Решение № 2-2789/2018 2-2789/2018~М-2242/2018 М-2242/2018 от 5 ноября 2018 г. по делу № 2-2789/2018

Дело№2-2789/18

64RS0044-01-2018-002421-91


Решение

Именем Российской Федерации

06 ноября 2018 года г. Саратов

Заводской районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Галицкой Е.Ю.,

при секретаре Аванесовой И.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3 по доверенности и по ордеру Боус О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к И. А. И., ФИО3 о признании доверенности недействительной, о признании дарственной на ? долю в праве общей долевой собственности квартиры ничтожной, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании доверенности недействительной, о признании дарственной на <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности квартиры ничтожной, применении последствий недействительности сделки, в обоснование заявленных требований указал, что <Дата> умер его отец <данные изъяты> наследником которого является он как сын и супруга отца – ответчик по делу ФИО2

Наследственное имущество состоит из <данные изъяты> доли в квартире по адресу г. Саратов, <адрес>.

ФИО1 указывает, что в момент заключения односторонней сделки доверенности его отец по причине тяжелой болезни был не сделкоспособен по ст. 177 ГК РФ, не выражал волеизъявления вызвать нотариуса на дом по адресу проживания и выдать доверенность ФИО3, возможно данную доверенность подписал другой гражданин.

На протяжении последних лет жизни отца истец периодически приезжал к отцу, помогал по уходу, передвигал его с кровати на каталку и обратно, менял и стирал белье, выполнял иные мужские работы по дому. С марта 2017 года ответчик ФИО2 стала препятствовать посещению отца на дому, в момент совершения сделки- доверенности 03 июня 2017 года ФИО2 блокировала его приезд к отцу. <данные изъяты> страдал с 2002 года неизлечимым артритом обоих коленных суставов, был лежачим тяжелобольным человеком и многие месяцы принимал сильные обезболивающие препараты (трамал) и ему аналогичные около года применения и гормональные (преднизалон 15 лет применения) препараты, имел психические расстройства и по этой причине не мог подписать документы, на совершаемые действия по переходу имущества. Кроме того причина смерти отца - ишемия головного мозга. Отсутствие воли отца при оформлении указанной выше доверенности выразилось не только в том, что отец не обращался в ГУЗ ОКБ «Святой Софии» для вызова врача психиатра на дом, но также не обращался для вызова и нотариуса на дом. <данные изъяты> в момент совершения сделки и после нее был недееспособен, так как по всем коммуникациям и жизнеобеспечения был в полной зависимости от ФИО2, не мог самостоятельно набрать номер сотового телефона, крайне плохо слышал, не мог связно разговаривать у него отсутствовала критичность мышления, сознание в связи с хронической ишемией было рассеянным. Считает, что факт выдачи доверенности и заключение в последующем договора дарения третьим лицом указывает на вывод имущества из наследственной массы.

Считает, что отец в момент выдач доверенности не отдавал отчет своим действиям и их последствиям, при имеющихся у него заболевания и принимаемых для их лечения и обезболивания препаратов он утратил способность осознавать свои действия и отдавать им отчет, доверенность не подписывал, а если и подписал, то был намеренно введен в заблуждение относительно характера совершаемой сделки. Истец указывает, что совершая сделку <данные изъяты> считал, что составляет завещание, а не выдает доверенность. В связи с чем, вынужден обратиться в суд и заявил требование о признании доверенности от 03 июня 2017 года недействительной, о признании дарственной на <данные изъяты> долю в квартире ничтожной, применение последствии недействительности сделки.

В судебном заседании ФИО4 исковые требования поддержал в полном объеме, в обоснование привел доводы, аналогичные, изложенным в иске, указал, что отец в момент выдачи доверенности заблуждался относительно характера совершаемой сделки, считая, что подписывает завещание, кроме того, он не отдавал отчет своим действиям и не мог руководить ими, в силу имеющихся у него заболеваний, кроме того в доверенности подпись не принадлежит <данные изъяты> 03 июня 2017 года. Не согласился с ответом эксперта психолога, указанного в заключении судебной психолого – психиатрической экспертизы, указав о формальном подходе к даче заключения. Кроме того, при составлении доверенности нотариусом нарушен порядок нотариальных действий, исходя из представленных нотариусом и ее помощником документов следует, что бланк доверенности выдан ранее волеизъявления <данные изъяты> на составление доверенности, а также что с учетом времени проезда к <данные изъяты> домой и места нахождения нотариуса у помощника нотариуса ФИО6 было недостаточно времени для общения с <данные изъяты> выяснением его состояния и выявлением его действительной воли на выдачу доверенности, объяснение последствий совершаемой сделки, заполнение опросного листа и возврата на свое рабочее место. Заблуждение <данные изъяты> в том, что он не знал какой документ он подписывает. Допрошенные в судебном заседании свидетели, намеренно не сообщили суду о принимаемых <данные изъяты> сильнодействующих препаратах, препятствующих осознанному восприятию действительности. ФИО1 злоупотребила своим правом, навязав <данные изъяты> сделку по выдаче доверенности. В связи с чем просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Ответчики <данные изъяты> В.Н. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки не известили, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали.

В письменных возражения на иск <данные изъяты> А.И. возражала против удовлетворения исковых требований указав, что составление доверенности <данные изъяты> на имя ФИО3 о дарении от его имени <данные изъяты> доли квартиры по адресу <...><адрес>, полностью соответствовало его воле на момент составления доверенности. <данные изъяты> полностью осознавал значение своих действий и руководил ими самостоятельно. Доверенность заверена нотариусом, при обстоятельствах, исключающих какое- либо влияние на волеизъявление <данные изъяты> Кроме того, обратила внимание на прохладные отношения между отцом и сыном и основания приобретения права собственности на ? долю спорной квартиры, полученной взамен иной квартиры, сданной ею и ее отцом под отселение.

Представитель ответчиков по доверенности и по ордеру адвокат Боус О.Н. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указав, что истцом заявлены взаимоисключающие основания исковых требований, и доказательств в подтверждение заявленных исковых требований им не представлено. Кроме того указала, что оспаривание сделки по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ - заблуждение возможно только, лицом совершаемым сделку. Доводы о злоупотреблении ФИО2 правом, является домыслом истца, не подтвержден какими либо доказательствами.

Третьи лица нотариус ФИО5, помощник нотариуса ФИО6 о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В предыдущих судебных заседаниях третье лицо нотариус ФИО5, а также в письменных возражениях на иск, в удовлетворении исковых требований просила отказать, указав, что доверенность удостоверена в установленном законом порядке с проверкой дееспособности лица, его волеизъявления, разъяснением ему характера совершаемой сделки и соблюдения всей процедуры удостоверения доверенности. Просьбы от <данные изъяты> об удостоверении договора дарения или завещания от <данные изъяты> при общении с ним помощника нотариуса ФИО6, исполняющей на тот период времени обязанности нотариуса не поступало. В связи с чем в удовлетворении исковых требований просила отказать в полном объеме.

Третье лицо - помощник нотариуса ФИО6 в предыдущих судебных заседаниях и письменных возражениях на иск указала, что перед удостоверением доверенности <данные изъяты> от 03 июня 2017 года на имя ФИО7 на дарение <данные изъяты> доли квартиры по адресу <...><адрес>, ею выяснялась воля <данные изъяты> на совершение указанной сделки, сомнений в дееспособности <данные изъяты> при совершении сделки у нее не возникло, кроме того им была также представлена справка комиссии врачей психиатров о способности понимать значение своих действий и руководить ими. <данные изъяты> при совершении сделки полностью контролировал себя, ориентировался во времени и пространстве, правильно воспринимал окружающую обстановку, волеизъявление <данные изъяты> на выдачу указанной доверенности было осознанным и сомнений не вызывало. Доверенность подписана самим <данные изъяты> в ее присутствии. В связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать в полном объеме.

Выслушав истца, представителя ответчиков, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

По юридической сути выдача доверенности - односторонняя сделка, в результате совершения которой у лица, на чье имя она выдана, появляется право (но не обязанность) принять доверенность либо не делать этого. Принятие доверенности - также односторонняя сделка (уже вторая по счету). Ее правовым результатом становится появление у лица, принявшего доверенность, указанных в ней полномочий и обязанности выполнить поручение доверителя, действуя в предоставленных ему пределах. С этого момента возникает правоотношение между представителем и представляемым.

Доверенности на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должны быть нотариально удостоверены (пункт 1 статьи 185.1 ГК РФ). К ним относятся доверенности, уполномочивающие представителя на отчуждение имущества, права на которое зарегистрированы в реестре (например, заключение договоров купли-продажи, мены, дарения в отношении такого имущества), а также на установление ограниченных вещных прав на него (в частности, установление сервитута или ипотеки).

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В соответствии с ч. 5 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

Согласно ст. 48 Основ законодательства РФ о нотариате нотариус отказывает в совершении нотариального действия, если с просьбой о совершении нотариального действия обратился недееспособный гражданин либо представитель, не имеющий необходимых полномочий.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований либо возражений.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. ст. 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 является сыном <данные изъяты> ответчик ФИО2 супругой <данные изъяты> что не оспаривалось сторонами и подтверждено свидетельством заключении брака (л.д. 77 т.1 ).

Двухкомнатная квартира по адресу <...><адрес> принадлежала на основании договора на приватизацию <данные изъяты> и его супруге ФИО2 по <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности (л.д.16 т. 1).

02 июня 2017 года <данные изъяты> освидетельствован амбулаторно однократно специалистами ГУЗ «ОКПБ» и по итогам дано заключение, что <данные изъяты> может понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 76 т. 1).

03 июня 2017 года <данные изъяты> составил доверенность на имя ФИО3 с правом дарения принадлежащей ему <данные изъяты> доли квартиры по адресу <...><адрес> И. А.И.(л.д.42-43 т. 1).

Указанная доверенность удостоверена помощником нотариуса ФИО6 по месту жительства <данные изъяты> по адресу <...><адрес>.

<данные изъяты> умер <Дата>, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 17 т.1 ).

Квартира по адресу г. Саратов, ул. им<данные изъяты> на основании договора дарения от 15 июня 2017 года принадлежит ФИО2 (л.д.18-19 т. 1).

В соответствии с договором дарения <данные изъяты> в лице представителя по доверенности ФИО3 подарил ФИО2 1/2 долю в квартире по адресу <...><данные изъяты> Указанный договор дарения удостоверен нотариусом ФИО8 и прошел государственную регистрацию (л.д. 39-41 т. 1).

Из содержания оспариваемой доверенности следует, что <данные изъяты> подтверждает, что смысл и значение доверенности, ее юридические последствия, а также содержание статей 185 - 189 ГК РФ ему разъяснены и соответствуют его намерениям. Содержание доверенности прочитано им лично и зачитано ему вслух.

В ч. 3 ст. 196 ГПК РФ предусмотрено, что суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В силу ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, из приведенной правовой нормы следует, что юридически значимыми обстоятельствами признания сделки недействительными при указываемых истцом обстоятельствах являются наличие или отсутствие психического расстройства у доверителя в момент составления доверенности, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Между тем, данные обстоятельства при рассмотрении дела своего подтверждения не нашли.

Так, согласно заключению № 1286 от 28 августа 2018 года, проведенной в рамках рассмотрения дела судебной психолого-психиатрической экспертизы ГУЗ «СОПБ им. Св. Софии» <данные изъяты> мог понимать значение своих действий (отдавать отчет своим действиям) и руководить ими. Комиссия экспертов, в заключении указала, что по имеющейся медицинской документации и показаниям свидетелей, <данные изъяты> страдал рядом соматических (телесных) заболеваний - <данные изъяты> Однако, представленная медицинская документация не содержит упоминаний о наличии у него каких-либо выраженых нарушений психики в юридически значимый период. Во время психиатрической освидетельствования 02 июня 2017 г. (накануне сделки) у него было диагностировано <данные изъяты> был сделан вывод о том, что он может понимать значение своих действий и руководить ими по своему психическому состоянию. В психическом состоянии подэкспертного в этот период отмечалось, что он доступен контакту, ориентирован в окружающей действительности, у него отсутствует продуктивная, психопатологическая симптоматика, выявлены некоторая замедленность мышления, негрубое снижение памяти на текущие события.

При осмотрах различными врачами, в том числе в июне 2017 года (<данные изъяты> каких- либо психических расстройств не описывалось, несмотря на имеющиеся жалобы, сознание было ясным, он был «уравновешен». По поводу имевшихся у него заболеваний, подэкспертному назначался ряд лекарственных препаратов, в том числе обезболивающие и противовоспалительные (<данные изъяты> а также <данные изъяты> При этом каких-либо побочных действий назначенных ему лекарственных средств, в том числе побочных действий лекарственных препаратов на психические функции (сознание, внимание, волю, эмоции, мышление и др.) в представленной медицинской документации не описывалось (л.д.9-14 т. 2).

Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, поскольку оно является допустимым доказательством, эксперты перед проведением экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, имеют профильное образование по предмету экспертизы, необходимый стаж работы по специальности, их квалификация не вызывает сомнений.

Согласно сообщению из ГУЗ «СГССМП» от 17 июля 2018 года в 2016 году и в 2017 году имели место вызовы <данные изъяты> скорой медицинской помощи и ни один из указанных в сообщении диагнозов <данные изъяты> не свидетельствует о каких либо признаках психических расстройств.

Допрошенная в судебном заседании 23 июля 2018 года в качестве свидетеля <данные изъяты> указала, что <данные изъяты> страдал физическим заболеванием, перестал вставать с кровати в последние полгода жизни. В начале июля 2017 года свидетель видела <данные изъяты> общалась с ним, странностей в его поведении не замечала, указав на ухудшение отношений с сыном ФИО1 в связи с редкими приездами к отцу домой по месту проживания и в больницу в связи с проведением операции. Свидетель осведомлена была о намерении <данные изъяты> передать свою долю в квартире супруге ФИО2, интересовался у нее процедурой ее переоформления. Кроме того данный свидетель пояснила, что является медиком и указала, что <данные изъяты> не принимал лекарств, которые могли повлиять негативно на его здоровье.

Свидетель <данные изъяты> племянник ФИО2 в судебном заседании 23 июля 2018 года показал что при посещении <данные изъяты> дома, разговаривал с ним и <данные изъяты> не смотря на физическую боль, психологически был нормален, адекватен, понимал все происходящее вокруг него, был в сознании, всегда узнавал его называл по имени, общался. Кроме того указал, что присутствовал когда ФИО1 давали деньги за приезд и помощь отцу. Последние месяцы жизни <данные изъяты> не принимал лекарства, только обезболивающие, у него было принципиальное отношение к лекарствам, был очень терпеливый человек. ФИО1 перестал приезжать к отцу с весны 2017 года.

Свидетель <данные изъяты> в судебном заседании 23 июля 2018 года пояснила, что ФИО2 знает с 1961 года, <данные изъяты> с 1970 года, ФИО1 - с 2007 года, по состоянию <данные изъяты> пояснила, что до последнего дня жизни <данные изъяты> по просьбе ФИО2 звонила ему и разговаривала с ним практически каждый день. Часто приезжала к ним домой зимой на такси, привозила семье И-вых продукты 1-2 раза в месяц. Последний раз <данные изъяты> видела летом 2017 года, с июля месяца <данные изъяты>. помогала их подруга <данные изъяты> с Владикавказа. С <данные изъяты> последний раз разговаривала 16 июля 2017 года, получила пенсию и поехала к <данные изъяты> разговаривали о том, что он с <данные изъяты> зарядку делали, песни пели, <данные изъяты> шутил постоянно, последнее время не читал, но раньше любил читать. Сомнения в его психическом состоянии у нее не было, когда она приходила в гости, он ее всегда узнавал и общался. Не жаловался на свое состояние здоровья. <данные изъяты> пил обезболивающее, ему часто вызывали скорую, когда ему плохо было. <данные изъяты> слышал нормально. Самостоятельно по квартире передвигаться не мог.

Оснований не доверять показаниям данных свидетелей, допрошенных в судебном заседании, у суда не имеется, их показания последовательные и согласуются с письменными материалами дела, заключением экспертизы ГУЗ «СОПБ» <№> от 28 августа 2018 года, пояснениями представителя ответчиков, третьих лиц, медицинским документами, письменными возражениями ответчика ФИО2

Таким образом, доводы истца о том, что <данные изъяты> страдал психическим расстройством, не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими в юридически значимый период не подтверждаются имеющейся медицинской документацией и свидетелями.

<данные изъяты>. не состоял на учете у врача-психиатра и у врача-нарколога в Саратовском городском психоневрологическом диспансере, не был ограничен судом в дееспособности или признан недееспособным, к врачу-психиатру для оказания необходимой, специализированной помощи не обращался.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что <данные изъяты> в момент совершения сделки доверенности от 03 июня 2017 года отдавал отчет своими действиям и руководил ими.

Представленный ФИО1 ответ Министерства здравоохранения Саратовской области на его обращение от 22 июня 2018 года на выводы суда не влияет, поскольку подтверждает освидетельствование <данные изъяты> врачом ГУЗ «ОКПБ» 02 июня 2017 года и выдаче заключения по итогам освидетельствования, а также разъяснение права на заявление ходатайства о проведении посмертной судебной психиатрической экспертизы.

Представленный ответ специалиста психолога <данные изъяты> на запрос истца на заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы ГУЗ «СОПБ им Св. Софии» <№> от 28 августа 2018 года не опровергает выводы судебной психолого – психиатрической экспертизы, в указанном ответе специалистом психологом <данные изъяты> указано, об отсутствии у <данные изъяты> тех изменений, которые позволили бы говорить о его недееспособности.

Указанные в электронном реестре ЕИС данные о времени выдачи доверенности и времени распечатки самого бланка доверенности при установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств не имеет существенного значения и на выводы суда не влияет.

Довод ФИО1 о том, что на доверенности стоит подпись не <данные изъяты> при рассмотрении дела также не подтвердился, опровергается пояснениями третьего лица -помощника нотариуса ФИО6, пояснениями представителя ответчиков Боус О.Н., заключением посмертной судебно- почерковедческой экспертизы ООО «Приоритет – оценка» <№> от 22 октября 2018 года, согласно которому подпись от имени <данные изъяты> в доверенности <данные изъяты> от 03 июня 2017 года. Зарегистрированной в реестре за <№> и удостоверенной ФИО6, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа ФИО8, выполнена самим <данные изъяты>л.д. 120-128 т. 2)

Не доверять данному заключению экспертов у суда оснований не имеется. К указанному выводу суд приходит исходя из следующего.

Из материалов дела видно, что судебная экспертиза назначена определением суда от 08 октября 2018 года в соответствии со ст.79 ГПК РФ. Эксперт <данные изъяты> подписавший заключение экспертов, предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Отводы эксперту в установленном законом порядке сторонами по делу не заявлены. Заключение судебной экспертизы составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ. Доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, истцом не представлено.

В связи с этим данное заключение является допустимым доказательством.

Какие либо иные доказательства, которые бы поставили под сомнение подпись <данные изъяты>. в доверенности, истцом не представлены.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 ссылался на то, что доверенность выданная <данные изъяты>. 03 июня 2017 года является недействительной как сделка, совершенная под влиянием обмана со стороны ФИО2 и под влиянием существенного заблуждения (п.2 ст. 179, ст.178 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Учитывая правовую позицию, изложенную в п. 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Вместе с тем, при рассмотрении дела умысла в действиях ФИО2 и ФИО3 совершить обман в отношении <данные изъяты> не установлено и доказательств тому истцом в нарушении ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Из смысла пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны не правильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Между тем, доказательств, подтверждающих факт заблуждения <данные изъяты> относительно природы сделок, а также умышленного введения ответчиками <данные изъяты> в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для выдачи доверенности и заключения договора, а также подтверждающих отсутствие у <данные изъяты> воли на отчуждение <данные изъяты> доли в квартире по адресу <...><данные изъяты> путем заключения договора дарения, истцом не представлено.

Так, оспариваемая доверенность содержит все существенные условия наделения представителя полномочиями на дарение <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности квартиры по адресу <...><данные изъяты>, принадлежавшей <данные изъяты> какие-либо неясности и неточности в тексте доверенности, которые позволяли бы трактовать ее смысл иначе, чем сделки по наделению представителя полномочиями на дарение имущества, отсутствуют.

В материалах дела не имеется и доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО2 и ФИО3 намеренных действий, направленных на создание у <данные изъяты> не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, которые могли бы повлиять на его решение заключить сделку.

Таким образом, оснований для утверждения того, что оспариваемая доверенность была выдана <данные изъяты> под влиянием заблуждения, не имеется. При этом сам по себе преклонный возраст <данные изъяты> и состояние его здоровья, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств, никоим образом не исключают удостоверение доверенности, поскольку иное означало бы недопустимое посягательство на свободу волеизъявления гражданина, поэтому указанные обстоятельства не свидетельствуют об оформлении доверенности под влиянием заблуждения.

Доводы истца о том, что названная доверенность недействительна ввиду того, что <данные изъяты> желавший составить завещание, при выдаче доверенности был введен в заблуждение и обманут ФИО2 относительно подписываемого документа, и не понимавшего что в действительности он подписывает доверенность от своего имени, признаются судом несостоятельными. Доказательств в подтверждение факта о намерении <данные изъяты> составить завещание и не понимавшего суть совершаемой им сделки, материалы дела не содержат, опровергаются пояснениями представителя ответчиков, письменными пояснениями ответчика ФИО2, пояснениями третьих лиц, содержанием самой доверенности и реестром регистрации нотариальных действий нотариуса № 1 ассоциации нотариусов «Саратовской областной нотариальной палаты».

Истцом ФИО1 не представлено доказательств тому, что при совершении нотариальных действий воля <данные изъяты> была нарушена, что он был введен в заблуждение либо обманут, доверенность не подписывал. Таким образом, оснований для признания доверенности, выданной <данные изъяты> 03 июня 2017 года недействительной, не имеется.

Сделка, совершенная <данные изъяты> по выдаче доверенности, удостоверенной нотариусом в установленном законом порядке, является законной, что свидетельствует также о законности другой сделки совершенной ФИО3 в интересах <данные изъяты> впоследствии – договора дарении <данные изъяты> доли квартиры по адресу <...><данные изъяты> от 15 июня 2017 года, оснований для применения последствий недействительности сделки не имеется, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к И. А. И., ФИО3 о признании доверенности, выданной <данные изъяты> 03 июня 2017 года недействительной, о признании дарственной на <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности квартиры по адресу <...><данные изъяты> ничтожной, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Заводской районный суд города Саратова.

Мотивированное решение изготовлено 12 ноября 2018 года.

Судья: Е.Ю. Галицкая