Постановление № 1-18/2019 от 6 февраля 2019 г. по делу № 1-18/2019

Дело №1-18/2019


Постановление

07 февраля 2019 года п. Шимск

Солецкий районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Виюк А.М.,

с участием государственного обвинителя - прокурора Шимского района Новгородской области Степанова К.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Ивановой Е.В.,

при секретаре Романовой А.С.,

а также с участием представителя потерпевшего Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Новгородской области М.В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес><данные изъяты> гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, судимого

-05 сентября 2017 года Мытищенским городским судом Московской области по ч.2 ст. 216 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года условно с испытательным сроком 2 года,

избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 260 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

В производстве Солецкого районного суда Новгородской области находится уголовное дело №1-18\2019 в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации.

ФИО1 обвиняется органами предварительного следствия в незаконной рубке лесных насаждений, совершенной в особо крупном размере.

В судебном заседании защитник подсудимого ФИО1 - адвокат Иванова Е.В. заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с тем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст.220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так как в нарушение требований постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» не содержит указания на пункт, часть и статью нормы закона, требования которой были нарушены подсудимым при рубке лесных насаждений. Полагала невозможным устранение допущенных нарушений в ходе судебного разбирательства.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании поддержал ходатайство защитника о возвращении уголовного дела прокурору, показав, что ему не понятно обвинение, предъявленное ему, в части того, нарушения каких именно норм природоохранного законодательства были им допущены. Полагал невозможным устранение допущенных нарушений в ходе судебного разбирательства.

Государственный обвинитель - прокурор Шимского района Новгородской области Степанов К.Н. в судебном заседании возражал против возвращения уголовного дела прокурору, указав, что устранение недостатков обвинительного заключения возможно без возвращения уголовного дела прокурору посредством уточнения конкретных норм закона, требования которых были нарушены подсудимым, в ходе судебного разбирательства.

Представитель потерпевшего Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Новгородской области М.В.В. в судебном заседании не возражала против возвращения уголовного дела прокурору по мотивам, указанным защитником подсудимого.

Выслушав мнения сторон, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно разъяснениям п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 05 марта 2004 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статье 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

Возможность постановления законного и обоснованного приговора исключена также в случае нарушения в досудебной стадии гарантированного Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту.

Таким образом, возвращение уголовного дела прокурору в случае нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, нарушенных на досудебных стадиях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные следователем, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в досудебном производстве, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствует, в том числе, о несоответствии обвинительного заключения требованиям данного кодекса.

Требования к обвинительному заключению установлены ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, в силу требований п.3, п.4 ч.1 ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

При этом, по смыслу уголовно-процессуального закона, указанные положения обвинительного заключения должны быть согласованы между собой; второе должно вытекать из первого.

Согласно указанным нормам закона, обвинительное заключение соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства в том случае, когда в нем изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе, существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение для дела.

В силу требований ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Согласно положениям ч.3 ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Отсутствие в обвинительном заключении сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении инкриминированного деяния и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения в судебном заседании уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения, поскольку определение существа обвинения и указание в нем всех фактических данных, подлежащих обязательному доказыванию на стадии досудебного производства, относится к исключительной компетенции стороны обвинения.

От обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства.

Неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем конкретно он обвиняется.

Суд находит, что обвинительное заключение не соответствует указанным выше требованиям закона. Допущенные при составлении обвинительного заключения нарушения требований уголовно-процессуального закона препятствуют рассмотрению уголовного дела в судебном заседании.

Так, согласно обвинительному заключению, ФИО1 обвиняется в том, что в период времени с <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. ДД.ММ.ГГГГ до <данные изъяты> час. <данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ, руководствуясь единым умыслом, направленным на незаконную рубку деревьев, умышленно, из корыстных побуждений и иной личной заинтересованности, с целью улучшения качества дорожного полотна лесной дороги, необходимой ему для последующего вывоза древесины с официально отведенной ему делянки, расположенной в выделах №4,6,9,12 квартала №32 Медведского участкового лесничества Новгородского муниципального района Новгородской области, находясь на участке лесного массива, относящегося к лесному фонду Российской Федерации, категория защиты эксплуатационные леса, расположенном в 4,5 км. от <адрес><адрес>, вдоль лесной дороги в квартале 195 выдел 17, квартале 193 выдел 25, квартале 194 выдел 15 Шимского участкового лесничества ГОКУ «Шимское лесничество» Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Новгородской области, по обе стороны данной дороги на протяжении не менее двух километров, не имея разрешительных документов на рубку лесных насаждений в указанной части лесного массива, в нарушение главы 3 Федерального закона №7-ФЗ от 10 января 2002 года «Об охране окружающей среды», порядка использования лесов, установленного главой 2 Лесного кодекса Российской Федерации, Разделом 1 Правил заготовки древесины и особенности заготовки древесины в лесничествах, лесопарках, указанных в ст. 23 Лесного кодекса Российской Федерации, утвержденных Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации №474 от 13 сентября 2016 года, регулирующих экологические правоотношения, а также ответственность за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования, зная о том, что для проведения рубки деревьев необходимо получение разрешающих документов, предусмотренных Лесным кодексом Российской Федерации, не имея договора аренды лесного участка и договора купли-продажи лесных насаждений, используя цепную пилу «STIHLMS 361», совершил путем спиливания незаконную рубку деревьев, то есть полное отделение деревьев от корней: 27 деревьев клена с диаметром стволов до 16 см., общим объемом 4,86 куб.м.; 492 деревьев ольхи серой с диаметрами стволов от 16 до 20 см., общим объемом 93,6 куб.м.; 98 деревьев ивы с диаметром стволов от 16 до 20 см. общим объемом 17,77 куб. м.; 73 деревьев вяза (ильмы) с диаметром стволов до 16 см. общим объемом 13,14 куб.м.; 6 деревьев рябины с диаметром стволов до 16 см. общим объемом 1,08 куб.м.; 1 дерева осины с диаметром ствола 16 см. объемом 0,19 куб.м.; 51 дерева лещины с диаметром ствола до 16 см. общим объемом 9,18 куб.м.; в общем объеме 139,82 куб.м. В результате незаконных действий причинил лесному фонду Российской Федерации в лице Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Новгородской области материальный экологический ущерб в особо крупном размере на сумму 568846 рублей.

Действия ФИО2 квалифицированы органом предварительного следствия по части 3 статьи 260 Уголовного кодекса Российской Федерации - незаконная рубка лесных насаждений, совершенная в особо крупном размере.

Вместе с тем, согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации №1360-О от 27 июня 2017 года, положения ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежат применению в системном единстве с положениями иных нормативных актов, в частности Лесного кодекса Российской Федерации и основанных на нем подзаконных актов.

Статья 260 Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливая уголовную ответственность на незаконную рубку лесных насаждений, содержит ссылку на многочисленные нормативные предписания лесного законодательства и является бланкетной.

В связи с чем для квалификации действий лица по ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежат установлению, какие нормы Лесного кодекса Российской Федерации и иных основанных на нем нормативно-правовых актов были нарушены им.

Аналогичные положения содержатся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №21 от 18 октября 2012 года «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», согласно которому при рассмотрении дел об экологических правонарушениях судам следует руководствоваться положениями гражданского, административного, уголовного и иного отраслевого законодательства, в том числе положениями Земельного, Лесного, Водного кодексов Российской Федерации, Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», другими законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и ее субъектов в области охраны окружающей среды и природопользования.

Судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и указывать в судебном решении, в чем непосредственно выразились их нарушения со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть, статья).

При отсутствии в обвинительном заключении таких данных, восполнить которые в судебном заседании не представляется возможным, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Вопреки указанным нормам в предъявленном ФИО2 обвинении отсутствует ссылка на конкретные нормы (пункты, части, статьи) нормативно-правовых актов, регулирующие спорные экологические правоотношения, которые были нарушены им. Имеется лишь указание на осведомленность обвиняемого о необходимости получения для рубки деревьев разрешающих документов, предусмотренных Лесным кодексом Российской Федерации; отсутствие договора аренды лесного участка и договора купли-продажи лесных насаждений; нарушение главы 3 Федерального закона от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" и порядка использования лесов, установленного главой 2 Лесного кодекса Российской Федерации, Разделом 1 Правил заготовки древесины и особенности заготовки древесины в лесничествах, лесопарках, указанных в ст. 23 Лесного кодекса Российской Федерации», утвержденных Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации №474 от 13 сентября 2016 года.

Вместе с тем, в нормативных актах, на которые ссылается орган следствия, указан различный порядок рубки лесных насаждений, установленный для каждой категории лесов, для каждого субъекта правоотношений.

В связи с чем в обвинительном заключении должны быть приведены не все существующие в законе, нормативно-правовых актах возможные нарушения, а лишь те, которые реально нарушил подсудимый.

Из содержания обвинения, предъявленного ФИО2, содержащего указание на широкий спектр нарушений, предусмотренных нормами глав, раздела нормативно-правовых актов, не ясно, какие именно нормы Лесного кодекса Российской Федерации, Правил заготовки древесины и особенности заготовки древесины в лесничествах, лесопарках, указанных в ст. 23 Лесного кодекса Российской Федерации», утвержденных Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации №474 от 13 сентября 2016 года, а также Федерального закона от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" были им нарушены. Ссылки на нарушение требований глав (разделов) нормативных актов, регулирующих спорные экологические правоотношения, без указания на конкретные нормы таких нормативных актов с указанием пункта, части и статьи явно недостаточно для конкретизации обвинения, предъявленного подсудимому.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в силу разъяснений п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №21 от 18 октября 2012 года «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», договор аренды лесного участка или решение о предоставление лесного участка на иных правах для заготовки древесины не являются достаточным правовым основанием для проведения рубки лесных насаждений; в зависимости от того, являлась ли рубка предпринимательской деятельностью либо была осуществлена для собственных нужд, установлен различный порядок производства рубки деревьев, предусмотренный различными нормами закона.

Суд находит, что указанное нарушение является существенным и нарушает право ФИО1 на защиту, лишая его возможности определить объем обвинения, от которого он вправе защищаться.

В силу требований ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о недопустимости выхода суда за пределы предъявленного обвинения допущенное нарушение не может быть устранено в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, в том числе, путем конкретизации обвинения ссылкой на конкретные нормы (пункты, части, статьи), требования которых были нарушены подсудимым.

Оснований для изменения подсудимому ФИО2 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении у суда не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 237, 256 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

постановил:

Ходатайство защитника подсудимого ФИО1 - адвоката Ивановой Е.В. удовлетворить:

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 260 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвратить прокурору Шимского района Новгородской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения - подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Новгородского областного суда через Солецкий районный суд Новгородской области в течение десяти суток со дня вынесения.

Председательствующий судья А.М. Виюк