Решение № 2-2507/2018 2-2507/2018~М-2157/2018 М-2157/2018 от 5 июля 2018 г. по делу № 2-2507/2018

Дело № 2-2507/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

« 06 » июля 2018 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Сулим С.Ф.

при секретаре Басовой Е.Н.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 07.06.2018 г.), в отсутствие ответчиков ФИО4, ФИО2, извещенных о времени и месте слушания дела,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО2 об оспаривании договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, просил признать недействительным договор купли-продажи объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки и погасить в ЕГРП запись регистрации о праве собственности ФИО2 на указанный объект недвижимости.

В обоснование иска заявитель указал, что в период брака Рычка (после расторжения брака Рудковская) А.О. был предоставлен в долгосрочную аренду земельный участок по указанному адресу, на котором ими было начато строительство жилого дома, возведен фундамент. Объект незавершенного строительства зарегистрирован на праве собственности за супругой.

19.09.2017 г. брак между ним и ФИО5 прекращен.

Вместе с тем спорный объект недвижимости был продан ФИО4 по договору купли-продажи от 12.03.2018 г. без нотариально удостоверенного согласия истца ФИО1, бывшего супруга, в силу чего сделка является недействительной.

В судебном заседании истец поддержал требования.

Представитель ответчика исковые требования заявителя не признала.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с положениями ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (п. 2 ст. 173.1 ГК РФ).

В соответствии со ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Как следует из свидетельств о заключении брака серии <данные изъяты> г., о расторжении брака серии <данные изъяты> г., ФИО1 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке с 25.12.2015 г. по 19.09.2017 г. (брак прекращен на основании решения мирового судьи судебного участка № 10 г. Старый Оскол от 18.08.2017 г.).

Из дела правоустанавливающих документов на земельный участок, по адресу: г<адрес>, установлено, что 14.06.2016 года ФИО6 в долгосрочную аренду предоставлен Муниципальным образованием Старооскольский городской округ земельный участок площадью 1170 кв. м. для ИЖС, а 29.07.2016 г. было выдано разрешение на строительство индивидуального жилого дома, что подтверждается договором № 297-3/16 (госрегистрация произведена 21.07.2016 г. за № 31<данные изъяты>), актом приема-передачи от 14.06.2016 г., разрешением.

Согласно техническому плану объекта незавершенного строительства, декларации об объекте недвижимости, по состоянию на 27.02.2017 г. площадь застройки объекта составляла 142 кв. м, степень готовности 15%.

Указанный объект незавершенного строительства зарегистрирован на праве собственности за ФИО5 26.04.2017 г., запись № <данные изъяты> что подтверждается Выпиской из ЕГРН от 06.02.2018 г.

Из дела правоустанавливающих документов на объект незавершенного строительства, по адресу: <адрес>, установлено, что 12 марта 2018 г. между ФИО4 и ФИО2 заключен договор купли-продажи, на основании которого последний приобрел в собственность объект незавершенного строительства, процент готовности 15%.

Договор купли-продажи составлен в надлежащей форме, подписан сторонами, право собственности зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области 19.03.2018 г., № регистрации <данные изъяты>.

Доводы истца о том, что поскольку объект недвижимости являлся совместной собственностью супругов, на совершение сделки по продаже требовалось нотариально удостоверенное его согласие, который такого согласия не давал, а его отсутствие на отчуждение спорного имущества свидетельствует о том, что ФИО2 должен был знать об отсутствии у бывшей супруги ФИО4 права на отчуждение объекта незавершенного строительства как совместно нажитого имущества, основаны на ошибочном толковании норм материального права.

В соответствии со ст. 2 СК РФ семейное законодательство устанавливает порядок осуществления и защиты семейных прав, условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, определяет порядок выявления детей, оставшихся без попечения родителей, формы и порядок их устройства в семью, а также их временного устройства, в том числе в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами.

Положения статьи 35 СК РФ в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимости другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

Оспариваемый истцом договор купли-продажи заключен 12.03.2018 года, то есть когда Рычка и Рудковская перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 СК РФ, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой, осуществляется положениями ГК РФ (указанная правовая позиция отражена в Определение Верховного Суда РФ от 05.07.2016 № 5-КГ16-64, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2017 № 77-КГ16-17).

Согласно п. 1 ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (п. 2 ст. 253 ГК РФ).

В силу п. 3 названной статьи каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении данного спора и удовлетворения требований по заявленным истцом основаниям, необходима доказанность не только отсутствия полномочий у ФИО4, как участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у нее в случае согласия ФИО1 на совершение такой сделки, но также осведомленности ФИО2 об отсутствии у продавца полномочий на совершение сделки.

На основании части 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Бремя доказывания того, что покупатель ФИО2, получая по договору купли-продажи объект незавершенного строительства, знал или заведомо должен был знать о несогласии бывшего супруга ФИО1 на совершение сделки по отчуждению имущества, лежит на истце, заявившего требование о признании сделки недействительной.

Однако, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 знал или заведомо должен был знать об отсутствии согласия ФИО1 на совершение сделки по продаже ФИО4 спорного имущества, истцом не представлено. Материалы дела также не содержат сведений, подтверждающих недобросовестность покупателя при заключении договора купли-продажи.

При этом, как следует из содержания договора купли-продажи от 12 марта 2018 года, на момент его подписания продавец гарантировала, а покупатель принял к сведению, что объект незавершенного строительства свободен от прав третьих лиц, не находится под арестом, в залоге и не является предметом судебного спора, в отношении объекта незавершенного строительства нет запрета на использование по назначению или предписания об устранении каких-либо нарушений.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенное, оценив в порядке ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что поскольку истцом не представлено доказательств того, что покупатель знал или заведомо должен был знать о его несогласии на совершение сделки, требования ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи от 12.03.2018 г., применении последствий ее недействительности, не подлежат удовлетворению.

По смыслу статей 11, 12 ГК РФ в их совокупности, прерогатива в определении способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно лицу, обратившемуся в суд за такой защитой, то есть истцу.

К данным правоотношениям могут быть применены положения пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" согласно котором, учитывая, что в соответствии с п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Истец не лишен права обращения в суд с требованиями о взыскании стоимости доли имущества, при разрешении которых и подлежит выяснению, относится ли спорный объект к совместной собственности супругов.

Кроме того, суд читает необходимым отметить, что в соответствии с дополнительным соглашением № <данные изъяты> г. к договору аренды земельного участка № 297-3/16 от 14.06.2016 г., арендатором земельного участка площадью <данные изъяты> кв. м, по адресу: <адрес> с 19 апреля 2018 г. является ФИО2 (действия договора распространяются на правоотношения с 12.03.2018 г.)., который снес расположенный на нем спорный объект незавершенного строительства, снял его с кадастрового учета и осуществляет строительство индивидуального жилого дома, площадь застройки составляет <данные изъяты> кв. м, процент готовности по состоянию на 22.06.2018 г. – 37%, что подтверждается актом обследования от 28.03.2018, решением от 27.03.2018, Выпиской из ЕГРН от 17.04.2018 № <данные изъяты>, техническим планом от 25.06.2018 г., декларацией об объекте недвижимости от 22.06.2018 г.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в частности расходы на оплату услуг представителей.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ст. 100 ГПК РФ).

В ходе судебного разбирательства интересы ответчика ФИО2 представляла ФИО3, в подтверждение несения расходов представлены договор № 06/06 об оказании юридических услуг от 07.06.2018 г., квитанция к ПКО № 01/06 от 07.06.2018 г.

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 21.01.2016 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" следует, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая вышеизложенное, с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1, сложность и характер спора, ценность защищаемого права, время рассмотрения дела, требования разумности и справедливости, суд полагает, что сумма расходов в размере 20000 руб., является обоснованной и не подлежит снижению.

Определением судьи Старооскольского городского суда от 29 мая 2018 г., приняты меры по обеспечению иска, наложен арест на земельный участок с расположенным на нем объектом незавершенного строительства по адресу: <адрес>, находящиеся в собственности ФИО2

В силу части 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда (ч. 3 ст. 144 ГПК РФ).

Положения ст. ст. 139, 140 ГПК РФ, устанавливающие основания для принятия мер по обеспечению иска и конкретные меры обеспечения, направлены на недопущение затруднения или невозможности исполнения судебного акта и тем самым выступают правовой гарантией реальности исполнения судебных решений.

При указанных обстоятельствах, суд считает необходимым сохранить обеспечительные меры до вступления настоящего решения в законную силу.

Руководствуясь статьями 98, 100, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО4, ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи от 12 марта 2018 года, применении последствий недействительности сделки, - отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб.

Обеспечительные меры в виде ареста земельного участка с расположенным на нем объектом незавершенного строительства, по адресу: <адрес> находящиеся в собственности ФИО2, сохраняют свое действие до вступления настоящего решения в законную силу.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.Ф. Сулим

Решение принято в окончательной форме 13 июля 2018 года.