Решение № 2-1254/2017 2-94/2018 2-94/2018(2-1254/2017;)~М-1336/2017 М-1336/2017 от 27 июня 2018 г. по делу № 2-1254/2017

Гражданское дело № 2-94/2018

Рязанского районного суда Рязанской области


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Рязань 28 июня 2018 года

Рязанский районный суд Рязанской области в составе:

председательствующего судьи Климаковой Л.И.,

с участием помощника прокурора Рязанского района Рязанской области Головановой Е.Г.,

истца ФИО1 и его представителя – ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика ООО «Рязанский трубный завод» - ФИО3, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Рязанский трубный завод» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Рязанский трубный завод» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве и в обоснование заявленных требований указал, что он работал по трудовому договору у ответчика в должности <данные изъяты> по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах. При выполнении сменного задания - распаковки рулона металла от упаковочных лент, лопнули кольцевые ленты, в результате чего лист рулона отпружинил и нанес ему удар, в результате чего его столкнуло в приямок, над которым проходят рельсы с тележкой. При этом при падении он, истец, ударился спиной о металлические рельсы. В результате падения им были получены следующие травмы: тупая травма грудной клетки, ушиб левого легкого, кровохарканье, закрытый перелом тела L5, ушиб, ссадины левого плеча и предплечья. После случившегося была вызвана скорая медицинская помощь, и он был госпитализирован в ГБУ РО «Областная клиническая больница», где с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении, всего он пробыл на больничном <данные изъяты> дней, проходил лечение в поликлинике по месту жительства, а также направлялся во <данные изъяты> затем был направлен на медико-социальную экспертизу №, где ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности на тридцать процентов и определена дата очередного освидетельствования <данные изъяты> года. По факту несчастного случая был составлен акт о несчастном случае на производстве. Как указывает истец, за время лечения он перенес такие физические страдания как, постоянные боли, полностью не была восстановлена двигательная функция, болезненные уколы, произошла утрата трудоспособности на <данные изъяты>% из-за травмы. Его жизнедеятельность стала ограничена, теперь он не может заниматься спортом, вести активный образ жизни, прогулки доставляют ему постоянную боль в спине и ноге. Истец полагает, что действиями ответчика ему причинен моральный вред, в связи с чем, он (истец) обратился в суд, и, ссылаясь на положения ст. 1064, ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 г., п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», с учетом уточнений, принятых судом в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил суд взыскать с ООО «Рязанский трубный завод» в пользу его (истца) моральный вред в размере 500 000,00 рублей, а также судебные расходы, связанные с проведением экспертизы, в сумме 18 519, 49 копеек.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил суд заявленный иск удовлетворить, взыскать с ответчика ООО «Рязанский трубный завод» в его пользу моральный вред в размере 500 000,00 рублей, этот размер считает законным и обоснованным, поскольку он превратился в больного человека, который не только не может работать в полную силу, но не может и жить, занимаясь спорном, рыбалкой, как это он делал ранее, инструктаж по технике безопасности носил формальный характер, также просит взыскать с ответчика судебные расходы, связанные с проведением экспертизы, в сумме 18 519, 49 рублей.

Представитель истца ФИО4 – ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме с учетом уточнений и при этом суду пояснила, что производственная травма произошла по вине ответчика, как работодателя, не обеспечившего истцу безопасные условия работы, его вина установлена. В результате полученной травмы истец до настоящего времени переносит периодические боли и нравственные страдания из-за того, что не может вернуться к прежнему образу своей жизни – занятием футболом, управлением автомобилем, поскольку ему болезненно сидеть и находиться в одном положении. Утрата его трудоспособности составила <данные изъяты>%, он лишен возможности устроиться на полноценную работу.

Представитель ответчика – ООО «Рязанский трубный завод», ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО1 признал частично, по основаниям, изложенным в отзыве на иск, при этом в судебном заседании не оспаривая факт и обстоятельство произошедшего несчастного случая на производстве, выразил свое несогласие с размером заявленного требования, считая его размер необоснованно завышенным и просил суд учесть, что истцу были обеспечены безопасные условия труда, по технике безопасности, он проходил инструктаж, он сам частично виноват в случившемся, утрата трудоспособности истца на <данные изъяты>% не является значительной, он может выполнять работу по профессии с незначительным снижением объема, инвалидность ФИО1 не установлена и заинтересованные компетентные органы не отразили в своих документах степени вины ответчика, Петрову назначены страховые выплаты.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, а также исследовав письменные доказательства по делу, предоставленные суду сторонами в силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ в том числе, заключение экспертизы ГБУ РО «Бюро СМЭ» № (период проведения: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), и заслушав заключение помощника прокурора, приходит к выводу, что заявленные исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

На основании ч. 1 и ч. 2 ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, который освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Положениями ст. 1101 Гражданского кодекса РФ определено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Рязанский трубный завод», куда был принят на работу ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>, что усматривается из трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. Местом его работы определено: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ истец находился на рабочем месте при исполнении трудовых обязанностей и, получив сменное задание в 08 часов 11 минут, ФИО1 приступил к его выполнению - распаковке рулона металла от упаковочных лент, в процессе выполнения этой работы с ним произошел несчастный случай на производстве: разрезав радиальные упаковочные ленты, он приступил к их удалению, но одна из трех лент застряла под кольцевыми лентами и тогда ФИО1 (истец), стал перед рулоном металла на платформу тележки для его подачи на разматыватель и попытался удалить застрявшую ленту. В это время, не выдержав нагрузки, лопнули кольцевые ленты и начало листа рулона отпружинив, нанесло удар по истцу, стоящему напротив, отчего его столкнуло в приямок (углубление), над которым проходят рельсы с тележкой, куда упал ФИО1, ударившись при падении спиной о рельсы. В результате несчастного случая он получил травму, с которой был госпитализирован в Рязанскую областную клиническую больницу и согласно выписки из истории болезни № ГБУ РО «ОКБ», ему был установлен следующий диагноз: тупая травма грудной клетки; ушиб левого легкого; кровохарканье, закрытый перелом тела L5, ушиб, ссадины левого плеча, предплечья. По факту несчастного случая на производстве было сделано заключение государственного инспектора труда ГИТ в Рязанской области ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, с выводами которого ответчик согласился и не обжаловал. На основании указанного заключения ответчиком ДД.ММ.ГГГГ был составлен и утвержден акт № о несчастном случае на производстве. В соответствии с п. 9 указанного акта основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работы, а сопутствующей причиной явился – ненадлежащий контроль со стороны должностных лиц общества за соблюдением работником технологических процессов, соблюдение правил охраны труда и техники безопасности. Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных правовых актов, приведших к несчастному случаю являются : начальник заготовительного отделения ФИО6, который не выполнил требования должностной инструкции начальника заготовительного отделения, утвержденной директором ООО «Рязанский трубный завод» в ДД.ММ.ГГГГ года: п.2.4. «Контролирует соблюдение технологических процессов, оперативно выявляет и устраняет причины их нарушения»; п.2.18. «….контролирует соблюдение рабочими правил охраны труда и техники безопасности…..» и мастер заготовительного отделения –ФИО7, который не выполнил требования должностной инструкции начальника заготовительного отделения, утвержденной директором ООО «Рязанский трубный завод» в ДД.ММ.ГГГГ года: п.2.4. «Контролирует соблюдение технологических процессов, оперативно выявляет и устраняет причины их нарушения»; п.2.18. «….контролирует соблюдение рабочими правил охраны труда и техники безопасности…..». Согласно Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве степень повреждения здоровья, в результате полученной травмы отнесена к категории "тяжких". Истец не обжаловал акт о несчастном случае на производстве в порядке, предусмотренном ст. 231 ТК РФ, тем самым согласившись со степенью тяжести повреждения здоровья, указанной в акте. Данные обстоятельства подтверждаются письменными доказательствами, представленными в материалах дела, которые сторонами не оспорены и не законными не признаны, что дает суду основания, бесспорно установить вину ответчика (работодателя) в произошедшем несчастном случае на производстве, которая выразилась в низком уровне организации и осуществления производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности и охраны труда при ведении работ со стороны специалистов завода.

В ходе судебного заседания по ходатайству истца была назначена судебная медицинская экспертиза для определения степени тяжести телесных повреждений, порученных пострадавшем при несчастном случае на производстве 06. 04.2017 года.

Согласно выводам заключения, проведенной судебно-медицинской экспертизы ГБУ РО «Бюро СМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ, на этапах клинического обследования ФИО1 врачами клиницистами достоверно были установлены следующие телесные повреждения истца: закрытый перелом тела пятого поясничного позвонка со смещением костных отломков; закрытая тупая травма грудной клетки; ушиб (контузия) левого легкого; ссадина с подкожной гематомой в затылочной области головы; множественные ссадины в области правого плеча (без указания количества и характеристик повреждений), ссадины в области задней поверхности грудной клетки (без указания количества и характеристик повреждений). Данные телесные повреждения могли образоваться незадолго до обследования пострадавшего бригадой скорой медицинской помощи от воздействия тупого предмета/предметов, возможно, в срок и при обстоятельствах, рассматриваемых в установочной части определения, а именно, «ДД.ММ.ГГГГ». Означенные выше телесные повреждения в своей совокупности, ведущим из которых является закрытый перелом тела пятого поясничного позвонка со смещением костных отломков, не были опасными для жизни, по своему характеру сопровождались длительным (свыше 21 дня) расстройством здоровья, в силу чего расцениваются как средней тяжести вред, причиненный здоровью человека, в соответствии с пунктом 46 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.07 № 522, и пунктами 7, 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. №194н. В экспертном заключении также указано, что следует отметить, что при медицинском обследовании ФИО1 врачом-хирургом приемного покоя ГБУ РО «Областная клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ были установлены диагнозы «Гемоторакс слева», «Ушиб почек». Однако данные диагнозы не были подтверждены результатами проведенных дополнительных инструментальных методов исследования (Ультразвуковое исследование органов брюшной полости. Дата ДД.ММ.ГГГГ. Печень: структура однородна, эхогенность средняя, в правой доле по висцеральной поверхности киста диаметром 8 мм... Желчный пузырь... незначительно увеличен... Поджелудочная железа: структура однородна, эхогенность повышена, контуры четкие... Почки: правая, левая - средних размеров, чашечнолоханочная система не расширена. В плевральных полостях без патологии... РК-томография № от ДД.ММ.ГГГГ. Результаты: Дополнительных образований в средостении не выявлено. Плевральная полость свободна...). Таким образом, вышеуказанные диагнозы «Гемоторакс слева», «Ушиб почек» не подлежат экспертной оценке в контексте тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в соответствии с пунктом 271 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н. Кроме того, при первичном обследовании пострадавшего врачом скорой медицинской помощи 06.04.2017 года, помимо прочих, был выставлен диагноз закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга в предположительной форме, который не получил своей верификации результатами дальнейшего клинического обследования ФИО1

Давая оценку указанному заключению в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, суд полагает возможным принять данное заключение в качестве допустимого доказательства по настоящему делу, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда, заключение экспертов мотивировано, неясностей и разночтений не содержит, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные судом вопросы, экспертам разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, эксперты обладают соответствующими познаниями в исследуемой области и были предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Оснований сомневаться в правильности и обоснованности выводов эксперта не имеется, правильность и обоснованность выводов данного заключения эксперта сторонами не оспаривается, а при таких обстоятельствах суд признает, что выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, являются достоверными и принимает его в качестве достоверного доказательства по делу.

Судом установлено, что на основании заключения государственного инспектора труда ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ по несчастному случаю, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 в адрес директора ООО «Рязанский трубный завод» ГИТ в Рязанской области было выдано предписание № от ДД.ММ.ГГГГ об устранении выявленных нарушений выразившихся в неудовлетворительной организации производства работ и недостаточного контроля со стороны должностных лиц общества за соблюдением технологии производства, правил охраны труда и техники безопасности. Таким образом, судом установлен факт получения ДД.ММ.ГГГГ истцом в результате несчастного случая на производстве травмы, с которыми истец длительное время проходил и продолжает проходить лечение, ему определена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% на момент рассмотрения дела, при этом вина работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве установлена. Доказательств обратного стороной ответчика суду в порядке ст.56 ГПК РФ не представлено, отсутствуют такие доказательства и в материалах дела, в связи с чем, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 имеет право на взыскание компенсации морального вреда, поскольку в результате причиненных ему телесных повреждений для истца наступили негативные последствия, вызванные физической болью и нравственными переживаниями (моральный вред), которые он испытывает по настоящее время.

Довод представителя ответчика о наличии вины истца в произошедшем является несостоятельным и не может быть принят судом во внимание, поскольку не подтвержден определенными доказательствами и опровергается материалами дела.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Исходя из положений ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе, безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений. По делам о компенсации морального вреда истец должен доказать причинение вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, размер компенсации вреда.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ. N 10 «О компенсации морального вреда» указано, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оцениваются судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий

Таким образом, закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень вины ответчика, учитывать при определении размера компенсации морального вреда требования разумности, справедливости и иные заслуживающие внимания обстоятельства. При этом компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.

При определении размера компенсации морального вреда суд, принимая во внимание все фактические обстоятельства дела, при которых была получена истцом травма, причины, приведшие к несчастному случаю, характер и тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, длительность лечения, последствия в виде стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%, необходимость прохождения реабилитации, а также требования разумности и справедливости.

Вместе с тем, обсуждая вопрос о размере компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд, исходя из принципов разумности и справедливости в силу ст. 1101 ГК РФ, и, принимая во внимание характер и объем причиненных истцу нравственных и физических страданий, подтвержденных доказательствами, представленными истцом в силу ст.56 ГПК РФ, пришел к выводу о том, что размер денежной компенсации морального вреда в 500 000 рублей является необоснованно завышенным и подлежит ограничению до 300 000 рублей, указанный размер является разумным и справедливым, соответствующей степени вины ответчика и характеру причиненных нравственных и физических страданий истцу.

Кроме того, на основании ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статья 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов на производство экспертизы, суд исходит из того обстоятельства, что судебная экспертиза была назначена по ходатайству истца, использовавшего свое право на представление доказательств по делу. Факт оплаты ФИО1 денежной суммы в размере 18 519, 49 рублей за производство экспертизы подтверждается квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ и кассовым чеком на указанную сумму от ДД.ММ.ГГГГ ГБУ РО «Бюро СМЭ», а поэтому указанные расходы подлежат взысканию с ответчика.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ООО «Рязанский трубный завод» подлежит взысканию государственная пошлина в доход государства в размере 300 рублей, от которой истец ФИО1 был освобожден при подаче иска в суд в силу закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Рязанский трубный завод» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Рязанский трубный завод» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, 300 000,00 рублей и судебные расходы, связанные с проведением экспертизы в размере 18 519,49 рублей, а всего- 318 519,49 рублей, в остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Рязанский трубный завод» в пользу государства государственную пошлину в сумме 300,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда в течение месяца дней со дня его изготовления через Рязанский районный суд Рязанской области в окончательной форме.

Судья: подпись.

Копия верна. Судья Л.И. Климакова