Решение № 2-206/2020 2-206/2020~М-176/2020 М-176/2020 от 24 сентября 2020 г. по делу № 2-206/2020

Дело № 2-206(2)/2020

64RS0030-02-2020-000294-18


Решение

Именем Российской Федерации

25 сентября 2020 года р.п. Екатериновка

Ртищевский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Фёдорова А.В.,

при секретаре Спасове Е.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца – адвоката Герасимова В.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному казенному учреждению «Центр коммуникации по вопросам социальной защиты населения <адрес>» об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на ежемесячную денежную компенсацию после смерти инвалида вследствие Чернобыльской катастрофы,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику об установлении факта нахождения на иждивении у умершего супруга ФИО2 и признании права на ежемесячную денежную компенсацию после смерти инвалида вследствие Чернобыльской катастрофы, в размере 18797 рублей 79 копеек.

Свои требования обосновывает тем, что с 19 декабря 1979 года она состояла в зарегистрированном браке с ФИО2, являвшимся инвалидом II группы вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей, связанных с катастрофой на Чернобыльской АЭС, и получавшим ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, страховую пенсию, ежемесячную денежную выплату и меры социальной поддержки.

До смерти супруга они проживали совместно, вели общее хозяйство, ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, страховая пенсия, ежемесячная денежная выплата и меры социальной поддержки ФИО2 являлись составной частью их семейного бюджета. ФИО1 находилась на иждивении своего супруга, то есть получала от него помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию, так как она является пенсионером по возрасту, размер среднемесячного дохода ее супруга ФИО2 значительно превышал ее среднемесячный доход.

С целью получения выплат, предусмотренных пунктами 13 и 15 части 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» истец вынуждена обратиться в суд с указанным иском.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель Герасимов В.В. заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, при этом указав, что размер дохода супруга истца ФИО2 значительно превышал размер ее дохода. Вся пенсия ФИО1 уходила на оплату коммунальных услуг и приобретение лекарственных средств, в связи с чем она фактически находилась на иждивении своего супруга ФИО2

Представитель ответчика - Государственного казенного учреждения <адрес> «Центр коммуникации по вопросам социальной защиты населения <адрес>», по доверенности ФИО3 в судебное заседание не явилась, будучи надлежащим образом извещенной о дне, времени и месте рассмотрения дела. Причины неявки суду не известны. В письменном отзыве возражала против удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1, в связи с недоказанностью факта нахождения истца на иждивении умершего супруга ФИО2, при этом не согласившись с предъявленным размером денежной компенсации.

Представитель третьего лица – Федеральной службы по труду и занятости, по доверенности ФИО4 в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о дне, времени и месте рассмотрения дела. В письменном заявлении просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель третьего лица – министерства труда и социальной защиты <адрес>, по доверенности ФИО5 в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о дне, времени и месте рассмотрения дела. В письменном отзыве просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, при этом указав на то, что на дату обращения истца в органы социальной защиты, документов, свидетельствующих и подтверждающих факт нахождения ФИО1 на иждивении ФИО2 не имелось. Полагал заявленные требования истца о признании права на ежемесячную денежную компенсацию и определении е размера необоснованными, поскольку суд не вправе подменять органы, наделенные указанными полномочиями.

Представитель третьего лица – Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда в <адрес> (межрайонное) в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о дне, времени и месте рассмотрения дела. Причины неявки суду не известны.

Суд в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) рассмотрел дело в отсутствии не явившихся участников процесса.

Выслушав истца, ее представителя, явившихся свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований по следующим основаниям.

В силу ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ее ст.7 (ч.1), гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч.1 ст.39).

Согласно ч. 1 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении (п. 2 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ).

На основании ст. 265 ГПК РФ, суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.

В соответствии со ст. 267 ГПК РФ в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Как следует из текста искового заявления, установление факта нахождения на иждивении супруга ФИО2, умершего 08 декабря 2019 года, необходимо ФИО1 для получения ею ежемесячной денежной компенсации, выплачиваемой на основании Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

В ч. 1 ст. 13 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» приведены категории граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, на которых распространяется действие Закона. В частности это граждане, получившие или перенесшие лучевую болезнь и другие заболевания, связанные с радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы или с работами по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС; инвалиды вследствие чернобыльской катастрофы из числа: граждан (в том числе временно направленных или командированных), принимавших участие в ликвидации последствий катастрофы в пределах зоны отчуждения или занятых на эксплуатации или других работах на Чернобыльской АЭС; военнослужащих и военнообязанных, призванных на специальные сборы и привлеченных к выполнению работ, связанных с ликвидацией последствий чернобыльской катастрофы, независимо от места дислокации и выполнявшихся работ, а также лиц начальствующего и рядового состава органов внутренних дел, Государственной противопожарной службы, проходивших (проходящих) службу в зоне отчуждения.

Согласно п. 15 ч. 1 ст. 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» Гражданам, указанным в пунктах 1 и 2 части первой статьи 13 настоящего Закона, гарантируется ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы либо с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в следующих размерах:

инвалидам I группы - 5 000 рублей;

инвалидам II группы - 2 500 рублей;

инвалидам III группы - 1 000 рублей.

В случае смерти граждан, ставших инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы, право на ежемесячную денежную компенсацию, предусмотренную пунктом 15 части первой настоящей статьи, распространяется на нетрудоспособных членов семьи, находившихся на иждивении указанных граждан. Размер компенсации, приходящейся на всех иждивенцев, определяется как разность между всем размером ежемесячной денежной компенсации и частью, приходившейся на самого кормильца. Для определения размера компенсации, приходящейся на каждого иждивенца, имеющего данное право, размер компенсации, приходящейся на всех указанных иждивенцев, делится на их число.

Выплата ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной пунктом 15 части первой настоящей статьи, производится органами социальной защиты населения или иными государственными органами в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» не содержит определения понятий «иждивение» и «нетрудоспособный член семьи». Они раскрываются в других федеральных законах, использование которых для уяснения смысла этих понятий является общим правилом (п. 6.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 года № 11-П, п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О, п. 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2018 года № 2265-О).

Так, согласно пункту 1 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

В части 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами.

Согласно п. 3 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Аналогичное содержание понятий «иждивение» и «нетрудоспособный член семьи» закреплено в пунктах 3 и 4 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

По смыслу названных норм закона, понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим гражданином, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи умершего) какого-либо собственного дохода (получение пенсии). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего гражданина членом его семьи может быть установлен в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим гражданином, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего гражданина.

В судебном заседании и подтверждается материалами дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ состояла в зарегистрированном браке с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии II-РУ № (л.д. 12).

Согласно справок серии МСЭ-2004 № и МСЭ-2001 № (л.д. 10-11) ФИО2 являлся инвалидом II группы вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей, связанных с катастрофой на Чернобыльской АЭС, с утратой профессиональной трудоспособности в размере 80.

Как следует из материалов дела, на основании Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» ФИО2 выплачивались: ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного здоровью – с 01 января 2019 года по 31 января 2019 года в размере 17119 рублей 53 копейки, с 01 февраля 2019 года по 31 декабря 2019 года в размере 17855 рублей 67 копеек, ежемесячная денежная компенсация на приобретение продовольственных товаров - с 01 января 2019 года по 31 января 2019 года в размере 903 рубля 28 копеек, с 01 февраля 2019 года по 31 декабря 2019 года в размере 942 рубля 12 копеек, ежегодная компенсация за вред здоровью – за 2018 год – 1505 рублей 46 копеек, за 2019 год – 1570 рублей 19 копеек, а также предоставлялись меры социальной поддержки в виде оплаты жилого помещения и коммунальных услуг (л.д. 19-20, 25-26).

Кроме того, в период с 01 января 2018 года по 01 декабря 2019 года ФИО2 являлся получателем страховой пенсии по старости в размере от 13912 рублей 53 копеек до 14893 рубля 80 копеек, пенсии по государственному пенсионному обеспечению по инвалидности в размере от 16780 рублей 83 копеек до 17612 рублей 80 копеек, дополнительного ежемесячного материального обеспечения в размере 1000 рублей, ежемесячной денежной выплаты инвалида II группы в размере от 2527 рублей 06 копеек до 2701 рубль 24 копейки и ежемесячной денежной выплаты участника ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы в 1986 – 1987 годах в размере от 2527 рублей 06 копеек до 2701 рубль 24 копейки, что подтверждается справкой клиентской службы в <адрес> ГУ УПФ РФ в <адрес> (межрайонное) (л.д. 23-24).

Согласно свидетельства о смерти серии III-РУ № (л.д. 25), ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ.

После смерти ФИО2 истец обратилась к ответчику с заявлением о назначении денежной компенсации в возмещение вреда здоровью в соответствии с Законом Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», однако уведомлением директора Государственного казенного учреждения Саратовской области «Центр коммуникации по вопросам социальной защиты населения Саратовской области» ФИО6 ФИО1 было отказано в назначении указанной выплаты, в связи с отсутствием документов, подтверждающих нахождение истца на иждивении умершего супруга (л.д. 19-20).

Как следует из справки ГУ УПФ РФ в <адрес> (межрайонное) (л.д. 18) ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ является получателем страховой пенсии по старости, размер которой с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составлял 9039 рублей 97 копеек ежемесячно.

При этом, как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, у ФИО2 имеются многочисленные заболевания, в связи с которыми требуется постоянный прием лекарственных препаратов, стоимость которых, согласно справки ИП ФИО7 составляет 11900 рублей 10 копеек (л.д. 36-44, 46).

Оснований не доверять указанным документам у суда оснований не имеется, поскольку они подписаны уполномоченными лицами и скреплены печатью.

Доказательств обратного суду представлено не было.

Кроме того, как пояснила в судебном заседании истец ФИО1, в настоящее время ее затраты на приобретение лекарственных средств составляют более 5000 рублей в месяц.

Учитывая изложенное, сравнительный анализ доходов, получаемых ФИО2 и ее умершим супругом ФИО2 в течение года, предшествующего его смерти, показывает, что умерший имел ежемесячный доход, значительно (более чем в 3 раза) превышающий доход истца.

Поскольку истец и ее супруг проживали в указанный период времени совместно, постоянным источником средств их существования являлись получаемые умершим выплаты, принимая во внимание состояние здоровья истца, которая нуждается в лечении, ее расходы на оплату жилищно-коммунальных услуг и других необходимых расходов, те обстоятельства, что после указанных и иных необходимых расходов оставшаяся у истца часть дохода была ниже прожиточного минимума, суд приходит к выводу, что в данном конкретном случае указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец находилась на иждивении своего супруга на день его смерти.

При решении вопроса об установлении факта нахождения на иждивении нетрудоспособных членов семьи суд также учитывает, что в законодательстве отсутствует исчерпывающий перечень критериев, согласно которым лицо признается иждивенцем в результате оценки представленных документов. В действующем законодательстве не содержится указания на срок, в течение которого член семьи должен получать помощь от кормильца. Кроме того, предусмотрено, что члены семьи умершего, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какой-либо доход или пенсию, не исключает возможности признания их иждивенцами умершего.

Пенсия по случаю потери кормильца не учитываются судом, так как указанные доходы получены истцом после смерти мужа.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 в части установления факта нахождения на иждивении.

Доводы ответчика об отсутствии надлежащих доказательств, подтверждающих факт нахождения истца на иждивении супруга, а так же то, что получение ФИО2 при жизни дохода, превышающего размер дохода истца не может свидетельствовать о нахождении ее на иждивении, не может быть принят судом во внимание поскольку при установлении обстоятельств нахождения лица на иждивении необходимо учитывать положения семейного законодательства, которыми урегулированы в том числе имущественные отношения между супругами.

Данное указание содержится в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ19-11.

В частности, как следует из норм семейного законодательства, доходы каждого из супругов, в том числе от трудовой деятельности, и полученные ими пенсии, пособия и другие денежные выплаты, кроме выплат, имеющих специальное целевое назначение, являются общим имуществом супругов. Распоряжение общим имуществом супругов осуществляется по их обоюдному согласию.

Учитывая то обстоятельство, что ФИО1 и ФИО2 длительное время состояли в зарегистрированном браке, проживали одной семьей, имели общие доходы и вели совместное хозяйство, соответственно, расходы каждого из супругов не ограничивались только личными нуждами каждого из них, суд сравнив доходы супругов ФИО8, пришел к выводу о том, что помощь умершего супруга - кормильца - составляла основную часть средств, на которые жила истец, эта помощь по своим размерам была такой, что без нее истец не смогла бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Данные обстоятельства подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО9 и ФИО10, не доверять которым у суда оснований не имеется. Показания свидетелей, объяснения истца материалами дела не опровергнуты.

Что касается требований истца о признании права на ежемесячную денежную компенсацию после смерти инвалида вследствие Чернобыльской катастрофы, суд не находит оснований для их удовлетворения.

Как следует из материалов дела, основанием для отказа ответчиком истцу в назначении денежной компенсации в возмещение вреда здоровью в соответствии с Законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», послужило отсутствие документов, подтверждающих нахождение истца на иждивении умершего супруга (л.д. 19-20).

Суд не может подменить собой деятельность органов власти, на которые возложена функция по разрешению вопросов о реализации гражданами различных прав, а судебное решение не должно подменять собой установленную законодательством процедуру и вмешиваться в деятельность этих органов при отсутствии нарушений с его стороны, что соответствует принципу разделения полномочий исполнительной и судебной власти, установленной ст. 10 Конституции РФ.

Учитывая удовлетворение судом исковых требований ФИО1 об установлении факта нахождения на иждивении, после вступления решения суда в законную силу, истец не лишена возможности обратиться в Государственное казенное учреждение <адрес> «Центр коммуникации по вопросам социальной защиты населения <адрес>» с аналогичным заявлением, приложив необходимые документы.

Следовательно, заявленные исковые требования в указанной части удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 264 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному казенному учреждению «Центр коммуникации по вопросам социальной защиты населения <адрес>» об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на ежемесячную денежную компенсацию после смерти инвалида вследствие Чернобыльской катастрофы – удовлетворить частично.

Установить факт нахождения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения на иждивении у умершего ДД.ММ.ГГГГ супруга ФИО2

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Ртищевский районный суд <адрес> в апелляционном порядке в течение одного месяца, со дня изготовления мотивированного решения суда.

Судья