Решение № 2-1114/2019 2-1114/2019~М-968/2019 М-968/2019 от 3 июня 2019 г. по делу № 2-1114/2019

№ 2-1114/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Тобольск 04 июня 2019 года

Тобольский городской суд Тюменской области в составе председательствующего судьи Гавриковой М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хусаиновой Э.М.,

с участием представителя ответчика по первоначальному иску ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению акционерного общества «Тобольский гормолзавод» к ФИО2 о возмещении ущерба, по встречному иску о признании договора о полной индивидуальной ответственности и соглашений недействительными,

установил:

АО «Тобольский гормолзавод» обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба.

Требования мотивированы тем, что 31 декабря 2016 года ФИО2 был принят на работу в АО «Тобольский гормолзавод» водителем, с ним заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. 08 ноября 2017 года ФИО2, управляя автомобилем работодателя марки ISUZU, допустил столкновение с автомобилем марки TOYOTA COROLLA, был признан виновным в совершении данного дорожного-транспортного происшествия (далее ДТП), привлечен к административной ответственности. На основании решения суда от 16 апреля 2018 года с АО «Тобольский гормолзавод» в пользу владельца автомобиля марки TOYOTA COROLLA были взысканы денежные средства в размере 29419,26 рублей. 03 июля 2018 года между ФИО2 и АО «Тобольский гормолзавод» заключено соглашение о возмещении ущерба с рассрочкой платежей. ФИО2 добровольно оплатил 6000 рублей. Остаток задолженности составил 23419,26 рублей, которая до настоящего времени не оплачена. В этот же день - 08 ноября 2017 года автомобиль марки ISUZU под управлением ФИО2 стал участником ДТП с автомобилем марки FORD FOCUS. Сумма причиненного ущерба автомобилю марки ISUZU составила 201037 рублей (стоимость деталей, доставки деталей, ремонтных работ). Комиссией работодателя было принято решение о снижении размера ответственности ФИО2 до 120620,40 рублей (60%). 30 ноября 2017 года между ФИО2 и АО «Тобольский гормолзавод» заключено соглашение о возмещении данного ущерба, по условиям которого в счет возмещения ущерба производились удержания с зарплаты в размере 20%. Удержано работодателем 21561,92 рублей. Таким образом, сумма невозмещенного ущерба составила 99058,48 рублей. Поскольку претензии оставлены ФИО2 без ответа АО «Тобольский гормолзавод» просило взыскать суммы ущерба с ФИО2 в судебном порядке. Кроме того, просило взыскать расходы на уплату госпошлины в размере 3650 рублей.

ФИО2 подал встречный иск - просил признать договор о полной индивидуальной материальной ответственности недействительным (ничтожным), т.к. должность водителя не указана в перечне должностей и работ, с которыми работодатель может заключать такие договоры. Поскольку соглашения о добровольном возмещении ущерба заключены на основании договора о полной индивидуальной материальной ответственности, они также являются недействительными. Кроме того, ФИО2 просил о применении срока исковой давности к первоначальному иску, ссылаясь на то, что ДТП произошли 08 ноября 2017 года, иск предъявлен в 2019 году, что превышает годичный срок, предусмотренный трудовым законодательством для предъявления требований работодателей к работникам.

В предыдущем судебном заседании представитель истца по первоначальному иску ФИО3, действующая на основании доверенности организации от 09 января 2019 года (л.д.79), просила об удовлетворении первоначального иска, отказе во встречном. Дополнительно пояснила, что договор о полной индивидуальной ответственности был заключен с ФИО2, т.к. он получал, перевозил, передавал продукцию, занимался экспедированием товара (молочной продукции), получал денежные средства от покупателей. Данный договор не заключался с ним как с водителем, транспортное средство товарной ценностью не являлось. Поскольку справочником должностей не предусмотрена должность водитель-экспедитор, поэтому оформлен ФИО2 водителем 3 класса, при этом ему производилась доплата за экспедирование. Мастер пояснил, что деталь «бачек расширительный радиатора» стоимостью 2210 рублей был заказан на другой автомобиль, что учтено при определении ущерба.

В данном судебном заседании представитель истца не участвовал, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не участвовал, извещен посредством телефонограммы.

Его представитель ФИО1, действующая на основании нотариальной доверенности от 11 января 2019 года (л.д.83), просила об удовлетворении встречного иска, отказе в первоначальном иске. Поддержала доводы, указанные во встречном иске, просила о применении срока исковой давности.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, с учетом мнения представителя ответчика, рассматривает дело в отсутствие ФИО2 и представителя истца.

Заслушав представителя ответчика, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об удовлетворении первоначального иска, отказе в удовлетворении встречного иска.

Из материалов дела следует, что 30 декабря 2016 года ФИО2 принят на работу в АО «Тобольский гормолзавод» водителем 3 класса, с надбавкой к заработной плате за экспедирование товара. С ним заключен трудовой договор (л.д.15, 27-32).

Согласно приказу 30 декабря 2016 года за ФИО2 закреплен автомобиль марки ISUZU (л.д.103).

В ПТС и свидетельства о государственной регистрации транспортного средства указано, что Тип автомобиля – грузовой рефрижиратор (л.д.104,105).

В разделе 2 «Должностные обязанности» должностной инструкции, с которой ФИО2 был ознакомлен, в обязанностях водителя авторефрижератора указано: получение ведомости о принятии денежных средств от покупателей, присутствие при погрузке молочной продукции, принятие продукцию, сдача продукции покупателю, принятие обратно поврежденного товара, принятие от покупателя тары, при необходимости принятие денежных средств за продукцию, принятие мер по сохранению денежных средств, сдача их бухгалтеру-кассиру (л.д.33-37).

30 декабря 2016 года с ФИО2 заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, по условиям которого работник принял полную материальную ответственность за недостачу вверенного имущества (л.д.40-41).

08 ноября 2017 года ФИО2, управлявший автомобилем марки ISUZU, и допустивший столкновение с автомобилем марки TOYOTA COROLLA, привлечен к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения (перед поворотом заблаговременно не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части) (л.д.12-13).

16 апреля 2018 года с АО «Тобольский гормолзавод» в пользу водителя марки TOYOTA COROLLA взыскан ущерб в размере 29419,26 рублей (л.д.10).

Решение суда АО «Тобольский гормолзавод» исполнило, перечислив потерпевшему присужденную сумму, что подтверждается платежным поручением от 15 июня 2018 года (л.д.11).

03 июля 2018 года между АО «Тобольский гормолзавод» (работодателем) и ФИО2 (работником) заключено соглашение, по условиям которого работник признает вину в нанесении ущерба, возмещает ущерб, причиненный в ДТП с участием автомобиля марки TOYOTA COROLLA в размере 29 419,26 рублей, предусмотрен порядок оплаты ежемесячными платежами - пять платежей по 5000 рублей, шестой – 4419,26 рублей, пунктом 4 соглашения предусмотрено, что в случае отказа в добровольном порядке возместить ущерб АО «Тобольский гормолзавод» вправе взыскать задолженность в судебном порядке (л.д.43).

Во исполнение данного соглашения ФИО2 перечислил АО «Тобольский гормолзавод» 6000 рублей (три платежа: 2000 рублей, 3000 рублей, 1000 рублей (л.д.47,48,49).

08 ноября 2017 года транспортное средство марки ISUZU, под управлением ФИО2, также было участником ДТП с автомобилем марки FORD FOCUS.

Определением от 10 ноября 2017 года в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2, управлявшего автомобилем марки ISUZU и являвшимся участником ДТП с автомобилем марки FORD FOCUS, отказано в связи с отсутствием состава правонарушения (л.д.14).

Из заключения комиссии АО «Тобольский гормолзавод» от 29 ноября 2017 года следует, что ФИО2 привлечен к материальной ответственности в размере 60% от суммы ущерба, что составляет 120 620,40 рублей. ФИО2 ознакомлен с данным заключением, о чем имеется его подпись, сведений о несогласии не содержит (л.д.63).

30 ноября 2017 года между АО «Тобольский гормолзавод» и ФИО2 заключено соглашение, по условиям которого: стороны договорились, что в связи с причинением ущерба имуществу Работодателя (автомобилю марки ISUZU) в результате ДТП, произошедшего 08 ноября 2017 года с участием автомобиля марки FORD FOCUS, работник ФИО2 возмещает ущерб в размере 120 620,40 рублей (стоимость услуг по восстановительному ремонту автомобиля) (пункт 1); стороны договорились, что возмещение ущерба происходит путем удержания денежных средств в размере 20% от всех видов ежемесячных доходов (пункт 2) (л.д.42).

Удержание произведено в ноябре 2017 года, в январе и феврале 2018 года - 21561,92 рублей (л.д.44-46).

Таким образом, задолженность составляет 99058,48 рублей (120620,40-21419,26).

27 февраля 2018 года ФИО2 уволен по собственному желанию (л.д.16).

Стоимость ремонта автомобиля марки ISUZU составила 201 398 рублей (в иске указано 201 037 рублей), из которых:110 000 рублей - ремонтные работы (л.д.50-51,53,54,55), 86994 рублей – стоимость запчастей, за исключением «бачок расширительный радиатора» стоимостью 2210 рублей (л.д.56, 57, 58, 59-60), 4404 рублей – стоимость доставки запчастей (л.д.61,62).

01 марта 2018 года и 19 июня 2018 года АО «Тобольский гормолзавод» направило ФИО2 претензии об оплате задолженностей (л.д.19,12).

Сведений о возмещении ущерба у суда не имеется, стороны на данное обстоятельство не ссылались.

Разрешая спор, суд исходит из следующего.

Случаи полной материальной ответственности перечислены в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 6 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может быть возложена на работника в случае причинения им ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом.

В силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения.

Поскольку ФИО2 за дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки TOYOTA COROLLA был привлечен к административной ответственности, решением мирового судьи судебного участка № с АО «Тобольский гормолзавод» в пользу потерпевшего взысканы денежные средства в размере 29419,26 рублей (что является ущербом) у АО «Тобольский гормолзавод» возникло право регрессного требования к ФИО2 с учетом возмещенной части.

Срок исковой давности истцом не пропущен.

Согласно части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с пунктом 2 и 3 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявлять требование об исполнении обязательства, по регрессным обязательствам течение исковой давности начинается с момента исполнения основного обязательства.

Применительно к названным нормам закона, право регрессного требования могло возникнуть у АО «Тобольский гормолзавод» не ранее, чем оно возместило причиненный вред, то есть 15 июня 2018 года, т.е. срок исковой давности истек бы в июне 2019 года.

Довод представителя ответчика о том, что срок исковой давности начал течь с момента дорожно-транспортного происшествия, ошибочный, т.к. в момент дорожно-транспортного происшествия АО «Тобольский гормолзавод» хоть и узнало о том, что в результате действий работника причинен ущерб третьим лицам, сведений о размере ущерба отсутствовали, решение суда о возмещении ущерба принято 16 апреля 2018 года, исполнено 15 июня 2018 года.

Более того, 03 июля 2018 года между ФИО2 и АО «Тобольский гормолзавод» заключено соглашение о возмещении ущерба с рассрочкой платежей, которое исполнялось ФИО2, частично ущерб был возмещен (6000 рублей), последний платеж 21 ноября 2018 года (л.д.49).

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации понуждение к заключению договора не допускается, стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами, условия договора определяются по усмотрению сторон.

Согласно части 4 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

В соответствии со статьей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Таким образом, учитывая указанные нормы права, соглашение о возмещении ущерба должно было быть исполнено ФИО2 надлежащим образом.

Поскольку добровольно данное соглашение ФИО2 прекратил исполнять, требование АО «Тобольский гормолзавод» о взыскании остатка задолженности является правомерным.

Таким образом, с ФИО2 подлежат взысканию денежные средства в размере 23419,26 рублей (29419,26 - 6000 рублей).

Не имеется оснований и для отказа во взыскании с ФИО2 и ущерба, причиненного автомобилю марки ISUZU в ДТП с участием автомобиля марки FORD FOCUS.

Как было указано выше, материальная ответственность ФИО2 в размере 120 620,4 рублей (60% от ущерба) установлена заключением комиссии № 15 от 29 ноября 2017 года (л.д.63).

С заключением комиссии с ФИО2 согласился, не оспаривал.

Наличие в материалах дела согласия ФИО2 на возмещение ущерба (заключение комиссии), заключение соглашения о порядке возмещения, так же свидетельствует о выражении его согласия на возмещение ущерба с предоставленной рассрочкой платежа.

Таким образом, данные обстоятельства являются основанием для взыскания суммы ущерба с работника в соответствии с части 4 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации.

Срок исковой давности истцом по данному случаю так же не пропущен.

Действительно годичный срок с момента дорожно-транспортного происшествия, когда АО «Тобольский гормолзавод» узнало о причиненном ущербе, до обращения в суд с настоящим иском, прошел.

Вместе с тем, 30 ноября 2017 года между ФИО2 и АО «Тобольский гормолзавод» заключено соглашение о возмещении ущерба, по условиям которого в счет возмещения ущерба производились удержания с зарплаты до февраля 2018 года. Уволен ФИО2 был 27 февраля 2018 года, т.е. с этого момента АО «Тобольский гормолзавод» узнал о нарушении своих прав (невозможности удержаний с зарплаты).

Следовательно, срок исковой давности для АО «Тобольский гормолзавод» истекал 28 февраля 2019 года.

Согласно пункту 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

В пунктах 17 и 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа.

С заявлением о вынесении судебного приказа АО «Тобольский гормолзавод» обратилось 15 февраля 2019 года, заявление было принято к производству и 22 февраля 2019 года вынесен судебный приказ, отменен по заявлению ФИО2 22 марта 2019 года (л.д.9,115).

Таким образом, судебная защита осуществлялась в период действия судебного приказа с 15 февраля 2019 (подача заявления) по 22 марта 2019 года (отмена судебного приказа), срок исковой давности прерывался на этот период.

Из разъяснений Верховного Суда РФ, содержащихся в абзаце 2 пункта 18 Постановления Пленума от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» следует, что в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев.

Поскольку настоящий иск поступил в суд 17 апреля 2019 года, до истечения шести месяцев после отмены судебного приказа, срок исковой давности АО «Тобольский гормолзавод» не пропустило.

Учитывая наличие решения комиссии работодателя, по результату которого уменьшен лимит ответственности ФИО2 до 60%, с которым ФИО2 был ознакомлен и не возражал, в том числе согласился с размером, наличие между сторонами письменного соглашения о возмещении данного ущерба путем удержаний из заработной платы, частичное исполнение данного соглашения, увольнение работника в настоящее время, невозможности дальнейшего удержания денежных средств, а также нормы действующего законодательства (часть 4 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации), исковые требования АО «Тобольский гормолзавод» о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП с автомобилем марки FORD FOCUS в размере 99058,48 рублей в судебном порядке также являются обоснованными.

Удовлетворяя требования АО «Тобольский гормолзавод», суд не принимал во внимание наличие договора о полной индивидуальной материальной ответственности, т.к. в данном случае данный договор на возникшие правоотношения не распространялся, соглашениями о погашении задолженности стороны преобразовали обязательство, возникшее из трудовых отношений, в обязательство, регулируемое Гражданским кодексом Российской Федерации, что не запрещено законодательством.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку истец понес расходы на оплату госпошлины в размере 3650 рублей (л.д.7), решение суда состоялось в пользу истца, следовательно, указанные расходы подлежат возмещению другой стороной – ответчиком ФИО2

Таким образом, в пользу АО «Тобольский гормолзавод» с ФИО2 подлежат денежные средства в размере 126127,74 рублей, из расчета 99058,48+23419,26+3650.

Разрешая встречный иск, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении.

Так, в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Учитывая положения статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно статье 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 № 85 утвержден перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности (приложение 1).

Так в этом перечне указаны экспедиторы по перевозке и другие работники, осуществляющие получение, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей, а также работы по приему и обработке для доставки (сопровождения) груза.

Как видно из самого договора о полной материальной ответственности и следует из пояснений представителя АО «Тобольский гормолзавод» в судебном заседании, данный договор с ФИО2 заключался не как с водителем, а как с лицом, выполняющим работы по экспедированию товара и расчетам с покупателями – контрагентами; транспортное средство марки ISUZU, не передавалось ему как товарно-материальная ценность, за которою он бы нес не ограниченную средним заработком ответственность.

Принимая во внимание, что ФИО2 выполнял работы по доставке грузов (молочной продукции), имел доступ к денежным средствам, получаемым от покупателя продукции, ему производилась доплата за экспедирование груза, следовательно, договор о полной материальной ответственности заключен законно. Оснований для его признания ничтожным, как противоречащим положениям статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации, не имеется.

Не имеется и оснований для признания соглашений о добровольном возмещении ущерба недействительными.

По смыслу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку недействительная сделка не влечет за собой никаких правовых последствий, за исключением тех, что связаны с ее недействительностью, вслед за ней могут быть признаны недействительными и другие сделки.

ФИО2 (его представитель) в качестве основания их недействительности ссылался на то, что договор о полной индивидуальной материальной ответственности является ничтожным, т.е. недействительность соглашений является последствием ничтожной сделки.

В судебном заседании не установлено, что соглашения о добровольном возмещении ущерба основаны на договоре о полной индивидуальной материальной ответственности. Соглашения заключены добровольно, не противоречат части 4 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации, не оспаривались по иным основаниям, указанным в законе.

Кроме того, договор о полной индивидуальной материальной ответственности не признан судом недействительным (ничтожным) в силу статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, довод ответчика, что в соглашении о добровольном возмещении от 03 июля 2018 года указаны стороны, как Работник и Работодатель, в то время как трудовые отношения прекращены, не является основанием для признания данного соглашения недействительным, поскольку данным соглашением о погашении задолженности стороны преобразовали обязательство, возникшее из трудовых отношений, в обязательство, регулируемое Гражданским кодексом Российской Федерации, что не запрещено законодательством.

Таким образом, оснований для удовлетворения встречного иска не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь Гражданским кодексом Российской Федерации, Трудовым кодексом Российской Федерации, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации,

решил:

Исковое заявление акционерного общества «Тобольский гормолзавод» к ФИО2 о возмещении ущерба – удовлетворить.

Взыскать со ФИО2 в пользу акционерного общества «Тобольский гормолзавод» 126127,74 рублей.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к акционерному обществу «Тобольский гормолзавод» о признании договора о полной индивидуальной ответственности и соглашений недействительными – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Тобольский городской суд Тюменской области.

Судья М.А. Гаврикова

Мотивированное решение суда составлено 05 июня 2019 года.