали к какому-то светлому зданию с красной вывеской. Мужчины сказали, что это отдел полиции. Она попросила их зайти в полицию, но они отказывались, говорили, что она и так слишком много им сказала, и что будет только хуже, если они пойдут в отдел. Она попросила ее отпустить, на что они спросили, что она может им предложить, она сказала, что может отдать все, что у нее есть, они стали задавать вопросы, что это взятка. Спросили, есть ли у нее около 34000 рублей, она ответила, что с собой есть 15000 рублей, но они сказали, что им нужно на карту, она сказала, что на карте у нее есть только 30000 рублей. ФИО1 на протяжении этого времени, что ехали до Березовки, швырял туда-сюда ее сумку, орал на нее, доставал кошелек, потом запихивал его в сумку, то отдавал ей сумку, то вырывал у нее из рук, забрал все наличные деньги. Когда ехали, то они запихивали какую-то бумажку в фольге. Запихали, потом вытащили, ФИО1 выхватил у нее телефон с открытым приложением банка, посмотрел, сколько денег, и перевел деньги с ее кредитной карты на обычную, с обычной карты перевел 32500 рублей на чужую карту без ее согласия, против ее воли, ФИО8 тоже заглядывал в телефон, спросил, куда ФИО1 перевел деньги, но что тот ответил, она не расслышала, увидела, что было написан банк Тинькофф. Затем они отдали телефон, в этот момент звонила дочь, они сказали ответить, чтобы она сказала дочери, что с ней все хорошо, что она и сделала. После они еще раз сказали, что у них есть на нее доказательства совершения преступления, после чего они поехали по <адрес> на выезд в сторону <адрес>. По дороге в <адрес> они еще раз выхватили у нее телефон и сумку. ФИО8 спросил у ФИО1, забрал ли он то, что положил, ФИО1 ответил, что давно забрал. После чего ФИО1 залез в ее кошелек и вытащил 15000 рублей, сказал, что это за моральный ущерб, продемонстрировав деньги ей и ФИО8 На ФИО1 было больше сосредоточено ее внимание, поскольку он кричал на нее, вырывал сумку, просматривал ее, вытаскивал деньги из кошелька, осуществлял перевод денег, но все эти действия выполнялись в присутствии ФИО8 и были ему известны, так как они разговаривали между собой об этом. Они остановились возле въезда в <адрес>, где-то возле речки, спросили, все ли она поняла, она ответила согласием, поскольку хотела, чтобы ее уже выпустили, и оставили живой. Когда ее привезли к дому, ФИО1 спросил, может ли она достать 100000 рублей, до утра, она сказала, что не может. ФИО1 записал ее номер телефона, сказал, что завтра перезвонят, они до последнего играли в следователей. Затем ее можно сказать выбросили из машины, где и посадили. Она пришла домой около 21 часа 20 минут, матери и дочери ничего не рассказала, чтобы не переживали, но не могла прийти в себя и легла спать. <дата> весь день провела дома, поскольку боялась выходить из дома, только отвела днем дочь в школу, и забрала. <дата> она вышла на работу, отработала смену, и все-таки решила написать заявление в полицию, чтобы их нашли. Находясь в машине, она не могла никуда позвонить, поскольку боялась, если они увидят, то будет хуже. Угрозы, звучавшие в ее адрес, были о привлечении ее к уголовной ответственности за кражу и хранение наркотиков. О произошедшем, она рассказала коллегам и сыну. Дома обнаружила отсутствие на правой руке браслета, скорее всего он порвался во время борьбы или одевания наручников, и отек с поверхностным повреждением кожи, что было зафиксировано в больнице, ей назначили лечение. Супруга ФИО8 возместила ей 50000 рублей. Кроме того, поясняла, что пожалела жену ФИО8, которая постоянно звонила ей, поэтому на очной ставке изменила свои показания, однако нужно принимать во внимание показания, данные ею в ходе первоначальных допросов.

При этом, потерпевшая Потерпевший №1 в ходе очной ставки с ФИО1 подтвердила свои показания об обстоятельствах совершенных в отношении нее ФИО1 и ФИО8 преступлений.

Показаниями свидетеля Свидетель №1, которая, проходя по двору, увидела идущую навстречу Потерпевший №1 Мимо проехала машина, остановилась, из нее вышел вроде бы один человек, показал Потерпевший №1 корочки, представился и предложил проехать с ними. Дверь открылась в машину, она прошла дальше, потом услышала крики Потерпевший №1 о помощи, она вернулась, номер машины сняла на телефон, Потерпевший №1 стали садить в машину, подпихивали ее, долго пытались засунуть в машину, говорили, чтобы она не сопротивлялась, что они с ней по хорошему, потом облокотили ее на капот машины. Потерпевший №1 говорила, что не видит, что ей показали, эти люди еще раз показали ей корочки, после чего она села. Она не стала звонить в полицию. Потом сотрудники полиции забрали эту запись. Потерпевший №1 сначала сопротивлялась, она ничего не понимала, не могла прочитать, что там написано, ей говорили, что оденут на нее наручники, потом ей дали прочитать, открыли дверь, села в машину, они уехали. Одели ли на Потерпевший №1 наручники, она не видела. Потерпевший №1 громко кричала «помогите». О случившемся с Потерпевший №1 узнала из средств массовой информации. Потерпевший №1 по двору шла спокойно, никаких поводов для того, чтобы к ней подошли не было. Ей в момент этих событий было страшно, она побоялась подойти к ним, лишь сказала, что они делают.

Показаниями свидетеля ФИО9, супруги ФИО1, по обстоятельствам проведения в их жилище обыска, в ходе которого изъяли ее телефон, а также денежные средства в сумме 24500 рублей.

Показаниями свидетеля Свидетель №2, о заключении с ФИО8 договора аренды автомобиля Хонда Цивик черного цвета, государственный №, в котором установлен трекер, отслеживающий удаленность движения автомобиля. К ним обратились сотрудники полиции, сказали, что девушку ограбили. После звонка сотрудников, они пытались дозвониться до арендатора, но не смогли, приехали к его дому, где его супруга отдала ключи от машины. Автомобиль имеет функцию защиты от детей, которая является механической, если она включена, то дверь можно открыть только снаружи.

Показаниями свидетелей ФИО10, ФИО11 - оперуполномоченных ОУР ОП МО МВД России «Березовский», свидетеля ФИО12, заместителя начальника ОУР МО МВД России «Березовский», по факту обращения Потерпевший №1 с заявлением в отдел полиции. По обстоятельствам просмотра записи, на которой видно, что заявителя садят в автомобиль темный седан, она кричит о помощи. Был установлен автомобиль, который проехал к отделу полиции <адрес>, остановился около магазина «Радуга», затем проехал на выезд из города.

Показаниями свидетеля Свидетель №4, сына потерпевшей Потерпевший №1, которому <дата> позвонила бабушка и сказала, что мама задерживается и не отвечает на звонки. Около 19-50 он дозвонился до мамы, она ответила испуганным, дрожащим, неестественным голосом, на его вопрос, все ли у нее хорошо, сказала, что задержалась на работе, он предложил ее забрать, она сказал, что не нужно. После пробовал звонить ей, но она не отвечала, тогда он написал ей смс-сообщение, она не ответила. Затем около 22 часов, она стала тревожно говорить, что ее ограбили, он предложил на следующий день поговорить об этом. Вечером следующего дня она ему рассказала, что произошло. Также рассказывала, что мужчины сфотографировали ее карту и обратную сторону карты. Он сразу предложил ей обратиться в полицию, а карту заблокировать. Они поехали в полицию, где написали заявление. Она говорила, что ее вынудили перевести деньги с ее карты, что ее заставили сказать на камеру, что она что-то сделала. У нее от наручников, которыми ее пристегнули, был синяк на руке, на шубе шов разошелся, от того что ее схватили.

Показаниями свидетеля Свидетель №3, которой Потерпевший №1 рассказала о произошедшем с ней в январе 2024 года. На руке у Потерпевший №1 она видела опухшую косточку и синяк, как от наручников. Она говорила, что отдала наличные деньги, и перевела с карты. Когда Потерпевший №1 ей это рассказывала, у нее была истерика, по ней видно было, что она боялась.

Кроме того, виновность ФИО1 в совершении преступлений подтверждается, а доводы жалоб опровергаются: заключением экспертизы № от <дата>, согласно которой у Потерпевший №1 обнаружены кровоподтек и ссадины на правом лучезапястном суставе. 2.3. Кровоподтек и ссадина на правом лучезапястном суставе, как в совокупности, так и отдельно, согласно п.9 раздела № приказа МЗиСР РФ №н от <дата> не вызвали расстройства здоровья и утрату общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, могли образоваться от воздействия твердого предмета с ограниченной контактирующей циркулярной поверхностью, давностью 7-10 суток на момент проведения экспертизы, возможно при обстоятельствах, указанных освидетельствуемой.

Протоколом выемки от <дата>, в ходе которой потерпевшая Потерпевший №1 выдала сумку из кожзаменителя, портмоне из бумаги, телефон марки «Реалми», копии электронных чеков из личного кабинета «Сбербанк онлайн» о переводе денежных средств в сумме 3 500 рублей, которые были осмотрены.

Протоколами осмотра СD-дисков от <дата> с участием потерпевшей Потерпевший №1, в ходе которых видно движущийся, а затем стоящий на проезжей части дороги автомобиль темного цвета иностранного производства, с включенными габаритами, на котором приехали ФИО8 и ФИО1, на котором было совершено ее похищение, ФИО8 выходит из автомобиля, перегораживает дорогу потерпевшей, достает что - то из кармана показывает последней, со слов потерпевшей, ФИО8 показывал ей удостоверение сотрудника, ФИО1 обходит автомобиль сзади и движется к ним. По дороге идет женщина, проходит мимо потерпевшей, ФИО8 и ФИО1 берут Потерпевший №1 под руки, один из мужчин открывает левую заднюю пассажирскую дверь автомобиля, они разговаривают около открытой двери автомобиля, ФИО1 берет потерпевшую под руку, ФИО8 берет потерпевшую за правую руку, применяя силу, усаживают ее в автомобиль, слышен голос потерпевшей «не, не, не», она оказывает сопротивление, упираясь руками в автомобиль, после просто оказывая сопротивление ФИО8 и ФИО1, при этом слышен голос Потерпевший №1 «нет, нет», помогите, помогите, пожалуйста!». ФИО8 и ФИО1 продолжают оказывать на нее физическое воздействие (руками), удерживая ее руки, убирая их назад, с силой усаживают Потерпевший №1 в автомобиль. Потерпевшая помещена в автомобиль, слышен крик Потерпевший №1 «помогите, помогите». ФИО8 наклонился и продолжил заталкивать ее с помощью рук в салон автомобиля, ФИО1 стоит рядом, наклонив корпус тела к автомобилю. ФИО8 подходит к водительской двери, потерпевшая пытается выйти из автомобиля, слышен ее крик «помогите», далее голос ФИО1, «никто тебе ничего не снимет», ФИО1 наклонился около открытой задней двери автомобиля, куда затолкали Потерпевший №1, слышен крик женщины «помогите, помогите», к ним подходит ФИО8 ФИО1 и потерпевшая Потерпевший №1 находятся на улице около левой задней пассажирской двери автомобиля, Потерпевший №1 облокачивается телом и двумя руками на стекло и левое крыло багажника от применения физической силы ФИО1, который находится позади нее облокачивается на нее своим телом сзади удерживает ее руки перед ней, производя какие-то манипуляции с ее руками, со слов потерпевшей, в этот момент ФИО1 надевал ей наручники, между ФИО1 ФИО8 и Потерпевший №1 происходит диалог «неразборчивая речь», далее вновь предъявляет удостоверение», ФИО1 и ФИО8 представлялись сотрудниками полиции, она для них показалась подозрительной личностью, говорили, что необходимо произвести ее досмотр. ФИО8 находится около багажника автомобиля, достает какой-то предмет красного цвета из кармана куртки, со слов Потерпевший №1, удостоверение сотрудника полиции, которое она прочитать и разглядеть не смогла из-за темноты и состояния стресса, ФИО8 показывает ей предмет красного цвета. ФИО1 закрывает левую пассажирскую дверь автомобиля, открывает переднюю пассажирскую дверь, производит какие-то манипуляции с внутренней частью двери автомобиля, достает телефон из кармана, подносит его к уху, вновь подходит к Потерпевший №1 и ФИО8, который открывает левую заднюю пассажирскую дверь автомобиля, ФИО1 подталкивает рукой Потерпевший №1, последняя садится в салон автомобиля. ФИО8 закрывает дверь, садится на водительское место, ФИО1 садится на переднее пассажирское сиденье, автомобиль уезжает.

Протоколом осмотра предметов от <дата>, протоколом осмотра документов от <дата>, в ходе которых осмотрены ответы из ПАО Сбербанк, из ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК», содержащие выписку по счету №, открытому на имя Потерпевший №1, с отражением операции по списанию <дата> в 16.45 в сумме 33 415 рублей, номер карты ****3322, карта получатель №, принадлежит Свидетель №5, при открытии отчета по банковской карте на имя Потерпевший №1, дата операции <дата> 16.42 вид операции SBOL сумма 32 500 рублей, карта отправителя №. Дата проводки <дата>, кредит - 33 415 рублей, назначение платежа - Операция: «Перевод через сервис NEPC на нашу карту VISA\MasterCard\МИР. Зачисление на счет клиента.

Протоколом осмотра сотового телефона «Redmi Notе11» от <дата>, в ходе которого при открытии папки «Галерея» за <дата> имеется две видеозаписи: диалог между Потерпевший №1 и ФИО1 в котором последний задает Потерпевший №1 вопросы по поводу ее задержания, за что задержана, есть ли при ней наркотики, как упакованы, она отвечает на его вопросы; имеется диалог между Потерпевший №1 и ФИО8, последний задает вопросы о ее задержании, за что задержана, в каком количестве приобрела наркотик, Потерпевший №1 отвечает на его вопросы. Протоколом осмотра сотового телефона «Redmi» от <дата>, в ходе которого имеется на видеозаписи монолог ФИО1, по поводу того, что он работает, чтобы абонент, находящийся на второй линии не истерил; имеется диалог между ФИО1 и Потерпевший №1, в котором последняя просит ее отпустить; Потерпевший №1 отвечает на вопросы ФИО1 по поводу приобретения, употребления наркотических средств; диалог между Потерпевший №1 и ФИО1 в котором последний задает Потерпевший №1 вопросы по поводу ее задержания, за что задержана, есть ли при ней наркотики, как упакованы, последняя отвечает на его вопросы; диалог между Потерпевший №1 и ФИО8, последний задает вопросы о ее задержании, за что задержана, в каком количестве приобрела наркотик, Потерпевший №1 отвечает на его вопросы. При открытии мессенджера «Телеграмм» за <дата> имеется переписка с абонентом ФИО32, исходящее сообщение с просьбой уделить 15 минут конфиденциально, получено согласие абонента, с вопросом что случилось, на что отправлено исходящее сообщение «126 у меня, бред конечно, но вот так как-то получилось. Мне нужна была умная женщина поговорить с неумной», с описанием обстоятельств произошедшего, отправление исходящих видеозаписей с Потерпевший №1, и другими доказательствами, исследованными судом и изложенными в приговоре.

При наличии таких, а также иных, приведенных в приговоре доказательств, вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений, судебная коллегия признает законным и обоснованным и отвергает как несостоятельные доводы осужденного и адвоката, об отсутствии объективных доказательств вины осужденного.

Так, в приговоре приведены мотивы, по которым суд критически оценил версию стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 составов инкриминируемых преступлений, справедливо расценив данную версию в качестве позиции стороны защиты с целью избежания ответственности за содеянное. Выводы суда в данной части, вопреки апелляционным доводам, являются достаточно мотивированными.

Суд, тщательно исследовав показания потерпевшей Потерпевший №1 и всех свидетелей по делу, обоснованно признал их достоверными и положил в основу приговора, не установил оснований не доверять им, поскольку они последовательны, стабильны, согласуются, как между собой, так и в совокупности с другими доказательствами, исследованными судом, им дана верная и надлежащая оценка.

Причин для оговора осужденного указанными лицами, заинтересованности, неприязненных отношений между ними, каких-либо противоречий, свидетельствующих о недостоверности их показаний, судом верно не установлено.

Вопреки апелляционным доводам, оснований для признания в качестве недопустимых доказательств, положенных в основу приговора показаний всех свидетелей по делу, в том числе указанных в жалобе: ФИО9, Свидетель №2, Свидетель №1, ФИО10, ФИО12, Свидетель №4 - сына потерпевшей, Свидетель №3, ФИО11, не имеется. Так свидетелю ФИО9 - супруге осужденного, положения ст.51 Конституции РФ были разъяснены судом, последняя от дачи показаний не отказалась. При этом, не разъяснение свидетелям в ходе судебного следствия положений ст.56 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ, основанием к признанию их показаний недопустимыми доказательствами, не является, поскольку указанные свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ. Кроме того, вопреки доводам осужденного, показания свидетелей ФИО2, ФИО3, Свидетель №6, а также показания ФИО8, судом в качестве доказательств виновности ФИО1 не использовались.

Кроме того, показания сотрудников полиции свидетелей ФИО10, ФИО12, ФИО11, даны ими только по обстоятельствам проведенных оперативно – розыскных мероприятий, на что указано и самим осужденным, поэтому также обоснованно положены в основу приговора, поскольку ч.3 ст.56 УПК РФ, определяющая круг лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключает возможность допроса сотрудников полиции, в том числе участвовавших в проверке заявления или сообщения о преступлении, в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных, иных процессуальных и проверочных действий, включая оперативно - розыскные. Основания для признания недопустимыми доказательствами показаний сотрудников полиции свидетелей ФИО10, ФИО12, ФИО11, в том числе и по основаниям, изложенным в Определении Конституционного суда РФ от <дата> №, отсутствуют.

При этом, в ходе судебного следствия по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания потерпевшей Потерпевший №1, и свидетелей по делу, данные ими в ходе предварительного следствия, где показания ими были даны с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением процессуальных прав, предусмотренных ст.56 УПК РФ, и положений ст.51 Конституции РФ.

Протоколы допросов потерпевшей и свидетелей составлены с соблюдением требований, предъявляемых к содержанию данных процессуальных документов, протоколы были ими прочитаны и подписаны без замечаний, что они подтвердили и в ходе судебного следствия. Не содержат каких-либо заявлений и замечаний об оказании на них давления со стороны сотрудников правоохранительных органов.

Кроме того, показания потерпевшей и свидетелей, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в суде, были поддержаны и потерпевшей Потерпевший №1 и свидетелями в полном объеме, каждый из них, не отрицая факта дачи ими показаний, подтвердил их, указав, что подписи в документах были сделаны ими, показания записаны с их слов, по окончанию допроса были прочитаны без замечаний, объяснив несущественные расхождения с показаниями, данными в суде, достаточно длительным периодом времени, прошедшим со времени событий, очевидцами и участниками которых они являлись, поэтому судебная коллегия не находит оснований усомниться в них.

Показания потерпевшей и свидетелей полно и подробно изложены в приговоре, они согласуются между собой по фактическим обстоятельствам дела, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, а также согласуются с письменными материалами дела, которые суд изучил в ходе судебного следствия и положил в основу приговора, как допустимые доказательства, оснований к признанию их в качестве недопустимых доказательств не имеется.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с оценкой изложенных в приговоре показаний потерпевшей Потерпевший №1, данных в ходе предварительного и судебного следствия, детально пояснившей об обстоятельствах совершенных в отношении нее ФИО1 в составе группы лиц по предварительному сговору преступлений, о сумме похищенных у нее денежных средств в размере 47 500 рублей, и об иных обстоятельствах совершенных преступлений, установленных судом, и изложенных в приговоре.

Показания потерпевшей в полном объеме согласуются с показаниями всех свидетелей, являются последовательными и непротиворечивыми, судебная коллегия не находит оснований для признания их недопустимыми доказательствами, как не находит оснований и для признания недопустимым доказательством протокол очной ставки между Потерпевший №1 и ФИО1, также проведенным и составленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Оснований для признания всех вышеуказанных доказательств, недопустимыми, по доводам, изложенным в жалобах, судебная коллегия не усматривает, поскольку нарушений требований уголовно-процессуального закона, как в ходе проведения допросов указанных лиц, в ходе собирания данных доказательств в период предварительного следствия, формирования материалов уголовного дела, так и при их изложении в приговоре, судом не допущено.

Ссылки на недопустимость использования в качестве доказательств показаний потерпевшей и свидетелей, изложенных в жалобах, по причине противоречий как друг другу, так и показаниям, данным в ходе предварительного следствия, несостоятельны, и подлежат отклонению, поскольку допрошенные в ходе судебного следствия свидетели по причине несущественных противоречий, которые в целом не влияют на фактические обстоятельства совершенных осужденным преступлений, были оглашены в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ. Суд первой инстанции правильно признал показания потерпевшей и свидетелей по делу, в том числе, изложенных в жалобах, в соответствии со ст. ст.74, 79 УПК РФ, надлежащими доказательствами.

Вопреки доводам жалоб осужденного и адвоката, судом дана оценка всем доказательствам по делу, ссылку суда на то, какие доказательства положены в основу приговора, а какие отвергнуты судом, в том числе, и показания ФИО1, приговор суда содержит.

Кроме того, вопреки апелляционным доводам, судом первой инстанции проверялись доводы жалоб о недопустимости письменных доказательств, положенных в основу осуждения ФИО1, о нарушениях закона в ходе собирания этих доказательств, однако, они не нашли своего подтверждения. Судебная коллегия находит выводы суда в данной части обоснованными и мотивированными, и оснований с ними не согласиться не имеет.

Судебная коллегия не находит оснований для признания в качестве недопустимых доказательств по основаниям, изложенным в жалобе, протокола осмотра места происшествия от <дата>, заключение эксперта № от <дата>, протокола обыска от <дата>, постановления о признании вещественным доказательством денежных средств в сумме 24500 рублей, изъятых в ходе обыска, протокола осмотра места происшествия от <дата>, протоколов выемки от <дата>, от <дата>, от <дата>.

При этом, судебная коллегия указывает на то, что вышеизложенные доказательства, а также все доказательства, положенные судом в основу приговора, являются допустимыми доказательствами, поскольку все следственные действия проведены, и протоколы по результатам проведенных следственных действий, составлены в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона, в них отражены ход и результаты осмотров, каких – либо существенных нарушений требований закона, являющихся основанием для признания доказательств недопустимыми, в ходе их проведения и составления не допущено.

Таким образом, оснований полагать, что данные следственные действия проведены с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, не имеется, и вопреки доводам жалоб судом первой инстанции им дана правильная оценка, что прямо следует из приговора.

Также судом дана надлежащая оценка и вышеприведенному экспертному заключению № от <дата>. Данное заключение эксперта полностью соответствуют требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Оно выполнено компетентным экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, на основании соответствующего процессуального документа, квалификация которого у суда сомнений не вызвала. В заключении эксперта указана методика исследования, ее выводы логичны, последовательны, сомнений в своей обоснованности не вызывают. Заключение эксперта оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям ст.204 УПК РФ. Каких-либо нарушений требований ст. ст.198, 206 УПК РФ судом и судебной коллегией не установлено.

Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебных экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, в ходе предварительного следствия не допущено, ознакомление ФИО1 и его адвоката с постановлением о назначении экспертизы, после ее проведения, таким нарушением и основанием к признанию заключения экспертизы недостоверным доказательством, не является. При этом, в ходе ознакомления с постановлением и заключением эксперта, а также материалами уголовного дела сторона защиты каких-либо ходатайств и заявлений о постановке дополнительных вопросов не заявляла.

Выводы экспертизы о характере, механизме образования и степени тяжести повреждений потерпевшей Потерпевший №1 проанализированы судом в совокупности с показаниями потерпевшей, свидетелей, письменными доказательствами по уголовному делу. Суд обоснованно пришел к выводу о том, что оснований сомневаться в правильности выводов эксперта не имеется. Выводы суда в данной части достаточно мотивированы, с ними не согласиться судебная коллегия оснований не находит.

Более того, доводы о признании доказательств, указанных в апелляционных жалобах, недопустимыми, также были предметом рассмотрения суда первой инстанции, обоснованно им отклонены, поскольку опровергаются вышеизложенными доказательствами, свидетельствующими о законности проведения всех следственных действий по уголовному делу, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона в ходе собирания данных доказательств, судом верно не установлено.

С учетом изложенного следует признать, что протоколы всех следственных действий по данному уголовному делу, в том числе и изложенные в апелляционных жалобах, получены и представлены органами следствия в соответствии с положениями закона.

Они отвечают требованиям допустимости, исследованы судом в соответствии с нормами действующего уголовно-процессуального закона в условиях судебного разбирательства, фактические данные, отраженные в них, подтвердили лица, участвующие в их проведении, а потому данные материалы обоснованно положены в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1 и в соответствии со ст.74, 89 УПК РФ приняты судом первой инстанции в качестве доказательств.

При этом, отсутствуют основания для исключения из числа доказательств протокола обыска от <дата>, в ходе которого был произведен обыск в жилище ФИО1 по адресу: <адрес>, ЗАТО <адрес>1, где в комнате из шкафа обнаружены и изъяты денежные средства на сумму 24500 рублей, на столе в комнате телефон марки «Honor», который, как указывает осужденный, постановлением судьи Ивановой А.В. (она же судья Бушмина А.В.) от <дата> признан законным, поскольку при вынесении постановления от <дата> о признании законным производство обыска в жилище ФИО1, судья Иванова А.В. (она же Бушмина А.В.) каких-либо суждений об обстоятельствах совершения ФИО1 преступлений не высказывала. Более того, законность данного постановления была проверена судом апелляционной инстанции, по результатам рассмотрения которого <дата> принято решение об оставлении постановления суда без изменения. В этой связи, основания полагать, что приговор в отношении ФИО1 постановлен незаконным составом суда, как об этом указывает осужденный, отсутствуют.

Кроме того, несостоятельны апелляционные доводы о рассмотрении дела незаконным составом суда по причине не рассмотрения судом уголовного дела с участием присяжных заседателей, о чем осужденным было заявлено ходатайство, поскольку в соответствии с ч.2.1 ст.30 УПК РФ судья районного суда и коллегия из шести присяжных заседателей, по ходатайству обвиняемого рассматривает уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч.2 ст.105, ч.5 ст.228.1, ч.4 ст.229.1, ст. ст.277, 295, 317, 357 УК РФ, по которым в качестве наиболее строгого вида наказания не могут быть назначены пожизненное лишение свободы или смертная казнь в соответствии с положениями ч.4 ст.66, ч.4 ст.78 УК РФ, а также уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч.1 ст.105, ч.4 ст.111 УК РФ, за исключением уголовных дел о преступлениях, совершенных лицами в возрасте до восемнадцати лет. Таким образом, преступления, за которые ФИО1 осужден, не относятся к преступлениям, которые подлежат рассмотрению коллегией присяжных заседателей. В связи с чем, суд по результатам предварительного слушания принял обоснованное решение о назначении судебного заседания и рассмотрения дела судьей единолично.

Кроме того, несостоятельны доводы осужденного о рассмотрении уголовного дела с нарушением правил подсудности, поскольку исходя из разъяснений, содержащихся в разъяснений, изложенных в п.2 постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2019 №58 «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми» похищение человека считается оконченным преступлением с момента захвата и начала его перемещения. Из чего следует, что похищение Потерпевший №1 было окончено в <адрес>. Таким образом, нарушений правил подследственности и подсудности, предусмотренные ст.32, 151 УПК РФ, при производстве предварительного следствия и рассмотрении уголовного дела не допущено, поскольку наиболее тяжкое преступление, предусмотренное п. п. «а, з» ч.2 ст.126 УПК РФ, совершено ФИО1 в <адрес>, что соответствует требованиям ст.32 УПК РФ, согласно которой, если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено наиболее тяжкое из них.

Кроме того, вопреки доводам жалоб, оглашение и исследование в судебном заседании от <дата> протокола осмотра ДВД-диска с участием ФИО1, до его допроса, нарушением требований уголовно-процессуального закона не является, поскольку протокол осмотра предметов от <дата> является доказательством стороны обвинения. Исходя из протокола судебного заседания, по предложению государственного обвинителя о первоначальном предоставлении доказательств стороной обвинения, порядок исследования доказательств был установлен судом, против которого сторона защиты возражений не высказала. Кроме того, в ходе просмотра ДВД-диска с участием ФИО1, последний каких-либо пояснений по обстоятельствам совершения им преступлений не давал, напротив, пояснял, что никаких противоправных действий в отношении Потерпевший №1 он не совершал, никаких удостоверений не показывал, наручники на руки ей не надевал, в автомобиль они ее посадили без применения физической силы, Потерпевший №1 имела свободу передвижения, ее никто не пресекал, у нее имелась возможность свободно покинуть автомобиль, двери которого они не блокировали, но она этого не сделала.

Также у судебной коллегии отсутствуют основания для признания факта нарушения судом права на защиту ФИО1, выразившегося, как указывает осужденный, в не разъяснении ему прав, предусмотренных ст.47 УПК РФ, и положений ст.51 Конституции РФ. Из протокола судебного заседания, аудиозаписи следует, что в ходе судебного заседания от <дата> судом, наряду с иными положениями уголовно-процессуального кодекса РФ, подсудимому ФИО1 были разъяснены положения ст.47 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ, которые ему были понятны, дополнительного разъяснения прав не требовалось. При этом, вопреки доводам осужденного, УПК РФ не предусмотрено разъяснение процессуальных прав подсудимому перед его допросом, который был проведен его защитником, после чего стороне обвинения была предоставлена возможность задать ФИО1 вопросы.

Судом дана оценка всем доказательствам, изложенным в приговоре. Таким образом, все представленные доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. ст.87, 88 УПК РФ, сопоставил между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора, оснований для признания доказательств недопустимыми, судебная коллегия не находит.

Напротив, обсуждая мотивы оценки доказательств суда первой инстанции, судебная коллегия находит их убедительными, логичными и основанными на представленных органом предварительного расследования доказательствах. Каких-либо не устраненных судом существенных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного ФИО1 по делу не установлено.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, судебной коллегией не установлено, равно как и не добыто сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов.

Вместе с тем, из описательно - мотивировочной части приговора подлежат исключению ссылки суда на постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от <дата> (т.1 л.д.210), от <дата> (т.2 л.д.172), от <дата> (т.2 л.д.179), от <дата> (т.2 л.д.186), от <дата> (т.2 л.д.207), от <дата> (т.2 л.д.221), от <дата> (т.3 л.д.30), от <дата> (т.4 л.д.238), поскольку данные постановления в судебном заседании не исследовались. При этом, указанные постановления доказательствами по делу не являются, поэтому их исключение из приговора не влияет на доказанность вины ФИО1 в совершенных им преступлениях, поскольку она подтверждается совокупностью иных исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре.

Доводы жалоб об отсутствии у ФИО1 умысла на похищение Потерпевший №1, которая, якобы добровольно села к ним в машину, а также об отсутствии умысла на хищение денежных средств принадлежащих Потерпевший №1, были предметом подробного изучения в суде первой инстанции. Указанные доводы обоснованно отклонены, поскольку опровергаются исследованными судом доказательствами, видеозаписью с места похищения Потерпевший №1, на которой отчетливо запечатлено, что потерпевшая сопротивляется и не желает садиться в автомобиль, при этом ФИО1 и ФИО8 насильно усаживают ее на заднее сиденье автомобиля, эти обстоятельства подтверждены потерпевшей Потерпевший №1, свидетелем Свидетель №1, которая являлась очевидцем данных событий, и иными доказательствами, изложенными в приговоре.

Так, согласно примечанию к статье 126 УК РФ, добровольным следует признавать такое освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его, в том числе передало родственникам, представителям власти, указало им на место нахождения похищенного лица, откуда его можно освободить.

Исходя из разъяснений, изложенных в п.11 постановления Пленума ВС РФ от <дата> № «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми», добровольным следует признавать такое освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его, в том числе передало родственникам, представителям власти, указало им на место нахождения похищенного лица, откуда его можно освободить.

Кроме того, исходя из разъяснений п.8 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ, похищение человека квалифицируется по п. «з» ч.2 ст.126 УК РФ (из корыстных побуждений), если оно совершено в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение и т.п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.), а равно по найму, обусловленному получением исполнителем преступления материального вознаграждения или освобождением от материальных затрат.

С учетом правильно установленных судом обстоятельств совершенных ФИО1 преступлений, и исследования доказательств, подтверждающих наличие умысла и составов преступлений, за совершение которых ФИО1 осужден, оснований считать освобождение потерпевшей Потерпевший №1 добровольным, не имеется.

Из материалов дела следует, что потерпевшая Потерпевший №1 была освобождена ФИО1 и ФИО8 только после того, как ими же у Потерпевший №1 было открыто похищено 47500 рублей, что исключает возможность освобождения ФИО1 от уголовной ответственности по ст.126 УК РФ. При этом в отношении потерпевшей было совершено и преступление, предусмотренное п. п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, в сязи с чем, по смыслу примечаний к ст.126 УК РФ, осужденный ФИО1 не может быть освобожден от уголовной ответственности за похищение человека.

При этом, как верно указано судом, квалифицирующий признак совершения преступлений группой лиц по предварительному сговору, как при похищении Потерпевший №1, так и при похищении имущества, принадлежащего последней, нашел свое объективное подтверждение в ходе предварительного и судебного следствия. Об этом свидетельствуют их согласованные действия в отношении потерпевшей Потерпевший №1, целью которых было удерживать Потерпевший №1 с целью хищения ее имущества.

При этом, тот факт, что ФИО1 не наносил ударов потерпевшей Потерпевший №1, не свидетельствует о его невиновности, поскольку их действия охватывались единым умыслом на совершение преступлений, при этом каждый из них выполнял свою роль для достижения единого преступного результата.

Кроме того, о наличии квалифицирующего признака, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, при хищении имущества, принадлежащего Потерпевший №1, свидетельствует то обстоятельство, что участники преступления требовали от потерпевшей Потерпевший №1 передачи им денежных средств, и они же своим физическим превосходством, находясь в непосредственной близости к потерпевшей, создавали условия для совершения данного преступления, подавляя волю потерпевшей к сопротивлению.

Вопреки доводам жалоб, о наличии квалифицирующего признака, из корыстных побуждений, как при похищении Потерпевший №1, так и при совершении в отношении нее грабежа, свидетельствует то, что при похищении потерпевшей Потерпевший №1, ФИО4 и ФИО8 в целях получения материальной выгоды, выдвигали требования материального характера потерпевшей Потерпевший №1, а именно необходимость передать им денежные средства, имеющиеся в наличии у потерпевшей, и осуществить перевод денежных средств на расчетный счет, спрашивая, что у нее есть и что она может им предложить.

При этом ФИО1 и ФИО8 в момент принудительного усаживания Потерпевший №1 в автомобиль, хватали ее за руки, и на протяжении всего пути следования в автомобиле, выдвигали требования материального характера к потерпевшей, а именно о необходимости передачи денежных средств, якобы в целях предотвращения наступления негативных последствий, связанных с ее уголовным преследованием за незаконный оборот наркотических средств и кражи.

При этом, утверждения осужденного о нахождении Потерпевший №1 в состоянии наркотического опьянения, которое представляло опасность для нее и других лиц, несостоятельны, поскольку ничем документально не подтверждены. Кроме того, эти утверждения не влияют на квалификацию действий и доказанность вины осужденного в совершенных преступлениях, поэтому обоснованно не приняты судом во внимание.

Кроме того, ссылки на необоснованную квалификацию действий осужденного двумя деяниями, взаимоисключающими друг друга, несостоятельны, поскольку установленные по приговору суда фактические обстоятельства дела, а именно, что ФИО1 и ФИО8, заранее договорившись о похищении человека и грабеже, находясь в <адрес>, подошли к Потерпевший №1, сообщили ложную информацию о том, что являются сотрудниками полиции, предъявили ей документ неустановленного образца и принадлежности, потребовали сесть в их автомобиль и проехать с ними в отдел полиции, на что Потерпевший №1, поняв, что они не сотрудники полиции, отказалась. Между тем, они вдвоем схватили под руки Потерпевший №1, осуществили ее захват, принудительно повели к автомобилю, где продолжили против воли Потерпевший №1 попытки усадить ее в автомобиль, на что она оказывала сопротивление. После чего ФИО1 надел на руки Потерпевший №1 наручники, используя силу и превосходство, усадили Потерпевший №1 в автомобиль, проследовали на нем в <адрес>, где ФИО5 вырвал из рук потерпевшей сумку с находящимися в ней денежными средствами в сумме 15000 рублей, затем, применяя насилие, не опасное для жизни и здоровья потерпевшей, выхватил у нее телефон, и перевел денежные средства в сумме 32500 рублей на счет Свидетель №5, тем самым открыто похитили имущество Потерпевший №1, причинив ей ущерб в размере 47500 рублей.

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что в ходе похищения потерпевшей Потерпевший №1, соучастники преступления совершили хищение принадлежащих потерпевшей наличных денежных средств в сумме 15000 рублей и путем перевода денежных средств в размере 32500 рублей, на общую сумму 47500 рублей, что нельзя трактовать иначе как деяние из корыстных побуждений в целях получения материальной выгоды. При этом, корыстные побуждения, наличие в действиях осужденного ФИО1 цели получения материальной выгоды, подтверждены последующим совершением грабежа, а само похищение было спланировано и совершено именно для нападения в целях хищения чужого имущества.

С учетом изложенного, выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении двух преступлений, за которые он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены совокупностью доказательств, всесторонне и полно исследованных в судебном заседании.

При этом, вопреки доводам осужденного, суд в ходе рассмотрения дела за пределы предъявленного обвинения не вышел, рассмотрел уголовное дело в рамках предъявленного ФИО1 обвинения, с соблюдением требований ст.252 УПК РФ, положения которой не нарушены, правильно и полно изложил фактические обстоятельства совершения ФИО1 похищения потерпевшей группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений и открытого хищения имущества потерпевшей группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для ее жизни и здоровья. Изложенные судом обстоятельства совершения ФИО1 преступлений, вопреки его доводам, не содержат указаний на совершение им вымогательства, вместо грабежа.

Вопреки доводам жалоб, преступления ФИО1 совершены в период времени и при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре. При этом, описательно-мотивировочная часть приговора в соответствии с требованиями п.1 ч.1 ст.307 УПК РФ, содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений, то есть содержит все необходимые сведения, позволяющие судить о событиях преступлений, причастности к ним ФИО1 и его виновности в содеянном. При этом, судом верно установлена общая сумма, причиненного Потерпевший №1 ущерба, которая подтверждается доказательствами по делу, и составляет 47500 рублей, которая состоит из 15000 рублей и 32500 рублей.

Как усматривается из материалов уголовного дела, все необходимые требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции по данному уголовному делу были выполнены.

Доводы жалоб, о допущенных судом в ходе рассмотрения дела нарушений ст. ст.262, 266, 271 УПК РФ, которые являются основанием к отмене приговора, отклоняются судебной коллегий.

При этом, судебная коллегия указывает на то, что неточности, допущенные в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО1, не являются существенными нарушениями требований уголовно – процессуального закона, которые могут служить основанием к отмене приговора. Как следует из протокола судебного заседания, подсудимому разъяснялись права, предусмотренные УПК РФ, участникам процесса разъяснялось право на отвод. При этом, замечания, поданные ФИО1 на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим судьей по данному делу в соответствии с требованиями ст.260 УПК РФ в установленном порядке, с вынесением мотивированного постановления от <дата>, частично замечания осужденного удостоверены, на что судом указано в постановлении, и всем доводам осужденного дана надлежащая оценка. Постановление соответствует требованиям ст.7 УПК РФ.

В целом, протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, в нем зафиксирован ход судебного заседания, указаны заявления, ходатайства, которые рассмотрены в установленном законном порядке, вопросы и ответы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны показания, содержание выступлений, принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства. У судебной коллегии, с учетом удостоверенных судом замечаний на протокол судебного заседания, отсутствуют основания ставить под сомнение достоверность сведений, изложенных в протоколе.

Вопреки доводам осужденного и защитника, из протокола и аудиопротокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права.

Суд не ограничивал права участников процесса по исследованию и предоставлению доказательств по делу, в том числе, озвученные в суде апелляционной инстанции, и как видно из протокола судебного заседания, сторона защиты активно пользовалась предоставленными правами, поэтому судебная коллегия не видит оснований усомниться в беспристрастности председательствующего судьи. При этом, все многочисленные ходатайства, заявленные осужденным и его адвокатом, были разрешены судом в соответствии с требованиями действующего законодательства, в том числе и о возврате уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в жалобе осужденного, что завершилось вынесением в ходе предварительного слушания постановления от <дата>, которое содержит основания отказа в удовлетворении ходатайства по причине отсутствия нарушений ст. ст.171, 172 УПК РФ при предъявлении обвинения, соответствия обвинительного заключения положениям ст.220 УПК РФ, отсутствия нарушений права на защиту обвиняемого при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ в связи с вынесенным судом постановлением от <дата> об установлении срока ознакомления с материалами уголовного дела.

Кроме того, в ходе предварительного слушания судом вынесено постановление от <дата> об отказе в удовлетворении ходатайства о признании доказательств недопустимыми, и исключении их из числа доказательств.

Вопреки доводам жалоб, вышеуказанные постановления являются законными, обоснованными и мотивированными. Соответствуют требованиям ст.7 УПК РФ. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при вынесении постановлений, судом не допущено. Оснований для их отмены судебная коллегия не находит.

Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что многочисленные ходатайства, заявленные ФИО1 и его защитником, как в ходе предварительного следствия, так и по его окончанию, были следователем разрешены в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона.

Таким образом, судом правильно на основании совокупности всесторонне исследованных доказательств установлены фактические обстоятельства дела, и постановлен в отношении ФИО1 обвинительный приговор, квалификация его действий дана верно по п. п. «а, з» ч.2 ст.126 УК РФ, как похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений; по п. п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Оснований для иной квалификации действий ФИО1, его оправдания, отмены приговора с направлением дела на новое рассмотрение, судебная коллегия не находит, по мнению которой, приведенные в жалобах доводы, направлены на переоценку установленных судом доказательств и фактических обстоятельств дела, несогласие с которыми не свидетельствует о нарушении судом требований норм как уголовного, так и уголовно-процессуального закона. В приговоре приведены мотивированные выводы относительно субъективной и объективной стороны совершенных ФИО1 преступлений.

Сомнений во вменяемости ФИО1 или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы, у суда не возникло, в связи с этим, является обоснованным вывод о том, что осужденный подлежит уголовной ответственности на общих условиях, установленных ст.19 УК РФ.

Судом первой инстанции верно определены и в полной мере учтены все обстоятельства, юридически значимые для избрания вида и определения размера наказания осужденному, характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, относящихся к категории особо тяжких и тяжкого, в том числе данные о личности ФИО1, который имеет место регистрации и место жительства, характеризуется по месту жительства удовлетворительно, официально не трудоустроен, на специализированном учете у врачей нарколога, психиатра не состоит, учтено состояние его здоровья, семейное положение, наличие иждивенцев, степень фактического участия подсудимого в совершении преступлений, а также наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, и влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Верно и исчерпывающе суд установил круг обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, ими обоснованно признаны по всем преступлениям наличие малолетних детей у виновного, наличие у него ряда хронических заболеваний, частичное признание вины, оказание материальной и бытовой помощи своим родственникам, их состояние здоровья, которые вопреки апелляционным доводам в полной мере учтены судом при назначении наказания осужденному.

Каких-либо сведений и обстоятельств, не учтенных судом и влияющих на вид и размер назначенного наказания, в апелляционных жалобах не приведено и из материалов дела не усматривается.

Таким образом, все смягчающие обстоятельства, которые, в соответствии с положениями ст.61 УК РФ, подлежали обязательному учету, а также обстоятельства известные суду относительно личности осужденного, были в полном объеме учтены судом при вынесении приговора.

Иных оснований для повторного, дополнительного учета или переоценки сведений, характеризующих личность осужденного, смягчающих обстоятельств, судебная коллегия не находит.

Обстоятельством, отягчающим наказание осужденного, судом в соответствии со ст.63 УК РФ обоснованно признано наличие рецидива преступлений. Судом первой инстанции вид рецидива установлен как опасный.

При этом, по настоящему уголовному делу ФИО1 совершил, в том числе, преступление, предусмотренное п. п. «а, з» ч.2 ст.126 УК РФ, относящееся к категории особо тяжких, имея неснятую и непогашенную в установленном законом порядке судимость по приговору Советского районного суда г. Красноярска от 24.11.2008, которым был осужден за преступление, предусмотренное ч.1 ст.105 УК РФ, относящееся к категории особо тяжких, к наказанию в виде лишения свободы, что в соответствии с п. «б» ч.3 ст.18 УК РФ образует особо опасный рецидив преступлений, что должно было повлечь назначение исправительной колонии особого режима. Данное обстоятельство судом оставлено без внимания.

Однако, судебная коллегия учитывая положения ч.1 ст.389.24 УПК РФ, согласно которой обвинительный приговор может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, при отсутствии апелляционного повода оснований для внесения в приговор изменений в данной части не находит.

Вместе с тем, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, судом верно не установлено, наказание назначено с учетом правил ч.2 ст.68 УК РФ.

Вопреки апелляционным доводам, оснований для применения положений ст.64 УК РФ, а также ч.3 ст.68 УК РФ в отношении ФИО1 суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, о чем достаточно мотивировал свои выводы, не находит таких оснований и судебная коллегия.

С учетом обстоятельств совершенных преступлений, данных о личности осужденного, суд, вопреки апелляционным доводам, пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания, связанного только с изоляцией от общества в виде лишения свободы, об отсутствии оснований для применения положений ст.73 УК РФ, ст.53.1 УК РФ, а также изменения категории преступлений в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Наказание по совокупности преступлений осужденному назначено на основании ч.3 ст.69 УК РФ, а также обоснованно, с учетом совершения ФИО1 преступлений по настоящему приговору до вынесения приговора Березовского районного суда Красноярского края от 22.11.2024, по ч.5 ст.69 УК РФ. Выводы суда в этой части также достаточно мотивированы, с ними судебная коллегия соглашается.

Вопреки доводам жалоб, наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о личности осужденного, обстоятельств, смягчающих наказание и наличия отягчающего, с учетом обстоятельств дела и положений ст. ст.6, 60 УК РФ.

Судом вид исправительного учреждения ФИО1 назначен исправительная колония строгого режима.

Вместе с тем, согласно кассационному постановлению Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 26 ноября 2025 года приговор Березовского районного суда Красноярского края от 22 ноября 2024 года и апелляционное постановление Красноярского краевого суда от 18 марта 2025 года в отношении ФИО1 изменены, и постановлено на основании ч.5 ст.69 УК РФ, по правилам ч.4 ст.69 УК РФ, с наказанием, назначенным ФИО1 по настоящему приговору, сложить часть основного наказания и полностью присоединить дополнительное наказание, назначенные ему по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 21 января 2022 года и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 1 месяц, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Зачесть в срок отбытого наказания наказание в виде лишения свободы, отбытое по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 11 марта 2021 года с 10 февраля 2021 года по 6 апреля 2021 года; по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 7 апреля 2021 года с 20 мая 2020 года по 21 мая 2020 года, с 7 апреля 2021 года по 13 мая 2021 года; по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 14 мая 2021 года с 14 мая 2021 года по 20 января 2022 года; по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 21 января 2022 года в период с 21 января 2022 года по 26 июля 2023 года.

Вышеуказанные изменения в приговор Березовского районного суда Красноярского края от 22 ноября 2024 года, который вошел в совокупность при назначении ФИО1 окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, и в апелляционное постановление Красноярского краевого суда от 18 марта 2025 года, были внесены после вынесения судом обжалуемого приговора в отношении ФИО1

В этой связи, судебная коллегия приходит к выводу об изменении приговора и необходимости применения при назначении ФИО1 окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, с учетом изменений, внесенных в приговор Березовского районного суда Красноярского края от 22 ноября 2024 года и апелляционное постановление Красноярского краевого суда от 18 марта 2025 года, кассационным постановлением от 26 ноября 2025 года.

При этом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельств их совершения, данных о личности осужденного, назначения ФИО1 по ч.5 ст.69 УК РФ судом наказания в виде лишения свободы сроком на 6 лет, с учетом кассационного постановления от 26.11.2025, а также руководствуясь общим правилом назначения наказания по совокупности преступлений и разъяснениями, изложенными в п.52 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 (ред. от 23.12.2025) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым при назначении наказания по ч.5 ст.69 УК РФ окончательное наказание, должно быть строже наиболее строгого из наказаний, назначенных за входящие в совокупность преступления, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы сроком на 7 лет.

При этом, судебная коллегия исходит из того, что для решения конкретного, определенного срока окончательного наказания в виде лишения свободы ФИО1, при наличии зачета значительного срока отбытого осужденным наказания, назначение судебной коллегией наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 7 лет, и, несмотря на назначение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, несомненно, и существенным образом улучшают, а не ухудшают положение осужденного. В этой связи, вышеизложенные изменения подлежат применению при назначении ФИО1 окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ.

Вместе с тем, на основании ч.4 ст.47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенное к лишению свободы, распространяется на все время отбывания основного наказания, а срок его отбытия исчисляется после отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Из материалов дела следует, что ФИО1 освобожден 26 июля 2023 года условно – досрочно от отбывания наказания по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 21 января 2022 года. По обжалуемому приговору ФИО1 был задержан 2 февраля 2024 года. Таким образом, после условно – досрочного освобождения часть дополнительного наказания ФИО1 отбыта, поэтому срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, подлежит снижению до 5 месяцев 22 дней, что также улучшает его положение.

Кроме того, с учетом внесенных кассационным постановлением изменений, подлежит зачету в срок отбытого наказания, наказание в виде лишения свободы, отбытое по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 11 марта 2021 года с 10 февраля 2021 года по 6 апреля 2021 года; по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 7 апреля 2021 года с 20 мая 2020 года по 21 мая 2020 года, с 7 апреля 2021 года по 13 мая 2021 года; по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 14 мая 2021 года с 14 мая 2021 года по 20 января 2022 года; по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 21 января 2022 года в период с 21 января 2022 года по 26 июля 2023 года.

Зачет срока содержания ФИО1 под стражей в период с 02.02.2024 произведен судом в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ. При этом, суд обоснованно указал на отсутствие оснований для зачета наказания, отбытого ФИО1 по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 22.11.2024, поскольку период отбытого наказания совпадает с периодом зачтенного срока содержания ФИО1 под стражей по обжалуемому приговору.

Кроме того, из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права.

Суд не ограничивал права участников процесса по исследованию и предоставлению доказательств, сторона защиты активно пользовалась предоставленными правами, все ходатайства, заявленные участниками судебного процесса, вопреки доводам жалоб, были разрешены судом в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Дело рассмотрено судом в условиях, обеспечивающих исполнение сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренных положениями ст.15 УПК РФ.

Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении прав участников процесса, в том числе и связанных с реализацией права на защиту, судебной коллегией не установлено ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Сосновоборского городского суда Красноярского края от 08 июля 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

-исключить из описательно – мотивировочной части приговора ссылки суда на постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 01.02.2024 (т.1 л.д.210), от 17.03.2024 (т.2 л.д.172), от 24.05.2024 (т.2 л.д.179), от 24.05.2024 (т.2 л.д.186), от 29.04.2024 (т.2 л.д.207), от 03.06.2024 (т.2 л.д.221), от 30.05.2024 (т.3 л.д.30), от 30.03.2024 (т.4 л.д.238);

-наказание, назначенное по ч.5 ст.69 УК РФ, усилить до 7 лет лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 5 месяцев 22 дня;

-зачесть в срок отбытого наказания наказание в виде лишения свободы, отбытое по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 11 марта 2021 года с 10 февраля 2021 года по 6 апреля 2021 года; по приговору Березовского районного суда Красноярского края от 7 апреля 2021 года с 20 мая 2020 года по 21 мая 2020 года, с 7 апреля 2021 года по 13 мая 2021 года; по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 14 мая 2021 года с 14 мая 2021 года по 20 января 2022 года; по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 21 января 2022 года в период с 21 января 2022 года по 26 июля 2023 года.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Пестуновой М.В. - без удовлетворения.

Апелляционное определение, и судебные решения могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: В. М. Барсуков

Судьи: В. В. Золотой

Н. И. Кемаева