Апелляционное постановление № 22-2738/2025 22-98/2026 от 26 января 2026 г.

Судья Балашов И.А. дело <.......>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень 27 января 2026 года

Тюменский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Ильина А.Д.,

при помощнике судьи Беспятовой М.В.,

с участием: прокурора отдела уголовно-судебного управления прокуратуры <.......> ФИО1,

потерпевшего Потерпевший №1,

защитника ФИО4 – адвоката Михайлова Ю.В.,

представителя гражданского ответчика МП «<.......>» ФИО6,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы потерпевших Потерпевший №1, ФИО5, адвоката Михайлова Ю.В. в защиту осужденного ФИО4, гражданского ответчика МП «<.......>» и апелляционное представление и.о. Ялуторовского межрайонного прокурора <.......> ФИО7 на приговор Ялуторовского районного суда <.......> от 24 октября 2025 года, которым

ФИО4, <.......>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Мера пресечения ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена прежней, по вступлению приговора в законную силу ее постановлено отменить.

Прибытие осужденного в колонию-поселение осуществляется осужденным самостоятельно за счёт государства в соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 75.1 УИК РФ.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчисляется со дня прибытия к месту отбывания наказания в колонию-поселение. Время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Исковые требования Ялуторовского межрайонного прокурора, действующего в интересах ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Взыскана с Муниципального предприятия «<.......>» ФИО3 <.......> в пользу ФИО2 компенсация морального вреда в размере 700 000 рублей.

Исковые требования Потерпевший №1 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены.

Взыскана с Муниципального предприятия «<.......>» ФИО3 <.......> в пользу Потерпевший №1 компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Исковые требования ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены.

Взыскана с Муниципального предприятия «<.......>» ФИО3 <.......> в пользу ФИО5 компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований Потерпевший №1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда отказано.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ильина А.Д., изложившего краткое содержание приговора суда, доводы апелляционных жалоб и представления; выступление в суде апелляционной инстанции прокурора, просившего приговор отменить; потерпевшего, просившего приговор суда изменить по доводам его жалобы и представления; представителя гражданского ответчика и защитника, поддержавших доводы своих жалобы в полном объеме; суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление ФИО4 совершено <.......> в <.......> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Вину в предъявленном обвинении ФИО4 не признал.

В апелляционной жалобе потерпевшие Потерпевший №1 и ФИО5 выражают несогласие с приговором суда, считают приговор чрезмерно мягким. Указывают, что осужденный на протяжении всего предварительного и судебного следствия вину не признавал, в содеянном не раскаялся, никаких выводов для себя не сделал, извинения не приносил.

Просят приговор изменить, усилить ФИО4 наказание, удовлетворить иск к МП «<.......>» в отношении ФИО2 в полном объеме в размере 1 000 000 рублей.

В апелляционном представлении и.о. Ялуторовского межрайонного прокурора <.......> ФИО7 также выражает несогласие с приговором суда.

Цитируя положения уголовного и уголовно-процессуального закона, считает, что срок назначенного ФИО4 основного наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года является несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости, так как не отвечает задачам охраны прав и свобод граждан, общественной безопасности, несоразмерно содеянному, а также не способствует исправлению ФИО4 и предупреждению совершения им новых преступлений, поскольку суд, решая вопрос о назначении наказания в виде лишения свободы, не в полной мере учел характер и обстоятельства совершенного ФИО4 преступления, степень общественной опасности содеянного. Также указывает, что ФИО4 вину в совершенном преступлении не признал как на досудебной стадии, так и в ходе судебного разбирательства занимал последовательную позицию о том, что правил дорожного движения не нарушал, следовательно, в гибели ребенка не виноват. Каких-либо мер ФИО4 к заглаживанию ущерба, причиненного преступлением, не принял, извинений не приносил, выразил свои соболезнования родителям погибшего только на стадии прений сторон.

Вместе с тем, для потерпевших, являющихся родителями погибшего, потеря сына является невосполнимой, а само по себе принесение соболезнований и принятие мер к вызову экстренных служб на место происшествия, не может устранить наступившие последствия, заключающиеся в гибели ребенка, а также снизить степень общественной опасности содеянного.

Просит приговор изменить, усилить основное назначенное наказание до 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, в остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе адвокат Михайлов Ю.В. в защиту осужденного ФИО4 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и немотивированным.

Полагает, что предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения в ходе проведенного предварительного расследования, в ходе же судебного следствия ни одним из исследованных доказательств государственного обвинению не удалось обосновать виновность его подзащитного.

Указывает, что согласно обвинительного заключения ФИО4 действовал в нарушении требований п.1.3, п.1.4, п. 1.5, п.8.1, п.9.1, п.9.7, п.9.10, п.10.1, п.10.2, п.11.1 ПДД РФ, то есть ФИО4 совершил маневр обгона впереди идущего транспортного средства в неположенном месте с пересечением сплошной линии разметки и не убедившись в безопасности своего маневра. Однако, обвинение полностью позабыло указать в обвинительном заключении о произошедшем ДТП с участием двух транспортных средств и двух водителей, которые должны соблюдать ПДД РФ в полной мере. Кроме этого, в обвинительном заключении указывается о гибели ФИО13 в результате ДТП и наличии причинно-следственной связи между нарушением ПДД РФ ФИО4 и гибелью ФИО13 без указания на гибель водителя транспортного средства ФИО13

Обращает внимание, что согласно оглашенных материалов дела и рапорта следователя МО МВД ФИО3 А.Г., в ходе расследования был установлен факт нарушения водителем транспортного средства – мопед «Байкал» ФИО13 ст. 12.14 КоАП РФ – нарушение правил маневрирования, а также отражено в определении <.......> от <.......>, в соответствии с которым ФИО13 нарушил ч. 1 ст. 12.14 КоАП РФ, не показав соответствующий жест рукой при намерении повернуть налево. Указанный следователем в рапорте факт и определение не были рассмотрены при утверждении обвинительного заключения и не дана какая-либо должная оценка данному факту в том числе при проведении экспертизы, назначенной на стадии предварительного расследования. Кроме того, водитель мопеда «Байкал» ФИО13 не имел права управления транспортными средствами, а также опыта управления ТС.

Указывает, что из показаний его подзащитного следует, что водитель мопеда «Байкал», не показывая знака поворота на лево, не убедившись в безопасности своего маневра, совершил поворот налево, тем самым нарушив ПДД РФ и совершив наезд на впереди идущее транспортное средство под управлением ФИО8, который совершал не обгон, а объезд не уверенно движущегося впереди гражданина на мопеде. Полагает, что каких-либо достоверных доказательств пересечения сплошных линий разметки сторона обвинения не представила. При этом в соответствии с ПДД РФ на нерегулируемых перекрестках объезд, в том числе и обгон разрешен. Как установлено следствием и не принято во внимание стороной обвинения, как и не отражено в обвинительном заключении, водитель мопеда «Байкал» ФИО13 двигался в прямом направлении без указания поворота налево, в связи с чем ФИО4 не мог знать и предвидеть такой маневр вышеназванного водителя, в связи с чем, ФИО8, объезжая мопед в разрешенном месте, полностью убедился в безопасности своего маневра.

По мнению адвоката, выводы представленного стороной обвинения заключения экспертов <.......> от <.......> вызывают сомнение в их объективности, и как следствие, ошибочном определении причины дорожно-транспортного происшествия, так как исследование по поставленным перед экспертом вопросам проведено не полно, не всесторонне, с грубыми нарушениями действующих методик и, следовательно, не объективно.

Указывает, что перед производством экспертизы экспертам не разъяснены их права и обязанности в соответствии с требованиями ст. 14 Федерального закона <.......>-Ф3 от <.......> «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Кроме того, на стр. 38 заключения экспертом при анализе видеозаписи указано на движение автомобиля «<.......> А на шасси <.......>» непосредственно перед столкновением по полосе встречного движения, однако на представленной видеозаписи видно, что автомобиль начинает выполнять маневр выезда на полосу встречного движения с целью избежать столкновения, только после того как водитель мопеда начинает выполнять маневр поворота налево, то есть факт выполнения маневра «Обгон» в рассматриваемой ситуации не находит своего подтверждения. Отсутствие выезда на полосу встречного движения также подтверждается следами автомобиля «<.......> на шасси <.......>», зафиксированными на схеме дорожно-транспортного происшествия и фотоснимках с места ДТП.

На стр. 47 при описании механизма дорожно-транспортного происшествия экспертом не указано, что водитель мопеда начал выполнение маневра поворота налево из крайнего правого положения на проезжей части без подачи каких-либо сигналов рукой в соответствии с требованиями КоАП РФ.

На стр. 50 эксперт ошибочно указывает на то, что водитель мопеда имеет преимущественное право на движение и не создает опасности водителю автомобиля «<.......> на шасси <.......>», так как факт выполнения обгона автомобилем не находит своего подтверждения и водитель мопеда не занимает крайнего левого положения при выполнении маневра поворота налево.

Таким образом, водитель мопеда создал опасность для движения водителю автомобиля «<.......> на шасси <.......>» соответственно, учитывая очень малый временной интервал с момента начала выполнения маневра поворота налево водителем мопеда до момента столкновения (не более 1 секунды), водитель автомобиля «<.......> на шасси <.......>» не будет располагать технической возможностью избежать столкновения применением экстренного торможения, поскольку только время реакции водителя автомобиля составляет около 1 сек.

Исходя из вышеперечисленного, адвокат полагает, что несоответствие действий водителя автомобиля «<.......> на шасси <.......>», указанное экспертом, не находит своего подтверждения, либо не подтверждено техническими расчетами: по п. 9.10 ПДД – экспертом определен лишь боковой интервал, при этом нет расчетов минимально допустимой дистанции; по п. 10.1 абзац 1 и п. 10.2 ПДД – учитывая малый временной интервал с момента начала выполнения маневра поворота налево водителем мопеда до момента столкновения превышение скорости водителем автомобиля «<.......> на шасси <.......>», не будет находиться в причинной связи с событием ДТП, так как отсутствие технической возможности будет при любой скорости движения.

Исходя из расположения автомобиля «<.......> на шасси <.......>» относительно линий разметки следует, что в момент начала выполнения маневра поворота налево водителем мопеда автомобиль «КО-505А на шасси КамАЗ-65115» не пересекал линию разметки 1.1, а находился напротив линии дорожной разметки 1.6, соответственно его действия соответствовали требованиям п. 1.3 и п. 9.1(1) ПДД.

Автор жалобы также считает, что экспертиза проведена с нарушением действующих методик, что привело к недостоверным выводам при исследовании. В связи с чем, стороной защиты суду было представлено заключение специалиста <.......>а от <.......>, но в нарушение ст. 53 УПК РФ судом было отказано в приобщении к материалам уголовного дела заключения специалиста, привлеченного адвокатом для дачи такого заключения.

Считает, что предъявленный к его подзащитному иск о возмещении вреда в размере 1 500 000 рублей является незаконным и не мог подлежать удовлетворению. ФИО4 имеет положительные характеристики как с места работы, так и представленное участковым уполномоченным, ранее не судим, не привлекался к уголовной ответственности, не состоит на учете у психиатра и невролога, имеет ряд заболеваний, в том числе ограничивающий его труд, является неработающим пенсионером.

Просит приговор суда отменить.

В апелляционной жалобе гражданский ответчик – представитель МП «<.......>» ФИО3 <.......> также выражает несогласие с приговором суда.

Указывает, что им не оспаривается право потерпевших на возмещение компенсации морального вреда, тем не менее полагает, что размер компенсации является завышенным, считает возможным снизить и определить размеры компенсации морального вреда потерпевшим ниже на 50% от вынесенных в приговоре.

По мнению автора жалобы, обвиняемый совершал не обгон, а объезд не уверенно движущегося впереди погибшего на транспортном средстве, в целях избежание негативных последствий, которые могли возникнуть в связи с неуверенными движениями впереди идущего транспортного средства. Кроме того, отмечает, что Потерпевший №1 не запрещал пострадавшему пользоваться мопедом, тем самым потерпевшие проявили халатность в процессе воспитания своего ребенка, выразившуюся в ненадлежащем исполнении родителями своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения, отсутствия надлежащего контроля, что является причинно-следственной связью, послужившей совершению ДТП. Обращает внимание, что информация из МО МВД ФИО3 о наличии возбужденных дел в рамках ст. 5.35 КоАП РФ в отношении потерпевших (Потерпевший №1 и ФИО5) суду первой инстанции так и не были предоставлены.

Полагает, что судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда в отношении потерпевших, не были применены в полном объеме положения ст. 1101 ГК РФ, не учтены требования разумности и справедливости, предполагающие баланс интересов участников правоотношений, обстоятельства дела, влияющие на размер возмещения вреда.

Цитируя требования положений ГК РФ и постановлений Пленума Верховного Суда РФ от <.......><.......> и от <.......><.......>, автор жалобы указывает, что при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Просит приговор суда изменить, снизить размер компенсации морального вреда ФИО2 – в размере 350 000 рублей; Потерпевший №1 – в размере 500 000 рублей; ФИО5 – в размере 500 000 рублей.

В возражениях государственный обвинитель – помощник Ялуторовского межрайонного прокурора <.......> ФИО9 просит приговор изменить по доводам апелляционного представления, а доводы апелляционных жалоб адвоката Михайлова Ю.В. и гражданского ответчика оставить без удовлетворения.

Обсудив доводы апелляционных жалоб и представления и.о. прокурора, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции находит приговор суда в отношении ФИО4 подлежащим отмене в связи с допущенными судом существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 38917 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ, во взаимосвязи с п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <.......><.......> «О судебном приговоре» описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Как следует из описания преступного деяния, признанного доказанным судом, водитель ФИО4 <.......>, в период времени с 11 часов 55 минут до 12 часов 08 минут, двигался по проезжей части дороги <.......>, управляя технически исправным автомобилем «<.......> на базе шасси <.......>» государственный регистрационный знак <.......>, являясь участником дорожного движения, которые в соответствии с п.1.3 ПДД РФ, обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, знаков и разметки, понимая, что он управляет источником повышенной опасности и от его действий зависит безопасность дорожного движения, ставя под угрозу жизнь и здоровье других участников дорожного движения, проявив преступную небрежность, выразившуюся в том, что он не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия в виде создания опасности для движения другим участникам дорожного движения и причинения смерти человеку, перед перекрестком дорог <.......> и <.......>, решил совершить маневр обгона впереди идущего транспортного средства – мопеда «Байкал», и, не убедившись в безопасности своего маневра, в нарушение требований горизонтальной дорожной разметки 1.1 Приложения <.......> к ПДД РФ, которую пересекать запрещается, ФИО4 выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, в нарушение требований п. 9.1 (1), п. 9.10, п. 10.1, п. 10.2 ПДД РФ.

В результате вышеперечисленных нарушений ПДД РФ, и вследствие легкомысленного отношения к выполнению требований безопасности дорожного движения, ФИО4, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде совершения дорожно-транспортного происшествия и причинения вреда здоровью человека, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий, не предоставил приоритет в движении водителю мопеда «Байкал» ФИО13, выполняющему поворот налево, то есть создал опасность для движения на указанном участке автодороги, в результате чего допустил столкновение и наезд на последнего.

В результате допущенных водителем ФИО4 нарушений правил ПДД РФ, приведших к наезду автомобиля «<.......> на базе шасси <.......>» государственный регистрационный знак <.......> на мопед «Байкал», водителю мопеда ФИО10 были причинены травмы несовместимые с жизнью. Смерть ФИО13 наступила от черепно-мозговой травмы с ушибом головного мозга, переломами костей свода и основания черепа, очаговыми субарахноидальными кровоизлияниями осложнившейся развитием отека, дислокации головного мозга.

Указанные действия осужденного были квалифицированы судом по п. ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 24 УК РФ виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности. В силу ч. 1 ст. 26 УК РФ преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности.

В нарушение данных требований описание преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в приговоре не конкретизировано в части неосторожной формы вины, поскольку содержит взаимоисключающие формулировки, такие как небрежность и легкомыслие одновременно.

Таким образом, суд допустил фундаментальные нарушения уголовно-процессуального закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, что влечет отмену приговора в отношении ФИО4, а уголовное дело подлежит передаче на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе, поскольку данные нарушения не могут быть устранены судом апелляционной инстанции.

В связи с тем, что приговор отменяется ввиду нарушений уголовно-процессуального закона, суд апелляционной инстанции в обсуждение других доводов апелляционных жалоб и представления и.о. прокурора не входит. Они подлежат рассмотрению и оценке при новом рассмотрении уголовного дела, в ходе которого суду необходимо устранить допущенные нарушения, надлежащим образом проверить представленные сторонами доказательства, дать им соответствующую оценку и в зависимости от добытого, принять законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38917, 38920, 38928, 38933 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Ялуторовского районного суда Тюменской области от 24 октября 2025 года в отношении ФИО4 отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с положениями гл. 471 УПК РФ, путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 40110-40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления, лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Д. Ильин