Апелляционное определение № 22-11880/2025 от 17 декабря 2025 г.

УИД 50RS0<данные изъяты>-<данные изъяты>

Судья Чистякова М.А. Дело <данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<данные изъяты> 18 декабря 2025 года

Московский областной суд в составе:

председательствующего Тюкиной Е.В.,

судей Забродиной Н.М. и Нуждиной М.Н.,

помощника судьи Кулешовой Ю.А., ведущей протокол и аудиопротоколирование судебного заседания, рассмотрев в апелляционном порядке с участием

прокурора отдела апелляционного обжалования уголовно-судебного управления прокуратуры <данные изъяты> Крайней Н.В.,

представителя потерпевшей адвоката Поликашиной О.В., представившей удостоверение <данные изъяты> и ордер <данные изъяты> от <данные изъяты>,

осужденного Рыбокон,

адвоката Хайруллиной Ф.Р., предъявившей удостоверение <данные изъяты> и ордер <данные изъяты> от <данные изъяты>,

апелляционное представление прокурора, апелляционные жалобы осужденного и его защитника Мухиной Ю.А. на приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, постановленный с участием присяжных заседателей, которым

Рыбокон,

родившийся <данные изъяты> в <данные изъяты>, гражданин <данные изъяты>, ранее судимый:

<данные изъяты> приговором <данные изъяты> районного суда <данные изъяты> по ч. 1 ст. 105 УК РФ с учетом постановления Президиума суда <данные изъяты> от <данные изъяты> к 11 года 2 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

<данные изъяты> приговором суда судебного участка <данные изъяты><данные изъяты> судебного района <данные изъяты> по ч. 1 ст. 160 УК РФ к 1 году лишения свободы условно в соответствии со ст. 73 УК РФ с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам 10 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное наказание по приговору суда от <данные изъяты> отменено, в соответствии со ст. 70 УК РФ путем полного присоединения неотбытого наказания по приговору суда от <данные изъяты> осужден к 10 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

Соответствии со ст. 53 УК РФ в период ограничения свободы осужденному установлены запреты на выезд за пределы соответствующего муниципального образования, на территории которого осужденный будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы, не изменять место жительства либо пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложена обязанность являться в этот орган не реже двух раз в месяц для регистрации.

Приговором суда произведен зачет в срок лишения свободы времени содержания его под стражей с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ.

Иск потерпевшей Потерпевший №1 удовлетворен частично, с осужденного в её пользу взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой потерпевшей услуг представителя в размере 150 000 рублей, возмещены за счет средств федерального бюджета. С осужденного в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки в размере 150 000 рублей

Приговором суда решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Забродиной Н.М., выступление прокурора Крайней Н.В. в поддержку доводов апелляционного представления и её возражения в отношении доводов апелляционных жалоб, выступления осужденного и его защитника адвоката Хайруллиной Ф.Р. в поддержку доводов апелляционных жалоб, проверив представленные материалы, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору суда, постановленному на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, Рыбокон признан виновным в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку, совершенном <данные изъяты> в <данные изъяты> в отношении ФИО4 при событиях и обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении заместитель <данные изъяты> городского прокурора А.Ю. Калякин ставит вопрос об изменении приговора и зачете в срок наказания времени содержания осужденного под стражей с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета, предусмотренного ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, как это предусмотрено уголовным законом в отношении лиц, признанных особо опасными рецидивистами. В остальном приговор, вопреки доводам поданных жалоб, является законным и обоснованным.

В апелляционной жалобе адвокат Мухина Ю.А. в защиту интересов осужденного, считая приговор суда незаконным и необоснованным в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию.

Автор жалобы указывает на нарушения, связанные с формированием коллегии присяжных заседателей, к которым относит: - лишение осужденного возможности реализовать свои права, предусмотренные ч. 5 ст. 327 УПК РФ, задать вопросы кандидатам и заявить немотивированный отвод; - лишение стороны защиты на заявление неограниченного числа мотивированных отводов, поскольку защитник смогла заявила лишь один отвод, а от рассмотрения других отводов председательствующий уклонился; - вынесение судом постановления о назначении судебного заседания без указания количества кандидатов в присяжные заседатели в нарушение ч. 4 ст. 325 УПК РФ; - нарушение в процессе дополнительного отбора заседателей, когда суд, вызвав дополнительных кандидатов, проводил также повторный опрос кандидатов, ранее прошедших отбор, что привело к отводу стороной обвинения ранее отобранного кандидата под номером 4.

Указано о нарушениях, способных вызвать предубеждение присяжных заседателей, к которым отнесено систематические и целенаправленные высказывания и недозволенные вопросы гособвинителя во время допросов потерпевшей, свидетелей по личности подсудимого, которые создавали отрицательный образ подсудимого, и тем самым могли негативно отразиться на мнении присяжных заседателей при формировании вердикта. Так, например, гособвинитель спрашивал - на территории какого государства находился Рыбокон в мае-июне 2016 г., что он там делал, в связи с чем был задержан. В связи с чем сторона защиты заявляла протесты, а председательствующий разъяснял присяжным о необходимости не учитывать эту информацию.

Выражено несогласие с действиями председательствующего, который систематически объявлял подсудимому замечания на протяжении всего судебного следствия, безосновательно удалил его из зала суда во время дачи им показаний и до окончания прений сторон, неоднократно прерывал подсудимого при произнесении им последнего слова, в то время как тот заявлял о предвзятом к нему отношении со стороны судьи и выражал сомнения в объективности коллеги присяжных заседателей. Указанные действия повлияли на формирование мнения присяжных, на их беспристрастность и отразились на ответах при вынесении вердикта, который в связи с этим не может быть признан законным.

В апелляционной жалобе осужденный Рыбокон также ставит вопрос об отмене приговора и возвращении его на новое судебное разбирательство, как постановленного с нарушениями норм уголовно-процессуального законодательства, что, по его мнению, выразилось в отсутствии доказательств его виновности, несогласии с порядком формирования коллегии присяжных заседателей по доводам, аналогичным доводам защитника, в нарушении права на защиту, что подтверждено необоснованным отказом в удовлетворении его ходатайств об истребовании документов, постановке вопросов о наличии по делу фактических обстоятельств, исключающих его причастность к обвинению, нерассмотрение его ходатайств о признании недопустимыми ряда доказательств, что позволило бы ему доказать свою непричастность к преступлению, необоснованном удалении из зала судебного заседания, в отказе обсуждать вердикта, в высказывании возражений с напутственным словом председательствующего, что повлияло на формирование вердикта коллегией присяжных.

Кроме этого жалоба содержит подробные доводы о несогласии осужденного с установленными фактическими обстоятельствами дела, мотивами преступления, указывает, что неприязненные отношения ничем не подтверждены, а время смерти ФИО4 точно не установлено, что свидетельствует о том, что приговор основан на догадках и предположениях.

Указывает, что коллегии присяжных были предъявлены недопустимые доказательства, к которым он относит: - показания потерпевшей Потерпевший №1, являющиеся необъективными, неполными и противоречивыми, для чего приводится их подробный анализ; - протокол опознания потерпевшей рубашки от <данные изъяты>, составленного с нарушением ч. 6 ст. 193 УПК РФ, указано, что в ходе опознания через 9 лет потерпевшая была опознана белая рубашка, как принадлежащая ему, что недостоверно; - показания свидетеля Свидетель №1, с которым он не знаком, не употреблял спиртных напитков, не давал каких-либо вещей, документов, сумок, и считает указанного свидетеля подставным лицом. Обращает внимание на недостоверность и противоречивость сведений, сообщенных свидетелем в ходе предъявления через 9 лет фотографии осужденного для опознания, в ходе допроса, на наличие противоречий и нестыковок в части указания времени смерти потерпевшей. Указано на неверную оценку приведенных доказательств.

Имеются доводы о наличии фальсификации материалов уголовного дела (явка с повинной), для чего необходимо привлечение эксперта.

Заявляет о неполноте проведенного предварительного и судебного следствия, что требует возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, для истребования новых доказательств и проверки его версий.

Обращает внимание на отсутствие доказательств обоснованного объявления его в розыск, в то время как все обвинения ему были выдвинуты заочно, об этом его никто не извещал. Выражено несогласие с тем, как суд произвел зачет в срок наказания периода его задержания по настоящему делу с <данные изъяты>, в то время как он фактически был задержан <данные изъяты> в аэропорту <данные изъяты> в связи с объявленным розыском, а с <данные изъяты> уже находился в СИЗО в <данные изъяты>.

Указывает на несоответствии приговора требованиям закона, поскольку не указано, почему при наличии противоречий одни доказательства судом были приняты, а другие отвергнуты, на нарушения положений ч. 1 и ч. 4 ст. 271, ст. 272 УК РФ о предоставлении новых доказательств и возможности рассмотреть дело в отсутствие кого-либо из участников, на отсутствие принятых судом мер в отношении сохранности его имущество, что отсутствует в приговоре.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный указывает на наличие в протоколе судебного заседания несоответствий в датах, фразах, репликах, искажения материалов дела.

Подробно приведены доводы о несогласии с действиями следователя, прокурора в период предварительного следствия, государственного обвинителя в суде (речь которого в прениях он расценил как «фантастику мракобесия психически больного человека»), выступлением представителя потерпевшей адвоката Поликашиной О.В., озвучившей недопустимые фразы о ноже и виновности Рыбокон

В возражениях государственный обвинитель Миронов Н.С. выразил несогласие с доводами апелляционных жалоб стороны защиты, и указал, что в соответствии с законом стороны не вправе обжаловать приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, по основаниям, связанным с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела. При этом оценка представленных сторонами доказательств относится исключительно к компетенции коллегии присяжных заседателей. В связи с чем доводы осужденного о его невиновности, неверной оценке представленных доказательств следует оставить без рассмотрения. Иные доводы жалоб в части якобы допущенных нарушений уголовно-процессуального закона, прав осужденного, нарушениями не являются и не могут таковыми рассматриваться. Претензии о неполноте судебного следствия, мотивированные отказом гособвинителя в вызове некоторых свидетелей обвинения, также не свидетельствуют о нарушении закона, в то время как сторона защиты не была ограничена в предоставлении своих доказательств. Нет оснований не согласиться с обоснованными и законным решением об оглашении показаний свидетеля Свидетель №1, поскольку все меры для установления его места нахождения были исчерпаны, в то время как обвиняемому на предыдущих стадиях производства по делу (очная ставка) была предоставлена возможность оспорить показания свидетеля. Судебное следствие соответствует установленным нормам. Нарушений при проведении прений не имеется, последнее слово предоставлено с соблюдением закона и прав осужденного. Процедура постановки вопросов коллеги присяжных соблюдена, напутственное слово председательствующего соответствует требованиям закона. Постановленный вердикт отвечает требования ст. 348, 351 УПК РФ, вменяемость осужденного проверена, содержание приговора соответствует требованиям закона, назначенное наказание, как по видам, так и срокам соответствует требованиям ст. 6, ст. 60, ч. 1 ст. 65 УК РФ, как за преступление по настоящему приговору, так и по совокупности приговоров, и является справедливым.

Изучив доводы, изложенные в апелляционных представлении, жалобах и письменных возражениях, а также в выступлениях сторон в заседании суда апелляционной инстанции, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по уголовному делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем – саму процедуру судебного разбирательства. При этом судебная коллегия исходит из следующего.

Обвинительное заключение утверждено надлежащим должностным лицом. Оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст. 327 УПК РФ в целях устранения в нем каких-либо недостатков не имелось.

Данных о неполноте проведенного предварительного расследования, вопреки доводам осужденного, судом не установлено, совокупность представленных сторонами доказательств позволила рассмотреть уголовное дело в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом с участием присяжных заседателей, на чем настаивал осужденный Рыбокон, и прийти к выводам о его виновности. Каких-либо ходатайств на стадии окончания предварительного расследования о дополнении следствия, истребовании необходимых материалов и сведений, от обвиняемого не поступало.

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей в соответствии с волеизъявлением обвиняемого, выраженном в порядке ст. 217, 325 УПК РФ, законность избрания данной формы судебного разбирательства осужденным и его защитником не оспаривается. При решении вопроса о выборе этой формы судебного разбирательства права обвиняемого были соблюдены, ему в присутствии защитника были даны необходимые разъяснения относительно особенностей и правовых последствий рассмотрения уголовного дела с участием присяжных заседателей, в том числе и предусмотренных ст. 289.27 УПК РФ, против которых обвиняемый возражений не высказал.

Постановлением судьи <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> уголовное дело назначено к слушанию в открытом судебном заседании к рассмотрению в составе судьи и коллегии присяжных заседателей, для чего следует обеспечить вызов 1000 кандидатов в присяжные заседатели. Вопреки доводам жалобы защитника, неуказание в данном постановлении судьи данных о количестве присяжных заседателей в коллегии не влечет незаконность постановления судьи и отмену приговора, постановленного впоследствии в полном соответствии с законом, с соблюдением процедуры формирования коллеги присяжных заседателей в количестве 6 человек, как того и требует закон.

Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением положений ст. 328 УПК РФ.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 и 353 УПК РФ, содержит состав кандидатов в присяжные заседатели, вызванных в судебное заседание, ход формирования коллегии присяжных заседателей, в нем приведено содержание напутственного слова председательствующего, зафиксирован весь ход судебного процесса. Стороны имели возможность с ним знакомиться и принести свои замечания. Поданные осужденным Рыбокон замечания рассмотрены в установленном законом порядке.

Приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей в соответствии со ст. 389.21, п.п. 2-4 ст. 389.15 УПК РФ не подлежит обжалованию по основанию несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, что фактически является основным доводом апелляционной жалобы осужденного Рыбокон

Как видно из протокола судебного заседания, формирование коллегии проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Отбор кандидатов в присяжные заседатели осуществлялся с участием сторон, которые реализовывали своё право на мотивированные и немотивированные отводы. Сторонам обвинения и защиты предоставлялась равная возможность проводить опрос кандидатов в присяжные заседатели, задавать вопросы, связанные с выяснением обстоятельств, препятствующих их участию в заедании по данному делу. На вопросы относительно своих личностей кандидаты в присяжные заседатели давали полные ответы, сообщали о себе объективные сведения и информацию.

Приглашаемый к столу председательствующего для обсуждения кандидатов в присяжные заседатели защитник имел возможность согласовать своё мнение по отводам кандидатов со своим подзащитным. Поэтому доводы осужденного Рыбокон о лишении его возможности непосредственно выражать свое мнение являются неосновательными и не свидетельствуют о том, что формирование коллегии проходило без участия подсудимого. Вопреки доводам жалоб, такое участие в формировании коллегии осуществлялось через защитника ФИО3

Обстоятельств, исключающих участие присяжных заседателей, вошедших в состав коллегии, в производстве по уголовному делу, не установлено. Самоотводы кандидатов в присяжные заседатели, отводы их сторонами разрешены председательствующим по делу в установленном законом порядке, в соответствии с положениями ст. 328 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания следует, что <данные изъяты> после рассмотрения самоотводов и мотивированных отводов кандидатов в коллегию присяжных заседателей осталось менее 10 – всего лишь 7, в связи с чем в соответствии с ч. 3 ст. 327 УПК РФ председательствующий дал распоряжение о дополнительном вызове в суд кандидатов в присяжные заседатели. После чего <данные изъяты> формирования коллегии продолжилось, сторонами всем 16 кандидатам вновь были заданы вопросы, а также предоставлена возможность заявить мотивированные и немотивированные отводы, что не запрещено законом. Данных, позволяющих судить о несостоятельном отводе кандидата <данные изъяты> представителем обвинения, не представлено. В связи с наличием на этапе формирования коллегии присяжных лишь 12 кандидатов, председательствующим обоснованно было предоставлено право каждой стороне заявить по одному немотивированному отводу, при этом каждая из сторон своё право реализовала. В тот же день была сформирована коллегия присяжных заседателей в количестве 6 заседателей и 4 запасных заседателей.

Согласно протоколу судебного заседания, заявлений о незаконности состава коллегии присяжных заседателей или её тенденциозности от сторон не поступило.

При таких обстоятельствах каких-либо нарушений установленного порядка отбора кандидатов не имеется, доводы стороны защиты о нарушениях при отборе, незаконном составе коллегии присяжных заседателей, опровергнуты материалами уголовного дела, в связи с чем несостоятельны и не ставят под сомнение законность постановленного приговора.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона. Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил сторонам в соответствии с главой 15 УПК РФ равные возможности по представлению и исследованию доказательств по делу, принял предусмотренные законом меры по реализации сторонами принципа состязательности и создал все необходимые условия для всестороннего и полного исследования доказательств.

В этой связи суд апелляционной инстанции обращает внимание на наличие в деле письменных ходатайств сторон обвинения и защиты об исследовании доказательств, что свидетельствует о создании равных условий для осуществления сторонами своих функций.

Осужденному Рыбокон была предоставлена возможность донести до присяжных заседателей свою позицию, в том числе об обстоятельствах и причинах совершенных ими действий, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Не усматривает судебная коллегия и нарушений со стороны государственного обвинителя или председательствующего судьи требований ст. 252 УПК РФ. Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проводилось исключительно в рамках предъявленного осужденному Рыбокон обвинения.

В соответствии со ст. 335 судебное следствие в суде с участием присяжных заседателей начинается со вступительных заявлений государственного обвинителя и защитника. Судебная коллегия нарушений в этой части не находит.

Судебное следствие по делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона, регламентирующего рассмотрение уголовного дела с участи коллегии присяжных заседателей, в том числе ст. 341 УПК РФ.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства совершенного Рыбокон преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и сделаны обоснованные выводы о его виновности в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку, совершенном <данные изъяты> в отношении ФИО4 при событиях и обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Доказательства, исследованные в судебном заседании с участием присяжных заседателей, проверены с точки зрения соответствии их требованиям относимости и допустимости; возникающие в связи с оценкой доказательств вопросы разрешались судом с учетом мнений сторон; принятые судом решения по этим опросам надлежащим образом мотивированы.

Установленные главой 42 УПК РФ порядок исследования в судебном заседании с участием присяжных заседателей обстоятельств уголовного дела судом соблюден.

В присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными статьей 334 УПК РФ. Данные требования закона были выполнены.

Председательствующий реагировал на все случаи нарушения участниками процесса требований закона, регламентирующих рассмотрение уголовного дела с участием присяжных заседателей, то есть все высказывания или задаваемые вопросы со стороны участников процесса, касавшиеся обстоятельств, которые не относились у фактическим обстоятельствам дела и выходили за пределы предмета исследования присяжными заседателей, пресекались председательствующим, и каждый раз коллегии присяжных заседателей разъяснялось о необходимости не принимать во внимание высказывания и сведения, доведенные с нарушением требований закона. Об этом председательствующий напомнил присяжным заседателям и в своем напутственном слове.

Все ходатайства сторон были рассмотрены в соответствии с законом.

Ставить под сомнение правильность выводов суда по заявленным ходатайствам, у судебной коллегии оснований не имеется. Как не установлено и какой-либо избирательности при этом в угоду стороне обвинения.

Допрос явившихся в судебное заседание лиц отвечал положениям ст. 189, 275, 278, 282 УПК РФ, а также установленным особенностям рассмотрения дела с участием присяжных заседателей.

Содержание поставленных перед допрашиваемыми лицами вопросов не выходило за рамки ст. 252 УПК РФ и было обусловлено характером предъявленного Рыбокон обвинения, они все были направлены на выяснение фактических обстоятельств дела.

В судебном заседании не было исследовано таких характеризующих данных, которые способны вызвать у присяжных заседателей предубеждение к подсудимым либо к другим допрошенным лицам, как этого требуют положения ч. 8 ст. 335 УПК РФ, на все допущенные нарушения в этой части председательствующий незамедлительно реагировал, о чем прямо свидетельствует анализ протокола судебного заседания.

Все доказательства, доведенные до сведения присяжных заседателей, являлись допустимыми и были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам осужденного ходатайств о признании недопустимыми доказательствами показаний потерпевшей Потерпевший №1, свидетеля Свидетель №1, протокола осмотра изъятой на месте происшествия мужской рубашки, то есть тех доказательств, на недопустимости которых он настаивает в своей жалобе, ни от осужденного, ни его защитника не поступало.

Само по себе несогласие осужденного с существом показаний потерпевшей, свидетеля, с иными доказательствами, а также с оценкой доказательств коллегией присяжных заседателей, не свидетельствует о недопустимости данных доказательств, и не влечет переоценки данного доказательств судом апелляционной инстанции ввиду избранной осужденным формы судебного разбирательства с участием присяжных заседателей, к чьей непосредственной компетенции и относится оценка представленных сторонами доказательств.

При этом оглашение показаний свидетеля Свидетель №1, осуществлено с учетом нения стороны и после принятия судом всех исчерпывающих мер, направленных на установления места нахождения свидетеля и обеспечение его явки в судебное заседание.

Следует отметить, что протокол осмотра рубашки от <данные изъяты>, который осужденный указывает как протокол опознания рубашки потерпевшей Потерпевший №1, требованиям закона соответствует в полной мере. Он составлен надлежащим лицом, в соответствии со ст. 164, 176 и 177 УПК РФ, результаты осмотра зафиксированы письменно и на фототаблице, чем установлено, что потерпевшая подтвердила, что данная рубашка принадлежит Рыбокон

Данное доказательство, а также сама рубашка как вещественное доказательство (признана таковым <данные изъяты>), среди остальных доказательств было предъявлено присяжным заседателям с соблюдением установленного порядка предъявления и исследования доказательств.

Следует отметить, что необоснованных отказов в вызове стороне защиты и подсудимому свидетелей, представлении иных доказательств, документов, вопреки доводам апелляционных жалоб, судом допущено не было.

Заявленные стороной защиты ходатайства о частичном оглашении показаний свидетеля Свидетель №1, протокола предъявления свидетелю для опознания фотографий, показаний свидетелей ФИО2, ФИО1, ФИО5, предъявления присяжным заседателям фотографий подсудимого из личного архива, копии пропуск на право входа на территории закрытого территориального образования, рассмотрены с учетом мнения сторон, в соответствии с законом, с принятием мотивированного решения, с учетом того, что часть указанных доказательств ранее уже предъявлялась коллегии присяжных заседателей, а фотографии и копия пропуска не относятся к периоду преступления, а оригинал пропуска не представлен.

Оснований считать, что решение по заявленному стороной защиты ходатайству незаконно, повлияло на формирование мнения присяжных по обстоятельствам дела, не имеется, поскольку формирование мнения присяжных заседателей по обстоятельствам дела, виновности лица, происходит основе совокупности представленных сторонами доказательств.

Не было оснований и для истребования детализации телефонных соединений между осужденным и потерпевшей, поскольку номер своего телефона осужденный не назвал, сняв впоследствии такое ходатайство.

Судом было оказано содействие стороне защиты в вызове свидетелей ФИО1 и ФИО5

Явка с повинной, о которой имеются доводы в жалобе осужденного, присяжным как доказательство предъявлена не была.

Таким образом, какие-либо основания согласиться с доводами стороны защиты о лишении права на представление доказательств, не имеется.

При этом неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения судьи в нарушении прав осужденного, утрате им объективности и беспристрастности.

Кроме этого сторона защиты связывает нарушение прав осужденного с необоснованным удалением Рыбокон из зала судебного заседания, лишением его права обсуждения вердикта, возражений на напутственное слово. Но и данные доводы не являются убедительными и состоятельными.

Как прямо следует их протокола судебного заседания во время допроса потерпевшей, допроса самого Рыбокон он неоднократно нарушал регламент судебного разбирательства, перебивал председательствующего, не подчинялся его распоряжениям, доводил до сведения коллегии присяжных информацию, не подлежащую сообщению в их присутствии. В связи с подобными нарушениями председательствующий несколько раз объявлял подсудимому замечания, вынужден был каждый раз обращаться к присяжным с разъяснениями того, что они не могут учитывать сообщенную подсудимым информацию. При таких обстоятельствах после суд в соответствии с ч. 3 ст. 258 УПК РФ принял решение об удалении Рыбокон из зала судебного заседания. Данное решение принято в соответствии с законом, оно мотивировано, и оснований с ним не согласиться, либо расценить как нарушение прав подсудимого, у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом следует отметить, что исследование доказательств происходило в присутствии осужденного. Иных данных, свидетельствующих о нарушении либо ущемлении прав подсудимого, не имеется.

Проверяя доводы о нарушениях, допущенных государственным обвинителем при допросах потерпевшей, свидетелей, что не могло, по мнению стороны защиты, не оказать воздействия на формирование мнения, то следует отметить снятие вопросов и реагирование председательствующего на постановку недопустимых вопросов и разъяснения присяжным, что нельзя учитывать при оценке показаний. При этом когда сам Рыбокон неоднократно допускал оглашение недопустимой информации в присутствии присяжных заседателей, нарушал регламент судебного заседания, государственный обвинитель вынужден был обращаться к председательствующему с просьбой пресекать попытки оказать давление на допрашиваемых свидетелей, коллегию присяжных заседателей. При таких обстоятельствах действия государственного обвинителя являлись оправданными и их нельзя расценить как незаконное воздействие на присяжных. Каких-либо убедительных доказательств того, что в результате действий гособвинителя присяжные не могли быть объективными и беспристрастными при вынесении вердикта, не имеется.

Судебная коллегия находит необоснованными и лишенными оснований доводы жалоб о предвзятости суда, обвинительном уклоне при представлении доказательств, а также систематических замечаниях председательствующего, объявляемых подсудимому на протяжении всего судебного о следствия, что могло отразиться на формировании мнения присяжных заседателей и на их беспристрастности при постановлении вердикта.

В условиях неоднократных нарушений подсудимым регламента и порядка судебного заседания, председательствующий был вынужден своевременно и постоянно реагировать на подобное поведение Рыбокон При этом ссылка защитника на Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 23.05.2013 N 44-АПУ13-4сп некорректна, поскольку в названном определении как раз указано о систематически допускаемых нарушениях уголовно-процессуального закона со стороны подсудимого, что способно вызвать предубеждение присяжных заседателей и повлиять на содержание данных ими ответов.

Судебное следствие было завершено судом с согласия сторон после того, как все имевшие значение для исхода дела доказательства были исследованы.

Прения сторон проведены в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, с соблюдением принципа равенства и состязательности сторон. Попыток исказить существо предъявленного Рыбокон обвинения, осветить не относимые к делу обстоятельства или доказательства, которые не рассматривались с участием присяжных заседателей, либо вопросы, касающиеся полноты предварительного следствия, не допускалось, действия председательствующего соответствовали закону, и присяжные заседатели предупреждались о необходимости не принимать во внимание такие сведения, и не руководствоваться ими при вынесении вердикта.

Каждое из совершенных председательствующим судьей действий и обращение к присяжным заседателям с разъяснениями имело место в соответствии с полномочиями судьи и диктовалось возникшей необходимостью.

Оснований считать, что выступления государственного обвинителя, представителя потерпевшего адвоката Поликашиной О.В. в судебных прениях не соответствовали закону и установленным в нем особенностям рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, не имеется.

Сторонам предоставлено право реплики, чем они воспользовались.

Подсудимому Рыбокон было предоставлено последнее слово.

Доводы жалоб стороны защиты о неоднократном прерывании председательствующим подсудимого Рыбокон в последнем слове, что оказало влияние на формирование у присяжных предубеждения, необоснованны. При этом судом требования ст. 293 УПК РФ соблюдены в полной мере, а действия председательствующего нельзя отнести к нарушениям, влекущим отмену приговора. Неоднократные разъяснения со стороны председательствующего объективно вызывались поведением и действиями Рыбокон

В напутственном слове председательствующий в соответствии с предъявленным привел содержание обвинения, напомнил присяжным заседателям об исследованных доказательствах, в том числе и представленных стороной защиты, изложил позиции государственного обвинителя и защиты, озвученные в прениях, разъяснил должным образом правила оценки доказательств, в том числе показаний подсудимого, сущность презумпции невиновности, положение о толковании неустранимых сомнений в пользу подсудимого и другие вопросы, предусмотренные ст. 340 УПК РФ. Нарушений принципа объективности и беспристрастности при произнесении напутственного слова не усматривается.

При напоминании исследованных доказательств председательствующий судья акценты на их значимости не расставлял и напротив, указывал, что ни одно из них не имеет преимущественного значения. Не допущено в напутственном слове искажения позиции сторон, озвученной ими в прениях.

Вопросный лист сформулирован в соответствии с требованиями ст. 338 УПК РФ. Вопросы, подлежащие разрешению коллегией присяжных заседателей, составлены с учетом предъявленного Рыбокон обвинения, поддержанного в суде государственным обвинителем, результатов судебного следствия, прений сторон, после обсуждения их сторонами, в ясных и понятных выражениях, без использования юридических терминов.

Сторона защиты участвовала в формулировке вопросов, были выслушаны предложения, замечания и мнения всех сторон. Приведенные замечания стороны защиты явились предметом обсуждения сторон, использования какой-либо юридической терминологии установлено не было, тем самым закон и права осужденного нарушены не были.

В силу ст. 17 УПК РФ присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности представленных доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Исходя из содержания вердикта, коллегия присяжных заседателей пришла к решению о виновности Рыбокон в совершенном преступлении.

Вердикт коллегии присяжных заседателей соответствует требованиям ст. 348 и ст. 351 УПК РФ, он не содержит противоречий и неясностей.

Объективных данных, свидетельствующих о нарушении присяжными заседателями тайны совещательной комнаты, материалы дела не содержат.

Оснований для роспуска председательствующим судьей коллегии присяжных заседателей по основаниям, указанным в ч. 5 ст. 348 УПК РФ не имелось.

Последующее судебное следствие соответствует закону. Все доказательства, не подлежащие исследованию с участием коллегии присяжных заседателей, иные материалы дела, необходимые для рассмотрения уголовного дела по существу, в том числе и данные о личности осужденного, были исследованы после обсуждения обвинительного вердикта, что прямо следует из протокола судебного заседания.

Каких-либо нарушений общих принципов судебного разбирательства по делу в отношении Рыбокон не допущено.

Приговор суда постановлен в точном соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности Рыбокон

В таких условиях доводы осужденного о наличии в приговоре догадок и предположений, следует признать несостоятельными и необоснованными.

К обстоятельствам дела, как они были установлены коллегией присяжных заседателей, уголовный закон применен правильно.

Правовая оценка действий осужденного соответствует описанию в приговоре преступных деяний, установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Судом дано убедительное обоснование направленности умысла и мотивов осужденного. Исходя из установленных фактических обстоятельств, установленных мотивов совершения Рыбокон преступления в отношении ФИО4, его действия обоснованно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Исходя из заключения экспертов, проводивших в амбулаторных условиях исследование психического состояния Рыбокон, и на основе анализа его действий, которые установлены в вердикте присяжных заседателей и являлись умышленными и целенаправленными, у суда не имелось оснований усомниться в психическом статусе осужденного, что позволило признать его вменяемым.

В ходе судебного разбирательства дела председательствующим судьей не допущено иных нарушений закона, с которыми УПК РФ связывает возможность отмены приговора суда, постановленного на основании вердикта присяжных заседателей.

В протоколе судебного заседания отражены ход и последовательность судебного разбирательства, действия участников процесса, подробное содержание показаний, основное содержание выступлений сторон и другие сведения, как того требует ст. 259 УПК РФ. Возможность ознакомиться в протоколом судебного заседания судом обеспечена, по заявлению защиты протоколы предоставлялись в установленные законом сроки. Стороны имели право принести на протокол свои замечания.

Постановленный приговор не имеет таких недостатков, которые ставили бы под сомнение его законность. Его содержание не вызывает какого-либо двоякого толкования, стиль изложения соответствует предъявляемым требованиям. Каких-либо противоречий в выводах суда или же не устранимых судом противоречий в доказательствах, которые исследовались в судебном заседании и получили оценку в приговоре, из материалов дела не усматривается.

Доводы осужденного о несоответствии требованиям закона ввиду отсутствия выводов суда о том, почему одни доказательства судом были приняты, а другие отвергнуты, невыполнения положений ч. 1 и ч. 4 ст. 271, ст. 272 УК РФ, отсутствия принятых судом мер в отношении сохранности его имущество, не основаны на законе ввиду избранной осужденным формы судебного разбирательства уголовного дела с участием присяжных заседателей, а также на материалах дела.

Наказание осужденному Рыбокон назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ с учетом степени общественной опасности содеянного, совокупности всех обстоятельств по делу, данных о личности, вердикта присяжных о снисхождении.

Установленные в действиях Рыбокон обстоятельства, смягчающие наказание, – состояние здоровья, наличие большого количества заболеваний, учтены в полной мере, оказав влияние на законность, обоснованность и справедливость меры ответственности, назначенной приговором.

Отягчающим обстоятельство признан рецидив преступлений, который с учетом непогашенной судимости является особо опасным.

Приведя убедительные доводы, суд пришел к выводу о необходимости назначения Рыбокон наказания в виде лишения свободы, применив исходя из вердикта коллегии присяжных заседателей о снисхождении положения ч. 1 ст. 65 УК РФ, с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, свидетельствующих о необходимости применения ст. 64 УК РФ, судом не установлено. Как не установлено оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для изменения категории преступления не имеется.

Суд верно применил положения ч. 5 ст. 74 УК РФ, отменив условное осуждение по приговору суда судебного участка <данные изъяты><данные изъяты> судебного района <данные изъяты> ото <данные изъяты>, а затем назначил окончательное наказание по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ путем полного присоединения неотбытого наказания по предыдущему приговору суда, в виде лишения свободы с ограничением свободы.

Требования ст. 53 УК РФ судом выполнены в полной мере, установленные судом запреты, ограничения, а также обязанность соответствуют закону.

Вид исправительного учреждения назначен верно в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 58 УК РФ ввиду особо опасного рецидива.

Изложенные в выступлении осужденного Рыбокон доводы о своей невиновности, неверном установлении фактических обстоятельств дела, не могут быть приняты во внимание, поскольку все указанные обстоятельства подлежали оценке присяжными заседателями. При этом в соответствии со ст. ст. 389.15, 389.27 УПК РФ приговор, постановленный на основании вердикта присяжных заседателей, не может быть обжалован в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденного на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения либо ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах дела не содержится.

Вопросы меры пресечения и зачета срока содержания под стражей в срок лишения свободы судом разрешены.

Проверяя доводы апелляционной жалобы осужденного в части неверного зачета в срок лишения свободы указанного в приговоре периода его задержания и содержания под стражей, суд апелляционной инстанции признает их несостоятельными.

Как установлено материалами дела, <данные изъяты> в отношении Рыбокон избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В связи с чем, вопреки доводам осужденного, зачет периода содержания осужденного под стражей по настоящему уголовному делу произведен верно, с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу.

Иные даты и периоды задержания, на которые ссылается осужденный, неотносимы к данному уголовному делу, поскольку достоверных доказательств более раннего задержания Рыбокон в связи с совершением им преступления по настоящему делу, не имеется. <данные изъяты> он задержан по настоящему делу и в тот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ Рыбокон В то время как материалы дела содержат данные о привлечении Рыбокон к уголовной ответственности за иные преступления в период до задержания и предъявления обвинения по настоящему уголовному делу.

Разрешая доводы апелляционного представления прокурора о неверном применении положений п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, в то время как применению подлежало ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, то судебная коллегия полагает согласиться с представлением прокурора, признав данные доводы обоснованными и подлежащими удовлетворению. В связи с чем приговор в этой части подлежит изменении.

Проверяя решение суда о компенсации потерпевшей Потерпевший №1 морального вреда, связанного с потерей матери и перенесенными в связи с этим физическими и нравственными страданиями, то суд апелляционной инстанции находит его законным и обоснованным. Процедура рассмотрения исковых требований судом соблюдена. При определении размера компенсации суд принял во внимание все обстоятельства, имеющие для него значение, степень тяжести перенесенных потерпевшей физических и нравственных страданий, обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда, его материальное положение, отношение к содеянному, требования разумности и справедливости. В связи с чем не находит оснований для изменения такого решения.

Решение в части возмещения потерпевшей Потерпевший №1 расходов, связанных с оплатой услуг представителя адвоката Поликашиной О.В., за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием 150 000 рублей с осужденного, также является законным, обоснованным и мотивированным. Понесенные потерпевшей расходы на оплату услуг представителя являются реальными, обоснованными, они подтверждены надлежащими доказательствами. С размером возмещенных расходов потерпевшая согласилась и его не оспорила.

Решение о судьбе вещественных доказательств соответствует закону и какие-либо основания с ним не согласиться отсутствуют.

При таких обстоятельствах приговор суда об осуждении Рыбокон за совершенное им преступление, следует признать законным, обоснованным и справедливым, изменив лишь в части применения положений ч. 3.2 ст. 72 УК РФ. Иных оснований к изменению приговора, его отмене и направлению на новое судебное разбирательство, не имеется. В связи с чем апелляционное представление прокурора следует удовлетворить, апелляционные жалобы осужденного и защитника Мухиной Ю.А. оставить без удовлетворения.

С учётом изложенного, руководствуясь ст. 389.13, ст. 389.20, ст. 389.28, ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции определил:

Приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении Рыбокон изменить:

решение о зачете времени содержания под стражей изложить в следующей редакции – зачесть в срок лишения свободы период содержания осужденного под стражей с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, один день за один день в отношении осужденных при особо опасном рецидиве преступлений, исключив указание о применении п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

В остальном приговор суда оставить без изменения,

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции путем подачи жалобы через суд, вынесший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи