Решение № 2-15/2018 2-15/2018 (2-2615/2017;) ~ М-1985/2017 2-2615/2017 М-1985/2017 от 20 февраля 2018 г. по делу № 2-15/2018

Дело № 2-15/2018
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе судьи Аберкон И.В., с участием прокурора Павлова Д.П., при секретаре Шишикиной Т.И., рассмотрев 21 февраля 2018 года в выездном судебном заседании, состоявшемся по месту отбывания наказания ответчиком - ФИО1 в г. Ухта Республики Коми в помещении ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми по адресу: ...., гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №8» УФСИН России по Республике Коми, Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО1 обратился в Ухтинский городской суд РК с требованиями к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №8» УФСИН России по Республике Коми (далее по тексту - ФКУ ИК-8, Учреждение) о взыскании компенсации морального вреда в размере 40000 рублей, причиненного действиями сотрудников Учреждения, отразившимися на психическом здоровье, (требования приведены с учетом уточнений от 24.07.2017г.). В обоснование заявленных требований истец указал, что он отбывает наказание по приговору суда в ФКУ ИК-8 с <...> г., ранее какими-либо заболеваниями не страдал, в <...> г. года (через 6 месяцев после прибытия в ФКУ ИК-8) у него (истца) выявлено , возникновение которого он связывает с действиями сотрудников Учреждения.

Определением суда к участию в деле привлечены: Министерство финансов Российской Федерации, Федеральная служба исполнения наказаний – в качестве соответчиков, Управление федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми - в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета иска.

В настоящем судебном заседании истец на требованиях настаивал, в обоснование своей позиции пояснил, что в июле 2014г. прием осужденных (в т.ч. и истца) в Учреждение производился с психофизическим воздействием; медицинские работники, привлеченные к обыску осужденных, при осмотре производили действия, унижающие личность истца (в частности, проводили обследование естественных полостей тела); сотрудники ИК-8 забрали у него личные вещи, при этом сами сотрудники были в масках, все происходившее снималось на видеорегистратор; кроме того, в период с июля 2014г. и по январь 2015г. к истцу систематически применялись дисциплинарные взыскания за то, что он вовремя не успел умыться или заправить постель; также истца длительное время не знакомили с его медицинской картой. Все указанные действия, как пояснил истец, повлияли на его психическое здоровье, в связи с чем у него в <...> г.. было выявлено заболевание: . Ранее истец никакими заболеваниями не страдал, на учете у врача- не состоял.

В судебном заседании, состоявшемся 26.01.2018г. с использованием систем видеоконференц-связи с ФКУ ИК-8 УФСИН по РК, истец пояснил, что вышеуказанные действия сотрудников ФКУ ИК-8 УФСИН по РК повлекли у него срыв ремиссии заболевания, заключение судебно- эксперта ГБУЗ РК «Ухтинская больница» от 01.12.2017г. .... (судебно- экспертиза была проведена в рамках настоящего дела) истец не оспаривал.

В настоящем судебном заседании истец на требованиях настаивал, доводы иска поддержал, просил взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 40000 рублей, пояснил, что он не согласен с выводом эксперта о наличии у него (истца) психического расстройства до поступления в ФКУ ИК-8, на удовлетворении иска настаивал.

Представитель ФСИН России, УФСИН по РК, ФКУ ИК-8 ФИО2, действующая по доверенностям, в настоящем судебном заседании требования истца не признала в полном объеме, в обоснование своей позиции пояснила, что в 2014г. в ФКУ ИК-8 УФСИН по Республике Коми менялся вид режима со строгого на особый, почти ежедневно убывали и прибывали осужденные 20-30 человек, для личной безопасности сотрудников ИК-8 при приеме вновь прибывших осужденных присутствовали сотрудники отдела специального назначения по Республике Коми ФСИН России, в состав экипировки которых входят маски, дубинки. Согласно пункту 3 Примечания Приложения № 1 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (приказ Минюста РФ от 16.12.2016г. № 295) количество вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденные могут иметь при себе, определяется начальником учреждения, иные личные вещи изымаются у осужденных по прибытию в колонию и хранятся на складе личных вещей осужденных до убытия из учреждения. Медицинские работники, занимающиеся лечением осужденных в ФКУ ИК- 8 УФСИН России по Республике Коми, не состоят в штате учреждения, являются персоналом ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России. Нарушения установленного порядка отбывания наказания, указанные в справке о взысканиях ФИО1, свидетельствуют об отрицательном поведении истца и умышленном характере нарушений: нахождение на спальном месте, выход за пределы изолированного участка и т.д. Со стороны ответчика – ФКУ ИК-8 никаких противоправных действий, которые могли бы повлиять на психическое здоровье истца, не предпринималось, в связи с чем основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда отсутствуют.

С заключением судебно- эксперта ГБУЗ РК «Ухтинская больница» от 01.12.2017г. .... представитель ФСИН России, УФСИН по РК, ФКУ ИК-8 ФИО2 согласна.

Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Республике Коми извещено надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своего представителя для участия в судебном заседании не направило. В отзыве на иск Управление Федерального казначейства по Республике Коми указывает со ссылкой на ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, что надлежащим ответчиком по делу является ФСИН России, оснований для удовлетворения иска не имеется, т.к. истцом не представлены доказательства незаконности действий сотрудников ИК-8 по указанным в иске обстоятельствам, наличия вины исправительного учреждения в ухудшении состояния здоровья истца, наличия причинно-следственной связи между заболеванием истца и действиями сотрудников исправительного учреждения. УФК по РК просит отказать в удовлетворении иска, рассмотреть дело в отсутствие представителя Минфина РФ.

Суд, исходя из положений ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения участников судебного разбирательства, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя Минфина РФ.

Свидетель ФИО10, допрошенная в выездном судебном заседании 24.07.2017г. пояснила, что она работает фельдшером МЧ-13 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, согласно медицинской карте истца, в <...> г. года у него было диагностировано . Истец прошел лечение в ФКЛПУБ-18, был выписан, ранее болел , иных сведений медицинская карта не содержит. В <...> г.. истец осматривался , обращался с жалобами, острых состояний у истца выявлено не было, в <...> г.. истец дважды вызывался к , но на прием не являлся. По прибытии в Учреждение истец осматривался фельдшером, но никаких унижающих личность действий при осмотре не производится.

Выслушав участвующих в деле лиц, свидетеля, исследовав материалы настоящего гражданского дела, медицинскую карту за .... стационарного больного (истца), истребованную из ФКЛПУБ-18, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст.150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (часть 1); нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (часть 2).

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ч.1 ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Истец связывает причинение ему морального вреда с выявленным у него в <...> г.. расстройством, причиной возникновения которого, как считает истец, послужили незаконные, по его мнению, действия сотрудников ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК, связанные с проведением полного обыска истца при приеме его в исправительное учреждение – ФКУ ИК-8 в <...> г.., а также с фактами привлечения истца к дисциплинарной ответственности в период с июля 2014г. по январь 2015г.

Однако, доводы истца о нарушении его личных неимущественных прав указанными действиями ФКУ ИК-8, что могло бы повлечь ответственность в виде обязанности компенсировать моральный вред истцу (ст. 151 ГК РФ), не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Так, согласно позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной им в ряде постановлений (например, постановление ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу С.Х.; от 16 сентября 2004 года по делу Н.Т.), меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения; тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 25 августа 2006 г. N 268-дсп утверждено Наставление по организации и порядку производства обысков и досмотров в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, на режимных территориях, транспортных средствах (далее - Наставление). Государственная регистрация нормативного правового акта осуществлена Минюстом России 4 сентября 2006 г., регистрационный номер 8213.

В соответствии с пунктом 107 Наставления при проведении полного обыска осужденным предлагается выдать запрещенные вещи, а затем снять последовательно головной убор, верхнюю одежду, обувь и нательное белье. После выполнения этих требований у них осматриваются межпальцевые промежутки рук, ног, ушные раковины и полость рта, подмышечные пазухи, волосяной покров головы, область паха. При необходимости и с обязательным участием медицинского работника может проводиться обследование естественных полостей тела, протезов и медицинских повязок обыскиваемого. Затем осматриваются: головной убор, верхняя одежда, куртка, брюки, платье, обувь, нательное белье, чулки, носки (методика обыска определяется характером исследуемых предметов, их размеров). Прощупываются заплаты, швы, воротники и подкладка одежды. Отдельные места одежды при необходимости прокалываются шилом или распарываются по шву.

Указанное Наставление содержит служебную информацию ограниченного распространения с пометкой "Для служебного пользования". Наставление определяет назначение и виды, организационные основы, порядок проведения обысков и досмотров, меры безопасности при их проведении.

Процедура личного обыска осужденных проводится с целью обнаружения и изъятия у них запрещенных вещей. Наставление устанавливает основания, предусматривающие проведение в обязательном порядке полного обыска. Личный обыск проводится в отдельном помещении, отвечающем санитарно-гигиеническим требованиям жилых помещений. Запрещается присутствие при личном досмотре лиц, не участвующих в нем и не имеющих к нему отношения. Медицинский работник, привлекаемый к обыску в качестве специалиста, лично проводит полный обыск обыскиваемого лица без причинения вреда его жизни и здоровья. Результаты обыска документируются (оформляются акты). Личный досмотр должен проводиться в корректной форме, исключающей унижение достоинства и причинение вреда здоровью и имуществу досматриваемого лица, в пределах, необходимых для обнаружения скрытых запрещенных вещей, предназначенных для передачи осужденным. Таким образом, положения пункта 107 Наставления, предусматривающие при необходимости и с обязательным участием медицинского работника проведение обследования естественных полостей тела обыскиваемого, не могут рассматриваться как допускающие пытки, насилие, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение или наказание. Данные положения соответствуют действующему законодательству, изданы компетентным органом государственной власти и не нарушают права граждан, отбывающих наказание в исправительных учреждениях. Такая позиция отражена в решении Верховного Суда РФ от 18.06.2012 по делу N АКПИ12-543, определение Верховного Суда РФ от 18.10.2012 N АПЛ12-556.

Факт проведения обыска истца с вышеуказанным обследованием естественных полостей тела, к производству которого был привлечен медицинский работник, при приеме истца в ФКУ ИК-8 УФСИН по РК в <...> г.., ответчиком не оспаривается. В силу вышеприведенных положений законодательства данные действия ответчика - исправительного учреждения не могут быть признаны незаконными и не могут являться основанием для возложения на него, ФСИН России и соответствующего органа, выступающего от имени казны РФ, обязанности по компенсации истцу морального вреда.

Положения пункта 107 Наставления не ограничивают возможности осужденного в обжаловании действий, связанных с производством обысков, как в административном порядке, так и в суд в порядке, установленном законом. При этом реализация осужденным своего права на обращение в государственные органы не может быть оценена судом как доказательство нарушения его прав.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и не оспаривается истцом, действия ФКУ ИК-8, связанные с производством обыска в <...> г.., им (истцом) в установленном законом порядке не оспаривались. По информации ответчика от 17.08.2015г. исх. №12/8/15-6009, видеозапись приема осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-8 отсутствует (отсутствует данный видеоархив).

Факты применения ответчиком – ФКУ ИК-8 к истцу дисциплинарных взысканий за нарушение осужденным порядка отбывания наказания в период с июля 2014г. по январь 2015г. действительно имели место, Так, 04.08.2014г., 03.09.2014г., 10.10.2014г. истцу в порядке ст. 115 УИК РФ были объявлены устные выговоры за курение в неотведенных местах, 12.01.2015г. – выговор за нарушение распорядка дня, 28.01.2015г. – выговор за нахождение на спальном месте (справка о взысканиях и материалы по ним представлены ответчиком в дело). Данные взыскания истцом не были оспорены в установленном порядке.

В судебном заседании установлено, что в период с 16.01.2015г. по 27.01.2015г. истец по направлению ФКУ ИК-8 УФСИН по РК находился на лечении в отделении ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

С целью проверки доводов истца о наличии у него расстройства, причинах его возникновения судом была назначена судебно- экспертиза.

Как следует из заключения судебно-психиатрического эксперта ГБУЗ РК «Ухтинская больница» от 01.12.2017г. ...., ФИО1 страдал, а также страдает в настоящее время , о чём свидетельствуют данные анамнеза о свойственных испытуемому с раннего подросткового возраста личностных особенностях в виде эгоцентризма, эмоциональной неустойчивости, отказа от посещения школы, лёгкости усвоения асоциальных форм поведения, расстройств влечений (курение, употребление наркотиков), психопатических реакций с явлениями школьной и социальной дезадаптации, девиантного поведения, повторного совершения правонарушений, совершения шантажно-демонстративных суицидальных попыток (аутоагрессивные тенденции - нанесение себе порезов), в связи с чем ФИО1 госпитализировался на лечение в ФКЛПУБ-18 УФСИН России, выявленные при настоящем обследовании легковесность суждений, демонстративность, упрямство, дисгармоничность эмоционально-волевой сферы, аффективная логика мышления с недостаточной способностью прогнозировать свои поступки и действия, следы от порезов. Данное расстройство имеет хроническое течение и скорее всего возникло в раннем возрасте в процессе индивидуального развития или под влиянием неблагоприятных социально-психологических факторов, социального опыта, либо приобретается позднее, в более зрелом возрасте. Прогноз заболевания зависит от факторов среды, микроокружения, социальной адаптации, в которых находится истец. Периоды обострений связаны с госпитализацией испытуемого в стационар, шантажно-демонстративным поведением, в настоящее время у испытуемого имеется ремиссия данного расстройства (ответы на вопросы суда №№1,2,3,4). В январе 2015 г. ФИО1 находился на лечении в ФКЛПУБ-18 УФСИН России по Республике Коми с диагнозом: . Органическое , установленное во время лечения в стационаре, кодируется в рубрике и характеризуется значительным изменением привычного образа преморбидного (до наступления болезни) поведения и обязательно связано с каким - либо повреждением или дисфункцией головного мозга (например, травмы, инфекции, интоксикации, сосудистые заболевания, эпилепсия, опухоли головного мозга и проч.), которые в качестве причины расстройства необходимо указывать в диагнозе. В ходе проведения судебно - экспертизы в отношении ФИО1 были изучены его медицинские документы, характеризующие материалы, проведено его объективное психиатрическое обследование. Анамнез, изложенный в истории болезни, крайне формальный и не содержит в себе достоверных описательных признаков какой - либо органической причины этого расстройства. Более того, основная часть анамнестических сведений, которая хоть как-то могла бы оправдать установленный диагноз, вызывают серьезные сомнения в их достоверности. Так, факт перенесенной ЧМТ, интоксикация отрицались ФИО1 В медицинской карте, осмотре невролога данный факт также не подтверждается. Запрошенная амбулаторная карта с места жительства, которая могла бы подтверждать факт перенесенной ЧМТ, интоксикаций, предоставлена экспертам не была. Данная госпитализация связана с обострением уже имеющегося у него заболевания. Возможно причиной обострения послужила микросреда, в которой находится истец, роль внешних социальных факторов и индивидуальные особенности личности. В данном случае характер обострения носит единичный случай госпитализации больного. Случаев госпитализации ФИО1 в стационар, проявления расстройства после 27.01.2015г. в медицинской документации зафиксировано не было (ответы на вопросы суда №№5,6).

Не доверять таким выводам врача-эксперта у суда оснований нет, поскольку данные выводы сделаны компетентным специалистом, имеющим соответствующие образование, квалификацию и опыт работы, основаны на исследовании материалов дела и медицинской документации истца, достаточно мотивированы. До начала проведения экспертизы эксперт был предупрежден судом по ст. 307 Уголовного кодекса РФ об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Истец, не соглашаясь с данным заключением в части вывода о наличии у него (истца) расстройства до поступления в ФКУ ИК-8, не представил допустимых доказательств, которые могут опровергнуть или поставить под сомнение данный вывод эксперта, ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы не заявил. Оснований для назначения такой экспертизы, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ, суд не усматривает.

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и требований части 1 статьи 56, части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

По делам о компенсации морального вреда бремя доказывания распределяется следующим образом. Истец должен доказать факт причинения вреда, противоправность действий ответчика, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и возникшим вредом.

В ходе судебного разбирательства истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств незаконности действий ФКУ ИК-8 УФСИН по РК по указанным в иске обстоятельствам, наличия вины исправительного учреждения в ухудшении состояния психического здоровья истца (возникновении психического расстройства или обострении уже имеющегося психического расстройства), наличия причинно-следственной связи между заболеванием истца и действиями сотрудников исправительного учреждения.

В силу вышеизложенного совокупности элементов деликтного состава по делу не усматривается, соответственно, и нет оснований для возложения на ответчиков ответственности по возмещению морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО13 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №8» УФСИН России по Республике Коми, Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд РК в течение месяца со дня принятия в окончательной форме, т.е. с 26 февраля 2018 года.

Судья Ухтинского городского суда РК И.В. Аберкон